Catch your chance

      — Если ты сейчас же не вернешься в штаб, я сотру тебя вместе с этой веткой!       — Хорошо, стирай!       Локи уворачивается от обезвреживателя и пускается бегом через сонное плато, пропитанное пылью и зноем. Мобиус вздыхает и идет следом.       Этот кавардак продолжается вот уже третью неделю. С тех пор, как Мобиус заметил, что Локи регулярно ускользает куда-то после каждого брифинга. И нигде ведь потом не найдешь, хоть носом землю рой. И когда Мобиус, пытаясь успокоить рвущееся наружу сердце, уже готовился идти к Равонне и выяснять, почему приговор был исполнен без него, Локи появлялся на ланче — довольный, словно в ТВА открылся новый кафетерий с вкусной едой.       Мобиус узнавал — не открылся.       Как выяснилось, мальчишка, не далее как вчера разобравшийся со структурой агенства, открыл для себя путешествия во времени — прямиком через ТамПад ТВА. Каково же было счастье Мобиуса, когда он узнал, что Локи использовал его тампад, чтобы нарушить одну из основных статей кодекса агенства.       Конечно, Локи его не читал. Он никогда ничего не читает.       Объяснять Локи правила было так же бесполезно, как учить мартышку балету. Как бы Мобиус не пытался достучаться, объяснить, все было без толку: до мальчишки не доходили ни увещевания, ни угрозы. «У нас еще три юнита до красной линии» — отмахивался он, выжимая рычаг сцепления и толкая мотоцикл вперед. Возвращался, конечно, за пару секунд до их с Мобиусом предполагаемой гибели от рук Всеведущих Хранителей (и как те только не прознали?).       Мобиусу кажется, Локи просто нравится бесить его. Смотреть, как он рычит, угрожает, бегает за ним, пытаясь поймать, и, когда ничего не получается, все равно продолжает плестись следом, как преданный пес. Возможно даже для Локи это самая приятная часть этих прогулок.       Иногда Мобиус задумывается, зачем ему все это нужно. Злобную аномалию-убийцу давно поймали, а он пошел и упростил Равонну дать Локи еще один шанс. Последний шанс. И вот Локи в рядах минутменов, но продолжает себя вести, как малое дитя. Ему никогда не стать агентом. Равонна была права.       Локи останавливается в трех футах от Мобиуса и начинает танцевать, чтобы подразнить его. Мобиус не может не улыбнуться.       Пожалуй, есть в этих прогулках что-то особенное, признается он себе однажды. Ветер, дождь или яркое солнце, слепящие хлопья снега или длинная лента проезжей части, тонущая в тумане — Мобиусу не хватает этого, когда он сидит в своем офисе. Локи хитро щурится, перехватывая его взгляд, и сердце Мобиуса пропускает удар. Он возносит молитву Хранителям, чтобы этот паршивец не умел читать мысли.

***

      Они останавливаются перед открытым порталом. Мобиус замечает, что Локи какой-то слишком довольный: это заставляет Мобиуса возобновить вялое нытье о том, что это нарушение протокола и лучше бы им остаться в агенстве. Локи корчит гримасу боли — как уставшая мамаша, оказавшаяся в магазине с капризным ребенком, и зачем-то стаскивает туфли.       — Обувь сними, — бросает он Мобиусу и исчезает в портале.       Мобиус, всплеснув руками и в очередной раз возблагодарив судьбу за такой чудный подарок, тащится следом.       Через секунду он понимает, почему Локи сказал про обувь.       — Я убью тебя, — стонет Мобиус. Новые туфли увязают в глине на несколько дюймов и печально булькают под водой.       — Только после того, как покатаешься на… Этом!       Локи стоит тут же, по колено в ледяной воде, и разве что не взрывается от восторга. Он сжимает кулаки и подбирается, как перед прыжком, ожидая его реакции. Мобиус переводит взгляд на новенький гидроцикл, призывно покачивающийся на мелких волнах. На его боку красуется длинный порез, но в целом он выглядит… неплохо. Мобиусу становится хуже с каждой секундой.       — …Что это?       — Я думал, ты знаешь. Это гидроцикл, — Локи снова расплывается в улыбке. — В реальности они больше, скажи?       Мобиус медленно выдыхает сквозь сжатые зубы.       — Отдай мне ТамПад. Я возвращаюсь в штаб.       На лице Локи, наконец, проступает нечто, похожее на разочарование, и Мобиус испытывает какое-то мрачное удовлетворение. Словно он только что убедился, что даже бог Озорства не может постоянно быть счастлив.       Но и эта маленькая победа не длится дольше пары секунд: растерянность перетекает в упрямство, и обиженное божество вдруг складывает руки на груди:       — Нет.       — Что значит «нет»? — взрывается Мобиус. — Это мой ТамПад.       — Тем не менее, сейчас он у меня.       Локи уворачивается от тяжелого кулака и через секунду оказывается уже в десяти футах от Мобиуса. Тот готов выть от бессилия.       — Чего ты пытаешься добиться? Чтобы я предал свой дом? После того, как меня сотрут, ты окажешься первым на очереди, будь уверен!       — Не хочу я, чтобы тебя стерли.       — Тогда зачем все это?       — Я хочу, чтобы ты жил, Мобиус! — в сердцах восклицает Локи, и что-то в этом надломленном вскрике заставляет Мобиуса замереть, врасти в илистую жижу под ногами, испугавшись непонятно чего.       Локи смешно ковыляет к нему, пытаясь сделать шаг как можно шире и вместе с тем не намочить рубашку. Чуть не падает, хватает мокрыми руками за плечи. Цепляет тяжелым взглядом, вытряхивая всю злость и заставляя сердце болезненно заныть, как всегда перед чем-то неожиданным и вряд ли приятным.       — Ты постоянно говоришь о долге, об обязательствах, о правилах, и почти ничего о себе. Все равно все это когда-нибудь закончится. Сделай прямо сейчас то, чего хочешь больше всего.       Мобиус впечатывается взглядом в его лицо. Локи рвано дышит после пробежки в воде, в его растрепанных волосах путаются лучи солнца. Если постарается, Мобиус услышит, как часто бьется его сердце. Внезапно, как удар в спину, пронзает осознание, почему взбалмошный мальчишка все еще жив.       ТамПад пикает, докладывая, что осталось два юнита до катастрофы.       Пауза затягивается. Локи переминается с ноги на ногу, смущенный его молчанием, и испытывающе заглядывает ему в глаза.       — Мобиус? — на его губах расцветает неуверенная улыбка.       — Больше всего? — переспрашивает Мобиус.       Сердце стучит все быстрее, захлебываясь где-то у горла, когда он медленно опускает руки на лацкан чужого пиджака. Ведет ладонями вверх, оглаживает покатые плечи, касается шеи. Локи вздрагивает, по его коже разбегаются мурашки, и Мобиус думает, что вот сейчас он отпрянет, убежит куда-нибудь, но Локи не двигается с места. Он удивлен, но не испуган, и это тоже очень странно.       Локи открывает рот, и Мобиус понимает, что надо заткнуть его прежде, чем он что-либо скажет.       Локи подается навстречу, когда лицо Мобиуса оказывается совсем рядом.       В этот момент Мобиус с силой толкает Локи в грудь.       Локи шумно вдыхает, выныривая из воды, хлопает глазами-блюдцами. Мобиус едва не сваливается вслед за ним — давно он так не смеялся. Но счастье, как водится, не длится долго: Локи поднимается на ноги и, преисполненный жаждой мести, бросается на него.       И Мобиусу ничего не остается, кроме как пуститься наутек.       В агенство они вваливаются, промокшие до нитки. Вода стекает на пол, и очень скоро под каждым образовывается небольшая лужица из соленой воды, но даже тогда они не могут перестать смеяться. Оба чувствуют, что оставили сегодня за собой победу в этой крошечной битве: Мобиус — потому что ему наконец удалось отомстить Локи за его вечное ребячество, а Локи… Да он, пожалуй, был бы счастлив, даже если бы их сейчас вели на трибунал к Хранителям.       Мобиус щурится, уже не стараясь скрыть улыбку:       — Спасибо. Сегодня я сделал то, что хотел сделать очень давно.       Локи отзеркаливает его хитрый взгляд и делает шаг вперед, чтобы оказаться совсем близко:       — Если надумаешь сделать со мной еще что-то, — урчит он, и делает выразительную паузу, чтобы подмигнуть, — я к твоим услугам.       Цепкие пальцы ныряют пониже поясницы, туда, где им быть, вообще-то, не положено в любой из возможных ситуаций. Мобиус дергается: многолетняя выдержка позволяет не раскраснеться, но в ступор он все-таки впадает — настолько, чтобы взбалмошный мальчишка покинул зал для допросов, заходясь в злобном смехе.       Мобиус трет горячий лоб и думает, что за такое нужно придумать что-то покруче броска в воду.