Свобода | Freedom

      Мягкий ветерок успокаивающе коснулся его щёк, свежий аромат природы, витающий вокруг, успокоил его достаточно, чтобы насладиться моментом. Глаза Эфира устремляются в ночное небо, наблюдая за маленькими точками, которые время от времени немного искрились. Иногда даже летающие звёзды оставляли след на небе. Они исчезали так же быстро, как и появлялись, но от этого Эфиру стало только хуже.       Любая из этих падающих звёзд могла быть его сестрой, возможно, приземлившейся где-то в этом мире, а может быть, даже в другом мире. Эфир откинул голову на кору дерева, спрятавшись от окружающего мира. Сидение на ветке высокого дерева заставляло его справляться со своими собственными проблемами.       Сама природа оказывала успокаивающее воздействие на Эфира. Хотя иногда его мысли возвращались к тому времени, когда он и его сестра Люмин наслаждались этим вместе, эти воспоминания тянулись вперёд, и они били его по лицу, заставляя его чувствовать себя обиженным.       Люмин…       Он искренне надеялся, что с ней всё в порядке, где бы она ни была, что ей весело, о ней заботятся, у неё появились друзья. Одна мысль о её счастье заставляла его сердце сжиматься, он ничего так не желал для неё, как быть счастливой. Что она свободна делать то, что может и чего хочет.       Путешествуя вместе, как они это делали, он всегда чувствовал, что посадит её в тюрьму, отправившись туда. Люмин была упрямой. Если бы он захотел уйти, она последовала бы за ним, не задавая вопросов. Даже если это причиняло ей боль, даже если мир, казалось, был ей по душе. Её брат тоже был самым важным человеком в её жизни.       Но удерживал ли он её в этом загнанном в ловушку мышлении? Что только потому, что он хотел уйти, она должна была последовать за ним? Возможно, если бы она не последовала за ним в прошлый раз, то не оказалась бы в неизвестном месте.       Даже сейчас Эфир никогда не чувствовал себя в такой ловушке, как сейчас. У него отняли крылья, он не мог покинуть этот мир и отправиться на поиски своей сестры.       Эфир подтянул ноги, подогнув их под себя, в то время как его руки обхватили лицо. В голове у него пульсировало, ошеломляющие мысли обрушились на него, как дикие Хиличурлы, атакующие огненной дубиной.       — В этот час здесь становится довольно холодно, возможно, сейчас это плодородная земля, но когда-то на севере Тейвата всё ещё было очень холодно.       Эфир был поражён внезапным голосом, хотя и нашёл его знакомым. Его рука обхватила ветку под собой, возвращая равновесие, так как он был почти близок к тому, чтобы упасть.       Взгляд Эфира вскоре встретился со взглядом Барда, этими мягкими зеленоватыми глазами, в которых всё время было мягкое и весёлое выражение. Зеленоватый плащ был обёрнут вокруг барда спереди, как одеяло, чтобы ему было достаточно тепло, сидя на кончике ветки.       Эфир не слышал, как он появился, и не получил никаких признаков того, что бард даже нашёл его.       Ему было любопытно, как Венти нашёл его? Учитывая, что вокруг земли и окраин Мондштадта было так много деревьев.       Хотя, учитывая прошлые события, его нисколько не должно удивлять, что из всех людей у него был лучший способ выследить кого-то.       Блондин провёл рукой по волосам, снова избегая взгляда Венти, пока тот прислонился спиной к дереву. Слова барда были правдивы, ночи всё ещё были немного холоднее, чем обычно, из-за того, что место всё ещё находилось в северной части Тейвата. Эфира это никогда по-настоящему не беспокоило, он всегда был на воле. Борьба с лагерями хиличурлов, слаймами и с чем только не сталкиваешься.       Мысль никогда не приходила в голову, что холодная погода тоже может повлиять на его здоровье. Люмин, вероятно, ударила бы его в этот момент по затылку, ругая, чтобы он позаботился о себе.       Краем глаза он заметил, что голова Венти слегка склонилась набок, с любопытством глядя на Эфира. У барда были свои способы разозлить кого-нибудь или рассмешить. Эфир в настоящее время понятия не имел, как он себя чувствует.       Возможно, в ловушке.       Он не чувствовал себя свободным ни от своего разума, ни от своего прошлого, ни от постоянных тревожных мыслей.       Он услышал тихий смешок, повернул голову в сторону Венти и увидел, что тот тихо смеётся. — Ты всегда кажешься очень немым, когда кто-то подходит к тебе. Хиличурлы поймали твой язык, Итэр?       Эфир просто покачал головой, расставляя ноги по обе стороны ветки, руки опустились на неё, чтобы наклониться вперёд, уравновешивая вес своего тела. — Это… просто была тяжёлая ночь. — тихо воскликнул Путешественник.       Улыбка Венти немного поникла, не полностью исчезла, но и не полностью проявилась. Едва заметно. — Я заметил, что ты не возвращаешься обратно в таверну Мондштадта, у тебя что, иссякли запасы Моры? Ты всегда можешь попросить, если ты-       — Нет, у меня их более чем достаточно. — Эфир оборвал слова барда, его взгляд попытался сосредоточиться на чём-нибудь, просто на чём угодно, что могло бы удержать его внимание на этом. По счастливой случайности и тому, кто, казалось, заметил его желание, его взгляд был прикован к белке, которая нашла маленькие жёлуди, засунула их себе за щёки и перебежала к другой.       Венти придвинулся немного ближе, ветка издала пару трескучих звуков, но барду было всё равно. Эфир был ближе к сердцевине дерева, так что даже если бы она и сломалась, то упал бы в основном Венти.       Что ж, по крайней мере, бард на это надеется.       Взгляд Венти скользнул по тому, что поймали глаза Эфира, и тоже заметил белку, которая собирала желуди на лесной земле. Он свесил ноги с одной стороны, положил руки на ветку и крепко сжал её.       — Чистое зрелище свободного духа, тебе не кажется? — Его обычная улыбка вернулась, когда Венти слегка повернул голову, чтобы немного повернуться лицом к Эфиру. — Единственное желание — набить полный желудок, собрать желуди на зиму и спать, когда это необходимо. Я всегда думаю, что животные вокруг Мондштадта демонстрируют истинный символический смысл названия этого города. Город Свободы.       Эфир по-прежнему ничего не говорил, он только наблюдал за маленьким животным, даже улыбка тронула его губы, когда белка нашла половинку жёлудя. Она взяла половинку и постучала по дереву, а затем отбросила её, как будто уже решила, что жёлудь недостоин для еды.       — Итэр…       Эфир положил руку поверх согнутой ноги, едва взглянув на Венти, но тем не менее показывая, что слушает барда.       — Это действительно не моё дело, но больше моя собственная забота. — Бард наклонился вперёд, всё ещё склонив голову набок и глядя на путешественника. — Язык твоего тела даёт так много сигналов о дискомфорте, стрессе и чрезмерных размышлениях. Я не верю, что твой разум свободен, что он продолжает бороться с мыслями, с которыми ты не можешь бороться в одиночку. Я прав?       Эфир почувствовал, как у него немного забилось сердце, объяснил ли Венти основные вещи, которые его беспокоили?       Он не вёл этого разговора. Поэтому Эфир перекинул левую ногу вправо, соскользнул с ветки и опустился на лесную землю. Белка, которая раньше убегала от внезапного движения, искала укрытие, чтобы спрятаться от возможных хищников.       — Итэр! Подожди!       Блондин уже был в паре футов впереди. Он не хотел ни с кем разговаривать об этом, они не должны беспокоиться о нём. Он скоро покинет этот мир!       Эфир только услышал сильный вихрь позади себя, но был удивлён внезапным перемещением кого-то, приземлившегося перед ним, остановив его от дальнейшего движения или бегства с места. Венти снова встал, бросив на Эфира тревожный взгляд. — Итэр, мне очень жаль. — Он сразу же извинился. — Не убегай так, я беспокоюсь только за тебя. — Венти слегка пожал плечами, обхватив себя руками, чтобы сохранить немного тепла рядом с собой.       — Дилюк тоже волновался. Он заметил, что ты не возвращался в таверну уже несколько дней, мы… все вроде как вышли, чтобы попытаться найти тебя. Я-       Эфир сделал быстрое движение, уворачиваясь от Венти, но на этот раз Венти был немного быстрее, чем раньше. Рука барда схватила Эфира за запястье, не давая ему снова уйти. — Итэр! — голос Венти немного повысился. — Перестань убегать!       — Перестань беспокоиться о незнакомце! — Эфир вырвался.       Повисла тишина. Эфир всё ещё чувствовал, что хватка Венти была немного крепкой, отказываясь отпускать его.       — Ты… не чужой, Итэр. — Тишину нарушил голос Венти, низкий и мягкий. Бард встал перед Эфиром, снова встретившись с ним взглядом на несколько коротких секунд, прежде чем блондин внезапно отвернулся.       Венти мог видеть это в Эфире, он держал свой разум в ловушке этих неприятных мыслей. — Ты помог мне освободить Двалина, чтобы он понял. Ты подружился со многими жителями Мондштадта. Почему?.. ты хочешь сказать, что ты незнакомец?       — Мне здесь не место…       Венти слегка фыркнул, качая головой, в то время как его хватка на Эфире ослабла, ровно настолько, чтобы Путешественник мог убрать руку. — С этим фактом я не могу не согласиться, но ещё один факт… — Венти скрестил руки на груди, слегка улыбнувшись Эфиру. — Ты никому не чужой, и мы все будем беспокоиться о тебе. Итэр, ты чувствуешь себя свободным?       Вопрос удивил Эфира, он опустил голову, чтобы посмотреть на Венти, видя, что его вопрос всё ещё застыл в его глазах. У него был мягкий взгляд, но на этот раз Эфир тоже увидел в них лёгкую боль. Был ли этот вопрос болезненным для Венти, чтобы задать его?       — Я не знаю, как ответить… — Эфир немного неловко потёр затылок. Он действительно не знал, что ответить. Чувствовал ли он себя Свободным?       Можно было бы так подумать, но его разум постоянно снова возвращался на плохую дорогу. Венти слегка покачал головой. — Итэр, я… я действительно хочу, чтобы ты понял, что ты волен делать то, что тебе нравится. Тебе не нужно было помогать мне с Двалином. Тебе также не нужно было помогать кому-либо ещё в выполнении их задач. Ты чувствуешь себя в ловушке? Это тяжёлая задача, которую, по твоему мнению, тебе нужно выполнить?       Эфир не думал, что Венти поймёт что-либо из этого, но он, возможно, попал в точку. С тех пор как он встретил Паймон, её помощь и предложения всегда заставляли его думать, что он должен помогать всем. Точно так же, как он помог ей выбраться.       Возможно, это был просто ход мыслей по умолчанию, всё, что она сказала, было правдой? Он был чужаком в этом мире, и Паймон знала об этом лучше, чем Эфир когда-либо смог бы понять самостоятельно.       Эфир почувствовал, как у него ёкнуло сердце, когда рука Венти потянулась, нежно обхватив его голову сбоку. Пальцы барда коснулись прядь его светлых волос, мягко убрав её за ухо. Но когда их взгляды встретились, у Венти была только эта слабая улыбка, как будто он жалел Эфира за то, что с ним происходило.       — Я не могу говорить за других, но я могу говорить за себя. Я рад, что ты помог мне, Итэр. Но мне грустно сознавать, что ты не чувствуешь такой свободы, чтобы сказать «нет».       Рука Венти немного сдвинулась, Эфир почувствовал, как костяшки его пальцев мягко коснулись его щеки, пытаясь привести его в более спокойное состояние, чтобы его разум не был внезапно перегружен. — Из всех мест Мондштадта должно быть хоть одно место, где ты чувствовал бы себя свободно. Если кто-то чувствует себя связанным или находящимся под чьим-либо командованием и управлением, я тоже не верю, что город оправдает своё название.       Эфир закрыл глаза, его голова склонилась к руке Венти, которая изменила положение, чтобы обхватить щеку Эфира. Как это было тепло, любяще и нежно. Он не мог припомнить ни одного момента, когда бы он чувствовал такое тепло, украшающее его кожу подобным образом. Или, может быть, это было из-за холодной ночи?       — Позволь мне помочь тебе, Итэр.       Голос Венти такой тихий и мягкий. Эфир почувствовал, что его разрывает. Он не был уверен, было ли это из-за его пропавшей сестры, или события, которые происходили слишком быстро, ошеломили его. Возможно, это также может быть последним вариантом. Он ни с кем по-настоящему не общался, так что изящное прикосновение Венти давало ему то единственное, в чём он так нуждался.       Почему было так трудно даже принять такую доброту от другого?       Венти смахнул слезу, которая стекала вниз, медленно уговаривая Эфира спуститься, в то время как Венти позволил своим рукам обвиться вокруг шеи Эфира.       — Я должен знать всех людей, чтобы тоже время от времени принимать помощь. Итак, позволь мне помочь тебе, Итэр. — спросил Венти, его руки слегка сжались вокруг Эфира, позволяя объятиям придать немного больше эмоций.       Прошла минута, и Венти подумал, что, может быть, этого достаточно, что он не достучался до Эфира. Увы, некоторым душам просто нельзя было помочь, верно? Может быть, он действительно был тем, кто провалил такую миссию, возможно, если бы он привёл Дилюка, он мог бы больше помочь…       Глаза Венти расширились, чувствуя, как руки Эфира вскоре крепко обхватили его, возвращая объятия, в то время как голова Эфира опустилась на плечо Венти. Его тело почти сдалось под ним, когда он прислонился к Венти. Пальцы вцепились в накидку Венти, пытаясь удержать объятия крепче.       — Я-я просто х-хочу быть свободным со своей с-сестрой.       Тихие, заикающиеся рыдания удивили Венти. Он медленно переместил руку, обхватил затылок Эфира и притянул его ближе. Пальцы нежно пробежались по светлым локонам, успокаивая путешественника в его объятиях. — Однажды у тебя будет свобода, Итэр. Медленные шаги обеспечат тебе это. Твоя сестра, мы найдём её, и ты соединишься с ней и будешь свободным.       Венти обычно не был из тех, кто даёт обещания, но в глубине души он знал, что Эфиру нужно услышать эти слова. Нужно было быть уверенным, что эти желания сбудутся.       Эфир хотел насладиться моментом, чтобы кто-то обнял его и заверил, что всё будет хорошо. Блондин закрыл глаза, он, честно говоря, понятия не имел, что произошло после этого.              Восход солнца раздражал его, когда он проснулся, но это было не на травянистой лесной земле, как обычно. А на кровати в гостинице. Он пошевелился, и вскоре его взгляд остановился на теле рядом с ним. Рука Венти мягко легла рядом с головой Эфира, как будто она была готова успокоить Эфира во сне, если бы были какие-либо признаки или шансы, что Эфир будет потревожен во сне.       Эфир позволил себе расслабиться на кровати, его взгляд наблюдал за мягким и умиротворённым выражением лица Венти. Видеть его таким тихим, умиротворённым и не в том игривом настроении, в каком он обычно был. Это была такая перемена. Возможно, он был одним из тех редких людей, которым посчастливилось увидеть более спокойную сторону Венти?       Его рука медленно поползла вверх, легла поверх руки Венти, и, к его удивлению, пальцы Венти сомкнулись с пальцами Эфира. Держа их руки соединенными в мягком захвате, пока бард свернулся калачиком, тихо выдохнув.       Эфир подумал, что это мило, можно сказать, зрелище богов. Он не собирался будить барда, даже если бы мог посмотреть на это мирное зрелище перед собой.