Часть 1
3 июля 2021 г., 15:10
Сквозь мои пальцы тянется лето Где бы ты не был — здесь тебя нету
— Давай поспешим, сейчас начнется дождь. Девушка замирает на месте посреди пустой улочки и поднимает голову, глядя вверх, на знакомый балкон, сглатывая ком в горле. Прошло не так много времени и ее сердце все ещё пропускало удар каждый раз, как она, опустив голову, проходила мимо этого дома, по этой самой дороге, в школу, откуда шла одна обратно домой. Сейчас, стоя в ночи и тусклом свете мигающего фонаря, она сжимает пальцы в кулак, выдыхая из легких накопившиеся слова, которые она больше никогда не сможет ему произнести. — Нам правда пора. Юноша, что остановился в паре метров оборачивается к ней, стягивая с плечей своих куртку. Темная ткань опускается и она в нее укутывается, сжимая пальцами на одном уровне. Чифую пообещал, что не бросит ее. Не даст упасть в пучину отчаяния и депрессии. Не даст поддаться боли первой потерянной любви. Он пообещал делить с ней лапшу и встречать каждый рассвет. Она смеётся, но не так, как раньше. Она улыбается. Она старается вплоть до того, что сбивает колени перед его могилой каждое последнее воскресенье месяца. Ее волосы развиваются холодным ветром, но она не спешит снимать его резинку со своего запястья. Баджи попросил отдать только ей. Чифую понимает, что он пообещал другу невозможное. Пообещал быть рядом до тех пор, пока первая потерянная и ранящая сердце любовь не отпустит ее. Пока она не начнет улыбаться его другу так же, как и ему. Пока она не скажет ему «Спасибо. Я люблю тебя». Она должна сказать, Баджи знает. Знает, что она отпустит если узнает, что он просил это передать. Сильная девочка сможет расправить крылья и полететь дальше. — Не хочу. Ещё пару минут назад она смеялась над глупой шуткой, но стоило завернуть в этот переулок — все вернулось обратно. Дождь как кстати начал капать на ее лица, скрывая слез, что катились по девичьим щекам, хоть и обещала она себе, что больше плакать не будет. Обещала перед могилой, что будет сильной и ей не составит труда оставить свои чувства в его руках под слоем земли. Только она не может заставить себя перестать каждую ночь просыпаться и смотреть до утра в потолок, пока из глаз ее текут ручьем слезы. Текут, а на лице ее нет ни тени изменения эмоций. Она тянет руку вверх и хватает абсолютно ничего. Смотрит на пустую раскрытую ладонь, пытаясь понять, что именно она пыталась в тот момент схватить и тут истерика по новой накрывает, заставляя прижать руки к лицу и рыдать, сжимая пальцами волосы. Она будет вспоминать вплоть до рассвета, как было хорошо и тепло в его объятиях и какие же мягкие волосы были у Баджи. Теперь ничего и никто не сможет заменить его. «Я знаю кого тебе напоминаю». Эта фраза звучала грубо. Но Чифую прав. Он всегда был прав с тех самых пор и никогда она не смела поставить под сомнения слова, сказанные им. И как бы не пыталась убедить себя в том, что она не пытается найти в нем что-то схожее, во что можно вновь влюбиться и забыться, упав с водопада в глубину. Хотелось погрузиться в юношу с головой, но ничего не выходило и он знал почему. Прижимал ее голову в объятиях к своему плечу и выслушивал как она плачет, не в силах держать все в себе. Просил прощения. Умолял не делать ничего с собой. Сколько раз он просил ее? Она не знает. Она не помнит. Только и делает, что смотрит на свои руки, исчерченные шрамами за долгие двенадцать лет. Глупая девичья влюбленность превратилась в обычную зависимость и страх потерять. Потерять кого-то ещё, кому она откроет свое сердце, давая возможность там поселиться. Поэтому она не любит Чифую. Она ему благодарна. А он глупо верит, что она ещё может его полюбить. В ее галерее все ещё куча его фотографий. На экране блокировки фото двенадцатилетней давности. Больше не больно и слезы не текут ручьем. Признание своей слабости делает тебя сильнее. Она все ещё вплоть до разбитых коленок каждое последнее воскресенье месяца сидит там с наполовину наполненной тарелкой лапши.Я вспоминаю, вплоть до рассвета Где бы ты не был — там меня тоже нет
