Роковая ночь

— Удобно?       По телу Люмин пробежался табун мурашек, когда по ушам резанул знакомый голос. Руки парня стали охотно блуждать по телу юной особы. С талии он поднимался все выше и выше, обследуя каждый уголок. Белокурая томно выдохнула. Было страшно разворачиваться, да и вообще становилось неуютно, но от прикосновений знакомого, девушка выгибалась и выдыхала. Ей было приятно, хоть и не признавала этого. Разум снова пьянеет, все как в тумане. — Господин Чайльд… — на выдохе прошептала Люмин. — Не думал, что наша долгожданная встреча произойдет именно так, — прямо в ухо проговорил парень. Почти невесомо Тарталья коснулся губами шеи Люмин, которая сдавленно простонала и закусила нижнюю губу, — Я успел соскучиться.       Путешественница положила свои руки на руки парня и сжала их. Чайльд ухмыльнулся и резким движением повернул девушку к себе лицом. Хоть на улице и было темно, он отчетливо видел возбуждение и искорки во взгляде Люмин. — Ну раз уж мы начали, — Тарталья прижал светловолосую поближе, — Так почему бы не продолжить?       Тарталья еще с большей охотой стал исследовать тело Путешественницы. Люмин вдыхала и выдыхала аромат Чайльда. Ей так сильно полюбился, исходящий от него запах лаванды с примесью шалфея, что ее разум полностью туманиться от одного вдоха. Девушка обвила шею юноши, что позволило ей сократить расстояние между ними. Когда ее губы оказались близ лица Аякса, она не смогла удержать порыв. Поддаваясь ему, Люмин поочередно касается губами носа, щек, скул… Это незамысловатое «путешествие» по лицу парня закончилось осторожным, едва ощутимым поцелуем в губы. Чайльд слабо улыбнулся. Он начал расстёгивать платье Люмин, осторожно, дабы не спугнуть свою «жертву».       Ему нравилась ее безупречная кожа, как у древнегреческой богини. Проведя подушечками пальцев по ключице, он довольно ухмыльнулся, когда в ответ его ласке послышался тихий стон. Блондинка слегка откинула голову назад, так и предлагая насладиться собой. Рыжеволосый прильнул к шее и небольшой дорожкой из багровых пятен стал медленно опускался к ключицам. — Ах, Господин Чайльд… — произнесенное имя парня из уст Люмин сильнее возбуждало его. Рыкнув, он резким движением сорвал с нее платья, оставляя лишь в одних трусиках. — Ты сводишь меня с ума, Люмин.       Оставив последний засос, Чайльд стал спускаться к груди. Когда цель была достигнута, он губами обхватил сосочек. Со стороны девушки послышался еще один стон, когда парень посасывал, изредка покусывал, багровую бусинку. Люмин начала извиваться. Эта часть была одной из самых чувствительных на ее теле. Второй сосок парень стал массировать меж пальцами, то сжимая его, то оттягивая и покручивая. Люмин накрыло волной наслаждения. Трусики намокли, она стала ёрзаться на Тарталье, давая понять, что ей уже невтерпёж. Ей хотелось большего, ей хотелось всего Чайльда. — Н-не дразни… Ах… — Люмин, ты очень милая, , когда возбуждена.       Парень стал спускать вторую руку с талии ниже. Достигнув мокрого паха блондинки, он провел указательным и средним пальцем по мокрым трусикам. Лишь от одного прикосновения из уст Путешественницы вырвались стоны, а руки вцепились в плечи парня. Жар прошелся по телу, внизу все зудило, у нее больше не было сил терпеть этих прелюдий. Она готова сама накинуться на этого чертова красавчика. — Госп…мнх… — девушка вздрогнула, когда пальцы Тартальи начали медленно и нежно разглаживать складки клитора, — Господин Чайльд, — на выдохе позвала девушка, утопая в волнах сладостного нетерпения, — Давайте обойдёмся без прелюдий, я, мнг, — Люмин закусила губу, сдерживая стон, — Я не могу больше, — сквозь зубы процедила Путешественница. — Милашка, куда это ты так спешишь? — Тарталья наслаждался возникшей перед ним картиной, — Я ведь не хочу, чтобы тебе было больно, так что незачем спешить. — Вы ведь так же не можете больше терпеть, — девушка надавила рукой на набухший член парня, тот сжал зубы, но ничего не сказал, — Так зачем так тянуть?       Прохладный ночной ветер заставил и так раскалённых до предела ребят дрожать ещё сильнее. — Верно, я тоже не могу больше терпеть, — на коже парня выступили мурашки, — Так может поможешь мне? — П-помочь Ва-ам? — Чайльд вошёл в девушку сначала одним пальцем, начиная растягивать ее изнутри. — Да, помочь, — к тому одному пальцу Тарталья добавил ещё один, — Что скажешь?       Тарталья начинал набирать обороты. Он резко вводил и медленно выводил пальцы из промежности. Каждое его движение сопровождалось мелодичным «звучанием». Люмин хватала ртом воздух, веки полузакрытые и точности во взгляде не находилось. Слабо улыбнувшись, она аккуратно обхватила член парня двумя ладонями, начиная ими водить вверх-вниз. Реакция от Чайльда не заставила долго ждать. Сдавленный рык и он уже прижимает девушку к траве.       Пристроившись головкой к лоно, стал медленно вводить внутрь. Не передать словами того, что чувствовали оба. Хоть у Люмин это и был первый раз, она совсем не чувствовала боли, только еще большая волна наслаждения накатила с головы до самых пят. Негромкий стон двух увлечённых разнёсся по округе. Путешественница подняла попу, двигаясь навстречу к еще большим ощущениям. Чайльд потянул девушку на себя и одним резким толчком насадил. Люмин высунула язычок, воздуха не хватало, все дыхание перехватило.       Очередная смена позы. Теперь Люмин была сверху. Толкая Тарталью за плечи она повалила его на мягкую травку, тот и не сопротивлялся, наоборот, был только рад такому положению. Ему нравилось наблюдать за тем, как Путешественница берёт инициативу на себя, становится такой раскрепощенной… Это ещё больше заводит. Да и позу она подобрала весьма неплохую. В темп толчков двигалась и грудь. Не в состоянии сдержаться он потянулся к груди девушки, но та схватила его за руки и повалилась на него, расставляя руки по обе стороны от головы. Темп сбился, но девушка быстро восстановила его. Хотя в этой позе и было не так удобно, наслаждение от этого меньше не стало. — Господин, нгх, Чайльд, Вы бесподобны… — шептала ему на ушко Люмин. Решив еще и подразнить его, блондинка провела язычком по ушной раковине, а затем слегка покусывая мочку уха, причмокнула. — Не сдерживайте себя. — Какая развратница, кх.       Решив заканчивать этот «цирк» Чайльд опять взял инициативу на себя, повалив Путешественницу на землю. — Прости, милашка, мне нравится быть главным.       Пару резких толчков, а затем темп поменялся на медленный. Он специально растягивал удовольствие, чтобы позлить этого милого маленького, но иногда вредного, зайчонка. Люмин закусила губу, она старалась сама нарастить темп, но чертов Тарталья не давал и делал все по своему. «Умоляй…» — прошептал тот, ехидно улыбаясь. Руки парня ласкали грудь Путешественницы, он сжимал сосочки меж пальцами и наслаждался тем, как блондинка извивается под ним и постанывает. — П-пожалуйста… Б-быстрее… — ноющей пропела белокурая, цепляясь ноготочками за плечи юноши. Надавливая ими на кожу, она оставляла вмятины. — Господин Чайльд, грубее…       Тарталье не нужно повторять дважды, он взял девушку за руки и перевернул к себе спиной. Приподняв ее попку, он слегка шлёпнул ладонью и резко вошёл, начиная сразу с быстрого темпа. Стоны вырывались из уст девушки, когда парень то и делал, что долбил ее. Упираясь руками в землю, она сжимала траву. Глазки закатились вверх от столь приятных ощущений. Чайльд тяжело дышал, схватив Люмин за предплечья, притянул к немного к себе. Так он глубже проник в Путешественницу, принося обоим еще больше удовольствия. — Г-господин Чайльд, я п-почти, агх! — Тебе нельзя кончать без меня, зайчонок.       Темп замедлился, от чего девушка недовольно фыркнула. Голова кружилась и уже не было ясно, сколько времени на улице. Люмин обхватила шею парня и повернув свою голову, впилась в губы Тартальи. Затягивая того в страстный, моментами жадный, поцелуй, она старалась перехватить инициативу на себя.       Как бы блондинка не старалась перейти в наступление, Чайльд не позволял. Поставив ее раком, парень вновь стал набирать темп. Он чувствовал, как подходит к пику. Люмин тоже ощущала пульсацию внутри себя. Сжимая изнутри Тарталью, она выгибается в спине и опрокидывает голову назад, когда в области живота почувствовала, как разливается тепло. Юноша после еще пары толчков, тяжело дыша, упал рядом с девушкой. — Это самая лучшая ночь.       Путешественница улыбнулась и поцеловала рыжика в щечку. Подул прохладный ветерок, который помог освежиться после нескольких минут жары. Оглядевшись, Люмин залилась краской, только сейчас до нее дошло то, что все сделанное произошло на улице… Блондинка даже не могла понять, где они находятся. Бросив взгляд на парня, который лежал то ли просто с закрытыми глазами, то ли умудрился заснуть, она поняла, что больше всего ей сейчас хотелось убежать.       «Черт, черт, черт!» — ругалась про себя Люмин, собирая раскинутые по траве вещи. Быстро нацепив на себя все, что только нашла, золотоглазая уже хотела уйти, но остановилась. Взгляд брошенный вновь на Чайльда был нежным. Укрыв его пиджаком, девушка поспешила уйти прочь, чтобы еще больше не смущаться и не навести на себя беду.       Люмин остановилась в пяти метрах от происшествия, в кустах что-то шуршало. В голове крутилось одно: «– Лишь бы не человек, лишь бы не человек…». Осторожно подойдя к кусту она резко раздвинула его. — Г-господин Кэйа? — в кустах, пьяный в стельку лежал Капитан кавалерии Ордо Фавониус.       Девушка взяла лежавшую рядом палку и потыкала ею в Ольберича. Тот никак не отреагировал. — И что мне с Вами делать? Я же не знаю где Вы остановились… Ладно, — взяв мужчину под мышки она потянула его, как ей кажется, в сторону постоялого двора, в котором она остановилась на время задания. — Поспите сегодня у меня.       Интуиция и полученные с годами навыки не подвели девушку и примерно десять минут спустя она уже стояла под душем, пока Кэйа сопел на кровати.