Stay

Она находилась где-то посередине между сознанием и глубоким сном. Тяжелые веки были самым очевидным сигналом, но она отказывалась заснуть, хотя ее измученные мышцы умоляли об этом. Нет, Андреа не была готова закрыть глаза и положить конец той ночи; она хотела бодрствовать, чтобы ценить каждую деталь женщины, решившей разделить ее постель, хотя бы на одну ночь; она хотела запомнить все, ритм ее дыхания, запах ее волос, ощущение ее кожи на своей. Андреа легла на правый бок, левой рукой обняв Лену за талию, приближая ее тело к себе, уткнувшись лицом в шелковистые черные волосы. Она глубоко вдохнула, аромат, напоминавший смесь кокоса и чего-то экзотического, чего-то сладкого и манящего. Это был вызывающий воспоминания запах, потому что это было то, что она запомнила, тот же запах, которым она дышала, когда они делили маленькую кровать еще в школе-интернате, тот же запах, благодаря которому она чувствовала себя опьяненной в ту новогоднюю ночь, когда они застенчиво исследовали свои тела без одежды в из первый раз. Латинка потеряла счет времени, она была погружена в свои воспоминания, пока Лена не прижалась к ней, и это неосознанное движение заставило ее вздрогнуть. Между ними не было места, это был интимный момент, и Андреа прекрасно чувствовала каждый дюйм обнаженного тела Лены. Та ночь прошла так, как никто из них и представить себе не мог. Они должны были поговорить, выпив пару бокалов, после всего что произошло, единственное чего они хотели, так это укрепить свою дружбу. Тем не менее, что-то в этой динамике в конечном итоге пробудило скрытую потребность, это было похоже на стремление вернуть то, что у них было раньше, что, возможно, усиливалось их одиночеством. Андреа прекрасно знала, что Лена ни с кем не была с тех пор, как рассталась с Джеймсом, и то же самое произошло с самой брюнеткой и ее бывшим. Или, может быть, сама идея разделить эту ночь с подругой, с ее бывшей любовницей была просто заманчивой, и от нее невозможно было отказаться. Андреа стало любопытно. С их последней встречи прошло десять лет и, конечно же, многое изменилось. Их тела были другими, они повзрослели; теперь они более четко знали, что им нравится, и не стеснялись демонстрировать свою страсть. Брюнетке пришлось закрыть глаза, когда в ее голове заиграли образы Лены в порывах страсти. Исчезла застенчивая девушка, не знавшая своих физических качеств, та, которая в начале своего сексуального пробуждения попросила выключить свет и спрятаться под простынями. Юная Андреа никогда ей ни в чем не отказывала, она уважала ее желания, хотя и уверяла, что ей нечего стыдиться, но эта Лена была совсем другой. Ей не было стыдно целовать, трогать или гоняться за удовольствием. Она была внимательной любовницей к нуждам своего партнера. Эта ночь надолго запомнилась Андреа и, хотя она не могла говорить за Лену, она пыталась оставить свои ласки на коже Лены. Она вонзалась ногтями в алебастровую кожу с немного большей силой, она оставляла засосы на шее и бедрах, за которые Лена отчитала ее, когда увидела их в зеркале, но это было бы достойно, потому что Андреа так повезло засвидетельствовать интересно, как Лена не раз терялась в сексуальном экстазе; чувствовала, как она сжимала её пальцы, ощущала её вкус во рту, извивалась над ней. Одна лишь мысль о том, что произошло несколько минут назад, вызвала глупую улыбку на лице Андреа и, конечно же, ее возбуждение снова проснулось. Она пристрастилась к вкусу Лены, к смеси их духов, к ее тонким ласкам. Голубые глаза смотрели на темную копну волос её возлюбленной. Она чувствовала беспокойство, она чувствовала жажду, которую могла утолить только Лена. -Не можешь заснуть? Голос Лены звучал глубже и хриплее из-за ее короткого сна, и Андреа он показался чрезвычайно соблазнительным. -Нет. На мгновение Андреа показалось, что ее подруга снова заснула. - Если тебе нужно отдохнуть, я могу позвонить своему водителю. Эти слова звучали так непринуждённо. -Дело не в этом. -Хочешь поговорить? Андреа вовсе не была застенчивой женщиной, а совсем наоборот. Она была прямолинейной, напористой, обученной получать то, что она хотела, и то, чего она хотела в этот момент, было в ее полной досягаемости. -Нет, не совсем… Андреа перенесла свой вес на правую руку, чтобы она могла смотреть на Лену сверху вниз, в то же время как левой рукой она пригласила свою возлюбленную повернуться к ней лицом. Положение было неловким, но позволяло им пристально смотреть друг другу в глаза. Андреа воспользовалась возможностью, чтобы очертить контур губ другой женщины большим пальцем; они все еще были опухшими от их предыдущих действий, и это делало их еще более привлекательными. -Могу ли я поцеловать тебя? - почти вежливо спросила Андреа, хотя знала, что с таким же успехом может украсть поцелуй у Лены. Андреа ожидала хитрого ответа, возможно, кокетливой улыбки, но Лена была известна своей непредсказуемостью, и Андреа была приятно удивлена, когда Лена поднесла руку к губам и поцеловала ладонь, прежде чем она обхватила губами указательный и средний пальцы, облизав их языком. Андреа закрыла глаза и сосредоточилась на ощущении влажного языка, играющего с ее собственными пальцами. - Лена, - Андреа жалобно захныкала, в то время как ее бедра начали двигаться, ища правильный угол, который мог бы помочь ей снять приятное напряжение в животе. Она чувствовала, как её влага покрывает кожу ее возлюбленной, и, судя по сдавленному стону, вырвавшемуся из ее горла, Андреа знала, что Лена наслаждается быстрым темпом ее возни. -Ты все еще хочешь меня поцеловать? - спросила Лена, отпустив пальцы брюнетки, и Андреа смогла ответить только яростным поцелуем. Ее разум стал затуманился, на ее реакции повлияли ее первобытные инстинкты. Движение ее бедер было ограничено из-за плотной близости между ними и идеального поцелуя, который ни одна из них не хотела прерывать. Их языки скользили и скользили друг по другу, они танцевали, облизывали без колебаний. Это было эротично, как их тихие стоны замерли во рту друг друга. Кожа Андреа начала потеть, она почувствовала, как дорогие простыни из египетского хлопка прилипли к ее телу, отчего ей стало слишком жарко. Отодвинув простыню как можно дальше, она обнажила их обеих, и брюнетка воспользовалась возможностью скользнуть рукой по мягкой коже бедра Лены, по изгибу ее талии, ощупывая кончиками пальцев пространство между ребрами, и собственнически поглаживая ее грудь, просто чтобы снова соскользнуть вниз по тому же пути. Андреа тяжело дышала, прижимаясь к губам Лены, когда ее рука скользнула между ее ног, сжимая внутреннюю поверхность бедра, приподнимая её. - Прикоснись к себе. - попросила Андреа. Лена издала новый стон и, желая доставить удовольствие своей возлюбленной, сделала то, что от неё требовали, и, хотя Андреа не могла видеть движений Лены, она могла чувствовать их благодаря покачиванию ее бедер. Мышцы правой руки Андреа уже начали уставать. Однако она не позволяла себе упасть, она хотела увидеть именно тот момент, когда Лена отдалась удовольствию, которое она доставляла себе, она хотела стать свидетелем того момента, когда каждая стена, которую она построила вокруг себя, рухнула, обнажая сладкую уязвимость, которая могла исходить только от неудержимой похоти. Губы брюнетки прикоснулись к плечу Лены, и эти короткие поцелуи вскоре превратились в несильные укусы, в то время как ее бедра, не теряя ни секунды, продолжали тереться о задницу любовницы. - Ты такая мокрая. - пробормотала Лена, немного повернув лицо к Андреа, которая могла видеть её зеленые глаза, затуманенные собственным возбуждением. - Только для тебя… всегда для тебя. И это было правдой. У Андреа было несколько любовников, любовников, которые были внимательными, страстными, но ни один из них не был похож на Лену. Какое-то время Андреа полагала, что идея ее первой любви, той, с которой она пережила новые впечатления в четырех стенах комнаты, была бессознательно романтизирована ею, поставив ее на пьедестал, и, возможно, это была причина, по которой она скучала. Она так сильно скучала по Лене и так старалась отодвинуть фантазии, в которых Лена была для нее чем-то большим, чем просто подруга. Тем не менее в ту ночь Андреа заметила, что между ней и Леной все еще существует неоспоримая химия; все еще оставалось доверие, которое позволяло им нарушать общепринятые отношения и выражать желание всем своим телом. Андреа чувствовала, как Лена дрожит, ее движения были более беспорядочными, а брюнетка знала, что оргазм Лены все ближе и ближе, мучая себя, потому что было очевидно, что Лена стремится достичь конца с Андреа. - Ты близко? - спросила Андреа, и единственным ответом, который она получила, был яростный кивок. Андреа зарычала от удовольствия, потому что Лена Лютор, всегда красноречивая, не часто теряла дар речи, и это был момент, которым она всегда дорожила, потому что она была причиной этой неспособности, она была женщиной, которая крала самые чувственные стоны, которая вела черноволосую женщину к новому оргазму. Красивая латинка закусила губу, она тоже была почти на грани, она чувствовала напряжение в животе, ее дыхание было хриплым, и от ожидания того, что скоро будет кульминация, у Андреа по коже побежали мурашки. Именно в этот момент ее движениям не хватало грации и ритма, первобытная потребность овладела Андреа, но что-то отделяло ее от яркого финала. —Андреа… я… Голос Лены был спусковым крючком, от которого напряглось все ее тело. Ее пальцы впились в плоть любовницы, а рука была так близко к ее сердцу, что она могла чувствовать тепло, исходившее от нее, и, не слишком раздумывая, Андреа положила Лену на спину, и внезапно она оказалась над ней. Ее ноги были переплетены в интимном объятии, и на мгновение они замерли, поглощенные морем ощущений, которые были одновременно знакомыми и новыми. Глаза Андреа были очарованы образом женщины, лежащей под ней. Щеки Лены покраснели, а непослушные пряди черных волос прилипли к белоснежной коже из-за пота. Андреа могла свободно касаться, и она это сделала; ее ласка была мягкой, кончики пальцев касались теплой кожи, как будто это была самая нежная вещь во всем мире. -Ты такая красивая. - прошептала Андрея перед тем, как поцеловать губы Лены, мучительно медленно, смакуя каждый изгиб их языков, в то время как кровать быстро раскачивалась от сильных толчков. Положение было идеальным для того, чтобы их центры могли встретиться и раствориться; кислорода не хватало, и поцелуй превратился в бесконечную серию соприкосновений губ друг друга. - Пожалуйста… - умоляла Лена, плотно закрывая глаза и приподнимая колени, чтобы Андреа имела лучший доступ к ее самым интимным местам. Ее ногти царапали спину брюнетки, вызывая приятную боль, которая наверняка оставила бы следы той жаркой ночи на ее коже. Андреа… От стонов Лены у Андреа звенело в ушах, они были подобны симфонии, достигшей ее сердца. Андреа немного приподняла верхнюю часть тела, чтобы увидеть, что происходит между ней и ее возлюбленной, полюбоваться лицом Лены в состоянии экстаза, потеряться в гипнотическом покачивании ее грудей и собственнически сжать одну из них, только чтобы посмотреть вниз, где их тела соединились. Все это было похоже на сон, как будто все было возможно, как будто она могла бы снова вернуть Лену в свою жизнь как нечто большее, чем просто друг. Ленина рука поднялась по руке Андреа, перебегая через плечо и цепляясь за затылок. - Посмотри на меня, - попросила Лена, и Андреа повиновалась, - Заставь меня кончить, дорогая. Андреа не знала, что вызвало их общий оргазм, может быть, это был напряженный взгляд их глаз или последние неистовые движения их тел, возможно, идеальное слияние обоих факторов, в любом случае, ощущение было ослепляющим, и она могла чувствовать, как каждый нерв в ее теле завибрировал от удовлетворения. Брюнетка спрятала лицо в изгибе шеи Лены, заметив, что ее духи стали более насыщенными. Ее сердце бешено колотилось, и она чувствовала, как Лена пытается отдышаться, пока ее руки ласкают спину, успокаивая, убаюкивая. -Устала? Лена что-то пробормотала в висок Андреа, просто чтобы поцеловать ее, и она лениво кивнула. У Андреа по-прежнему было слишком много сомнений относительно того, что произойдет на следующее утро, но она так устала, что не думала о возможных последствиях, всё, чего ей хотелось, - это заснуть в объятиях Лены и продолжать мечтать о Лене.