Выбирай

Помешивая трубочкой коктейль, Катя задумчиво наблюдала за неспешно прогуливающимися прохожими через панорамное окно ресторана и думала о своём. А точнее не о своём, а о том, кто принадлежал Кире. Об Андрее. Они не виделись и не разговаривали уже больше недели. И, с одной стороны, это было хорошо. Потому что всё их общение сводилось либо к немым упрёкам, либо к открытому конфликту. Но каким же безумно долгим теперь было это, казалось бы, незначительное время. Ещё недавно Катя не видела Жданова в течение полугода, но чувствовала себя легче, чем сейчас. Хотя это всего лишь иллюзия. Просто первые несколько мучительно долгих месяцев стёрлись из памяти. Это позже она свыклась с мыслью, немного успокоилась. А сейчас выходит, что всё началось сначала. Она вновь с нетерпением ждёт с ним встречи. И самое сложное — точно знает, что этой встрече быть. — Кать, извини, что опоздал, — услышала она рядом с собой виноватый голос Соболева, который усаживался напротив и смотрел на неё с улыбкой. — Привет. — Привет, Паш, — улыбнулась Катя в ответ. — Ничего страшного. Я сама недавно подъехала. Сегодня в Москве пробки. У моего таксиста даже нервы не выдержали. — И я его понимаю, — улыбнувшись, кивнул Павел и взял с края стола меню. — Что ты будешь? В этот раз обед проходил довольно приятно. Паша был в прекрасном настроении, не переставая рассказывал весёлые истории, и Пушкарёва смогла действительно отвлечься от мыслей, сводящих её с ума в последнее время. — Катюш, — заметив позитивные изменения в настроении девушки, Павел взял её за руку, — я планирую перенести празднование моего дня рождения за город на все выходные. Думал на своей даче собраться, но подсчитав количество гостей, понял, что лучше будет арендовать дом побольше, — он сделал небольшую паузу и посмотрел Кате в глаза. — У тебя получится поехать? Она растерялась. Поездка за город с ночёвкой заставила насторожиться, и Павел, почувствовав её напряжение, улыбнулся: — Кать, спальни у нас будут разные. Ей даже показалось, что она покраснела. Мысленно порадовалась тому, что благодаря макияжу этого видно быть не должно, и пожала плечами: — Паш, я даже не знаю… — Не переживай, — перебил он её, — если у тебя не получится, отметим в ресторане в Москве. При мыслях об этой поездке просыпалось подсознательное волнение, и Кате очень хотелось отказаться. Но в таком случае из-за её прихоти менялись бы все планы. А это неправильно. Поэтому, постаравшись прогнать от себя сомнения, она улыбнулась: — Конечно, я смогу. — Я очень рад! — искренне обрадовался Павел и поцеловал Кате руку. — Выезжаем в пятницу в четыре часа дня. Если что, я тебя отпрошу у Юлианы. Пушкарёва без особого энтузиазма слушала план мероприятий на эти выходные и мысленно радовалась, что всё-таки согласилась. Только сейчас по горящим глазам Паши она поняла, насколько сильно он хотел отметить свой день рождения именно таким образом. И ей было приятно, что она догадалась не разрушить его мечты. Наблюдала за сияющим Павлом и вдруг почувствовала, как сердце болезненно сжалось — как же давно она не видела счастливой улыбки Жданова. Ведь раньше ради этого Катя была готова на всё. Лишь бы видеть Андрея счастливым. И, хоть и не всегда, но у неё это получалось. А сейчас ему свойственны лишь дежурные улыбки. Их она сходу отличала. Интересно, он специально при ней ничему не радуется? Чтобы вызывать чувство вины? — Кать, ты тогда вещи собери и оставь дома. Я тебя встречу с работы и заедем за ними. — Хорошо, Паш, — согласно кивнула она в ответ и с ужасом представила, сколько всего ей придётся взять с собой. Раньше было проще, когда она не уделяла внимания своей внешности, хватало и небольшой сумки. А сейчас понимала, что будет здорово, если всё необходимое сможет поместиться в чемодан. — Малиновский обещал взять на себя всю развлекательную программу, — тем временем продолжил Павел, приступая к десерту. А Катя тут же ощутила, как быстро забилось сердце. Переживая о последствиях совместной ночёвки с Пашей, она каким-то непостижимым образом забыла о том, с кем именно он дружит. Подняла осторожно глаза и, стараясь выглядеть непринуждённо, улыбнулась: — Я думаю, Роман Дмитрич прекрасно с этим справится. — Я тоже, — кивнул Павел, не отрываясь от тарелки. — А если ещё и Жданова подключит… Ты не представляешь, что они вытворяли в студенческие годы. — Догадываюсь, — тихо проговорила Катя, неосознанно ковыряя ложечкой пирожное. Соболев немного удивлённо на неё глянул, а потом понимающе рассмеялся: — Точно, вы же работали вместе. Я и забыл. Ну, тогда ты понимаешь, о чём я говорю. — Значит, они тоже согласились ехать? — решила уточнить Катя, поднимаясь из-за стола. Павел оставил деньги за обед и, приобняв Катю, направился к выходу: — Знаешь, а я у них и не спрашивал. Поставил перед фактом и всё. С обеда Катя вернулась сама не своя. Даже понять не могла, что её беспокоило больше: скорая встреча с Андреем или собственное томление при мысли об этом. Скорее всего — второе. Почему при общении с Пашей не возникает абсолютно никаких эмоций? Только дружеские чувства, как с Колей. А стоит лишь подумать о Жданове, как сердце в груди заходится. И это совершенно не поддаётся никакому контролю. Как только вернулась Юлиана, Катя взяла бумаги, требующие её подписи, и отправилась в кабинет следом за ней. — Как прошёл обед с Пашей? — не поднимая глаз, спросила Виноградова, ставя на документах размашистые автографы. Катя присела напротив неё: — Хорошо. Но… — Но? — Юлиана бросила заинтересованный взгляд на помощницу. — В субботу у Паши день рождения. И отмечать его мы будем за городом. Юлиана отвлеклась от договоров и улыбнулась: — Это же замечательно! Погода стоит прекрасная! Ты уже выбрала подарок? — Ещё нет, — с грустью ответила Катя. — Даже мыслей никаких нет. Может быть, вы что-нибудь подскажете? — Что подарить человеку, у которого есть всё? — Юлиана задумчиво постучала зонтиком по полу, а потом радостно взмахнула им в воздухе. — Себя! Подари ему себя! Катя посмотрела на начальницу недоверчивым взглядом: — Вы шутите? — Ни капельки. Катюш, для него это будет самым лучшим подарком! — Нет. Я не могу, — перебила её Пушкарёва. — И Паша ни на чём не настаивает. У нас вообще спальни будут разные. Юлиана понимающе улыбнулась: — Я думаю, это было решено под твоим давлением. Так? Явно он это сказал после того, как увидел, что ты сомневаешься. Катя задумалась, вспоминая их разговор, но не желая мириться с услышанным, несогласно замотала головой: — Не думаю, что вы правы. Юлиана в ответ на это рассмеялась: — Себя-то хоть не обманывай, Катюш! Ты не можешь не чувствовать его желаний. — В любом случае, я не готова, — твёрдо ответила Катя, надеясь прекратить этот смущающий её разговор. Конечно, она чувствовала. Почти с первой их встречи. Но ей это было не нужно, поэтому, думать об этом Катя не хотела. Всеми силами отгоняла от себя мысли о близости, хоть и понимала, что на платоническом уровне их отношения долго продолжаться не смогут. И так удивительно, что такой красивый мужчина, завидный жених Москвы, уже почти месяц довольствовался поцелуями и прогулками за руку. Но большего она ему дать пока не могла. Юлиана покачала головой, слегка осуждающе, а потом вдруг вспыхнула: — Так там Жданов будет?! — Паша сказал, что да. — Господи, хоть бы он ничего не выкинул! — Всё будет в порядке, — постаралась заверить её и себя Катя. — Да? А я вот не уверена! Не думаю, что Жданов успокоился после вашей ссоры, — Юлиана бросила тревожный взгляд. — Катя, держись от него подальше! Он и так Кире жизнь портит, не хватало, чтобы опять за тебя взялся. — А что у них с Кирой? — неожиданно поинтересовалась Пушкарёва. — Не знаю, — махнула рукой Юлиана. — Вроде всё спокойно. Кира сказала, что свадьбу решили пока что отложить, — и вдруг возмущённо приподняла брови. — Катя! Тебя это вообще не должно волновать, понимаешь?! Тебе даже думать нельзя о Жданове! — Я просто спросила, — вздохнула девушка. — Не просто! Как будто я не понимаю. Катюш, нельзя идти на поводу у чувств. Однажды, ты уже доверилась этому человеку. Не повторяй своих ошибок. Не зная, как ещё закончить этот разговор, Катя улыбнулась и, подняв правую руку, пообещала: — Я буду держаться от него подальше! — Вот! Молодец! — облегчённо вздохнула Юлиана. — И поближе к Паше! Катя ещё больше рассмеялась и кивнула: — И поближе к Паше! — Теперь я спокойна! Тогда вернёмся к подарку. Раз моя идея тебе не нравится, — Юлиана усмехнулась и, поймав возмущённый взгляд Кати, поторопилась её остановить, — молчу-молчу. Просто пошутила. Так вот, я думаю, что ты вполне можешь подарить ему ежедневник и ручку какой-нибудь брендовой фирмы. Во-первых, бизнесмену всегда пригодятся, а во-вторых, когда он будет что-то записывать, сразу вспомнит о тебе. Лишний раз напоминать Паше о себе Кате не хотелось, но вариант Юлианы понравился. Ни на что не намекающий подарок. Как раз то, что нужно. — Замечательная идея! — с благодарностью посмотрела она на начальницу. — Большое спасибо за помощь! — Не за что, Катенька! — с чувством выполненного долга приступила к работе Виноградова. — Обращайся. И Катя, стараясь не привлекать внимания, тихонько вышла из кабинета. На душе стало легче. Хоть какой-то вопрос решился. *** Малиновский без стука влетел в кабинет друга и сходу плюхнулся в собственное, каким он его считал по праву, кресло. — В общем, зал для показа Юлиана выбрала превосходный! Тем более за такие деньги. Это просто подарок! Зря ты со мной не поехал. — Потом посмотрю, — без особого энтузиазма отозвался Андрей, не отвлекаясь от монитора. Роман задумчиво посмотрел на друга и вздохнул: — Палыч, ну что ты такой грустный? Совсем скоро мы выплатим все кредиты и вернём «Зималетто»! Я уверен, что благодаря этой коллекции мы заработаем даже больше, чем необходимо. — С чего ты взял, что я грущу? — наконец-таки повернулся Андрей. — Я просто сосредоточен. Изучаю предложение новых поставщиков фурнитуры. Ведь на возвращении «Зималетто» работа не останавливается. Надо развиваться дальше. — Конечно, надо, только позитивнее как-то, а не с таким лицом, как у тебя. — Ромка, давай поговорим о чём-нибудь другом, — Андрей откинулся на спинку кресла и устало прикрыл глаза. Малиновский вмиг стал сосредоточенным: — Андрюх, есть серьёзный разговор. Глаза Жданова тут же взволнованно распахнулись. Такое поведение другу было несвойственно и действительно заставило разволноваться: — Что случилось? — Случился день рождения Пашки, — вздохнул Рома, а Андрей, ничего не сказав в ответ, фыркнул и вновь закрыл глаза. — Палыч, там будет Пушкарёва. — И что? — довольно равнодушно произнёс Жданов, даже сам удивился тому, как у него это получилось. — То, что ты должен себя контролировать. Вот тут Андрей не сдержался. Вскочил так, что кресло отлетело и ударилось о стену. — Я что, по-твоему, неуравновешенный?! — посмотрел со злостью на Рому, а тот даже рассмеялся. — И этот вопрос задаёт мне человек, который вспыхивает гневом из-за одной безобидной фразы. — Просто меня бесит, что виноватым ты выставляешь меня! Она причастна к нашему конфликту не меньше! — Вот и держись от неё подальше, — как можно спокойнее посоветовал Малиновский. — Игнорируй её. — А ты считаешь, что я собрался за ней бегать?! — Нет, конечно. Просто не провоцируй её на конфликт. — Очень надо! — с раздражением в голосе выпалил Андрей. — Я вообще не собираюсь с ней разговаривать. Он слишком остро реагировал на любую информацию о Пушкарёвой, но у Ромы не оставалось другого выбора, как похвалить друга: — Вот это я от тебя и хотел услышать. Молодец! Андрей бросил на него недовольный взгляд, сел в кресло и вернулся к изучению документов, стараясь подавить в себе усилившееся волнение от предстоящей встречи. «Может как-нибудь соскочить с этого дня рождения?» — промелькнула у него спасительная мысль.