Свет не должен касаться тьмы

      Подобрать нужные слова чертовски сложно, особенно, когда дело касается той, вокруг которой ты готов возводить самые крепкие и высокие крепости.       Она всегда такая хрупкая и нежная. Порой мужчина думает, словно в один миг эта прекрасная особа может испариться, убежать и он никогда ее не увидит. Разве что украдкой, но… жизнь ли это находиться в постоянной тьме, скрываться? Нет, для него это будет концом. Он не готов еще раз потерять ее. Не в этой жизни.       Именно этого он и боится. Оказывается, терять нужного человека больно. Ранее Ноэ не приходилось чувствовать подобное. В его груди билось сердце, но оно уже давным давно находилось под коркой льда. Мужчина никого не подпускал к себе. Не хотел делать еще больнее.       Он привык быть один. Всегда. И даже сейчас, глядя на ночное небо и звезды, он задумался о том, насколько мир испорчен. Вроде бы прекрасная обертка, как у самой дорогой конфеты, но внутри оказывается дешевка, приправленная лишь хорошей рекламой. Так и в жизни.       «Таким как ей очень сложно живется на Земле», — в мыслях невольно скользнула эта фраза.       Ноэ тяжелым грузом опустился в кресло и устало прикрыл глаза, шумно выдыхая последний воздух из легких. Тяжело смириться с тем, что ты становишься как никогда уязвимым и это выводит из себя. Блондину хотелось со всей силы ударить по столу или стене. Его ярость нарастала все больше.       Теперь становилось понятно, зачем Владу эта девушка и почему приятель так рьяно держится за это сокровище. Светлая, как никогда радостная, дарящая умиротворение и спокойствие. Локиду понадобилось лишь мгновение на кладбище где-то за территорией замка, чтобы почувствовать — вот же он, его Свет души.       Как же он хочет, чтобы Лайя увидела Влада настоящим. Вот чего она заслуживает — правды! Девушка со стержнем, непоколебимая, решимая, готовая прийти в любой момент на помощь своим близким, но ее раздражает ложь.       Король так любит правду, но готов солгать, ради чего? Любви или выгоды?       Локид лишь рассмеялся, отдаваясь тихой грусти. Такие не умеют любить. Им нужна власть и ничего более. Их человечность сгинула давно. Еще тогда, когда теряешь самое дорогое, но получаешь взамен что-то намного лучше. Влад получил это и подарком судьбы оказались подданные, готовые в любой момент пойти против каждого, кто каким-либо образом угрожал их Господину.       Только сейчас Локид крепко задумался. А как же он?       «Разве мне нужна власть? Нисколько! Мне ничего не нужно, кроме взглядов на эту удивительную девушку. Столько минут без нее, дней, годов. Без нее тяжело до безумия». Кажется, он запутался окончательно. Чувства были всегда чужды ему. Никогда не хотелось углубляться в этот эфемерный мир. Ничего хорошего чувства не приносили. Эмоции — маска, но, к сожалению, не в этот раз.       Каждый раз, когда Лайя проходила мимо, блондину хотелось удержать ее, перегородить путь в коридоре. А взгляд ее глаз заставлял мужчину запросто таять, словно лед на солнце. Молочный шоколад и янтарь — лучшее сочетание.       От образа, всплывшего перед глазами Ноэ, по коже пробежали мурашки, заставляя чувствовать то, чего ранее никогда не было.       — Я не должен быть таким! Не должен! — в руках покоился стакан с темно-коричневой жидкостью, которую недавно Локид баюкал и пытался успокоить в первую очередь себя, глядя на капли. Они стекали по стеклу медленно, но верно, сливаясь с общей массой.       Стакан полетел в стену Черного замка с грохотом разбиваясь и оставляя мокрое пятно на поверхности. Она необходима ему как воздух. Ему больше ничего не нужно. Ноэ вновь вспомнил недавний разговор со своим приятелем.       Влад отстраненно смотрел вдаль сквозь оконные стекла. Ветер поднимался, срывая листву с деревьев.       — Если ты не остановишься, то это сделаю я, Влад! — голос блондина сорвался под конец фразы. Он пытался сдержать себя, но это плохо получалось. Желание убивать росло в геометрической прогрессии.       — Я ничего ей не обещал и имею полное право обращаться с ней именно так. Она это заслужила, — холодный голос пробирал до костей, вот только Ноэ не проникся общей атмосферой.       — Какой же ты… — Влад повернулся к мужчине лицом и свел брови на переносице, безмолвно показывая, что он ожидает продолжения. — Ты дурак, Владислав. Сколько раз ты наказывал ее за попытки узнать, что происходит? Сколько раз ты игрался с ней, заставляя уезжать, а потом возвращал? — лицо Короля стало непроницаемой маской и он отвернулся.       — Локид, я прекрасно понимаю, что она значит для тебя многим больше, но не забывайся, ты бес. Нечисть, ничего более. Красивую картинку она увидела, но примет ли тебя настоящего и не сбежит также как это сделала, когда садилась в первый попавшийся самолет?       — Она будет иметь на это полное право. Девочку просто взяли за ворот и опустили в омут событий, чего ты ожидал от нее? — Ноэ не на шутку разозлился. Он подошел вплотную к Владу и ткнул его в грудь указательным пальцем. — Не смей ее винить. Какой бы сильной она не казалась у нее бывают временные слабости, сложности и ей невыносимо находиться одной в комнате, проводя часы в прошлом.       — Это ее выбор, — сухо произнес Дракула, убирая ладонь Локида. — Никто не заставлял Лайю силой. Девушка добровольно приняла картины и работала над ними.       — Действительно, а в замок ты тоже увез ее добровольно?       — Ты слишком опекаешь ее. Я не узнаю своего старого-доброго Ноэ Локида, хорошего друга и… — Влад не успел закончить фразу, бес резко поднял руку вверх, прерывая поток фраз.       — И не узнаешь. Ты был виновен в той трагедии, господарь Валахии сгубил девушку, любимую родственницу султана Мурада. Как жаль, что ты до сих пор не понял этого и не поймешь никогда. Тебе нужен только Свет души, который затмит твою. тьму, спасет тебя. Но после того как она вновь появилась в моей жизни я любыми путями буду защищать ее, чего бы это мне не стоило, — он развернулся на пятках и вышел, громко ударив дверью. Хорошо, что в замке не находилось много людей. Они бы непременно прибежали узнать, что же произошло между давними друзьями.       В замке пусто, также как и на душе Ноэ.       Девушка лежала в комнате, которую ей любезно предоставил Лео с Кэтти в их доме. Лайя все никак не могла забыть увиденное. Ноэ не уходил из ее головы ни на секунду с момента их первой встречи.       Мисс Бёрнелл нервно поправила локон, который выбился из общей прически и вздохнула. Почему именно его глаза не дают ей покоя? Почему именно карий и голубой всегда сопровождают ее ночью?       Больно вспоминать то, что происходило с ними в моменты подобных встреч. Во сне все казалось таким реалистичным и правильным, словно так и должно происходить. А сколько тепла озаряло их души, точнее именно ее. Целый день проводить с навязчивыми мыслями о том, что сегодня не станет лучше.       Новые и новые загадки преследовали юную девушку, но та мечтала о правде. Она хотела знать все так, как было. Ее желание было таким безобидным. Всего лишь узнать для чего все это.       Не спалось. Соленый бриз щекотал нос своим великолепным запахом, а в груди поселилось что-то похожее на сожаление. Человек, который это чувствовал, ему невыносимо находиться одному. Кажется, он не знает, куда двигаться дальше, словно стоит на раздолье пути. Это приносит ему страдания и страх. Вселенский страх за чью-то жизни.       — Неужели… Влад? Ему нужна помощь, — прошептала, поднимаясь с кровати. Пришлось скоропостижно поправить слегка мятую одежду. Руки не слушались свою хозяйку. Они вздрагивали, словно девушке безумно холодно. Лайя потянулась к сумке, откуда выудила несколько купюр и отправилась в путь, предварительно вызвав такси. Кареглазая выскользнула из дома незаметно, дабы не привлекать излишнего внимания. Кому-то очень плохо и одиноко. Машина приветливо мигнула фарами, подавая знак, что можно садиться, но девушка засмотрелась на море.       «Красивое… Такой оттенок необычный, словно вновь взглянула в глаза Ноэ и увидела подобный перелив. Знакомый и родной».       Пейзаж сменялся за пейзажем, оставляя лишь немного в памяти. Звезды на небосводе казались как никогда яркими. Они пытались что-то донести юной девушке, но та их не понимала. Только ей казалось, что нужно поторопиться.       Автомобиль медленно скользил по дороге, подъезжая к замку. Тревога не отступала, поэтому оплатив поездку Лайя пулей выбежала на ступеньки, предварительно пожелав водителю хорошей ночи. Он лишь с улыбкой наблюдал за действиями девушки и с улыбкой на губах произнес, когда та скрылась внутри замка:       — Удачи, деточка. Так смотрят лишь те, кто боится кого-то потерять, а ты не хочешь его отпустить, не готова, — старик улыбнулся в седые усы, смешно закрученные, и удалился, оставляя замок в тишине.       Лайя взобралась по лестнице довольно быстро, не прошло и нескольких минут. Девушка двинулась дальше, словно завороженная. Она чувствовала, что сейчас нужно довериться сердцу, которое танцует в клетке и хочет вырваться на свободу.       Навстречу из темноты ей вышла фигура в белом костюме. Мисс Бёрнелл подняла взгляд и столкнулась с хитрым прищуром двух разных глаз. Они манили, пытаясь утянуть за собой в омут с головой, заставляя ни на секунду не отводить свой взор. Они притягивали, но в то же время безумные волны захлестывали мужчину. Он был сам не свой.       Беспокойство и страх нарастали. Девушка поняла, что не Владу нужна помощь, а ее ночному гостю. Не было и ночи, когда бы Ноэ не наведывался к ней, болтая обо всем и ни о чем одновременно. Порой Лайе казалось, будто это простые наваждения, то что хочет видеть она.       — Решила прогуляться по замку или наведаться к моему другу, принцесса? — с насмешкой прошептал Ноэ, опираясь плечом о стену. — Прости, но он не в духе, абсолютно и видеть никого не хочет, — улыбка на его губах казалась такой неестественной. Хочет показать, что сильный и справится со всем сам.       — Скажи, — неуверенно начала Лайя, отводя взгляд, но затем возвращая его обратно, — ты хотел меня обнять, ведь так? Это не была шутка. Ты привык надевать эту маску каждое утро и снимать вечером, вот только никто не понимал, насколько это тяжело дается.       — Правда всегда тяжело дается, — Ноэ скрестил руки на груди. — Почему ты решила, что я хотел этих объятий?       — Потому что я это знаю, — твердо заверила мисс Бёрнелл.       Локид склонился над лицом девушки, переводя взор с губ на глаза. Воздух, будто искрился, заставляя каждого чувствовать характерные покалывания на коже.       — На твоем месте я бы не был столь категоричен, — иллюзионист оказался еще ближе, обдавая губы Лайи пламенным дыханием.       Девушка протянула ладонь к его щеке, поглаживая большим пальцем его скулы. Она бережно проводила пальцами по мягкой коже и щетине, которая была привычным атрибутом беса. Удивление овладело мужчиной. Первые несколько секунд он и вовсе, казалось, выбит из колеи, но мгновение изменило все.       — Ноэ, — шепот становится тихим эхом двоих, — ты можешь язвить сколько угодно, но я чувствую тебя. На расстоянии. Это так странно, но твое одиночество и боль. Она разрывает тебя на части, не меня. Если бы я могла забрать хотя бы частичку этих отвратных чувств.       Слеза медленно чертила тропинку на щеке девушки, оставляя влажный соленый след. Мужчина отмер, пытаясь вытереть ее слезу. Бережные прикосновения пальцами, словно он боялся потерять такой хрупкий и важный момент для них.       — Я должен пережить это сам, но как только появляешься ты — мой день становится солнечным. Мне не хочется видеть никого кроме тебя. Дорогая Лайя, сколько раз я боролся с невыносимым желанием прижать тебя к своей груди, впуская в объятия беса.       Блондин легонько коснулся уголка губ Лайи, оставляя отметины поцелуя, словно первого весеннего ветерка. Локид хотел отстраниться, но девушка не позволила. Она поцеловала его, приподнимаясь на носочках. Не было требований в этих поцелуях, лишь дрожь от того, что она находится в руках именно этого человека.       Прошел миг, второй, третий… Они не отпускали друг друга, оставаясь в таких родных объятиях. Именно таким мог представить себе рай Ноэ. Никогда не приходилось там бывать, но прикосновения нежных женских рук дарили ему чувство, словно он был изгнан из рая очень долго.       Пальцы девушки скользили по его шее, зарывались в пряди волнистых волос и касались его приоткрытых губ, когда они отстранились друг от друга, чтобы отдышаться. Он крепко сжимал ее в объятиях, притягивая ближе за талию, медленно рисуя невидимые узоры на спине девушки.       — Свет не должен касаться тьмы, — прошептал бес, глядя в янтарные отблески самых дорогих глаз во всех мирах.       — Ты не тьма, Ноэ, и я далеко не свет, — девушка улыбнулась, прикрывая веки. Локид готов поклясться, что на ее ресницах играли переливами огни. Ее подняли на руки, аккуратно придерживая за талию и под коленками. Девушка лишь заливисто рассмеялась от неожиданности и положила голову на его плечо.       — Прости, сокровище, но я не готов сегодня прийти к тебе ночью только во сне, — мужчина приоткрыл девушку и аккуратно уложил на постель своих новых апартаментов. Лайя наблюдала за тем, как на рубашке мужчины друг за дружкой расстегиваются пуговицы. У него подрагивали руки. Ранее уверенный в себе колдун переживал больше своей любимой. Она лишь смотрела на него сквозь полуприкрытые ресницы, прикусив нижнюю губу.       Мисс Бёрнелл позволила снять с себя одежду. На ее белоснежной коже черное кружевное белье выглядело контрастно, но не менее привлекательно. Ноэ навис скалой над девушкой, укрывая ее от всего мира. Ему не хотелось делиться этой прекрасной женщиной, как и у нее не было желания отдавать этого колдуна кому-то еще. Он устроился между ее ног, снимая кружева с ее бархатной кожи, которая как никогда ранее горела языками пламени. Воздуха не хватало, ведь даже взгляды будоражили сознание друг друга. Они не прерывали зрительный контакт, пытаясь насытиться, но не получалось.       Ноэ мягко подался вперед, войдя нежным движением, сохраняя плавный темп. Он успел сорвать с ее губ стон, а она в свою очередь поддалась ему, изгибаясь в руках колдуна. Запах Локида сводил с ума: утренний лес, туман, костер. В нем всегда было что-то домашнее, уютное и теплое, просто этот человек не из тех, кто будет дарить свою заботу любому.       Перед их глазами вновь вспыхнули звезды, а ощущения защищенности окутало с ног до головы. Их тела переплетались, даря ощущения свободы и полета. Было хорошо. Они чувствовали друг друга и невероятно радовались такой близости. В его глазах мелькали бесята, завораживая вновь и вновь.       Ее ладонь оказалась в его широкой. Ноэ ласково переплел их пальцы в замок, а губы целовали шею. Он все глядел на сонную девушку и не мог насмотреться, ведь не каждую ночь увидишь ту, о которой мечтал днями и ночами.       «Лайе лучше не знать, что я укрывал ее по ночам и сидел где-то рядом, наблюдая», — Локид усмехнулся своим мыслям.       Мужчина укрыл обнаженное тело и прижался ближе к Лайе, целуя ее в висок. Горячее тело знобило, наверняка, от перепадов температур, но Лайя готова признать, что лучшего с ней не происходило. Провести ночь с тем, кто настолько дорожит тобой — многого стоит.       — Я не достоин тебя, но всегда буду становится лишь лучше… — прошептал так, словно не хотел, чтобы девушка это услышала. Да и казалось, что она уже спит.       — Я не достойна тебя, но буду рядом с тобой, что бы не случилось… Ноэ сжал хрупкую ладонь в своей руке. Оба не могли поверить собственному счастью. Кажется, их специально водили за нос, чтобы подготовить только к лучшему, заставить верить в то, во что верится с трудом.

Любовь, она такая, крылатая и злая, Как для кого, но выбрать можешь ты. Кому-то мир спасает, А с кем-то лишь играет, Кого-то убивает, Сорвав весны цветы. Он знал, она другая: Чудесная, живая И улыбнется только ему. Потянется сквозь тьму, Прижмет сильней к груди И через трудности готова с ним пройти. Не жаль, что ветер воет, А ливень бьет по стеклам, Ее он одеялом хочет укрыть, Она совсем продрогла, Пытаясь ухватиться За милые сердцу черты.