Снова они

— Значит, никак? — спросил тренер. Даня печально мотнул головой. — Может, все-таки объяснишь, почему? — Да не важно… — И все же? — Сам виноват. Тренер покачал головой. — Давай подробнее. Что там у тебя? Случилось что-то? — Да не то чтобы… — Тогда почему не едешь? — Папа запретил, — нехотя признал Даня. И тут же добавил: — Я сам виноват, правда! Тренер задумчиво кивнул. Чтобы его отец запрещал играть и не пускал куда-то? Это нужно было постараться, конечно. — Выкладывай уже, — попросил он. — Или мне отцу твоему звонить и выяснять? — Не надо. У нас с ним уговор просто. Тренировки не должны мешать учебе. — А они мешают? Даня дернул плечом. — У нас же химия началась… — И что? — И у меня трояк в четверти. Не из-за тренировок, просто… Ну, так вышло, короче. Думал, проще будет. Папа сказал, пока не исправлю, никуда не поеду. Тренер покачал головой. Вообще-то, даже справедливо, он и сам не раз напоминал парням, что учеба — важнее спорта, даже дневники проверял одно время, со всеми вытекающими. Но Даня же на игре ему нужен. Он в основном, открывающем составе, не в запасном. Нельзя же просто так оставить его здесь. И подрывать авторитет отца тоже нельзя. — А сам ты играть хочешь? — спросил он. — Конечно! — А че тогда по химии трояк? Не понимаешь что-то? Только честно. Даня покраснел. — Да понимаю, вроде. Ну, думал, что понимаю… — И учить не стал? Даня виновато кивнул. Тренер задумался. — Обещаешь все исправить? — спросил он. — Чтобы дальше одни пятерки были. — Попробую, — осторожно пообещал Даня. — Без троек точно буду, честно! Тренер кивнул: — Ладно, разберемся. Поручусь за тебя перед отцом, решим. Но сначала, — он кивком указал на стол, — вставай. — В смысле? — не понял Даня. Тренер нахмурился, понял. — Отец же тебя повторно наказывать за тройку не станет? Даня помотал головой. — Вот. Значит, в первый раз накажу я. Вставай, локти на столешницу. На Данином лице мелькнула радость, тут же сменившаяся какой-то смесью страха и напряжения. Он послушно подошел к столу, потянулся к ширинке. — Куда? — тут же окликнул его тренер. — Так стой. Значит, правильно догадывался, Даня не только на тренировках призы получает. А за учебу — надо же — нет. Он придирчиво глянул на биту, тряхнул головой, вытянул из джинсов ремень. Попытался вспомнить, сколько досталось Дане на тренировке. Кажется, три. Немного. Размахнулся, ударил — резко, но не со всей силы — и прислушался. Резкий вдох через зубы. Точно не впервые получает. Тем сложнее. Он размахнулся снова, опустил ремень чуть ниже. Новый вдох получился еще громче, судорожнее. Третий удар заставил Даню согнуть колени и тихо пискнуть. Дальше стало проще. Тренер осторожно вошел в ритм, стараясь сделать наказание терпимым, хоть и чувствительным, Даня этот ритм поймал, стал дышать чуть ровнее, хоть и подрагивал мелко между ударами. Тренер досчитал до тридцати, задумался. А сколько надо, чтобы было достаточно? Сколько бы Даня получил дома, если бы получил? Решился, ударил снова, сильнее. И еще раз. И еще. Теперь Даня вскрикивал, распластавшись на собственных руках. Тренер досчитал еще до десяти, убедился, что вдохи перемежаются всхлипами, бросил ремень на вешалку. Теперь точно хватит. Он подошел к столу, осторожно опустил руку Дане на плечо, легонько сжал. — Живой? — спросил тренер. — Местами, — пробормотал Даня. Тренер усмехнулся. Шутит, точно живой. Он дождался, чтобы Даня отдышался и поднялся, всмотрелся в его лицо, решил, что обиженным Даня не выглядит. Более того, выглядит, будто бы довольным, хоть и явно измученным. — Отцу все расскажешь, если что, попросишь мне позвонить, понял? — Понял, — кивнул Даня. — Спасибо. Тренер закатил глаза. — Чтобы в поезде с учебником по химии сидел! А то спасибо он тут говорит, ишь. Шуруй давай. — Буду с учебником, — пообещал Даня, неловко выходя из тренерской. Тренер посмотрел на время, вздохнул. Собрался побыстрее, называется. Он потянулся к штанам, услышал стук, тихо выругался. — Что еще? Саня сунул голову в проем, уточнил: — Можно? — Тебе всегда, Саш, — кивнул тренер, радуясь. Волков зашел, виновато глянул, уточнил: — Можно спросить? — Конечно. Что? — Петр Лукич, а Дане ремнем досталось? Тренер задумался. Не «за что», а «чем». Интересно. Саша паузу воспринял явно по-своему, поспешил уточнить: — Я не подслушивал, честно! Просто увидел, как он идет, ну и это… Узнал. Тренер хмыкнул. Хотел было пошутить про опыт, заметил, что Саша и так смущен, не стал. — Ревнуешь, что ли? — спросил он вместо этого. Закусил губу, глядя, как Саша заливается краской еще сильнее, хотел сказать, что шутит, не успел. — Так правда ремнем? — повторил Саша. — Ну, ремнем. А что? — Ничего, — помотал головой Саша и осторожно улыбнулся.