Под маской

—Откуда вы знаете, как меня зовут? — шокировано спрашивает Осаму. — Ты меня не помнишь? — Чуя не мог сейчас понять, действительно ли это его Осаму, или же он обознался? Но ведь как он может обознался, если он чувствует запах персика?! Неужели Осаму сейчас шутит над ним? — Простите, но я вас не знаю. — Говорит парень и держит дочь за руку: — Простите, я наверное обознался. — Извинился Чуя, а внутри все холодеет и надежда рушится, есть желание только выпить. Однако, когда он уже развернулся и стал идти, его окликнул тот же парень: — Постой! — Крикнул Дазай, а когда подошёл Ода, попросил его побыть с Юкой, сам же поспешил к Чуе. Сейчас, прямо сейчас — у него есть надежда вернуть воспоминания. — Подожди. Возможно, мы действительно знакомы. Я просто, потерял память и ничего не знаю, что было со мной раньше. Если ты знаешь меня, наверняка, ты действительно меня знаешь. Скажи мне о моём прошлом и том, кем ты мне являешься, раз знаешь. — Ты потерял память, но знаешь как тебя зовут? — Чуе было неловко, ведь он и подумать не мог что так может быть: — У меня оказывается было пришито имя на одежде, в которой меня нашли. Кроме него, я ничего о себе не знаю: — Ну, не знаю. Я может быть обознался. —В этом году, я встречал человека, который знал меня, однако он не хотел мне рассказывать просто так мою жизнь, мы тогда его разыскивали: — Мы? Подожди, в смысле мы? И что за человек? — спрашивает Чуя, они шли вдвоём в доль дороги, а после свернули в сторону ручья. Осаму просто шагал за Чуей, а тот шёл по старой дороге, где говорил ему Юкичи, когда-то нашёл его персика: — Одасаку, Куникида и Анго. Это ребята, которые меня нашли и спасли мне жизнь. Я живу в их деревне, там ещё есть и другие, с которыми я познакомился. Человека того зовут — Фёдор. Фёдор Достоевский. Он сказал, что знает меня, что я вместе со своим напарником, раньше с ним сражался. — Достоевский?! Ты с ним виделся? Что ты сделал, чтобы он тебе, хотя бы такое сказал? — Чуя понял, что именно сейчас это его персик, и он действительно потерял память. Сейчас, у него возникло столько вопросов. А главный вопрос был, о том, как же так, что он теперь с ребёнком? — Значит, ты знаешь меня? — Знаю! Я нашёл тебя, персик. — Чуе хотелось плакать, ровно как и Осаму, поэтому он обнял его: — Я помогу вернуть тебе воспоминания. И скажу то, что тебе говорил Фёдор. Твой напарник это я, меня зовут Накахара Чуя. Также мы поженились с тобой, и ты законно мой муж. Ты пахнешь персиком, и у тебя на затылке есть моя метка. Осаму после этого прорвало на слёзы, ведь он нашёл мужа. Значит, он действительно был не один! И его искали! Искали все это время! Ему хотелось только плакать сейчас. — Я тоже сейчас заплачу, персик! — Говорит Чуя обнимая Осаму и чувствует, как мокнет его одежда. — Поможешь мне вернуть мои воспоминания? — Спрашивает Осаму у Чуи и поднимает на него свои глаза. — Не сомневайся. Я буду рассказывать тебе всё. Но, у меня есть вопрос, я видел тебя с ребёнком. — Чуе было страшно это спрашивать, но он же не считается альфой если не спросит и не узнает правду: — Это, моя дочь. Когда меня нашли ребята, то сказали, что я упал с обрыва и был весь в крови. Они нашли меня внизу как раз. Взяли к себе и вылечили, а по ходу, когда они меня приводили в себя, оказалось, что я был без памяти, в положении ко всему прочему. Но, зная её, и видя тебя, я могу сказать, что вы похожи внешне. — Ты вернёшь свои воспоминания и все будет хорошо. Даже если окажется не так, то я её воспитаю как свою. — Ты, такой добрый. Скажи, ты же знаешь моих родителей? — Знал. Тебя воспитали приемные родители. Сейчас их нет в живых. Я позже расскажу об этом конкретно. Ведь это очень длинная история. — Хорошо, как скажешь. Пойдешь тогда со мной? Я познакомлю тебя с ребятами и… — Осаму не знал как говорить дочери о Чуе: — Моей дочерью? Так ведь? — Ты согласен, чтобы так было? — Был бы я не согласен, молча бы ушёл обратно. — Спасибо! Ты действительно очень добрый ко мне, и мне сейчас так стыдно, что я ничего не помню! — Выше нос, не плач. Теперь твоя жизнь будет лучше, и я помогу вернуть тебе большую часть воспоминаний.

***

— Одасаку, а куда папа ушёл с тем дядей? — Шепеляво и неумело спрашивает девочка, шагая с мужчиной по тропинке к их деревне, что находится в долине за лесом. — Когда он приедет, то тебе все расскажет. Я сам не знаю куда и почему, он даже мне не говорил, очень спешил. — Говорит Ода и улыбаясь, треплет девочке волосы. Их встречает Анго и Хигучи, на руках которой была Кёка: — А где Осаму? — Спрашивает строго Анго и смотрит на мужа: — Долго объяснять, он сам придёт все скажет. — Папа ушёл с каким-то дядей, куда-то. — Говорит маленькая девочка, заставляя обратить на неё внимание. — Что за дядя? — Спрашивает Хигучи пустив Кёку на землю, она подошла к Юке: — Я не знаю. Но дядя назвал папу по имени, а после папа спросил, откуда он знает его имя. А после, папа ушёл с ним. У того дяди были рыжие волосы. — Рассказывает девочка, и не обращает внимания, что взрослые смотрят на то, что происходит за её спиной. Там шли Осаму и Чуя. Подойдя неслышно к дочери, Осаму заговорил: — И этот дядя твой отец. — Сказал он заставив всех уставиться на них. Подошедший и услышавший разговор Куникида смотрел на рыжего с недоверием. — Меня зовут Накахара Чуя. Меня ещё знают как: Арахабаки.

***

После рассказа Чуи, о себе. Куникида всё ещё ему не верил, как и Джуничиро. Но Осаму, было это не важно. Он так хотел, найти своих близких и мужа, что готов держаться за любую информацию.

***

Чуя сидел и плёл дочери косички, пока Осаму готовил завтрак. Накахара построил им дом в деревне, и теперь у них был свой дом. — Ты сегодня никуда не собираешься, персик? — Спрашивает Чуя продолжая делать дочери причёску. Та покорно и спокойно сидит на его коленях и ждёт пока её заплетут. После, она может идти гулять. — А почему спрашиваешь? — Интересуется Осаму, отвечая вопросом, на вопрос и накрывает на стол. — Я бы хотел тебя сводить в одно место, мне кажется увидев его ты вспомнишь. — Хорошо, я согласен.

***

Чуя как и говорил, привёл Осаму в место, где раньше была их деревня. Однако ничего шатен так и не вспомнил. — Может будем возвращаться? Скоро стемнеет. — Говорит Осаму, уже отчаявшись и смирившись с тем, что он не вспомнит прошлого. Однако Чуя не хотел мириться с тем, что его муж: не может вспомнить ничего. — Чуя, идём домой, скоро темно и нужно приготовить ужин для Юки. Рыжий лишь вздохнул сжимая разжимая кулаки, послушно кивнул головой и оба всё-таки пошли домой.

***

Наступил долгожданный вечер. После ужина, Осаму уложил дочь спать, а сам приняв ванную пришёл в их с Чуей спальню. Сегодня у него преждевременно начался красный календарь, что естественно повлияло на Чую. Тот рыжий бес в два шага оказался слишком близко и носом водил по тонкой шее: — Я хочу тебя, персик. — Шепчет он на ухо, руками уже снимая халат шатена с его тела. Осаму от таких действий, стонет и краснеет от смущения: — А если Юка услышит? — Спрашивает сквозь туман разума Осаму и тает под нежными прикосновениями. — Если ты будешь тихим, не услышит. — Чуя целует ключицы, после берёт на руки и укладывает на кровать. Сильные руки мужа, сильно сжимающие бедра, а внизу так тянет. Перед глазами появляются искры, когда Чуя заставляет Дазая почувствовать себя, от чего у того вырывается из уст стон и он прогибается в спине от этой тесноты. Медленные движения переходят в быстрые, что просто настоящее сумасшествие, и сносят Осаму крышу. Он уже не знает: в каком он мире и реальности. Хочется больше, Чуи так мало, хочется глубже, больше. И вот, его прошибает током, от того, что рыжий возобновляет укус метки. А следом, продолжая проникать глубже, перед глазами Осаму появляются искры и проносится быстрыми кадрами — его прошлая жизнь. — Чуя. — Осаму хочет сказать о том, что только что все вспомнил, однако его слова утопают в его же стонах. Эта ночь была нереально фантастическая в его жизни. Вторая по счёту и он хочет, чтобы она повторилась не один раз, вместе с Чуей, который будет все также крышесностно доминировать над ним.

***

Утро было относительно добрым, в отличие от яркой ночки. Спина болела и ныла просто ужасно. Спавший сладко рядом Чуя, обнимающий Осаму ночью, потянулся просыпаясь: — Доброе утро персик. — Лениво потягивается рыжий и прижимает мужа ближе к себе: — Доброе утро слизняк. — Сказал Осаму и посмеялся с застывшего шоком лица Чуи, который сейчас вероятностью сто процентов не понял, что это только что было: — Этой ночью во время нашей развратной деятельности, я вспомнил всё. Представляешь?! — Улыбнувшись говорит Осаму и Чуя спустя несколько минут отмирает: — То есть, ты все вспомнил когда мы занимались сексом? — Переспросил Чуя не веря до конца, в происходящее. — Да. — Покраснел от стыда Осаму: — И ты теперь можешь мне рассказать, что было после того как ты пропал? — Спросил Чуя приподнявшись на локтях: — Да…

***

— Ну, а как тогда ты оказался внизу холма? — Спрашивает Чуя, обнимая Осаму и лениво целуя его ключицы, сидя вместе с ним в теплой воде, купаясь. — Меня разыскивали ведь. И нашли, я принялся убегать. Тогда была ночь, осень. В тот момент ещё, пошёл дождь. Бежать было очень скользко, однако если бы я остановился, меня бы поймали и убили гвардейцы. Я вообще, честно говоря узнал о том, что я залетел от тебя, когда пришлось искать вас по лесу, и я на это потратил месяц скитаний. Я был так счастлив узнать это. Ты не представляешь как. Я думал, что быстро вас найду, и все расскажу тебе. Однако, если бы не та ночь и последствия: потеря памяти. Знаешь, когда я бежал, единственное о чём я боялся, это упасть и потерять нашего ребёнка. Но в итоге они загнали меня в угол и кроме как прыгать с обрыва, у меня выбора особо и не было. Я даже начал думать, что упади я, то мы оба умрём и ты даже не узнаешь, что мог быть отцом. Но видишь, я упал и лишь потерял память. Но, я не жалею. Я рад, что восстановил память, и теперь мы снова вместе и ты видишь нашего ребёнка. — Осаму действительно очень счастлив, что вернул воспоминания, пусть они и до боли ужасны, последние из них, до момента их потери. — Я тебя люблю персик, и ты даже не представляешь, как я счастлив снова быть вместе с тобой. — Улыбнувшись говорит Чуя, обнимая Осаму. — Я тебя тоже люблю, но нашу дочь я люблю больше тебя. — Сказал шатен и посмеялся…