Тринадцатая встреча

***

В первый раз наши пути пересеклись дождливым утром. Поэтично, не правда ли? Хотя, боюсь, это был не тот дождливый день, который можно было бы провести, подремав или смотря телевизор. На самом деле мне пришлось встать пораньше, чтобы добраться до своей новой работы, и к чёрту, если я собирался прийти поздно и произвести плохое первое впечатление. Влажность в воздухе была удушающей, и я помню, как ворчал всю дорогу до места назначения, удивляясь, почему, чёрт возьми, я решил идти пешком, а не поймал кэб, чтобы уменьшить свои страдания. Ну, полагаю, причина была в том, что мне не хотелось тратить деньги, когда я мог просто дойти куда-то бесплатно, но на самом деле я надеялся, что потеряю фунт или два. Я знал, что семь минут ходьбы, вероятно, ничего не изменят, но человек может мечтать. Я думал о самых разных вещах, когда люди проходили мимо меня, все эти незнакомцы, в равной степени зависящие от погоды. Мой внутренний голос на мгновение принял роль ведущего ток-шоу. «Доброе утро, миледи! Вы потратили время, чтобы сделать причёску этим утром, не так ли? Жаль, что вьющиеся волосы были всего в одном шаге от вас, а вы прошли прямо мимо них! Здравствуйте, уважаемый! Это действительно хороший костюм, который вы сегодня надели. Идёте на работу, я полагаю? Что ж, идите и наслаждайтесь своим днём, но постарайтесь не очень много думать о ткани, прилипшей к задней части ваших бёдер. Ваше здоровье!» Но я, конечно, ничего этого вслух не сказал. Я делал этого только ради развлечения, и, кроме того, мир ещё не был готов к моему потрясающему чувству юмора. Все в Лондоне гуляли с зонтиками над головами, и сейчас было бы фантастическое время, чтобы забыть мой на собеседовании на днях. С надвинутым на голову капюшоном я не мог видеть далеко впереди. Единственное, что я заметил, был мужчина, идущий в моём направлении бешеным шагом. Одна рука у него была в кармане, а в другой он держал чёрный зонт под таким прямым углом, что это вполне можно было только рассчитать. Он не смотрел на меня, когда мы проходили мимо друг друга, но его рука коснулась моей, и это меня очень обеспокоило. − Извините, − крикнул я, повернувшись, чтобы посмотреть на него, но всё, что я смог увидеть, это его затылок. − Придурок, − пробормотал я себе под нос, продолжая свою прогулку.

***

На следующий же день я снова увидел его. Та же улица, тот же час, та же рука, держащая зонтик под тем же странно идеальным углом. На этот раз у меня тоже был свой зонт. По-прежнему никакого зрительного контакта. Он торопливо оглянулся. По крайней мере, наши зонтики держали нас на безопасном расстоянии, если он снова решит вторгнуться в моё личное пространство.

***

В третий раз я увидел его на углу улицы. «Опять он», − подумал я. Я отступил в сторону, когда он проходил мимо меня, на всякий случай.

***

Первый момент, когда мы по-настоящему обменялись взглядами, был, когда на следующее утро он из ниоткуда завернул за тот же угол. На этот раз это я налетел прямо на него. Он возмущённо посмотрел на меня, но не сказал ни слова. Он смылся прежде, чем я успел даже извиниться. Ну неважно. Этот придурок уже был в пути, и я тоже.

***

Я не видел его в пятницу утром и предположил, что в тот день он не появился на работе. На работе? Я этого даже не знал. Может быть, он просто очень часто навещал свою бабушку. Или, может быть, ему нужно было покормить лошадей на конюшне. Я никак не мог знать. Я просто предположил, поскольку наши пути часто пересекались, что он тоже был простым смертным, работающим с девяти до пяти, чтобы свести концы с концами.

***

Выходные пролетели незаметно, а понедельник наступил слишком быстро. По крайней мере, на небе не было зловещих облаков, хотя я надел чуть больше, чем требовалось для такой погоды. К счастью, прогулка до моей работы заняла всего семь минут, и вскоре я должен был воссоединиться со своим нынешним лучшим другом, Кондиционером. Парень завернул за угол, весь в модной одежде, с выступающими скулами и всем прочим. Он был одет так, чтобы произвести впечатление. Он всегда казался таким. Может быть, он работал на правительство? Ха! Ни за что. В таком случае он, конечно, не пошёл бы на работу пешком. Он, вероятно, водил бы дорогую машину, например «Кадиллак» или что-то в этом роде. Чёрный, потому что он всегда выглядел таким серьёзным. Нет, это должна была быть более нормальная работа. Может быть, продавцом в магазине одежды? В конце концов, у него был безупречный вкус в модной одежде. Когда мы приблизились друг к другу, я посмотрел на него так, как у меня вошло в привычку, будто бросил ему вызов, чтобы он не оттолкнул меня в другой раз. Ну. Он не то чтобы оттолкнул меня в сторону, но вы же понимаете. Он был крайне груб. Этот шикарный мерзавец обычно не удостаивал меня взглядом, но на этот раз наши глаза на мгновение встретились, а затем он сразу же отвёл взгляд. Я повернулся, чтобы посмотреть на него на секунду, задаваясь вопросом, не испугался ли он меня. Держу пари, так оно и было.

***

На следующий день наши взгляды снова встретились. То ли от волнения, то ли просто из вежливости, я еле заметно ему улыбнулся. Хотя это не было взаимно, я заслужил долгий, пристальный взгляд. Это был странный взгляд. Немного похоже на то, будто он только сейчас понял, что мы проходили мимо друг друга каждое утро в течение почти недели.

***

В среду, я верю, что был благословлен чудом. Он мне улыбнулся. Ну... это была не совсем улыбка, скорее, он сжал губы и посмотрел мне в глаза, но всё же. Он, казалось, признал моё присутствие, и для меня это считалось победой. Что именно я выиграл, я не имел ни малейшего представления.

***

В четверг он выглядел немного раздражённым.

***

Как и на прошлой неделе, он не появился в пятницу.

***

В понедельник стояла прекрасная погода. Удивительно, но это был первый раз, когда я увидел Скулы без его тёмной одежды. На нём были джинсы и простая белая рубашка. Я почти не узнал его. Так что, определённо не работает на правительство. Они никогда не позволили бы ему встречаться с высокопоставленными людьми в такой одежде. Когда он подошёл ближе, я заметил выцветшие пятна краски на его воротнике и ещё несколько на левом боку. Может ли он быть актёром? Может быть, художник? Но как насчёт всех остальных дней, когда я видел его с совершенно другим типом дресс-кода? Ничто больше не имело смысла. И я понял, что слишком пытался понять его. Он вежливо кивнул мне, на что я ответил лёгкой, озадаченной улыбкой.

***

Во вторник я почти думал, что не увижу его. Когда я завернул за угол и пошёл дальше по Бейкер-стрит, я увидел, как он вышел из здания и захлопнул за собой чёрную дверь, прежде чем спуститься по двум бетонным ступенькам. − Ты опоздал, − крикнул я, когда он меня заметил. Он одарил меня едва заметной улыбкой, искоса взглянул и поспешил мимо меня.

***

− Добрый день, − поздоровался я с ним в среду. Он ответил лёгким кивком.

***

В четверг в четыре часа утра Гарри ворвалась в мою квартиру совершенно пьяной после пяти месяцев трезвости, совершенно взбешенная и сбитая с толку тем, почему Клара выгнала её из их дома на ночь. Она спала на моём диване, но, к моему удивлению, она ушла к тому времени, когда я проснулся, и моя утренняя рутина была заменена тщательной уборкой кухни и гостиной. Её рецидив заставил меня вернуться к вредным привычкам. Тяга к никотину никогда по-настоящему не исчезала, даже если бы я не курил два года. У меня между губ была сигарета, когда Скулы проходили мимо меня. Не имея приличия держать выражение своего лица при себе, он бросил на меня любопытный взгляд, но не сказал ни слова. Я тоже ничего не сказал.

***

Снова был дождливый понедельник. Я увидел его издалека, но был сосредоточен на том, чтобы закурить, одной рукой держа зонтик, а другой пытаясь зажечь пламя. − Вот, − услышал я слева от себя, рука в перчатке забрала у меня зажигалку, как только я поднял голову. Он почти сразу отвел взгляд и легко зажёг пламя, и на секунду я удивился, почему ему удалось сделать это, держа зонтик, а мне не удалось. Не то чтобы это имело значение. Думаю, что я просто искал что-то или кого-то, на кого можно было бы разозлиться. Как только моя сигарета была зажжена, мужчина вытащил одну из внутреннего кармана пальто. − Я не знал, что ты куришь, − прокомментировал я. Сигарета повисла у него между губ, когда он закурил. − Как ты мог знать? − спросил он меня, протягивая руку, чтобы вернуть мне зажигалку. Я несколько раз моргнул, будто мне было поручено решить самое сложное математическое уравнение во всей Вселенной к полудню. − Я не знаю, − ответил я на одном дыхании, немного рассеянно. Я это почувствовал. Я боролся с этим, но в каждом уголке моего рта определённо играла глупая улыбка. А потом это случилось. Чудо, которое, как я думал, уже произошло несколько дней назад, на самом деле, прямо в это мгновение, действительно произошло. Он мне улыбнулся. Настоящая, искренняя улыбка, которая создала дюжину маленьких морщинок от смеха вокруг его глаз и щек. Я почти уверен, что почувствовал, как что-то сломалось внутри меня. Вероятно, это была моя способность думать или говорить. Или и то, и другое. Боже милостивый. Он был просто ошеломляющим. − Доброго дня, − услышал я, как он это сказал, а затем отправился в путь. Это был наш первый разговор.

***

Вторник прошёл только с «Добрым утром». Он снова торопливо оглянулся.

***

− Знаешь, тебе стоит встать пораньше, если не хочешь опоздать, − сказал я ему в среду. Он взглянул на меня, но не остановился на ходу. − Очень умно. Об этом я не подумал, − пробормотал он, проходя мимо меня. Ну ладно.

***

В четверг я заметил, что он выглядел более раздражённым, чем обычно. − Плохая ночь? − спросил я, когда мы подошли друг к другу. Он резко остановился, уставился на меня и задрал левый рукав. − О Господи, помилуй, − усмехнулся я, когда мой взгляд упал не на один, а на три никотиновых пластыря, аккуратно распределённых по его предплечью. − Заткнись, − рявкнул он. Я фыркнул. − Верно. Что ж, удачи тебе, приятель. Желаю тебе всего хорошего. Мужчина закатил глаза так сильно, что, должно быть, было больно. Он просто хмыкнул в знак согласия и ушёл.

***

Пятница. День 17. Не то чтобы я считал. Но разве это не было чем-то особенным? Встречаться с одним и тем же человеком неделю за неделей, в один и тот же день, в один и тот же час... И это было не так, как если бы это был кто-то другой. Я не знаю, могу ли я больше считать его незнакомцем. Мы действительно вели беседы − по общему признанию, короткие, но, тем не менее, беседы − почти каждый день. И я мог сказать, что он начинал теплеть ко мне. Чёрт возьми, я и сам определённо потеплел к нему. Однако была одна вещь, которая мешала нам перейти от незнакомых людей к знакомым. Я не знал его имени! Прошло почти три недели, а я всё ещё не спросил его, как его зовут, и он не спросил моего имени. Я попытался подобрать несколько имён, которые подошли бы ему, но обнаружил, что это невероятно трудно. Все они звучали так, словно были слишком скучными, чтобы сочетаться с его очаровательной личностью и привлекательной внешностью. Чарли? Бенджамин? Оскар? Я не знаю, Кевин? Но я знал, что должен спросить его. Что угодно, лишь бы я перестал называть его Шикарным Мерзавцем Со Скулами. − Привет? Я очнулся от своих мыслей и уставился на своего посетителя широко распахнутыми глазами. − Извини, − сказал я ему с извиняющейся улыбкой. − «Персеполис», том 2, не так ли? − Да. Я нервно откашлялся. − Я думаю, что у нас есть одна копия этого. Дай-ка я проверю. Посмотри на меня. На меня, мечтающего о странном, интересном мужчине, которого я встретил на улице. Джон Ватсон. Я... я, Джон Ватсон, на своей работе мечтающий наяву. Боже всемогущий. Понедельник не мог наступить достаточно быстро.

***

Понедельник должен был стать самым неловким и интересным днём в моей жизни. Сегодня я собирался спросить его имя. Случайно. Ничего страшного. Скулы свернули за угол и налетели на меня. Он... − Опять опоздал? − спросил я вместо того, чтобы извиниться или хотя бы поздороваться. Сделав шаг назад, он приподнял бровь и поправил воротник пальто. − Нет. Ты рано, − ответил он, подчёркнуто склонив голову. Я посмотрел на свои наручные часы. Я опередил свою запланированную утреннюю прогулку на работу на три минуты. Когда я посмотрел на него, я провёл рукой по затылку и слегка пригладил волосы. − Верно, − выдохнул я. Мой ответ, по некоторым причинам, заставил его немного нахмуриться. Его пронзительные глаза внезапно прошлись вверх и вниз по моему телу без намёка на стыд. Я был немного сбит с толку, мои брови сошлись вместе, и я отразил визуальную оценку с вопросительными знаками в глазах. А потом кое-что произошло. Я резко вздохнул, прежде чем заговорить снова. − Я хотел спросить тебя... − Я тебе нравлюсь. И если я думал, что видел в своей жизни кого-то серьёзного, то я его ещё не видел. Его взгляд был прикован ко мне, и это заставило меня почувствовать лёгкую тошноту. Мой рот слегка приоткрылся. − Прошу прощения? − прохрипел я, у меня внезапно пересохло в горле. − Я тебе нравлюсь. Почему? − его вопрос был прямолинейным. Без колебаний. Он был уверен в себе, явно не играл, и это слегка бесило. А также немного пугало. − Я не понимаю, − было моим жалким оправданием для ответа, и это было так невероятно жалко, что я начал думать о том, как найти выход из этой ситуации. − Сам по себе вопрос не требует объяснений. Я тебе нравлюсь. Почему? − спросил он, не колеблясь. Я несколько раз моргнул, будто это могло помочь выиграть мне время. − Что заставляет тебя так говорить? − спросил я. − Не имеет значения. Я скрестил руки на груди. − На самом деле, это очень важно, − возразил я, задирая подбородок вверх. Он слегка раздражённо сжал губы, но вскоре спохватился. − Язык твоего тела. − Мой что?.. − Губы приоткрыты, ноздри раздуваются. Визуально открытое выражение лица. Ты невысокого роста, но стоишь прямо, плечи расправлены. Каждое утро я вижу, как ты оцениваешь мой наряд. Ты этого не скрываешь. Ты даешь мне понять, что тебе нравится то, что ты видишь. Я знал, что моё лицо стало красным, как свекла, но я оставался нейтральным. − Может быть, я думал, что ты не смотришь. − Может быть, − эхом отозвался он, но не стал спорить и продолжил своё объяснение. − Ты нервничаешь, когда я с тобой разговариваю. − Я не нервничаю. Он ухмыльнулся. − Ты прихорашивался. Мои глаза подозрительно сузились. − Что? − Как раз в начале нашей встречи. Ты пригладил волосы, то ли по привычке, то ли от нервозности. Я предполагаю последнее. − Почему последнее? Ты меня не знаешь. Может быть, это просто по привычке. − Потому что я заметил, что ты начал это делать только после нашей тринадцатой встречи. Я замолчал и в замешательстве нахмурился. − Я не думаю... − Пауза. − Я не заметил. Он кивнул один раз. − Неосознанный жест. Как я уже сказал, из-за нервозности. Я тебе нравлюсь. Несмотря на то, что он был в процессе полного уничтожения моей попытки быть незаметным с моими заигрываниями, он совсем не выглядел самодовольным или довольным собой. Он не пошевелился, и я тоже. Я застыл на месте. Как будто меня только что поймали с поличным. Что ещё я мог сделать? Он ожидал, что я действительно отвечу на его вопрос. Но как? Почему? Кто, чёрт возьми, мог так легко вставить такой вопрос в разговор и на самом деле ожидать ответа? Я запаниковал и сказал первое, что пришло мне в голову. − Знаешь, что я думаю? − спросил я, не отрывая взгляда, несмотря на моё сильное желание убежать. − Я думаю, что я тебе тоже нравлюсь. Он нахмурился. − Ох? − это было всё, что он ответил. Осмелев, я немного выпрямился. − Да, я думаю, что тебе нравлюсь тоже. В конце концов, ты наблюдал за мной достаточно долго, чтобы заметить все эти вещи. Он усмехнулся. − Не льсти себе. Я делаю это со всеми. Я многозначительно посмотрел на него. − Ты заметил это по нашей тринадцатой встрече. Это значит, что ты считал дни, шикарный ублюдок. И это значит, что ты помнишь, как столкнулся со мной в тот первый день. Кстати, тебе следовало извиниться. Это было невероятно грубо. Вот, я его поймал. Он несколько раз моргнул и сглотнул, но ничего не сказал. Он просто поднял подбородок и несколько секунд пристально смотрел на меня. Он выглядел задумчивым. Затем, после неловкого молчания, он заговорил снова. − Ты не ответил на мой вопрос. Я молча уставился на него, стиснув челюсти и раздувая ноздри, но не по той причине, о которой он подумал. Либо он не слушал ничего из того, что я только что сказал, либо полностью уходил от темы. − Но мне всё равно нужно идти. Ну, ты понимаешь. Кое-куда успеть. − Ты пришёл рано. У тебя есть время. − Хорошо, − выдохнул я. − Нет, это просто, э-м-м... − я прервал зрительный контакт, одновременно положив правую руку на бедро и почесав бровь большим пальцем левой руки. − Послушай, если ты хочешь мучить меня и дальше, ты всегда можешь сделать это завтра утром. А сейчас мне действительно нужно идти. Он не дрогнул. Очевидно, он ещё не закончил со мной. Я продолжил. − На самом деле я планировал приехать туда пораньше, просто чтобы ты знал. У меня есть, э-м-м... − Ну же, Ватсон. Подлежащее, сказуемое, дополнение. − Ну, ты понимаешь. Я должен был кое-что закончить вчера, но я этого не сделал. Так что... я... Сейчас пойду. Э-э-э... Ну, пораньше. Я сжал губы и посмотрел на него, уперев руки в бока. Что-то изменилось в выражении его лица, и я мог сказать, что он не купился на мою чушь. Я бы тоже не стал. К счастью, он сжалился надо мной. − Ну хорошо, − просто ответил он. − Хорошо. Доброго дня, − быстро сказал я и прошёл мимо него. Я был так невероятно смущён. Он полностью обезоружил меня своим вопросом − я всегда был уверенным в себе человеком, да? И всё же потребовалось всего одно предложение, чтобы лишить меня последней капли мужества, которая во мне была. Я уходил, поджав хвост, размышляя над тем фактом, что у меня не было возможности спросить его имя, когда началась интересная часть. − Меня зовут Шерлок, − услышал я его голос сзади. Я ещё не совсем пришёл в себя от того, что только что произошло, но замедлил шаг, затем развернулся, но продолжал двигаться назад. − Что это за имя такое? − игриво ответил я. Он усмехнулся. − Ты бы слышал имя моего брата, − пошутил он. Дюжина маленьких смешливых реплик вернулась, как и моя уверенность. Я рассмеялся вместе с ним. − Я Джон. − Я знаю, − ответил он, что заставило меня остановиться на ходу. Он улыбнулся и легонько похлопал себя по левой стороне груди. Я посмотрел вниз и увидел свой бейджик с именем. Он с самого начала знал моё имя! Когда я снова посмотрел на него, мой рот слегка приоткрылся в недоумении, он еле заметно подмигнул мне и ушёл. Я был почти уверен, что слышал свист вдалеке.

***

Шерлок. Шер-лок. Какое странное имя. Как вообще его произносить? Я не знал, сделал ли он это нарочно или что-то в этом роде, но во вторник он выглядел особенно хорошо. На нём были джинсы, тёмные и хорошо подогнанные, а также белая рубашка с тремя расстёгнутыми пуговицами. Он смотрел на меня. Я сглотнул. − Особенный день? − начал я. Он притормозил, когда оказался в нескольких метрах от меня, и вытащил зажигалку и пачку сигарет. − Вроде того, − сказал он, выпустив дым между своими пухлыми губами. Он не стал дожидаться другого вопроса и продолжал идти к... Я даже не знаю. Я мог бы спросить его, если подумать. Я открыл рот, чтобы заговорить, но он вытащил сигарету изо рта и очаровательно улыбнулся мне, прежде чем пройти мимо. Очаровательно! Послушайте меня! Я был в полном восторге. Другого объяснения не было. Я был под его чарами, совершенно очарованный внешностью и остроумием сэра Фэнсипанта, но я ничего о нём не знал. Кроме его имени. И того, что он был очень умён. Я повернулся всем телом, чтобы посмотреть на него. − А как насчёт того, чтобы бросить курить? − спросил я, думая о трёх никотиновых пластырях, которые я не так давно видел на его предплечье. Он повернул голову в мою сторону, но не остановился. − Я праздную, − ответил он, и я услышал улыбку в его голосе. Итак, это был особенный день.

***

В среду, по сравнению со вчерашним днем, он выглядел чертовски ужасно. Его кожа была окрашена в какой-то бледный зеленоватый цвет, а глаза были подчёркнуты тёмными кругами. − Может, возьмёшь выходной, приятель? − предложил я, когда он проходил мимо меня. − Не могу, − это всё, что я получил в ответ. Похоже, он был не в настроении объяснять, что происходит, поэтому я просто смотрел, как он уходит, не сказав больше ни слова.

***

Я был удивлён, увидев его сегодня утром. Учитывая тот факт, что вчера он выглядел как призрак, я не думал, что он встанет на ноги и будет готов отправиться туда, куда собирался четыре дня в неделю. − Чувствуешь себя лучше? − спросил я его. Он посмотрел на меня и замедлил шаг. − Да, намного лучше, − вздохнул он. Это звучало не очень убедительно, но я не настаивал. И всё же у меня на губах горел ещё один вопрос, и он остановился на ходу. С тем же успехом можно. − Почему никто не может взять твою смену в течение дня? Предполагаю, что ты собираешься работать, − сказал я. Шерлок вдохнул, а затем глубоко выдохнул и скрестил руки на груди, одной рукой потирая шею сбоку. − Моя младшая сестра слабослышащая, но её школа не предлагает занятий с особыми потребностями в своём учреждении. Моя работа состоит в том, чтобы поехать туда и выступить в качестве её переводчика, используя британский язык жестов. Меня не так-то просто заменить, − объяснил он, темп его речи замедлился из-за недостатка энергии. Бедняга был совершенно измотан. Мои брови взлетели до линии волос. − Ого, это... − Я несколько раз кивнул. − Я этого не ожидал, − признался я. Он слегка нахмурился. − А чего именно ты ожидал? − с любопытством спросил он. Мой рот на несколько секунд приоткрылся. − Я не знаю, − наконец сказал я с глупой улыбкой. − Я не знаю. Что-то более... − я сделал паузу. − ...обычное, думаю. Шерлок медленно моргнул и что-то промычал себе под нос. − Сюрприз, − ответил он, слегка приподняв брови. − Хе-хе... Да. Это объясняет тот раз, когда ты появился в рубашке, испачканной краской. Он слегка усмехнулся. − Дети действительно преуспевают в том, чтобы устраивать беспорядок, − ответил он, коротко взглянув на небо. − Обычно я не участвую в школьных мероприятиях, но учителю стало нехорошо, и он попросил об одолжении. − Профессор Шерлок. Звучит неплохо, − сказал я, кивнув. − Вообще-то, Шевок. Я разразился таким смехом, который напугал женщину, проходившую мимо нас. Смех Шерлока начался с фырканья, но довольно скоро я оказался не единственным сумасшедшим посреди улицы. Это было даже не очень смешно. Я не знал, почему мне это показалось таким забавным − это было даже не смешно! Но это было здорово − смеяться вместе с ним. Это было потрясающее чувство. − Что ж, я пойду своей дорогой. Она ждёт меня, − сказал он мне, как только смех прекратился. − Конечно, − автоматически ответил я. − Всего хорошего, Шевок. Шерлок бросил на меня предупреждающий взгляд, но не без намёка на веселье в глазах.

***

Я думал о нём весь день и все выходные. Я много думал о нём, во многих смыслах. Многими способами. Когда я снова увидел его в понедельник, слова вырвались у меня изо рта, будто я сдерживал их последние восемь лет. − Мы должны как-нибудь куда-нибудь сходить, пообщаться, − выдохнул я в порыве чувств: щеки покраснели, а сердце колотилось в горле. Я посмотрел на него и выдержал его взгляд так твёрдо, как только мог. Его улыбка заставила меня внутренне вскрикнуть. − Конечно, − просто сказал он. − Я напишу тебе. Я изобразил озадаченное лицо. − Но у тебя нет моего номера, − сказал я ему нерешительно, с ноткой замешательства в голосе. − Замечательное наблюдение, − ответил он с улыбкой, которая заставила меня растаять. Он сделал небольшой, медленный шаг, от которого я почувствовал себя так, словно меня загнали в угол самым лучшим образом. − И что мы собираемся с этим делать? − добавил он тихо и игриво. В этот самый момент я был убеждён, что мои мозги только что взорвались и что моё сердце вот-вот выскочит прямо из груди. Снаружи я выглядел спокойным и собранным. Но по тому, как он смотрел мне в глаза, я знал, что он мог сказать, что мои ноги вот-вот подогнутся под моим весом. Он протянул мне свой телефон, чтобы я записал свой номер. Несмотря на то, что мои пальцы онемели, я достаточно быстро добавил своё имя и номер в его список контактов и вернул ему телефон. − Ты не передашь мне свой? − спросил Шерлок, имея в виду мой мобильный телефон, когда убирал своё собственное устройство обратно в карман. Я сцепил руки за спиной и слегка приподнял подбородок. − Я позволю тебе сделать первый шаг, − сказал я ему без дальнейших объяснений. На его губах играла едва заметная улыбка, когда он посмотрел на моё тело, а затем на моё лицо. Он выглядел так, словно оценивал мою позу больше, чем будто разглядывал меня. − Ты не уверен в себе. Я почувствовал острую боль в груди. Он собирался снова применить ко мне свой шарм. Я это почувствовал. − Что? − Ты боишься, что получаешь неправильные сигналы, и не хочешь выставлять себя дураком. Это случалось в прошлом. Я понял, что жевал внутреннюю часть нижней губы, пока он говорил. Я не то чтобы был оскорблён его заявлением, просто удивлён, что он всё понял до того, как я успел что-то сказать. Но он был совершенно прав. Я несколько секунд смотрел на свои ботинки, а затем пожал плечами и нервно шмыгнул носом, прежде чем снова посмотреть на него. − Я просто осторожен, вот и всё. Черты его лица внезапно смягчились. Он сжал губы и посмотрел вниз. Я не позволил молчанию слишком затянуться. − Хорошо, тогда. Иди отсюда. − Ты пытаешься избавиться от меня? − спросил Шерлок игриво, но и нерешительно. Я улыбнулся. − Нет, просто... Ну, у тебя есть работа, которую нужно сделать. Шерлок издал едва слышный смешок. − Библиотека тоже не будет работать сама по себе, − парировал он, его улыбка стала шире от моего замешательства. − Как ты узнал, что я работаю в библиотеке? − ошеломлённо спросил я. − Ты что, преследовал меня? Он засунул обе руки в карманы джинсов и пожал одним плечом. − Я уже много лет покупаю свои книги в «Папирусе». Я узнал форму и рисунок твоего бейджа с именем; все твои коллеги носят такие же. Интересно, были ли в этот момент в моих глазах звёзды? Мне казалось, что они были. − Верно, − выдохнул я, и как только это сделал, я внезапно понял, что часто говорил это, разговаривая с Шерлоком. Ты нервничаешь, когда я с тобой разговариваю. Этот мерзавец был прав. Он действительно превращал меня в лужицу нервозности всякий раз, когда открывал рот. − Тогда я пойду своей дорогой. Эвр не любит, когда я опаздываю, − сказал он, собираясь уходить. − Эвр? − повторил я, преувеличивая каждый слог. Шерлок остановился и повернулся, чтобы посмотреть на меня. − Эвр, да. Моя младшая сестра. Я уставился на него в течение нескольких секунд. − Я не понимаю... твои родители хотели, чтобы над тобой издевались? Его смех мгновенно заставил меня почувствовать себя лучше. Я почувствовал облегчение от того, что он, похоже, не обиделся на моё сомнительное чувство юмора. Обычно я изо всех сил старался не быть таким циничным, когда впервые встречал новых людей, но по каким-то причинам мне всегда казалось, что я забываю как вести себя в присутствии Шерлока. − У моих родителей очень распространённые имена. Они перестарались со своими детьми, − ответил Шерлок, начиная пятиться и удаляться. − Позже, Джон. Я всё ещё хихикал про себя по дороге в «Папирус», когда у меня в кармане тренькнул телефон. Сначала я проверил время на своих часах и заметил, что действительно опаздываю на работу. − Чёрт, − пробормотал я себе под нос, вытаскивая телефон, думая, что только что получил сообщение от своего коллеги. Это было сообщение не от коллеги и не от моего босса, а с неизвестного номера, который я сразу же узнал. Не по цифрам, а по содержанию смс. «Моего брата зовут Майкрофт. ШХ» Когда я, наконец, успокоился от громкого смеха на публике, я задался вопросом, что мне сказать своему коллеге, чтобы объяснить, почему я опоздал. У меня не было много времени на размышления, и я не был достаточно сосредоточен, чтобы сделать это. В итоге я сказал правду, и, к счастью для меня, Дженни так заинтересовалась всей этой историей, что сказала, что не расскажет боссу при одном условии, и условием было, чтобы я пригласил Шерлока на свидание. Так я и сделал. В тот вечер я ужинал с Шикарным Мерзавцем Со Скулами. Моя жизнь уже никогда не будет прежней.