Выбирай

На какое-то время пути между ними повисла напряжённая тишина. Андрею даже пришлось музыку включить, чтобы хоть как-то разрядить накалённую атмосферу. Не хотелось ссориться с Катей. Искренне не хотелось, но по-другому у них не получалось. На каждое его действие она реагировала слишком недовольно и эмоционально. Хотя, если быть честным, подобное было предсказуемо. Возможно, это обида на слова, сказанные им в Зималетто. И Жданов знал, что был не прав. Ляпнул на эмоциях, а Катя убежала. Даже извиниться не успел. А сейчас боялся поднимать эту тему, чтобы не спровоцировать новый конфликт. Пушкарёва же старалась на Андрея не смотреть. Действительно на него злилась за его наглость и самоуверенность. А он, казалось, даже своей вины не чувствовал. Катя боролась с бурлящим в ней недовольством, и совместная поездка в этот момент совсем не радовала. Она мало того, что нервничала, так ещё и чувствовала себя напряжённо рядом с Андреем. Но спустя час пути слегка привыкла к его обществу, успокоилась и смогла немного расслабиться. Даже повернулась к нему в пол-оборота, усаживаясь поудобнее, и положила голову на сиденье. — Устала? — участливо глянул на неё Андрей. В его голосе было столько заботы, что Катя окончательно растеряла весь боевой настрой. — Немного, — смущённо ответила она, осторожно подняв глаза. — Если хочешь, поспи. Нам ещё час точно ехать. — Я не хочу спать. Вновь повисло молчание, а спустя несколько минут Жданов неожиданно поинтересовался: — Ты счастлива? Этот вопрос заставил разволноваться обоих. Андрей по-настоящему боялся услышать «да». Этот ответ потушил бы последнюю тлеющую в его душе надежду. А Катя совершенно растерялась от настроенного на откровения Жданова: — Для чего ты спрашиваешь? Он вздохнул, набираясь смелости, и тихо пояснил: — Для меня это важно. Разве это сложный вопрос? Вот если бы ты меня спросила, я бы честно ответил, что абсолютно несчастлив. — Я не думаю, что нам нужно об этом говорить, — отвернулась Катя и приняла более отстранённую позу, скрестив на груди руки. Но Андрей уже не мог остановиться: — Почему в тот вечер ты меня обманула? Сначала Катя растерялась, а потом вдруг разозлилась на то, что Жданов снова пытается внушить ей чувство вины. — А ты считаешь, что я должна была молча терпеть твои отношения с Кирой? — Ты должна была ответить честно! — повысил голос Андрей. — Швырнуть в лицо мне эту чёртову инструкцию и прямым текстом меня послать! Тогда бы у меня был шанс всё тебе объяснить. Но ты решила пустить мне пыль в глаза, усыпив мою бдительность своим согласием, и молча сбежать! — Я имела на это право. Катя ответила настолько спокойно, что вмиг остудила весь возмущённый пыл Андрея. Он запнулся на полуслове и виновато вздохнул: — Конечно, имела. Но если бы ты дала мне возможность оправдаться, сейчас всё было бы по-другому, — он с надеждой посмотрел ей в глаза. — Мы были бы вместе, Кать. Она почувствовала, как быстро забилось сердце. Даже дыхание стало прерывистым. Но поведение Андрея окончательно запутало. Не понимала, зачем он это говорит. А, заподозрив в его словах какую-то скрытую выгоду, разозлилась ещё больше: — Хочешь, я скажу, как было бы? Ты бы женился на Кире, а мне уделял вечер-два в неделю. Так, чтобы при себе держать. — Что за бред, Катя?! Я бы расстался с ней. Просто в тот вечер… в тот вечер я был слишком растерян, я запутался после разговора с отцом и не видел другого выхода. Ты должна была сказать мне всё честно, и уже на следующий день Кира исчезла бы из моей жизни. — Хватит считать меня полной дурой! — внезапно взорвалась Пушкарёва. — Зачем ты мне всё это говоришь? Опять испугался за компанию, потому что появился Паша? — Ты специально напоминаешь мне, что не одна? — Андрей бросил на Катю злой взгляд и, нервно сжав руль, вернул его на дорогу. — Не переживай, я и так не смогу забыть. Каждую ночь мне это снится в кошмарных снах. Катя насмешливо хмыкнула: — Не знала, что вызываю у тебя настолько неприятные чувства. — Ты поняла, что я имею в виду! — Я поняла только одно: вам, Андрей Палыч, снова от меня что-то нужно. Но по поводу Зималетто не вижу смысла переживать. Совсем скоро оно окончательно вернётся в вашу собственность. Теперь подошла очередь Жданова иронизировать: — Я не верю своим ушам! Неужели вы, Екатерина Валерьевна, снизошли до того, чтобы поинтересоваться делами моей несчастной фирмы? Польщён! В пылу спора Андрей пролетел нужный поворот. А, заметив это, выругался про себя и затормозил на обочине. — Ты хочешь сказать, что я мало для тебя сделала? — не обращая на это внимания, уточнила Катя с блестящими от подступающих слёз глазами. Но Жданов этого не заметил. — Конечно, нет! Ты ведь сделала абсолютно всё, чтобы превратить мою жизнь в ад! — не подумав, выкрикнул он и только потом осознал, что прозвучало это совсем не так, как он хотел. Но было поздно. Неотрывно глядя ему в глаза, Катя прикусила дрожащую губу и быстрым движением вытерла скатившуюся по щеке слезу. Андрей возненавидел себя в эту же секунду. Наклонился к ней, пытаясь взять за руку: — Кать, я не это имел в виду. Но она не стала слушать. Оттолкнула его и, распахнув дверь, выскочила из машины. Не знала, куда собирается идти, лишь бы подальше от Андрея. Из-за стоящих в глазах слёз всё расплывалось, поэтому, не заметив неровность на дороге, Катя споткнулась. И в этот же момент оказалась в руках Жданова. От неожиданности испуганно упёрлась ладонями ему в грудь, снова пытаясь оттолкнуть, но в этот раз Андрей не отпустил. Усилил объятия и полной грудью вдохнул запах её волос. Как же давно он об этом мечтал. Сколько бессонных ночей провёл в воспоминаниях, раз за разом коря себя за то, что потерял. И сейчас внутри него всё дрожало и от сбывшегося счастья, и от страха через секунду его лишиться. В себя Андрея привёл тихий Катин всхлип. Он слегка отстранился и, прижавшись лбом к её лбу, вытер её мокрые от слёз щёки. А потом прошептал: — Кать, я знаю, что сам во всём виноват, но я больше не могу. Я так хочу быть с тобой. А она вдруг замерла, уставившись на Андрея широко распахнутыми глазами. Сколько раз она слышала эти слова во сне, в своих мечтах, которые считала чем-то несбыточным, а сейчас они внезапно оказались реальностью. Но ведь это не значит, что правдой. — Я так тебя люблю, — настойчиво стирал её сомнения Жданов. Его жаркие ладони скользили по её спине, заставляя покрываться мурашками, а голос окончательно затмевал рассудок. — Мне плохо без тебя, Кать. — Андрей, отпусти. На последних каплях сознания она вновь попыталась отстраниться, но от нахлынувших эмоций слёзы ещё быстрее побежали по щекам, и Жданов начал вытирать их быстрыми поцелуями. — Я сделаю всё, что ты захочешь, — шептал он между ними. — Только вернись, умоляю, Кать. Я больше не могу без тебя. Ничего слаще в своей жизни она ещё не слышала. Ладонь Кати непроизвольно прошлась по груди Андрея и вцепилась в его распахнутую ветровку. А сама она опустила глаза. Осмысливать происходящее получалось с трудом. Чувства перекрывали любую зарождающуюся мысль и уносили Катю в состояние невероятного блаженства. Поэтому когда Андрей положил ладонь ей на затылок и с нежностью прижался поцелуем к её губам, даже не пыталась сопротивляться. Чувствовала его горячие ладони, страстно скользящие по её телу, и тянулась за ним, как за единственным источником тепла и света. Но в какой-то момент Катя всё-таки испугалась. Ощутив на своей шее горячее тяжёлое дыхание Андрея, запаниковала. Буквально шаг — и она снова станет беззащитной, окончательно разрушив свою броню. Хватит ли ей сил выстроить её вновь? Поэтому от следующего поцелуя, Катя увернулась. — Что случилось? — растеряно выдохнул Андрей, на всякий случай усиливая объятия. Катя на него не посмотрела. Надавила ладонями на грудь, освобождаясь от его рук, и, поправив одежду, холодно сообщила: — Нам ехать надо. Такого ответа Жданов не ожидал. Ехать куда? Туда, где ждёт Пашка? Принц из её сказки. — Зачем ты это делаешь? — обречённо произнёс Андрей. — Что делаю? — Отталкиваешь меня. — Это не так, — Катя заправила за ухо выбившийся локон волос и наконец-то посмотрела на Андрея. — Просто нам действительно нужно ехать. Только в этом она видела спасение. Сейчас трезво оценить произошедшее не получалось. Внутри до сих пор всё трепетало от одного взгляда на Жданова. А хотелось вернуть холодный рассудок. Казалось, что без него она в опасности. Андрей отошёл на несколько шагов, пытаясь взять себя в руки, но эмоции оказались сильнее. — Господи, Кать, я для тебя вообще хоть что-нибудь значу? — выкрикнул он обернувшись и горько усмехнулся. — Или ты уже успела пожалеть о том, что произошло? — Я не пожалела, — тихо ответила Катя. — Тогда что? — безжизненно произнёс Андрей. Пусть она уже признается, что любит Пашку, и одним ударом добьёт. Это лучше, чем по кускам вырывать себе душу. Но Катя делать этого не спешила. Смотрела взволнованно, стараясь контролировать сбившееся дыхание, и снова напомнила: — Нам пора. — Ты его любишь? — не выдержав, напрямую спросил Андрей, на что Катя без промедления покачала головой. — Нет. — А меня? Андрей не мог пошевелиться. Казалось, что сейчас решалась его судьба. И после того, как Катя ответит, он уже ничего не сможет изменить. — Это не главное, — произнесла она после нескольких секунд раздумий и направилась к машине. Может, хотя бы так получится прекратить разговор? Но Андрей в два шага обогнал и встал перед Катей, преграждая путь. — Именно это и главное! — не согласился он и нервно поправил очки. — Пожалуйста, ответь мне честно. Ты испытываешь ко мне хоть что-нибудь? На то, чтобы перечислить все свои чувства к Андрею, ей понадобилось бы слишком много времени, но он помог, повторив свой чёткий вопрос: — Ты любишь меня, Кать? — Люблю, — наконец-то призналась она, но тут же на шаг отступила, выставив перед собой ладонь. — Но я не знаю, смогу ли забыть всё, что было. Инструкцию, твоё враньё. — Брось, Кать, — прерывисто выдохнул Жданов и сделал шаг навстречу. — Я так давно честен с тобой. Даже раньше, чем сам себе в этом признался, — он осторожно протянул руку и попросил. — Пожалуйста, иди ко мне. Катя сама не поняла, как вложила в его ладонь свою. Андрей несмело потянул её на себя и расслаблено улыбнулся, когда Катя сама к нему прижалась. Обнял её за плечи одной рукой, а второй нежно коснулся волос. Разве не об этом она мечтала ещё несколько часов назад? Можно подумать не эти прикосновения снятся ей как по заказу каждую ночь. От кого она так яростно пытается сбежать? От Андрея или от самой себя? Сейчас стало понятно, что каждый из этих вариантов невозможен. — Поедем в Москву, — предложил Андрей, прижавшись поцелуем к её макушке. У Кати по телу пробежала дрожь. Так хотелось согласиться, но она не имела на это права. Вздохнула прерывисто и покачала головой: — Я не могу. Завтра у Паши день рождения. — Что это значит? — замер Андрей в ожидании ответа. Катя не стала испытывать его терпение. — Я поговорю с ним, — сказала она. — Только после выходных, — и опередив следующий вопрос Андрея, сообщила. — У нас с ним отдельные комнаты. Между нами никогда ничего не было. И не будет. Какая-то необъятная волна счастья едва не снесла Жданова с ног. Казалось, что за спиной выросли крылья, и все тревожащие его проблемы стёрлись с лица земли. Схватил Катю в крепкие объятия и приподнял над землёй: — Мне досталась самая лучшая девушка на свете! — Да?! — наигранно удивилась Пушкарёва. — И кто же это? Андрей повернул голову и настороженно посмотрел ей в глаза: — Ты, конечно. Ты ведь со мной, правда? — С тобой, — она поцеловала его в кончик носа и улыбнулась. — Просто я подумала, мало ли о ком ты… — Даже шутить так не смей! Андрей поставил Катю на землю, обнял ладонями её лицо и страстно поцеловал. Как же тяжело было выпускать её из объятий, но время играло против них. Казалось, прошло всего мгновение, а на самом деле они страшно задерживались. И когда Катя в очередной раз попыталась об этом напомнить, пришлось согласиться. Больше всего на свете Андрею хотелось остаться с ней наедине. Чтобы никто и ничто не отвлекало их друг от друга. Но Катя была настроена решительно, и спорить с ней было опасно. Когда до дома оставалось совсем ничего, остановил машину и притянул её к себе. Целовал, теряя голову и пытаясь заглушить в себе животный страх от того, что Катя может передумать. Но ведь и изменить ничего не мог. Сейчас всё, что Андрею было под силу — вести себя правильно, чтобы не испортить возникшее между ними взаимопонимание. Он отстранился и светящимся взглядом посмотрел Кате в глаза: — Ты такая красивая, Кать. Но я безумно соскучился по твоим косичкам. А она засмеялась и поцеловала его. На самом деле Катю беспокоило то, что Андрей ничего не сказал о Кире, не пообещал поговорить с ней. Но решила сейчас ни о чём не спрашивать. Это никак не повлияет на её решение расстаться с Пашей. Ведь она собирается это сделать не для Андрея, а для самой себя. Потому что смогла осознать, что у этих отношений нет будущего. Её дружеские чувства к Павлу никогда не смогут перерасти в нечто большее. И тянуть дальше просто подло в первую очередь по отношению к нему. Подъехав к воротам, Андрей посигналил и тут же почувствовал, как Катя осторожно освободила свою ладонь и отвернулась. «Главное — держать себя в руках, чтобы ничего не испортить!» — мысленно напомнил себе Жданов и улыбнулся появившимся в воротах друзьям.