(не)идеальный

      — Назови своё имя. — просит молодой человек, смотря в глаза андроида, ласково улыбаясь. — Нет, нет, не это, а то, что дал тебе я, — когда было андроид напротив уже открыл рот, чтобы назвать код, что был дан ему при создании, Намджун немного строго, но все ещё спокойно и ласково прервал его.       — Я Сокджин, господин Ким, — ни капли не изменившись в лице, с абсолютно спокойным, положенным андроида, прописанными им программой, голосом исправился тот. На это Ким вновь ласково улыбается, прикрыв глаза, кивает головой в знак одобрения.       — Молодец, Сокджин, — делая акцент на его имени, выбранным Намджуном лично, он продолжает, — именно это твоё имя, не код. Код не может быть именем такого прекрасного, умного....творения. — как же хочется сказать "человека", смотря в такие обманчиво человеческие черты лица, будто живые, блестящие глаза. Однако,...       — Я Вас понял, господин Ким, — прервал затянувшееся молчание Джин, что внимательно смотрел на мужчину, мигая жёлтым светодиодом.       Человек тяжело вздыхает, убирая ненужные мысли и вновь говорит так же спокойно и беззлобно. Так грустно, но никто ведь не виноват?       — Намджун, просто Намджун, хорошо? Не надо так официально, — он снимает очки, улыбается и смотрит в карие глаза напротив, — помнишь, я тебе друг, а не хозяин.       — Хорошо. Как пожелае...шь, Намджун.       Он запнулся, диод снова светится жёлтым, а брови немного нахмурены. У Намджуна аж сердце на секунду замирает, но тут же возвращает свой прежний ритм, когда Ким вспоминает, что подобные человеческие повадки лишь прописанные в программе андроида условия, чтобы тот казался ещё более человечным. Казался...да. Всего лишь казался, ведь робот, машина, как ни крути все равно ею и останется, так? Никогда не станет по-настоящему живым. Именно так думали учёные, создавая ИИ, что превзойдёт по развитию всё, что известно человечеству. Но вот люди, как раз, не роботы и имеют свойство допускать ошибки. Возможно поэтому уже как полгода по всему миру начинают появляться девианты. Андроиды, которые обретают человечность, думают, размышляют, ошибаются, чувствуют.       Это всех пугает не на шутку, люди стали опасаться своих и чужих андроидов, избегая их и даже избавляясь от них, уничтожают. Как глупо, все этого боятся, а Намджун жаждет. Если бы Джин был человеком или хотя бы стал девиантом....       Но, вопреки ожиданиям Кима, и в радость разработчикам версии Сокджина, тот работает словно швейцарские часы — идеально, одним словом.       Однако, были случаи, которые заставляли сердце мужчины биться быстрее в щемящей надежде.       Например, спустя неделю, как Сокджин оказался в доме Намджуна, он накрывал на стол. К молодому человеку должны были прийти друзья, а по совместительству и его коллеги, чтобы отметить вместе пять лет(а с некоторыми и того больше) дружбы. И, пока Ким наряжался, снизу послышался звон, будто что-то разбилось.       Сокджин разбил стакан.       Казалось бы, что тут такого? Но, всё же, это андроид, их Намджун повидал немало и ещё ни один не ронял что-то по "случайности". А именно так оправдался Джин. Сказал, что из рук случайно выскользнуло. Конечно же, Намджун не поверил, но и ругать того не стал(в любом случае не стал бы) или придавать случившемуся значения.       Второй такой важный для сердца Кима инцидент произошёл примерно через месяц после предыдущего.       Намджун бегал по городу с документами. Надо было то туда, то сюда, то с этим контракт заключить, то с тем. Так и пробегал он полдня. Сокджин же его сопровождал и помогал по возможности. В обед они шли перекусить и тут мужчина заметил, что его спутник отстал.       Всё верно, Сокджин обнаружился на корточках посреди улицы, гладящим бездомного грязного пса. Прохожие зло косились на андроида, а Джун удивлённо хлопал глазами.       — Сокджин?       Намджун, не обращая внимания на недовольство людей вокруг (хотя, по-хорошему, надо было бы хотя бы отойти в сторону, но сейчас ему было совершенно не до этого), присел рядом с андроидом на корточки и сначала посмотрел на довольного вниманием очень худого и явно больного пса, а после перевёл взгляд на Джина. Так он и смотрел на него, наблюдая за эмоциями на красивом лице, которые казались слишком истинными, слишком настоящими.       Андроид же с грустным видом чесал собаку за ухом и таким же грустным голосом тихо произнёс:       — Так грустно, что кто-то не имеет семьи и дома, не имеет возможности быть любимым и нужным.       Намджун застыл. Он был поражён таким словам со стороны андроида и просто уставился на того с ясно комичным выражением лица. Прервал молчание Джин, который поднялся на ноги, все ещё не отрывая ещё более печального взгляда, чем раньше, от пса.       — Господин Ким, — Намджун, что всё ещё находился в неком замешательстве, даже не подумал исправить его на обычное "Намджун". Джин всё ещё постоянно называет его слишком официально, хотя мужчина настоятельно каждый раз просит его этого не делать (что в свое время тоже даёт тому некую надежду, таким неповиновением), — вы приобрели меня (ох как же Намджуну не нравится, как это звучит) потому что вам было одиноко. И всё же я андроид, не человек и даже не живой, — почему то в сердце потяжелело, но он не смел ничего говорить, продолжая внимательно слушать, — задумывались о животном, так, может, стоит снова подумать об этом? Оно поможет вам больше...       Сокджин смотрел с такой надеждой и грустью, что у Намджуна болезненно защемило в сердце, а воздух перекрыло. Разве так смотрят обычные машины?       Он не мог отказать, не мог сказать Джину "нет" в тот момент. Наплевав на желание сказать "всем не поможешь, всех не приютишь" Ким поднялся, ослепительно улыбнулся и сказал: "Хорошо, тогда мне будет вдвойне приятно возвращаться домой".       Сразу после сказанных слов он почувствовал неловкость из-за них же, и уже хотел было сказать что-то на подобии "не бери в голову" и неловко посмеяться, но смущенная(?!) улыбка, что озарила лицо андроида от его слов заставило заткнуться и сделать кульбит сердцу.       И уже через две недели по двору дома носился отмытый, откормленный и окончательно здоровый белый пёс. Хорошие ветеринары и знания Сокджина сделали своё дело. Пёс был молод и похож на белую швейцарскую овчарку, но точно был беспородный, обычный дворняга. Ласковый и энергичный. Джин даже сам выбирал тому корм, спальное место, поводок, ошейник, разнообразные игрушки... даже имя сам ему дал. Рэм, Рэми.       Намджун животных любил, но не был посвящён в тонкости их содержания, потому прибывал в не самом культурном шоке, когда весь дом и двор заполнили средства и игрушки лишь для одного пса. Но быстро привык, учитывая, что жизнь с появления Рэми стала действительно на пару тонов ярче.       А Сокджин, кажется, был счастливее всех. Постоянно носился с новым жильцом, играл с ним, дрессировал. И Намджун, видя счастливую улыбку, которая почти не сходит с лица андроида после появления собаки, не жалел вдвойне.       Так они прожили ещё полгода, ничего подобного больше не происходило и это даже немного расстраивало Кима, но потом он смотрел на счастливого Джина, которого опять обваляли в грязи две пары лап, и на душе сразу становилось лучше.       И вот Намджун заболел. Удивило это событие его самого даже больше чем друзей, с которыми он должен был отмечать Рождество. У мужчины был хороший иммунитет и по пальцам можно было сосчитать сколько он раз болел за всю свою жизнь, а тут на тебе — слёг с температурой прямо в праздник!       — Опять тридцать девять и девять...— Сокджин был сам не свой, по крайней мере так казалось Джуну. Неизвестно, казалось ли ему это из-за болезни, или андроид и вправду волновался за него. — Я принесу жаропонижающее.       Намджун промолчал. У него не было сил даже кивнуть, не то чтобы что-то сказать.       Пару дней назад они долго гуляли с Рэмом, все извалялись в снегу и промокли. Джин говорил человеку хорошо отогреться и принять таблетки от простуды. Ким пообещал и благополучно забыл. Вот вам и итог. Спасибо андроиду, что хоть не стал причитать по этому поводу, как любил часто делать. Хотя, кто знает, может он просто ждёт его выздоровления, ведь говорить с Намджуном в таком состоянии это то же самое, что учить глухого говорить. Бесполезно.       Глаза болели ужасно, но Ким пересиливал себя, чтобы наблюдать за андроидом, за его резкими, неуклюжими от волнения(?!) движениями, красивыми, каштановыми глазами. Но когда тот ушёл смысла себя мучать не осталось и Джун закрывает веки и, кажется, проваливается в сон.       Просыпается он когда вокруг уже кромешная тьма. Температура явно спала, но глаза так и норовят слипнутся вновь, чтобы поспать ещё хотя бы час или два.       — Проснулся? — донеслось откуда-то сбоку, но Намджун даже не вздрогнул, лишь повернул голову, переводя взгляд на андроида. — Хочешь что нибудь?       Он просил воды и Джин помогает тому попить, после вновь всучив градусник. Они сидят (точнее один сидит, а второй — лежит) в тишине. Ким смотрит в сторону андроида и, кажется, видит, как тот перебирает пальцами, как иногда делают люди, нервничая. Возможно, ему снова лишь кажется.       — Тридцать семь и четыре, — оповещает Джин, кладя градусник на тумбу у кровати. Намджуну кажется (снова...?), что тот тихо выдыхает с облегчением.       — Ну, видишь, уже не сварюсь, а только замёрзну, если температура продолжит падать, — выдав эту ужасную, судя по выражению лица напротив, шутку Ким тихо посмеялся и сразу же зашёлся в жутком кашле. Сокджин обречённо вздохнул и спросил: — есть хочешь?       — Нет.       Тот и не стал настаивать, а лишь плотнее укрыл человека одеялом, прерывая все недовольные кряхтения твёрдым "надо".       — Не хочешь моей стряпни — спи.       Андроид хмурится и дуется, изображая обиженную гримасу и Джун смеётся, кривясь от боли в горле и лёгких.       Когда же мужчина погружается в полудрёму, сквозь пелену сна ему показалось, что чья-то рука коснулась его щеки, а что-то очень похожее на губы коснулось лба, оставляя кожу гореть сильнее, чем от вновь поднимающейся температуры.       Сквозь дрёму Намджун не может сдержать глупой, но абсолютно счастливой улыбки.       Если это сон, то он бы предпочёл проспать как можно дольше. А если бред больного, то он хотел бы болеть так почаще, чувствуя чужие прохладные ладони на щеках, губы на лбу и видя смущенную, нежную улыбку своего андроида.