Последний шанс

— Ну всё, отпусти меня уже, Такемичи! — Наото нетерпеливо отнял руку из ладони Ханагаки. А я ничего не понимала. — Ох, прости, Наото-кун! — Блондин почесал в затылке и огляделся. Я абсолютно ничего не почувствовала. — Юджин, зачем мы здесь, не напомнишь? — неловко спросил он меня. Ни привычных ощущений, ни легкости в теле, ни чувства что тебя словно откуда-то вырывают, ни-че-го. — Должно быть, к Хине, — Не услышав ответа, напомнил себе сам. Почему я не вернулась обратно в будущее?! Какого черта я — здесь, а он — там?! — Наото, а можешь и мне руку пожать? — Я неуверенно протянула ладонь к младшему Тачибане. — Зачем это? — хмыкнув, спросил он. — Ну… пожалуйста… очень тебя прошу. Он взял мою ладонь в свою. И… ничего не произошло. Ожидаемо. Я чувствовала, как меня начинает колотить мелкой дрожью. — Пойду, позову сестру. А то вы оба какие-то странные, — Наото исчез где-то в квартире. — Я, наверное, пойду… — Я на негнущихся ногах направилась к лестницам. — Э? Не останешься с нами? — спросил брат. — Нет. На улице меня обдуло легким душным воздухом. Но я не обратила на это никакого внимания. Просто быстро зашагала куда-то вперед, пытаясь обогнать наступавшую на горло панику. Почему я не вернулась? Такемичи ведь ушел, почему же я нет? А если я больше никогда не смогу вернуться? А если и он больше не сможет? И я застряну здесь? В моей прошлой жизни? В голове, словно пленка на ускорении, промелькнули обрывки жизни. Средняя школа, старшая, выпускной, вступительные, универ, не тот факультет, куда хотела изначально, постоянные тренировки в залах, первая попытка открыть свой зал, неудача, вторая, третья, наконец-то школа на окраине Канто, да и здесь подводные камни… Нет, я не хочу начинать всё сначала! Я столько старалась, не для того, чтобы так легко сбросить всё со счетов! Но почему же я тут? Что мне теперь делать? Я не заметила, как уже не шла, а бежала во весь опор. Тяжелое дыхание разрывало легкие, в боку кололо, а непонимание и страх заставляли сердце биться о ребра, словно загнанная пташка в позолоченной клетке. Впервые за всё время пребывания в прошлом у меня появилось жгучее желание сесть и разрыдаться, здесь же. Потому что я ничего сейчас не могла. Единственной возможностью вернуться был Такемичи. А сейчас его нет. Я сама не заметила, как примчалась прямо к своему дому. Тяжело дыша, я остановилась, опираясь руками о колени и оглянулась, словно за мной мог кто-то следовать. Но улица была пустынна, а в окнах моего дома была темень, означавшая, что жилище пусто. Ворвавшись внутрь, я взлетела вверх по лестнице, перепрыгивая через одну ступень, и заперлась в своей комнате. В темноте прислонилась спиной к двери, не торопясь включать свет, дабы дать органам зрения немного отдохнуть от поступающей информации. Шум в ушах, сердцебиение и собственное громкое дыхание не давали связать мысли воедино. Не могу сказать точно, сколько прошло времени, когда адреналин спал, и дыхание снова пришло в норму, я прошла в комнату и устало повалилась на кровать, даже не пытаясь разуться. Повернулась на спину и, растянувшись звездочкой, уставилась в неосвещенный потолок. Я велела себе успокоиться. Сейчас же. Прикрыв глаза, позволила мозгу, стоявшему на грани удушающей истерики возобновить поток разумных мыслей. Спустя какое-то время у меня это вышло. Не факт, что Такемичи ушел безвозвратно. Нет гарантии, что это был для него билет в один конец. Прошло слишком мало времени, чтобы судить об этом. Единственное, что я сейчас могу — это ждать. Он отправился в будущее, чтобы узнать о главаре Мебиусов от Наото. Он должен вернуться, подкрепленный новой информацией. Мне лишь остается только ждать. А причин, по которым я осталось здесь, может быть множество. Возможно, что даже… Я резко села, уставившись вперед. Сердечный ритм стал снова нарастать. Возможно ли, что своим вмешательством я изменила… своё будущее? И это отразилось на данной ситуации? Неужели со мной что-то произошло? На все мои вопросы даст ответ только Таки. Надо лишь ждать. Я встала, щелкнула настенным выключателем. Комнату озарил яркий желтоватый свет. Сначала я поморщилась, давая глазам привыкнуть, а затем подошла к столу и выложила на него учебники из сумки. И снова замерла. Меня ждало новое потрясение. Тот самый старый ежедневник в коричневом кожаном переплете, принадлежавший мне в будущем. В будущем, которое для меня еще не наступило. Потертый и оборванный. Отодвинув всё ненужное на данный момент, я села за стол и, сделав глубокий вздох, придвинула его к себе. Раскрыла. Первые страницы, заполненные мной в 2017м, так и остались нетронутыми. Однако за ними большая часть листов была вырвана. Тех листов, на которых по числам были прописаны прыжки Такемичи во времени. А также события и их исходы. Всё было уничтожено. Внутри меня словно что-то оборвалось. Когда я увидела его на столе, оно загорелось, а теперь оборвалось. Скорее всего, это был крохотный лучик надежды, уничтоженный так скоро. Но зачем? Я быстро пролистала пустые страницы, ища последнюю, на которой красовалась та самая запись. «СПАСИ МАНДЖИРО САНО» была на месте. Однако… Однако! Страница перед ней теперь тоже несла свою информацию. Друг под другом столбиком были написаны имена. «Дракен. Баджи. Эмма.» От них шла графическая скобка, в основе которой стоял «Майки». От него вниз шла длинная тонкая стрелочка, указывающая на «Черный импульс». Я несколько раз пробежалась глазами по именам. Как эти трое связаны между собой? Нет, связаны-то они все через Майки, это понятно, но почему именно они? Они должны оказать на него какое-то влияние или что? Ладно еще имена, но вот что такое «Черный импульс» я даже не могла предположить. И почему к нему тянется стрелка от Манджиро? Возможно ли что это какая-то новая группировка или типа того? Я откинулась на спинку стула, устало потерев виски. Если все эти подсказки мне и вправду кидает я из будущего, то с юмором у меня с годами стало совсем плохо. Что еще за шарады?! Почему нельзя просто нормально объяснить, что делать и как быть?! Чем мне помогут эти непонятные схемки? Я пролистала еще несколько страниц, коих в блокноте оставалось не так много, пока не наткнулась еще на одну запись, сделанную точно моим почерком, в самом низу чистой страницы.       «Никто не должен знать о тетради. Если Такемичи Ханагаки узнает, он не сможет стать тем, кем стал».       Тааак, а вот это уже интересно. Значит, эта схемка несет в себе то, что может повлиять на будущее многих? В частности, на Таки?       От размышлений меня прервал короткий звуковой сигнал. Я взглянула на экран мобильного. Смс от незнакомого номера.       «Ютик, это Майки. Не хочешь прогуляться? Я заеду через пять минут» Как гром среди ясного неба. Как всегда, сама внезапность. Пару секунд ушло на размышления, затем я настрочила ответ. «Хочу. Давай через двадцать?» Ответ не заставил себя ждать. «Буду через двадцать минут» Я наскоро ополоснулась в душе, сгоняя с себя остатки смятения и освежая мысли. Натянула футболку и джинсовый комбинезон. Волосы убрала в небрежный пучок на макушке, позволяя единичным прядкам выбиваться из прически. Через двадцать минут, как и обещал, Майки ждал напротив моей калитки. Он стоял ко мне спиной, облокотившись на припаркованный байк. Он услышал мои тихие шаги и тут же обернулся. На губах его, как всегда держалась дружелюбная улыбка. — Приветик! — Привет, — кивнула я, подойдя ближе, — Извини, что заставила ждать. Чего так внезапно? — Да ничего страшного, — отозвался он, усаживаясь на сиденье мотоцикла и протягивая мне руку, — У тебя были какие-то дела? — Да нет, — ответила, забираясь следом не без его помощи, — Просто твое предложение было неожиданным. — Просто хотел прогуляться, а Кенчик меня кинул. Я ничего не ответила на тот факт, что Майки пригласил меня лишь как замену Дракену, который не смог. Хотя в принципе, вместо меня мог бы позвать кого-нибудь другого. _ Куда поедем? — спросил он. — А куда ты хочешь? Он бросил на меня лукавый взгляд через плечо. — В тот раз я место показывал, теперь твоя очередь. — О как, — Я с минуту помолчала, пытаясь вспомнить какое-нибудь интересное местечко, — Ты был на заброшенной гидроэлектростанции? Он удивленно посмотрел на меня. — Это которая за станцией? — Неа, которая на западе. Езжай, покажу. Спустя полчаса по предложенному мной маршруту, который, к слову, пару раз приводил нас не туда и приходилось разворачиваться обратно, всё-таки привел нас к конечной цели. Неосвещенная раздолбанная дорога упиралась в глубокие заросли дикого кустарника. — Ты уверена, что это здесь? — скептически спросил Сано, уже наученный моими ошибками. — Здесь-здесь, — без толики сомнения ответила я, слезая с мотоцикла и направляясь к кустам. Ориентиром места служил старый дорожный знак, насквозь простреленный градом пуль. Солнце уже скрылось за горизонтом, наступили сумерки, так что он не сразу бросался в глаза. Об этом месте я узнала, когда была на пару лет старше, чем сейчас и случайно загуляла сюда с одноклассниками после пикника. После это стало нашим излюбленным укромным местечком. Как странно, у меня были такие хорошие отношения с классом, но я практически их не помню. — А куда дальше? — нетерпеливо спросил Майки. Я ничего не ответила, лишь прошла от дороги налево, отодвигая пышный, благоухающий куст сирени. За ним скрывалась узенькая крутая тропинка, уводящая прямо в чащобу. Было понятно, что блондин сомневался в безопасности этого места, и простреленный знак лишь усиливал его опасения, но увидев, с какой уверенностью я шагнула за кусты, он, не преминув, последовал за мной. — Жалеешь о том, что я предложила приехать сюда? — ехидно спросила я. — Да нет, — сразу отозвался блондин, — Мне интересно, куда ты меня приведешь. — Вечером идти здесь намного сложнее, чем днем, но оно того стоит, — заверила я его. Мы шли практически в полной тишине. Тропа то уходила влево, то уходила вверх, то её пересекал узенький родничок, приятно журчащий где-то под ногами. Когда мы дошли каменистого обрыва, тропинка сужалась вдвое и шла под углом; я остановилась, присмотрелась, насколько позволяла видимость, и, не глядя назад, протянула блондину ладонь. Тот, казалось, дышал мне в затылок. — Держись-ка лучше за меня. Здесь довольно круто, а ты в шлепанцах. Я услышала сдержанный смешок, а затем мою руку сжала крепкая и теплая ладонь Майки. Почему-то я была уверена, что он держал меня из опасения, что скорее я свалюсь куда-нибудь вниз, чем он сам. Тем не менее, мне приятно было осознавать, что меня не отвергли. Мы прошли обрыв, вышли на ровную, хорошо протоптанную тропу, но руки так и не разжали. Это было словно само собой разумеющимся, вот так держаться. Далее шла небольшая развилка, которую мы чуть не прошли, и наконец, финиш нашего путешествия. Обойдя стволы широких дубов, мы вышли на лужайку, которая, словно шапка, покрывала верх отвесной скалы, на которую мы забирались всю дорогу. Но не скала так притягивала внимание, как вид с неё: по левую сторону - весь мерцающим всеми цветами радуги Средний Токио, по правую — черный, бушующий Токийский залив. Мы, наконец, расцепили наши руки. — Вот это да, — пораженно протянул Майки, осматривая вид вокруг, — Как ты нашла это место? — Да так, загуляла случайно, — с напускным равнодушием пожала плечами я, хотя на самом деле меня распирало от гордости, что я смогла поразить этого всеведущего парня. — Ютик, ты меня удивляешь, — заявил он, подставив лицо под резкие, но теплые порывы соленого ветра с моря. И я, уже не скрывая, светилась от чувства собственной важности в этот момент. — Я рада, что тебе нравится, — улыбнулась ему. Прошла чуть подальше, где трава была погуще, а стволы деревьев прикрывали от ветра, и хотела было присесть на землю, но Майки меня остановил. — Погоди, — велел он, затем снял с себя куртку и постелил к моим ногам. — Да не стоило, но спасибо, — немного смущенно проговорила я, присаживаясь на её краешек. Через минуту Манджиро примостился рядышком. Он продолжал пожирать глазами виды, а я, положив голову на колени, наблюдала за ним краем глаза. Мы сидели так близко, что наши плечи касались друг друга, и мне передавалось его тепло. Я ощущала уже знакомый его запах каждый раз, когда ветерок подхватывал его волосы цвета сухой пшеницы. Вглядывалась в каждый миллиметр его лица. В его глазах отплясывали разноцветные блики города. Над губой был малюсенький, едва заметный шрамик. Еще парочка за ухом, над бровью. Они крохотные и аккуратно зажившие. А вот на шее, выше ключицы виден уже побольше и кривее. Скорее всего, все они — воздаяния после каких-нибудь драк или боев. Однако ни один из них не портил очарования этого молодого человека. Внезапно он повернул лицо в мою сторону. Я встретилась с его мягким внимательным взглядом антрацитовых глаз и почти тут же отвернулась, пойманная с поличным, смущенно пряча нижнюю часть лица за руками на коленях. — Ютик, что ты обо мне думаешь? Внезапность этого вопроса заставила меня позабыть о смятении, поднять голову и уставиться прямо в улыбающееся лицо парня. — В каком смысле? Да и не думаю о тебе вовсе… Слова словно застряли у меня в горле, прозвучав как какие-то хрипы. — Твое мнение обо мне? — пояснил он. — Странно, что тебе это интересно. — Всем интересно знать, что другие о них думают, — Он игриво мотнул головой. Но в его взгляде промелькнуло что-то еще помимо шутливости. Этот вопрос неспроста. Я устремила свой взор вперед. Он поймал меня впросак. Я совершенно не знала, что ему на это ответить. Сначала стала старательно выстраивать колонну из слов в голове, но они никак не выходило подобрать верные, поэтому я решила, что пускай они сами выстраиваются в предложения и будь что будет. — Я не так хорошо тебя знаю, поэтому скорее это поверхностное суждение, — негромко начала я спустя долгие минуты молчания. Майки ничего не ответил, продолжая внимательно за мной наблюдать. — Ты — это ходячее противоречие, — изрекла я, не отрывая пристального взгляда от горизонта, — Никогда не знаешь, что творится у тебя в голове. С детской непосредственностью и излишне доверчивый, но, — Я сделала короткую паузу, — Ты ведь никогда не показываешь свои эмоции и чувства. Да и на собрании словно другим человеком становишься. В общем, сложный ты. Ребус какой-то. Повисло молчание. Я ждала его ответа. — Ребус, значит, — ухмыльнулся он, — Спасибо. Я обернулась и встретилась с его смеющимся взглядом. — Мне нравится твоя честность, — добавил он. Я шумно вздохнула. Ни о какой честности и речи быть не могло. Ведь теперь мне придется что-то скрывать даже от Такемичи. — А ты обо мне? — задала я встречный вопрос. — Ты мне нравишься, — без запинки ответил он. Быстрее чем я успела сообразить, а он пояснить свои слова, к моим щекам прилила горячая кровь, и я сжала голову в плечи, стараясь это скрыть. — В каком смысле? — глухо спрашиваю я. — Я уже говорил, что чувствую, что ты — хороший человек. Честный и поступаешь по совести. — Говорю же: ты слишком доверчивый, — сказала я, словно обрезав его слова. Я выпрямила ноги, вытягивая их вперед и немного откинувшись на выпрямленные руки. Он удивленно заморгал. — Нельзя полагаться только на одни чувства, — с видом знатока заявила я, — Пока не узнаешь человека вдоль и поперек, не доверяй ему. Всегда и во всем сомневайся. Он с минуту помолчал. Затем задумчиво произнес: — Но ведь ты здесь со мной? Значит, ты доверяешь мне? Я перевела взгляд на него, пытаясь найти ответ. Но нужные слова так и не находились. — Пойдем, уже поздно, — Он поднялся с насиженного места, протягивая мне руку, — Я отвезу тебя. — Любишь ты обрезать разговор на полуслове, — отозвалась я, беря его за руку и бодро поднимаясь. — Именно, — чуть ли не пропел он. Обратно мы возвращались, уже о чем-то болтая. Он пускал какие-то шуточки про своих друзей, рассказывал интересные истории, периодически спрашивал о чем-то и меня. Лед тронулся, думала я, и эта мысль оживила и совсем отогнала от меня тяжелые мысли прошедших часов. Такая же приятная атмосфера в общении стояла вплоть до самого моего дома. — В следующий раз, когда надумаешь тащить меня в какие-то дебри, — насмешливо говорил он, когда я слезала с его байка, — Предупреждай заранее. Сначала я думал, ты приведешь меня в логово бандитов. — Не ерничай давай, тебе же понравилось! — парировала я, упираясь одной рукой на талию. — Ну да, хотя поначалу было жутковато. — Не ставь себя и жутковато в одно предложение, — покачала головой я, не скрывая усмешки. Он скривил рожицу, и я прыснула, прикрыв рот ладошкой. Внезапно мне в голову пришла гениальная, как мне тогда показалось, мысль. Кто же будет знать лучше, как не он, если его это касается? — Майки, кстати… — Да? — отозвался он, устремив всё внимание к панели управления мотоцикла и что-то там подкручивая. — Ты когда-нибудь слышал, что такое черный импульс? Блондин внезапно замер. Волосы спустились на его лицо, закрывая его от меня. — Где-то услышала, от ребят в школе, наверное, вот и засело в голове, — пояснила я, наблюдая за его реакцией. Он молчал, а я выжидающе на него смотрела. — Неа, никогда ни о чем подобном не слышал, — Он поднял голову и улыбнулся мне. Что-то в его взгляде переменилось. А улыбка стала натянутой. — Думала, может это какая-то банда… — Неее-ааа, — протянул он, — А тебя это волнует? Он улыбался мне, но от былой теплоты не осталось и следа. — Да нет же, говорю, просто где-то услышала… — Тогда не захламляй себе голову чем попало, — перебил он меня, заводя мотор, — Еще увидимся, Ютик. И он унесся по улице, как и тогда, стремительно исчезая за рядом домов. А я еще долго смотрела ему вслед, обхватив себя руками и пытаясь избавиться от того холодка по коже, что прошелся после его слов. Он определенно что-то знает. И он точно мне ничего не расскажет.