(Не)верность

      Наверное, впервые за всё время их знакомства Булат видел Милену такой откровенно "убитой". Она молчала всю дорогу, не смотрела в его сторону и по-детски оттягивала рукава своей водолазки тонкими пальцами, раздражая этим ещё больше. Дурацкая привычка.       Особенно вдобавок с её шмыгающим носом: очевидно наплакалась, ну, или заболела. Впрочем, это и так была не поездка, а сплошной кошмар для его нервов. Булат двадцать раз успел пожалеть о своём импульсивном решении, но теперь уже было поздно. Всё же остановить машину и выставить Милену из-за шмыгающего носа вкупе с молчанием было бы кощунственно.

Хотя с каких пор чьё-то молчание стало так откровенно его раздражать?

Или проблема была в том, что молчала именно она, всегда болтающая без умолку?

      От последней мысли мужчина отмахнулся, словно от назойливой мухи. Ему просто стало жалко Милену, которая из-за обычной собаки доводила себя до состояния "скелета". Хотя... История с Джекки расстроила даже его, а уж чего говорить о сердобольной Милене? Они ведь вместе её нашли, вылечили, играли с ней.       А главное: Булат видел, как горели её глаза, когда она обнимала Джекки. А теперь в них была лишь невыносимая тоска. Он по себе знал это паршивое чувство, когда у тебя отнимают друга, которого ты недавно обрёл. Правда, случай женщины был всё же порадостнее.       Вообще изначально по пути домой Булат планировал заехать в небольшой ресторанчик возле дома, чтобы поесть, но теперь с Миленой это было проблематично. Вместе зайти они бы не смогли: явно нарвались бы на знакомых и стали причиной сплетен. А мужчина и без того уже влез в ненужные проблемы, так что увеличивать их число не хотелось.       Он и так не знал, что делать с этой расстроенной женщиной. Раньше с такой трудностью мужчина лицом к лицу не сталкивался, но, видимо, всё когда-то бывает в первый раз. В целом, Булат попытался поступить наиболее рационально: просто "отправил" Милену по приходу домой в душ, а потом сделал несколько интернет-заказов, чтобы обеспечить свой комфорт. Дальше оставалось только ждать и оценивать масштаб бедствия.       К радости или печали, долго дожидаться не пришлось. Минут через двадцать обёрнутая в полотенце, женщина вышла, стуча босыми ногами по холодному полу. С её волос капала вода и своим звоном отчаянно раздражала мужчину. Всё же неаккуратность в любом виде безмерно его бесила, однако Милена выглядела настолько побито, что Булат не стал делать ей привычного замечания.       Она стояла перед ними и смотрела на него своими большими карими глазами, руками придерживая полотенце. И не было в её взгляде привычного вызова, а в действиях привычной настойчивости. Булат знал, что если бы женщина не была так расстроена, то уже обязательно полезла к нему с поцелуями или объятьями, ну или отпустила бы какую-то шутку. А сейчас ей явно было не до этого. - Я дам тебе свой спортивный костюм, - коротко заметил мужчина, замечая подрагивающие плечи. Наверное, ей было холодно. - Тёмно-синий, ты надевала его в прошлый раз. - Хорошо, - сухо кивнула Милена, опуская голову. Она уже хотела уйти в комнату, но грубое замечание Булата вслед остановило.       Её кислая физиономия уже доводила до бешенства. Смотреть на то, как всегда живой и оптимистичный человек доводит себя до чёрт пойми чего, зрелище малоприятное. Особенно, если этот человек хоть кто-то в твоей жизни, пусть даже ты сам себе в этом до конца не признаёшься. - Хватит исполнять партию умирающего лебедя, - заявил мужчина. Он не собирался сюсюкаться с ней как с маленьким ребёнком. Изводить себя так, было, как минимум глупо и не рационально, даже из-за сильной привязанности к другому существу. Её надо было встряхнуться, причём, как следует. - Джекки нашла настоящую хозяйку, так порадуйся за неё, как за друга. Не из-за чего тут истерики устраивать. Отпусти и забудь.       Женщина устало прикрыла глаза, устало вспоминая одновременно грустный и радостный взгляд Джекки, вернее, Альмы. Он как будто говорил ей: "Спасибо тебе, ты хорошая, но я должна быть со своей хозяйкой". И она была рада за своего друга, но всё равно что-то тосклив сжималось внутри. От того, что никто не будет встречать её виляющим хвостиком, тащить на прогулку в шесть утра и просить своё любимое лакомство. - Забыть того, кто был дорог, разве это так просто? - с грустной улыбкой уточнила Милена. В словах мужчины была правда, но эгоистичное сердце не хотело её признавать. Как объяснить ему то, что ей просто больно возвращаться в реальность, где она никому не нужна? Да и к чему Булату это знать. Не поймёт. Ему, кажется, для собственного счастья никто и не нужен. - Знаешь, мне на минуту показалось, что ты поймёшь, что ты тоже привязался к ней и почувствуешь... но я ошиблась. Извини, я переоденусь и пойду домой. Не буду раздражать тебя своим видом, я в порядке. Пару дней и приду в норму.       Ни злости, ни обиды в её голосе не было, потому что каждое его слово было верным. Правда, желание остаться рядом с ним таяло. Нет, она не ждала, что он вдруг начнёт с ней возиться, просто сегодня не было сил, как обычно, подстраиваться под его характер. Лучше было уйти, хотя нет... лучше всего было бы просто не приезжать. Надо было справляться самой, а не искать поддержки у других.       Женщина развернулась в сторону, чтобы переодеться в свои вещи, оставленные в коридоре, но Булат резко потянул её на себя, резко прижимая спиной к своей груди. Его рваное дыхание опалило её ухо, а он сам прижался к ней максимально тесно, инстинктивно не оставляя путей к отступлению. - Ты же сама всё понимаешь, - мирно выдохнул мужчина, как-то привычно проводя носом по её виску. Заметил, что Милена тут же сглотнула, начиная дрожать. Всё же приятно, когда женщина так реагирует на твои прикосновения. Булат усмехнулся, а потом прикоснулся к её шее губами. Не любил этот жест излишней нежности, но сейчас почему-то он казался почти потребностью, в то время как его ладонь уже гладила её по животу через ткань полотенца. Ему самому было как-то тяжело на сердце от расставания с Джекки, но смотреть на такую Милену было ещё... неприятнее. - Она будет счастлива со своей настоящей хозяйкой. И ты за неё рада, просто тебе больно от расставания, это пройдёт. - Конечно, пройдёт, я знаю, просто... немного больно, - мягко улыбнулась женщина, укладывая голову на его плечо. Мужчина хмыкнул и хотел отстраниться, не в его манере все эти жесты, но ровно в этот момент нежная ладошка Милены опустилась на его собственную, молчаливо призывая к миру. - Представляю, как тебе было больно тогда в детстве. Прости, если наговорила тебе ерунды, я, правда, не хотела тебя обидеть.       Даже не видя её лица, Булат знал, что она сейчас улыбается своей вымученной улыбкой и потихоньку расслабляется. В этом была она вся: вспыхнет, а потом ластится, если не права. Не любит ссоры и стоит только ему её коснуться, сразу замолкает. Хотя для него всегда это было странно. Чувствовать то, что твоё присутствие заставляет кого-то успокаиваться. Необычно. - Замёрзла? - Нет.       Не говорить же ему, что, наверное, она могла бы простоять так вечность, несмотря на прохладу. Правда, настойчивый звонок в дверь всё равно бы этого не позволил. Булат мягко отстранился от неё и быстрыми направился в коридор. А Милена суетливо побежала в комнату, наскоро надевая предложенную ей одежду, лежащую на кровати. Не хотелось бы предстать перед внезапным гостем в непотребном виде. Мало ли кто мог прийти? Друг? Знакомый? Или, может быть, любимая девушка?       Последняя мысль пролетела в голове мимолётно и тут же затухла. Не было у него никого. Почему-то Милена чувствовала это, да и к тому же ни в ванной, ни в комнате не было даже намёка на следы женского присутствия. Она мельком осмотрелась ещё раз, всё же женское любопытство всегда брало своё, ненадолго замерла, неуверенно прищурила глаза и... Сначала удивилась, немного не веря самой себе, потому что на подоконнике рядом с какими-то рабочими папками лежала её заколка.

Случайно забытая в прошлый раз, о которой она уже и забыла.

      Не выбросил. От этого его решения на душе почему-то потеплело. Впервые за день на лице расцвела искренняя улыбка. Милена потрясла головой, стараясь не задумываться об этом и подошла к двери спальни, прислушиваясь к звукам. Было тихо. Женщина выдохнула и на цыпочках пробралась в зал. - Не крадись, это был курьер, - усмехнулся Булат, замечая женщину. Всё же она выглядела довольно забавно в его тёмно-синем костюме: штаны болтались на бёдрах, а кофта висела мешком. Ещё и взгляд такой, словно Милена решила податься в шпионки. Удержаться от откровенного смеха удалось с трудом. - Хм, ты что-то заказывал? - уточнила она, чтобы заполнить неловкое молчание, увидев равнодушный кивок, сама осторожно прошла на кухню, замечая две тарелки с любимым запечённым сибасом с овощами. Милена удивилась. - Не думала, что ты любишь рыбу.       Взгляд женщины стал вопросительным, и мужчина закатил глаза. За этим жестом "заботы" не стояло ничего, кроме его фотографической памяти. Тогда в ресторане она заказала именно это блюдо, а он просто запомнил на автомате. А она запомнила, что мужчина предпочёл стейк средней прожарки. - Садись и ешь, - равнодушно ответил Булат, проходя вперёд и усаживаясь за стол. Не хотелось обсуждать выбор блюда, а откровенно хотелось просто поесть. - А то выглядишь совсем дохлой. - Кажется, ты говорил, что мне как раз не помешает сбросить десяток килограмм? - хитро уточнила Милена, припоминая ему обидные слова. На её лице снова появилось подобие улыбки, заставляя Булата расслабленно выдохнуть. Пусть уж лучше глуповато посмеивается как и обычно. - Может быть, я лишь решила к тебе прислушаться? - Да неужели? - иронично заметил мужчина, аккуратно отрезая себе кусочек довольно вкусной рыбы. Милена же, кажется, во все глаза смотрела на него, ни на что не отвлекаясь и скрещивая руки на груди. - Спустя месяц? Особенно вовремя. Впрочем, в твоём стиле.       Милена хмыкнула и отвернулась, решая не продолжать этот мини-спор. Посмотрела на запечённого сибаса и нехотя отрезала себе кусочек. Есть совершенно не хотелось, но и раздражать Булата тоже. Он и так сегодня проявлял целый ряд несвойственных ему действий: от порывистости до "грубоватой" заботы. Не хотелось выглядеть в его глазах неблагодарной дурочкой. - К тому же, я говорил, что тебе следует сбросить пару килограмм, но не более, - почему-то после недолгого молчания продолжил своё высказывание Булат. - Всё остальное лишнее и тебе не идёт. - В твоих словах, как всегда, полно противоречий, - поддела мужчину Милена, а потом мягко и непривычно тихо добавила "ремарку". - Но мне нравится; особенно, когда ты в своей дурацкой манере пытаешься сказать, что я... хоть немного симпатична.       Милена хитро улыбнулась, опуская взгляд. Всё же она хоть немного ему нравилась, пусть он никогда в этом не признается. Ну, или... иллюзия снова заслонила ей реальность, принимая доброту и участие за симпатию. - Я никогда ничего не говорил о твоей внешности, ты - типичный "середнячок", скажем так, совсем некрасивой я тебя не называл, не передёргивай, - скупо добавил мужчина. На секунду даже задумался: действительно, Милена совсем ведь не в его вкусе. А каким-то образом именно она вытеснила всех женщин из его жизни, отвоёвывая себе место в ней. - В первую нашу встречу ты, точно, так не считал, - напомнила Милена, осторожно погружаясь в воспоминания. В тот вечер в его взгляде было столько брезгливости и недовольство, что даже интересно, куда это оно пропало сейчас? Что-то неумолимо менялось между ними в их каждую встречу, но они никак не могли этого понять. - Кажется, тогда ты едва удержался от язвительного комментария. - Естественно, потому что ты была похожа на цирковую обезьяну и выглядела ещё хуже, чем сейчас. - От такого заявления женщина слегка опешила и едва не подавилась. Её лицо из расстроенно-бледного постепенно превращалось в красновато-негодующее. И почему-то, вопреки логике, мужчине это нравилось. Эти её живые реакции откровенно смешили. - Тонна макияжа, ужасная причёска и убийственные туфли, на которых ты шла, как на ходулях. А, и платье... не знаю, с кем ты его выбирала, но, видимо, этот человек тебя ненавидит: оно увеличивало тебя в два раза и... - И я предстала в твоих глазах ночной бабочкой. Причём, ещё и дешёвой. Ну, да, действительно, рассчитывала ещё на что-то, а оказалось даже на ночь не сгодилась, не прошла каст.       В следующую секунду Булат почувствовал, что что-то пошло не так. Мужчина прищурил глаза: Милена начинала смеяться, и вроде бы, всё нормально, но как-то это было неестественно. Похоже на зарождающуюся истерику. То ли от воспоминаний, то ли от нервов, то ли от всего вместе. И в какой-то момент, когда женщина закинула голову назад, продолжая истерично хохотать, Булат не выдержал.       Рывком обхватил её талию и в одно движение усадил к себе на колени. Милена на секунду затихла, а он просто прижал её к себе, грея своими ладонями худощавую спину и тут же почувствовал как женские руки обвивают его шею в ответ, а дрожащее тело прижимается сильнее. - Я так понял, нормально мы сегодня не поедим? - без привычной едкости в голосе спросил Булат. Слегка улыбнулся, когда женский носик уткнулся в основание его шеи. - Не знаю из-за чего твои тараканы в голове подняли бунт, но он затянулся.       Мужчина думал, что в ответ Милена усмехнётся, а она, напротив, теснее к нему прижалась. Её явно беспокоило что-то ещё, кроме расставания с Джекки, но лезть Булат не стал. Если ей так легче, пускай прячется в нём. Хотя, кто она такая, чтобы терпеть её капризы и заскоки? Хороший вопрос, учитывая то, что он терпит, и никто его не принуждает. - Я просто запуталась, Булат, - тихо прошептала Милена. - Когда забрали Джекки, это окончательно вывело меня из равновесия. Сложности в фонде, с мужем и с тобой. Я скучаю по тебе, навязываюсь, хотя не должна. Это всё неправильно. Прилепилась к тебе, а по итогу принесла только дурдом: и тебе, и себе.       Булат молчаливо кивнул. Сложно было не согласиться с её выводами и переживаниями, но правда была и в том, что он сознательно это допустил. Не захотел бы, Милена и близко бы к его дому не подошла. А так... Пора признаться, ему просто с ней комфортно. И похоже им, действительно, было пора поговорить.       Ладони мужчины плавно опустились на женские бедра, заставляя её слегка вздрогнуть. - Ты здесь, потому что я этого захотел, - уверенно ответил на её невысказанные вопросы Булат, чувствуя лёгкую дрожь её тела от невесомых прикосновений. Усмехнулся. - Сволочь ты конечно, но мне с тобой... неплохо, когда ты не плачешь. Хотя я искренне не понимаю, что происходит в твоей голове. - Я.... - Пойдём в зал, и ты расскажешь всё с самого начала. ***       Они проговорили почти до самого позднего вечера. Сначала Милене было как-то тяжело рассказывать всю эту запутанную историю, а потом слова начали литься сами собой. Она рассказа Булату всё с самого начала, ничего не утаивая, потому что вранья в её жизни было предостаточно. А мужчина просто внимательно её слушал, позволив устроиться у себя под боком. - Мы с Матвеем были счастливы первое время. Поженились, ещё когда были студентами, и всё у нас было хорошо. Прошло пару лет и Матвей решил открыть свой бизнесс, я его поддерживала и постепенно это начало приносить ему хороший доход. Мы радовались, взяли в ипотеку квартиру по моей преподавательской квоте и даже потом смогли её досрочно выплатить.       А потом всё пошло наперекосяк. Объявилась мама Матвея, которая даже ничего слышать о нём раньше не желала, и воспылала любовью к сыну. Ну, а он... конечно, любил её и помогал. Всем, чем мог, такие суммы уходили на её отдыхи и мнимые болезни, что иногда становилось страшно. И я уже собиралась подать на развод от его постоянного вранья и неприязни матери, но тут забеременела. Радовалась, как дурочка. Я всегда очень хотела детей, и наши отношения с Матвеем наладились.       Правда, свекровь меня всё ещё ненавидела, приехала в гости на шестом месяце беременности и разыграла целую трагедию, истерику и на эмоциях швырнула меня в стену. Началось кровотечение, меня скрутило так, что я не смогла быстро вызвать скорую, а она просто ушла, даже не пытаясь помочь, и... В общем, ребёнка я потеряла, и врачи поставили диагноз последующего "бесплодия".       Снова остро встал вопрос о разводе, но Матвей его не хотел. Я была в.... депрессии что ли, а муж был рядом и просил прощения, опекал, успокаивал, терпел мои взбрыки и постоянные рыдания. И я простила, помню, что пришла в один день домой с чувством, что мы начнём всё сначала, а он... в нашей постели был со своей любовницей.       Я понимаю, что не была ему нормальной женой тогда, ничего не могла дать, но было слишком больно. И я подала документы на развод, а Матвей запил и у него начались проблемы со здоровьем. Самым паршивым стало то, что ему назначили операцию, где хороших прогнозов врачи особо не давали, и я не могла его бросить в такой ситуации одного, ведь ни матери, ни друзей рядом с ним не оказалось. А там реабилитация, и мы не развелись.       В какой-то момент я стала думать, что если сама изменю ему, закрою какой-то блок и смогу простить, снова стать нормальной женой. Глупо, конечно, но тут я случайно встретила тебя. И... дальше ты знаешь. Всё вышло из-под контроля, потому что встречи с тобой стали важнее, чем желание вернуться к мужу. Но я больше не хочу грузить тебя этим, я для тебя никто, а Матвей - партнёр. Я изначально не рассчитывала на то, что между нами может что-то завязаться. Просто мне хотелось, чтобы ты знал, что никогда не был "одним из". И прости, что влезла в твою жизнь, всё испортив.       Булат выслушал и.... ни сказал ни слова, просто поглаживал её ладонью по волосам, бережно кутая в плед. Ему нужно было обо всём подумать, всё взвесить. Он ошибся в корыстных интересах этой женщины. Ведь она просто хотела любви и семьи, а вместо этого в её жизни осталось лишь чувство вины и одиночества.       Конечно, Милена была не права в большинстве своих решений, действовала мягкотело и глупо, но... сказать ей об этом сейчас, не повернулся бы язык. - Ты ничего не портила, - тихо заметил Булат, видя, что Милена уже осторожно засыпает на его плече. Эмоциональный прилив прошёл, уступая место тишине и спокойствию. - Спасибо, что... рассказала всё, как есть. А теперь спи. Завтра будет трудный день.       Телефон, лежащий на полу, внезапно завибрировал, привлекая к себе внимание, мужчина чертыхнулся, стараясь осторожными движениями достать устройство. Чуть передёрнул плечом, и Милена тут же сонно завозилась, приоткрывая глаза. - Так, спи давай, - шепнул Булат, инстинктивно поглаживая её плечо. - Спи.       На дисплее высветилось знакомое имя, заставляя мужчину закатить глаза. Как всегда вовремя. Он ответил на исходящий вызов, хотя меньше всего хотел говорить с человеком по ту сторону. Звонил Матвей. - Здравствуй, что-то срочное? - Привет, Булат. Не срочное, просто я хотел бы обсудить кое-что... - Я занят, перезвони завтра.       Мужчину усмехнулся, отключаясь. У него законный выходной, все несрочные дела решаться завтра. И это просто рациональный подход, а не беспокойство за маленькую проблему, спящую на его плече.