Брат и другие неприятности

Таня к починки несчастной двери возвращается надеясь, что в этот раз ей неято не помишает. Возвращение утюра радовало, да как оно может не радовать, все были уверенны, что тот пропал навсегда и вазврата нет, а он здесь вот перед ними. И все уверенны, что это тх создатель как отряда сопротивления. Отряда состоящего из странного изначально подозрительного и несплаченного коллектива. Улыбается от воспоминаний. Дела идут чуть лучше, пусть и приходится применять больше усилий. Плечем пытаться придерживать легкий метал, через который пойдет уплотнитель и наживлять все на холодную сварку. Тяжесть ощущшщзается вполне себе предскозуемо и тело даже привыкает к нему, пожтому чуть ли не падает опираясь рукой о пол, когда становится слишком легко. — Давай я всетаки помогу, — голос младшего Оранских заставляет Таню нахмурится. Девушка понимает что отнекиватся нет смысла, как минимум это займет больше времени. — Будет проще если сразу пройтись обычной сваркой, ну или перетянуть все болтами а уже поверх сваркой. Холодка не даст схватится нормально, прейдется делать двойную работу запаевая на утро. Но для этого понадобитсчнебольгая помощь. Таня бровь удивленно приподнимает с недоверием косясь на держащего метал парня. Он хоть понял что сказал? Вандерфлок даже моргает несколько раз. — Ладно, — все еще недоверчиво тянет блондинка приподнимаясь и визуально ровняя все по прорезям. С наличием помощи действительно легче, хоть и не привычно. Непривычно, что приходится обьяснять не так много, как обычно. *** Крыл у тюра в комнату утягивает, даже не представляя с чего начать. За три года скапилось слишком много приключений и историй. Одна его попытка бросить пост капитана чего стоит. Кстате о посте капитана. Турбокрыл прекрасно понимает, что не готов его отпустить спустя столько лет слаженой работы. Утюр присвистывает оглядываясь, всетаки он недооценивал ребят. Достаточно сильно недоаценивал. — А у вас тут просторно, — выдает Утюр стягивая чистую благодаря родникам в ином измерении форму. Родники и урокт выдивания стали отличным истояником к жизни. — Таня вложила достаточно усилий, что бы все сканструировать и спланировать для общего удобства, — мнется Крыл, хоть сейчас это занимает гораздо меньше времени, чем во время жизни на Утхоке. — Да отлично вышло. Кстати как дела в команде… — Я скучал, — садясь на край кровати произносит Турбокрыл, понимая что все эти разговоры выглядят слишком натянуто и глупо, каждый и так знает все ответы. — Даже не представляешь как волновался и дернулся в определенную ловушку только потому что показалось, что ты можешт быть цел. — Представляю. Столько раз пытался найти способ выбраться, попасть к вам, но кроме этого портала натыкался на обманки. Они через два часа назад в иное измерение закидывали. В этот вот здесь оставил, — улыбается Утюр подходя ближе. Лицо Турбокрыла в руки берёт слегка в ладонях зажимая целует. — Тебе все ровно пришлось ждаьь меньше. Можно ли, считать, что я старше? — снимая маску и откидывая её к изголовью кровати произносит Турбокрыл. Вырожение задумчивости на дице быстро стирается перерастая в смех. — Утюр видел бы ты себя со стороны, — белая ладонь запускается в русые перья на затылке. — Мне достаточно жто представить, — ладони с лица на плечи переводит толкая на кровать и падая следом утянутый уже свктлой уткой. — Всетаки быстро ты меня с Выпускнум заткнул. — Не хватало еще всем рассказывать! — Думаешь они не узнает, что у их капитана роман с бывшим капитаном? — ложась рядом, друга рассматривает словно пытается запомнить все изменения, все что переросло из подростковых черт в более взрослые, мужественные. — Не хочу удивлять их с порога, — Крылу много времени не нужно, что бы повернуться на бок и утянуть друга в новый поцелуй. Как де он скучал. То насколько скучал Утюр он чувствует еще активнее когда его к себе придимает крепко, раньше бы даже кости хруснули, а он сам пикнул. — Я правда постораюсь не уходить столь надолго, — шепчет Утюр кончиками пальцев по позвоночнику проходясь. — Кто тебя еще отпустит. Теперь из самолета сигануть не так просто, — нервно посмеивается Крыл проьирясь под военную футболку и вверх тянетт, заставляя тем самым утюра недовольно нахмурится отпуская светлого селезня из объятий. Крыл ладонью до шеи возвращается, вновь медленно ведет вниз задерживается на ребрах. Интересно, чем вооьще Утюр питался там? Крыл мысль отгоняет, что бы настрой не сбить. Шею целует, пока Утюр соображает что происхолит и стягивает футболку с Флешблейда. Крыл пользуется ситуацией в свою пользу, хитро улыбается и любуется разворачивающейся перед ним картиной: Утюр вроде и не против, подставляясь под руки, под прикосновения. А вот под светлыми перьями рано проявляется легкая краснота, не меняющаяся даже годами. Возбуждение приходит волнами, стягивает узел внизу живота, заставляя дыхание и пульс участиться. Хочется большего. Больше ласковых, и необходимы за время отсутствия командой по всему телу. Утюр оказывается таким же, заводится с пол-оборота, а в форменных штанах у самого становится тесно. Зацеловать всего хочется, за что крыл и принемается проводя руками по шероким плечам Флешблейда. В процессе потока поцелуев и бесконечных признаний от остальной одежды избавится получается как то спонтанно и незаметно. Спуститься поцелуями на грудь и вернутся к клюву. Возбуждение на Турбокрыл сказывается, льстит то с каким любопытством все позволяет утюр, как фривольно ща всем наблюдает. Как судорожно вздыхает, стоит нажать чуть сильнее, провести ладонью по внутренней стороне бедра, сжать округлые ягодицы. Все хочется так, что у Турбокрыла ноги подкашиваются. Смазка достается легким движением руки, что Утюр даже не пониакет откуда, но вопросительный взгляд бросает. Мало ли, что между прочим прошло столько лет. — Да не изменял я тебе, успокойся, — посмеиваается Крыл в новый поцелуй утягивая. Гель холодит пальцы, а на лице Утюра ожидаюший взгляд из-под ресниц выглядывая, закусывает губу и хмурит лоб, когда Крыл заставляет ноги согнуть в коленях и хорошенько расставить в стороны. Утюр и не сопратевляется, глаза прикрывает привыкая к новой позиции. Касание сбивает всю моральную подготовку, новыми озущениями. Утюр на секунду забывает дышать. Хочется большего, хоть необходимость про исходящего прекрасно понимается и без обьяснений. С их регулярной половой жизнью, тратить время на растяжку является самым лучшим решением, сколько бы лишнего времени это не занимало. Крылу нравится наблбдать за тем, как лучший друг начинает подмахивать бедрами, как подушкой прикрывается, чтобы заткнуть рот и не стонать так громко. Как спину выгибает, ноги раздвигает вызывающе. — Здесь отличная шумоизоляция, — улыбается шепчет Турбокрыл, хоть через сбивчивое дыхание все звучит сложнее. — Входи уде, потом обо всем — сбито шепчет Утюр и целоватся лезет. На первом толчке загнанно скулит, Крыл входит разом на всю длинну, сам сжимает зубы, чтобы не застонать от того, как сильно сжимается парень. Из головы вышибает все мысли, сердце колотится, как бешеное, распаляя до мутного взгляда с огромными расширенными зрачками во всю радужку. Что стоит продолжать Турбокрыл понимает по ответному толчку. Ритм набирается по наростающей доходя до бешеного, толчки глубокие, резкие. Он носом уткнувшись в подставленную открытую шею, оставляет собственнические следы под темным слоев перьев, аусть не булет видно, но это для них двоих. Шлепки кожа об кожу, смазка пошло хлюпает, а Утюр стонет, с намёками на будущий срыв голоса. — Посмотри на меня, — шепчет Крыл и Утюр смотрит и кончает первым, изливаясь на коротком вскрике себе на живот. Долго еще вздрагивает, тихо постанывает, а потом ноги собрать вместе не может. Они просто не сходятся. Крыла долго ждать не нужно, стоит только выйти и вот уже тот ластится, уткнувшись в чужую шею. — И всетаки, ты изменился, — довольно откликается Утюр ладонью в светлые волосы зарывается. — Но я все еще предпочту быть сверху.