Я люблю тебя, Ром.

Вечер. За окном так радостно пляшет дождь, но не для Антона. Не то чтобы парень не любил это явление, но именно сегодня эти меланхоличные ручьи были неким дополнением к и так плохому настроению. Петров как всегда рисовал, для того, чтобы хоть как-то отвлечься от мыслей, что терзают вот уже на протяжении полтора года. Мысли о том самом. Мысли о Роме. Антон никогда не влюблялся, хоть и была симпатия, даже к той же Полине, но это было давно, да и продлилось не долго. Парень часто себя спрашивал, а нормально ли это, испытывать такое влечение к другу, да еще и к Пятифану, который при первой же встрече так яро вспылил, и со всей красноречивость сказал: «— Ты чё, педик?» Конечно, в тот момент Тоша и подумать не мог, что его привлекают парни. С этим он хоть как-то смирился, ведь всегда был толерантен, но сама мысль о том, что он может потерять такого близкого и любимого друга как Рома — убивала. Ему нравилось в парне все. То, как он курит свои сигареты, с таким спокойным и задумчивым лицом, будто размышляя о чём-то великом. Или же то, как он улыбается — искренне, но эта улыбка была доступна только Антону, только ему Рома доверял. Да, Бяша тоже был близким другом парня, но именно «пушистику» (так он называл Антона) он смог открыться. А его тело все также заставляло блондина в тысячный раз откидывать грязные мысли, которые без остановки лезли в голову. Пятифан стал высоким, стройным и подтянутым парнем, который любил позависать на турниках, что собственно и способствовало набору мышечной массы. Чем то он напоминал Антону молодого папочку, но эти мысли сразу были слиты в санузел бесконечности, ведь суть их очень даже непристойная. Вообщем, был он красив, силен и элегантен в своих любимых шортах Абубас и белой футболке, которая для Антона была бы по колено. Просидев так ещё какое-то время, юноша принял решение пойти спать, ведь это последний год в школе, да и экзамены на носу. Конечно, заснуть удалось не сразу, но хоть как-то утихомирив свои бушующие думы, блондину получилось провалиться в мир грёз. Проснулся соня за 15 минут до выхода. Быстро собравшись, и выкинувши мамину манку, которую ну очень не любил, он вылетел из дома, чтобы успеть на урок. Бежать через лес уже не было так страшно, ведь это было утро, да и парень стал посмелее, вырос все-таки! Ближе к школе юноша увидел своих закадычных друзей — Рому и Бяшу. Они как всегда курили и о чем то разговаривали. Не долго думая, Антон подошёл к парням и поздоровался. — Ну что, пойдем? , — сказал блондин, — мы ведь опоздаем, я и так летел сюда, чтобы успеть. Но в ответ он услышал лишь озорной смех Ромы: — ХАХАХАХАХХАХА, а оно и видно, что кто-то проспал, вот, все волосы разлетелись в разные стороны. Опять всю ночь не мог уснуть?  — сказав это, брюнет потрепал Тошу за волосы, и напоследок бросил, — Какой же ты все-таки милый, пушистик. Антон стремительно начинал краснеть, как помидоры, на которых он когда-то учился целоваться. Не сказать, что попытка была успешной, но все же. Вернувшись на планету Земля, парень быстрым шагом пошел к школе, чтобы никто не увидел его смущения. И у него получилось, ну, он так думал. Но, все же зоркий глаз Ромы, не смог упустить эту деталь. В школе все было как обычно, даже слишком. Дети как всегда либо громко о чем то разговаривали, либо поодиночке сидели у окна, мечтая о том, как бы поскорей сье… уйти из этого, как многим казалось, проклятого места. Антон скорее относил себя ко вторым. Он не любил быть в шумных компаниях, тем более его одноклассников (ну, кроме Ромы и Бяши). Не то чтобы у парня не было друзей, кроме тех двоих. Да чего уж там, он сумел поладить с Катей, даже не то что поладить, они прям таки сдружились. Девушка оказалась не такой уж и плохой, хоть была той еще стервой. Но, к Антону она относилась нормально, даже очень хорошо. Они бы были той самой каноничной парой друзей: милый гей и гиперактивный шипер, которая всеми силами пытается свести парней, местная Лариса Гузеева. Ну, так и было, ведь Катька, в отличии от «безответно» влюбенного, замечала некие действия от Ромы, которые совсем не соответствуют парню с района и их золотому правилу «Скажи нет гейству». Она конечно пыталась намекнуть Тоше, о том, что еще не все потеряно, ведь подруга знала о влюблённости парня, хоть и произошло это случайно. Да и заметить это не составляло труда, ведь Антон всегда смотрел на Рому таким взглядом, полным любви, нежности и грусти, что Катя просто не могла не спросить у друга, правда ли это. Конечно, сперва парень отрицал, но под напором подруги все же сдался и сказал. Вот же было удивление, когда девушка сказала, что не имеет ничего против, и вообще она только за, ведь была тем еще заядлым шипером. Потом, она сказала еще что-то про книги, которые были у нее дома, и которыми она могла б поделиться, но, Антон не стал дальше слушать, и совсем не хотел знать, какого характера это было чтиво. Уроки почти подошли к концу. «Пушистик» быстро вышел из класса, ведь было невыносимо жарко, конец весны все-таки. В коридоре он встретил Катю, которая с большим рвением подбежала к парню, и начала рассказывать очередные горячие сплетни: — Антон, ЭТО. ПРОСТО. КАТАСТРОФА. — говорит Катя, — Ты знал что Маринка из параллели обрюхатилась уже? Черт бы ее побрал, да не просто залетела, так еще и от Семена, ПРЕДСТАВЛЯЕШЬ?! Парень как всегда увлеченно слушал. Но, в этот раз что то было не так, будто кто то наблюдал за ними. Антон быстро отбросил эти мысли, ведь не смог найти причину беспокойства. А это был Рома, который вот уже на протяжении нескольких минут сверлит их взглядом. — Ром, хули ты так пялишься? Сейчас дырку в них сделаешь, на. — Ну так а чего она к нему вечно липнет, блять, — сказал брюнет, нервно докуривая очередную сигарету — А чё, ревнуешь, на? , — посмеялся Бяша, играя бровями. — Ну а как тут не ревновать, блять. — сказал Пятифан, и тут же пожалел о своих словах. — Ооо, ты че, втюрился чтоли, на? — Блять, один прогиб и ты погиб. Скажешь кому… Убью нахуй — пригрозил парень, очень по страшному надвигаясь на бедного бурята. — Да понял я, понял. Хоть и не удивлен, на. Пятифан не стал скрывать от парня свою влюбленность, ведь Бяша был чуть ли не единственный близким другом, после Антона конечно. Он был уверен, что беззубый не будет смеяться, или хуже того, оскорблять Рому за его выбор. В этом был весь Бяша. Настроение борца за справедливость портилось так же быстро, как и погода. Не успело пройти и 10 минут, как ясное небо превратилось в одно большое темное, как лес ночью, облако. Попрощавшись с Катей, Антон вышел на встречу друзьям, которые молча стояли у ворот. Подходя ближе, парень заметил очень странную, даже пугающую атмосферу вокруг одноклассников, в особенности Ромы, хоть тот максимально старался не подать виду, но Тоша давно выучил все повадки Пятифана, и на этот раз он понял — что-то случилось. — Ребят, ну что, погнали? — Сегодня без меня, на. Должен еще кое-куда зайти. Мамка попросила. — Ох, ну хорошо. Тогда до завтра! Ром, ну что, идем? А Рома так и стоял с угрюмым лицом, смотря куда то вдаль, не обращая внимание ни на Антона, ни на Бяшу. В его душе накопилось очень много противоречий и вопросов, которые так и хотели съесть его изнутри. — ма… РОМА! — крикнул Антон, — прием, ты с нами? — Да че ты доебался, тут я, — зашипел брюнет, хоть и не хотел кричать на друга. Антон был крайне расстроен таким поведением, ведь Пятифан никогда не позволял себе кричать на Петрова, тем более в ответ на обычный вопрос. — Да не доебался я, просто спросил. Чего ты такой хмурый то? Опять кто-то сигарету не одолжил? — В твоих глазах я настолько низко выгляжу, что буду расстроен из-за сигареты? Бля… — шумно выдохнув, Рома раздраженно продолжил, — да все заебок, иди лучше у Катьки спроси, как там у нее делишки, вы же так закорешились. Рома не ожидал от себя такого порыва злости и ревности. Он понимал, что это не правильно так срываться на друга, но боль внутри все нарастала и нарастала. — Ну да, мы с ней сдружились, это правда, но почему это тебя так раздражает? — Почему меня, блять, это должно не раздражать, — брюнет перешел на крик, — Катька то, Катька сё, сколько, блять, можно. Мы стали реже видится из-за нее. Сказать что Антон аху. был шокирован, это ничего не сказать. Он не ожидал от друга такой агрессии. Но, еще больше его тревожила другая мысль: «–Он что, ревнует?» Зайчик был из робких, но именно сегодня у него добавилось смелости, на такой, как ему казалось интимный и явно не дружеский вопрос: — Ты что, ревнуешь? — Да, блять, я ревную. Сердце блондина забилось в разы быстрее, а красная краска залила его лицо. Он ожидал услышать все, но явно не это. Не успели хоть какие-то мысли пробраться в голову, как одним движением Рома взял Антона за волосы и нежно поцеловал. Их поцелуй длился не долго, всего пару секунд, но он имел очень большое значение для обоих. В тот момент весь мир остановился, остались только они — Антон и Рома. В тот момент для них не существовало ничего, только они — Рома и Антон. Начался дождь. Прервав сие действие, брюнет посмотрел на удивленную мордашку Антона и только тут он понял, что сейчас произошло. Чтобы Пятифан не увидел его лицо, Петров начал смотреть себе под ноги, упустив самое важное, смущение местного авторитета. Его уши стали алого цвета, а щеки вмиг покраснели, и обоже, как же мило он выглядел. Когда дождь усилился еще сильнее, не долго думая, Рома укрыл своей кофтой так мило трясущегося «зайчика». Блондин не заметил это действие, так как был сейчас в другой галактике, просто дрейфуя по просторам космоса. Они молча дошли до дома где проживало семейство Петровых, и ни сказав ни слова, парень ушел, оставив шокированного «пушистика» одиноко стоять и мокнуть. Спустя минуты две, после ухода Ромы, парень все же пришел в себя, и пошел домой. Мама была на кухне, Оля как всегда пересматривала старую кассету с мультиками, которые она знала наизусть. Как-то поздоровавшись со всеми, парниша поднялся к себе в комнату. Сев на кровать, и увидев на себе кофту Ромы, которая пахла сигаретами, и таким сладко-приторным одеколоном, который так нравился парню, он окончательно вернулся. Сотни мыслей роились в голове. «Он тоже в меня влюблён?», «а может это случайность», «а если и влюблен, то как давно». Сотни мыслей, которые он так и не смог успокоить до самого утра. Поспав всего два часа, Антон, подобно зомби, вышел на кухню, съел манку, что очень удивило тетю Карину, и пошел в школу. Дорога заняла у парня вечность, он будто топтался на месте, но с горем по попал, добраться до школы все же удалось. За весь день не произошло ничего сверхъестественного. Все та же Катя со сплетнями, все те же учителя и ученики, которые ненавидят друг друга. Единственное что отличалось, как показалось Антону, так это Рома. Он был на удивление молчалив и почти ничего не говорил к своему «пушистику». Это очень беспокоило, и ему казалось, что все, что произошло ранее — было ошибкой, по крайней мере для Ромы. Каждое воспоминание того дня приносило боль и бабочки, которые, казалось бы, сейчас просто перевернут все внутри. Так и прошла неделя. Неделя терзаний и безысходности. Да и продолжалось бы все дальше таким же путем, если бы не один случай. Антон как обычно возвращался со школы, но сегодня все шло на перекосяк. Двойка от Марьи Ивановной, которую он явно не заслужил, но сил спорить не было, Семен, который как всегда строит козни кому не попадя, ну и конечно отсутствие Ромки. Его не было сегодня. Парень конечно был разгильдяем, но школу никогда не пропускал. Да и экзамены скоро, надо же хоть как-то готовиться. Пройдя школьные ворота, он увидел Бяшу, и решил спросить где же Рома. — Бля, честно, в душе не ебу, на. Он всю неделю выглядел таким уставшим, что я уж подумал, что помер дед Максим –рассмеялся мальчишка. — Бяша, сейчас не до шуток. Я беспокоюсь за Рому. Ты не знаешь, где он может быть? Антон выглядел очень напряжённым . Ему не давала покоя та мысль, что с Ромой что-то случилось. Может он стал очередной жертвой хозяина, или же его украли, а может он сам хочет с собой что-нибудь сделать. Увидев на сколько может быть испуганным одноклассник, Бяша сразу начал успокаивать его. На нервные вскрики Тохи пришла Катя. Объяснив ей всю ситуацию, друзья отправились на поиски пропавшего. Каждый взял отдельную часть поселка. Они проверили все: ларек, где Ромка всегда покупал сигареты, турники, на которых он любил подтягиваться, дом в конце концов, но нигде его не было. Уже наступал закат. Поиски не увенчались успехом, поэтому было решено ждать завтра. Попрощавшись, друзья разошлись по домам. Всю дорогу до леса Антон винил себя в пропаже Ромы. Он не смог стать для него опорой и защитой, даже в виде друга, в котором тот так нуждался. Ему уже было плевать на чувства которые он испытывал, на учебу, на экзамены. Ему было плевать на все, он желал лишь того, чтобы парень, которым он так дорожит, нашелся. Подходя к лесу, он начал вспоминать все милые моменты, которые он разделил с Пятифаном. «– Вот здесь мы впервые начали разговор. Хах, до чего же неловко было. Ну, он конечно намеревался меня избить, но все же, хорошо что мы сдружились. О, на этом пенёчке, мы сидели ночью в обнимку, потому что я замерз, а Ромка решил меня согреть. А вот на этой полянке мы прошлым летом смотрели на звезды, я и не думал, что они так нравятся Роме. Тогда он мне еще о своем секретном месте рассказал… Стоп. ТОЧНО, то озеро и та поляна, мы же еще там не были» Антон быстро рванул к спасительной, как он думал, паутинке. Ему казалось что он быстрее Соника, которого недавно показывали по телеку. Он не смог бы простить себе, если окажись Пятифан там, с ним что то случилось. Парень мчался будто зайчик, так быстро он даже на физре не бегал, хотя оценки у него были не очень. Прибежав на ту поляну около озера, он начал осматриваться. Никаких следов Ромы. Ни единой зацепки. Ничего. Слезы предательски выступали. Он в тупике. В безысходности. Почти решив уходить, краем глаза он увидел, как какой-то силуэт начал приближаться к озеру. Пару секунд спустя это тело безжизненно полетело в воду. Это был Рома. Это точно был он. Тоха не мог спутать этот до боли знакомый облик. Не думая, блондин пулей полетел к озеру и прыгнул вслед за утопленником. Пловец конечно из него был никудышний, но это сейчас совсем не волновало его. Спасти возлюбленного — вот первоначальная задача. В тот момент герою показалось, что он способен на все, лишь бы Пятифан был жив, но когда парень начал пытаться всплыть с телом, он понял что очень ошибался. Сильная паника завладела Антоном. Парень начал ощущать, как воздух потихоньку выходит из его легких. Медленно, но верно Петров начал тонуть. Почему-то сразу вспомнилась сцена из нового фильма «Титаник», который так любила мама. Но, жаль, что его Роза не останется в живих, ведь он так и не сумел вытащить его на берег. Единственное о чем думал спасатель, это было: «-Прости, Ромашка.» Вдруг он почувствовал сопротивление, и как крепкие мужские руки подхватили его, доставив до берега. Уже на земле, которая казалась спасательным кругом, парни упали на песок тяжело дыша. Первым заговорил Рома. — Ты что, головой ударился? Бля, а если бы ты утонул?! Я бы никогда себя не простил! — Это ты головой ударился, — сказал Антон, — ты без вести пропадаешь, никому ничего не сказав, так еще и с видом, будто ты живой зомби. Я-я уж думал тебя украл хозяин, как тех детей… Я думал. я… Антон начал всхлипывать, ведь трудно было сдерживать эмоции в этот момент. Увидев это, Рома крепко обнял парня. Ему были нужны эти объятия, так же, как и блондину. Ему нужен был он. — Я так испугался, ты со мной не разговаривал целую неделю, даже не смотрел на меня, и тут ты пропадаешь. Меня и так терзали сомнения насчет того поцелуя, — сказав это, Антон явно покраснел, но продолжил, все так же находясь в объятьях парня, — а ты вдруг взял, и просто начал меня игнорировать. Мне было так больно. Рома был ошарашен тем, что «пушистик» поднял эту тему. — Я.. – вздох, очень тяжелый вдох, –блять, я просто думал, что тебе было противно. Ты тогда с таким выражением лица был, я уж думал, что все, ты меня ненавидишь. Вот и не подходил в школе, так как думал, что ты не хочешь меня видеть. Бля. Прости меня, Тоша. За все прости. Да я иди… Не успевает Ромка договорить, как Антон впивается ему в губы. Сперва ахуе. офигевший брюнет ничего не понял, но потом быстро перехватил инициативу. Целовались парни долго, даже слишком, ведь уже стемнело. Так бы и продолжали сидеть около озера, но Пятифан почувствовал, что Петров явно продрог. Остановившись, Ромашка предложил: — Слушай, у меня сегодня предков не будет дома, может давай ко мне на ночовку? Нам явно есть что обсудить. — оскалился Рома — Ну, я думаю мама будет не против, но я должен ей набрать. У тебя дома как раз так и сделаю. По дороге домой к парню, ребята много смеялись, и что самое главное, держались за руки. Антон не очень любил физический контакт, но только с возлюбленным он чувствовал себя комфортно, только с ним он был защищен от мира сего. Уже дома парни принялись за распивание чая и зверского поедания Ромой печенья с маслом и сахаром. Антон не стал кушать, так как помнил советы Кати, но про это он предпочел умолчать. Там они и обсудили все, что так давно тревожит мысли и душу. Оказалось, Роме тоже очень нравился Антон, еще с начала 10 класса. Где-то примерно в то время Антону начал симпатизировать Ромка. Было весьма иронично, что почти полтора года они молчали об этом, но каждый был рад тому, что сейчас они вот так вот сидят вместе, и могут разговаривать про все, что их тревожит. Довольно долго продолжался разговор, каждому было интересно, как все-таки они узнали о своих чувствах, и когда. Но время было уже позднее, поэтому было принято решение идти спать. Но сперва парни пошли в душ, по отдельности конечно. Первым вышел Ромка. Антон пошел следующим. Пока тот был в душе, Пятифан успел расстелить постель, и приготовить одежду для любимого. Спустя какое-то время, горе спасатель все же вышел из душа, с полотенцем, которое держалось на теле парня только благодаря слову божьему. Он честно не планировал так бесстыдно соблазнять уже своего парня, ну может совсем чу-чуть, но что поделаешь, если этот кусок ткани такой маленький. Конечно, это произведение искусства не осталось не замеченным «голодным волком», который давно ждал этого момента, но все же знал, что это должно быть по согласию, да и спешить не хотелось. Но игнорировать это было уже выше сил Ромы. Комнату освещал лишь лунный свет, от чего казалось, будто тело Антона излучает легкое свечение. Брюнет готов был поклясться, что красивее человека он еще не видел. Его почти нагое тело выглядело так невинно и юно, что он был готов смотреть на него вечно. Быстро и бесшумно, будто ниндзя, Ромашка приблизился к блондину, и так страстно и по хозяйственному поцеловал, мол смотри, ты теперь мой. Да не то чтобы Антон был против, но все же не ожидал такого быстрого наступления. Обняв за талию, которая казалась такой хрупкой, как и все тело парня, Пятифан начал изучать рот партнера, все больше и больше углубляя поцелуй. Так как для юного девственника это было впервые, ну, кроме помидоров, он испытывал невыносимое удовольствие. Откуда-то брюнет умел очень хорошо целоваться, даже не то что хорошо, а потрясающе. Язык парня умело принялся ласкать и шею Тоши. Каждый изгиб, каждая впадина не осталась незамеченной. Он оставлял следы практически везде, тем самым напоминания что теперь он подвластен только Роме. Другой же рукой, той что не придерживала Антона, который и так едва на ногах стоял, он начал изучать тело своего парня.Талия, грудь, бедра, внутренняя их часть. — Аах.! — громко простонал парниша. Он явно не ожидал, что его голосовые связки могут издать такое. — Оп, я и не думал, что внутренняя часть твоих прекрасных бедрышек такая чувствительная, — лукаво заулыбался Рома Он принялся ласкать только что найденную зону, слегка заходя к паху. Полотенце, что каким то чудом сценарным держалось, вмиг слетело вниз. — Аах, я-я сейчас одену обратно — смущенно сказал Петров, будто боясь, что после этого Ромашка откажется и дальше продолжить начатое. Увидев это, и поняв о чем думает его золотце, Пятифан тут же сказал: — Эй, ты чего? Глупыш, ты же прекрасен. Эти твои ноги, руки, шея, грудь — все сводит меня с ума. Я люблю тебя, поэтому не смей даже думать, что мне противно. С этими словами он взял нагого Антошу на руки, и понес на кровать. Хоть она и была довольно маленькой, но все же это было лучше чем ничего. — Н-нам нужно чем то смазать. — очень робко произнес Тоша. — Крем подойдет? — Думаю да. Брюнет принялся обильно смазывать все кремом, который так удачно лежал у него на тумбочке. Доделав это, он начал потихоньку вводить палец за пальцем, попутно оставляя поцелуи по всему телу. Когда Антон понял, что уже готов, он неловко кивнул, и тот все понял. Он пытался сделать все так, чтобы «пушистику» не было больно, поэтому входил очень медленно. Когда он вошел почти до конца, Тоша попросил остановиться, чтобы привыкнуть. Подождав чу-чуть, и дав телу смириться с потусторонним обьектом в заднице, он начал сам насаживаться на член. Рома все понял, и тут же подхватил инициативу, все больше и больше наращивая темп. Когда в очередной раз тот вдалбливался в это сексуальное тело , он случайно задел одно заветное место — Ааахх.! — еще громче простонал Антон. Сразу все поняв, второй возлюбленный начал все чаще и чаще проходиться по простате, что доставляло неимоверное удовольствие парню снизу. — Ах, папочка, жёстче, пож. Аах! п-пожалуйста- аахх.! Немного опешил на секунду, но поняв, что только что сказал его Тоша, усталость будто рукой сняло, и он начал вдалбливаться с новой силой. — Скажи это еще раз. — Папочка, с-сильнее, аах, пожалуйста, п-пап.! Ааахх! — Мхм.! Не успел Антон договорить, как капли белой субстанции полетели ему на живот и лицо. От чего тот тут же кончил. Рома, после анализа происходящего быстро начал вытирать лицо и живот Тоши.Юноша тихо засмеялся и предложил пойти искупаться. Когда ванная набралась, усталый блондин попробовал подняться, что незамедлительно привело к падению. Но его партнёр вовремя подхватил того, не давая соприкоснуться с полом, и так же нежно взял на руки и донес в теплую ванную. В ванной было хорошо, да так, что Тоша уснул. Заметив это, Пятифан аккуратно пробудил зайку, и мягко обтерев полотенцем провел до кровати. Уютно устроившись на плече возлюбленного, парень почти уснул, но перед этим он сказал то, что хотел очень давно: — Я люблю тебя, Ром. И тут же вырубился, оставив смущенного парня лежать, и думать чем он заслужил это счастье. Настала пора экзаменов, которую ненавидит чуть ли не каждый учащийся. Антон, конечно, готовился, (ну он старался, хотя Рома иногда ну очень сильно мешал своими властными руками) поэтому и хорошо сдал, что нельзя сказать про его возлюбленного. Ну, это было весьма очевидно, но все же надежда умирает последней. Петров не очень хотел поступать в университет в Питере, но так как родители очень настаивали на этом, сын все время думал, стоит ли согласиться, ведь из-за Ромы юноша колебался, так как не хотел оставлять любимого, чего тот искренне не понимал. Мама у Тохи добрая конечно, но строгая. Поэтому не дала сыну права на выбор, и поставила перед фактом. Он знал, что отказаться невозможно, поэтому просто доживал свои последние счастливые дни, когда они могут видеться вот так просто. Рома совсем не понимал беспокойства возлюбленного, но молчал. Пришел день отъезда. Стоя на автостанции, где как-раз должен был быть автобус, Антон прощался со всеми. — Ты там держись, на. И нас не забывай, а то получишь! — сказал Бяша, едва сдерживая слезы. — Анто-он, как я без тебя тут буду?! Кому я буду рассказывать все сплетни?! С кем я буду перетирать кости Маринке?! — в слезах говорила Катя, — ты хоть *всхлип* звони иногда, и СМС пиши, а то я приеду в этот *всхлип* Питер, и заберу тебя лично. Дальше – прощание с родными. Оля плакала, но все же понимала, что брату нужно учиться. Мама не проронила ни слезы, но было видно, что это лишь для того, чтобы не казаться слабой. А папа просто дал пару напутствий на жизнь, и крепко обнял. Антон конечно был рад, что его так провожают, но не было главного. Не было Ромы. Когда все ушли, парень остался один, и только тогда разрешил себе поплакать. Он не хотел уезжать от семьи, друзей и воспоминаний. Он не хотел уезжать от Ромы. Слезы начали катиться с новой силой, когда тот вспомнил, что парень так и не пришел, хоть и обещал. — Тошенька, привет! Услышав знакомый до дрожи голос тот обернулся и увидел его, от чего начал плакать еще сильнее. –Эй, эй, эй, Тоша, что случилось?! Почему ты плачешь? Блять, кто этот гандон, я его убью. –Это… э-это ты-ы. Ты-ы гандон.! Я ждал когда ты *всхлип* прийдешь, а ты все где-то шлялся. Ты же знаешь, что *всхлип* я без понятия, когда я снова вернусь в поселок. Я хотел *всхлип* с тобой подольше побыть, а ты-ы. Слезы бедолаги лились со скоростью света. В этот момент к Роме дошло что все-таки произошло. — Блять, я реально гандон. Я забыл тебе сказать, я тоже еду в Питер, — Антон с опухшим недоумением глянул на Рому, — это не должен был быть сюрприз, но, блять, ты всегда был таким расстроенным, когда я говорил про Питер, что я решил умолчать. А потом мне показалось, что ты уже знаешь, так как мы с твоими предками договорились, что ты будешь жить у меня, то есть у дяди моего, но он давно там не живет. Блондин бросился на Пятифана, крепко-крепко обняв, и начал плакать с новой силой, но уже от счастья. Только сейчас он заметил большую сумку с вещами, которую они благополучно погрузили в автобус. Вечер. За окном так радостно пляшет дождь, но на этот раз не только для Антона, ведь прямо на его плече похрапывал человек, который стал его всем — его смыслом.