who are we to each other?

Каждый раз просыпаясь в одной кровати в обнимку с ним, Казуха не понимал лишь одно: "как же к нему относится Скарамучча, если не разглашает свои чувства?" Правда, было бы действительно легко, если бы Скарамучча был по характеру проще. Как личность, не замыкал свое отношение к Казухе где-то глубоко-глубоко в себе. Но Скарамучча не тот, кто привык выражать словами. Обычных действий с него вполне хватит, чтобы понять, чего он хочет, чего он требует, что он чувствует. Только Каэдэхара не понимал. Очевидность. Одно время - они все время предпочитают проводить вместе. В обнимку или держась за руки, целуясь или просто любуясь красотой друг друга. Им вправду было неважно что они делают, главное лишь то что делают они это вместе, в действительности прекрасно проводя время, находясь в эйфории своих чувств и эмоций. Каждый новый день начинался одинаково. можно, сказать, обыденно. Но никого эта обыденность не беспокоила, они привыкли к компании друг друга и в большем они и вправду не нуждались. Утренние поцелуи и объятия - это было один из любимых жестов Скарамуччи. Он сжимает талию Каэдэхары, обвивая руками и утыкаясь носом в ключицу и вдыхая родной аромат. Только Казуха разомкнет глаз - Скарамучча начинал свою ежедневную "церемонию", нежно начиная целовать от уголка губ, доходя до лоба. Казуха не сморщил лицо в недовольной гримасе, ведь только проснулся. Он довольно улыбался, обнимая за шею и притягивая ближе, словна боясь потерять, как уже потерял близкого себе человека. Казуха знает, что всегда может обнять темноволосого со спины, затем развернуть его к себе и нежно чмокнуть в губы. это же далеко не дружеские отношения, почему он не может сказать мне? Казуха прекрасно помнит, как его торс оголили, снимая спальную рубашку. Как руки Скарамуччи бесстыдно проползли каждый сантиметр груди Каэдэхары. Но об этом они решили оба молчать, и нельзя было понять, к лучшему это или же стоило это обсудить. Но и с другой стороны, Скарамучча не был простым, что дарил только любовь и свет. Негатива излучалось в достатке, пусть и Казуха смягчил его отношение к миру. Каждая ссора отдавалась раной по телу, каждой новой, что неимоверно щипала и заставляла глаза предательски слезиться. в такие моменты Казуха молчит, он не хочет ничего говорить. Он остаётся в квартире один, как только слышит излишне громкий хлопок входной двери. Начиналось это одинаково. Снова обыденность, так же как и заканчивалось. Скарамучча, как бы ни был зол, не мог держать зла на того, к кому достаточно привязался. - "тц, как же я стал мягок." - проносились одна за другой мысль в голове, пока он на кассе оплачивал очередную сладость для Каэдэхары, собираясь идти мириться. И это произошло вновь. Только вот Казуха решился. Ранний вечер сменялся глубоким, розовато- красные оттенки вступали на небо, прогоняя синеву и позже окутывая мраком. Оба парня лежали в обнимку на диване, греясь под одним одеялом. - Скарамучча? - Казуха отстранился от возлюбленного и внимательно осмотрел его лицо. Он старался выглядеть серьезным, максимально сосредоточенным. - Ты что-то хотел? - Да. Темноволосый склонил голову, якобы спрашивая " что опять не так? " Казуха выдохнул, спокойно беря руку Скарамуччи в свою, переплетая пальцы. - Кто я для тебя? - Ты хотел бы, что бы я как- то назвал тебя? Тебе интересно что я думаю? - Пожалуйста. - он склонил голову, - ответь сам. Без наводящих мне вопросов. - Не знаю. Я просто люблю тебя, Казуха. Разве, это не настолько что-то очевидное? - Я тебя тоже. И, я не понимаю твоих намёков, Скар. - Вот как, ха? - он хмыкнул, вновь тянувшись за объятиями. Только уже, по всей видимости, к своему парню. Казуха поудобнее устроил свою голову на плече Скарамуччи и прикрыл глаза, довольно улыбнувшись. Обыденность. Она, естественно осталась, но к ней и пришло чувство, что теперь Казуха спокоен, он знает все, что хотел и все, что ему нужно.