Мальчики под ивой

Июль 1977 Последующие два дня Регулус не покидал дом на площади Гриммо. Каминную сеть он заблокировал, не давая никому из Мародёров доступ к перемещению, а на письма, что слали по совиной почте его «друзья», он не отвечал. Писали в основном Джеймс, который, видимо, чувствовал свою вину и Ремус, что просто не мог пройти мимо, так как он сам по себе был человеком неконфликтным и не любящим ссоры (если не брать в пример дни, близкие к полнолунию). Поттер даже один раз прислал телесного патронуса в виде оленя с роскошными ветвистыми рогами с вопросом всё ли у Блэка в порядке, но второй парень проигнорировал сообщение. Девочки, насколько понял Регулус, вообще не были задействованы во всей этой теме с оборотнями и сейчас понятия не имели, что произошло между Мародёрами и младшим Блэком. Как ни странно, зла на брата, Люпина и Петтигрю Регулус не держал, хоть те и были в курсе всего. Был лишь неприятный осадок, что скапливался внутри гнилой жидкостью, но наружу вылезать не хотел. Был лишь гнев на Поттера, но и тот Блэк уже успел выплеснуть в тот же день, когда обо всём и узнал. Возможно, он переборщил тогда с эмоциями — этого волшебник не отрицал. Наверное, он выглядел не совсем уж адекватно и вменяемо в глазах Джеймса, но Регулус ни о чём не жалел. Тот сам виноват в этом. Если бы они не успели сблизиться с этим человеком настолько сильно, Блэк-младший наверняка отреагировал бы более спокойно, но все их взаимодействия породили те чувства, которые в пользу гордости не давали Регулусу быстро забыть обиду и простить Поттера, иначе бы это слишком сильно ударило по его самолюбию. Но кроме этого, было кисло и горько на душе, ведь маг доверял этому парню так, как никогда не доверял себе. Он успел не только привязаться, но и в некотором роде полюбить. Этого он отрицать не мог уж точно. И теперь к страху быть не таким, каким привыкли видеть тебя в твоей семье, добавлялся и страх того, что если Регулус простит волшебника, тот воспримет это как очередную слабость и просто продолжит играть с чувствами младшего Блэка, пока тот будет раздирать себя изнутри, ведь он нуждался в Джеймсе Поттере. Поэтому единственное, чем занимался волшебник, сидя дома — пытался разобраться в загадочной фразе из грота, что вызвала крушение целой пещеры. Первое, что он предпринял, так это попытку разгадать смысл данных слов. «Когда безумный человек расколет душу, он спрячет её ото всех, кто будет уступать бессмертному». Но понятней ничего не становилось. Регулус не мог понять значение сочетания «расколет душу». Он пытался идти и обходными путями, ища здесь какой-то скрытый намёк или подтекст, думая на метафору или аллегорию, но так ничего и не нашёл, запутываясь лишь всё больше и больше. Далее он пытался узнать подробнее о похожих пещерах, но либо искал не там, либо подобные места вообще никто не встречал (что было маловероятно). В любом случае, никакой информации так найдено и не было, а вся литература, подобранная к этому случаю, оказалась малополезной. В итоге было принято решение оставить фразу в блокноте и вернуться к ней позже. Вечером второго дня отдыха от компании в мрачном доме Блэку пришло сообщение от Марлин о том, что с Сириусом после той раны всё хорошо, и если он хочет, то может воспользоваться камином и заглянуть к ним. Нехотя, но Регулус всё же последовал предложению Маккиннон, желая лично убедиться в здравии своего брата. Переместившись в дом Маккиннонов, волшебник узнал от Доркас, что родители Марлин и её младшая сестра со старшим братом сейчас в отъезде, поэтому никаких проблем и вопросов о состоянии Сириуса не возникло. Мародёры тоже были там, включая и Джеймса. Но Регулус лишь прошёл мимо, кивнув им, а на попытку Джеймса приблизиться ответил тяжёлым взглядом, пригвоздив его к месту. Разговор с Сириусом прошёл довольно быстро. Брат рассказал обо всей этой ситуации подробнее, заверив, что идея с «использованием» была полностью его, и чтобы Регулус не винил в этом никого, кроме него одного. Было видно, что брату невероятно стыдно за это, а также то, что тот не врёт. — Ремус меня сначала отговаривал, — сказал тогда Сириус, зарываясь ладонями в волосы. — Но, конечно, я, идиот, не воспринимал всё всерьёз, я не думал, что задену этим твои чувства, Мерлин, да я даже не надеялся на то, что мы сможем с тобой помириться, и что ты не будешь воротить нос от нашей компании. Я такой идиот, Рег, я думал, что матушка промыла тебе все мозги, но я просто не видел дальше своего носа. Ты можешь не прощать меня, но я так благодарен тебе за этот месяц, что ты провёл с нами, ты не представляешь, насколько я смог почувствовать себя счастливым. Конечно, Регулус не держал на него зла, ибо понимал, что в глубине души брат просто искал способы провести больше времени с ним, прикрываясь перед друзьями тем, что просто хочет извлечь из этого выгоду. — Возможно, мы ещё долго будем идти к тому, чтобы стать теми самыми братьями, какими были до Хогвартса, ведь на пути к этому будут стоять наши скверные характеры, но я рад, что успел спасти тебя от того оборотня, — мягко улыбнулся Блэк-младший, заключая старшего брата в объятия, пока тот уткнулся ему в плечо и сжал Регулуса в своих руках. В конце концов парню удалось переговорить с Лили, которая искренне хотела, чтобы Регулус отправился с ними на отдых, который они проведут на пляже, засыпая в палатках. Она говорила, что не знает, что произошло между парнями, но не хотела бы, чтобы это как-то портило те отношения в компании, что успели построиться за это лето. Блэк-младший честно пытался не смотреть в сторону Мародёров, которые притихли в ожидании его ответа, но когда он ответил положительно, то заметил, как те сразу приободрились, а их глаза загорелись радостью. Сошлись на том, что парни, как обычно, заберут Регулуса с Гриммо и трансгрессируют на место встречи. Вот сейчас он и стоял на небольшом пригорке, откуда открывался потрясающий вид на раскинувшееся внизу море, что отливало разными оттенками от светло-голубого до серо-зелёного. Плывущие облака отражались на глади воды, а солнце оставляло яркие отблески. Волны лениво тянулись к берегу, а затем обратно в морские пучины. Регулус вдохнул поглубже запах, на мгновение безмятежно прикрывая глаза, чтобы почувствовать атмосферу перед собой. Джеймс, что стоял немного позади, открыто любовался довольным видом Блэка, полностью заворожённый. Перемещались сюда они вместе, но как только трансгрессия подошла к концу, Регулус вырвал свою руку из руки Поттера, до сих пор не начиная с ним разговора. Первыми ринулись вниз Питер с Сириусом, сбегая с горки и толкая друг друга локтями, чтобы первыми добраться до воды. За ними — Доркас с Марлин, иногда придерживая друг дружку, чтобы не навернуться и не упасть. Джеймс двинулся следом, а за ним последовал Регулус. Лили с Ремусом шли самыми последними, чтобы в случае чего взмахом волшебной палочки успеть задержать падение товарищей. Как только все достигли берега, девочки тут же начали раскладывать свои портфели и пытаться разобраться с палатками, ворча на мальчиков, чтобы те тоже в сторонке не стояли. Регулус искренне не понимал, почему же они не могли поставить волшебные палатки, но раз уж друзья решили отдать предпочтение маггловским походам, он старался больше наблюдать, так как сам почти ничего в этом деле не смыслил. Конечно, в итоге, благодаря пинкам Марлин и Лили, его всё равно заставили помогать, пока Блэк-младший ругался себе под нос, ведь ничего у него толком не получалось. У Сириуса с Джеймсом тоже выходило всё не особо сносно, но под руководством Питера и Ремуса сделать хоть что-то всё же получилось. Оказалось, что Питер с семьёй часто отдыхали с маггловскими палатками, а Ремус в детстве часто проводил так каникулы с матерью, которая обожала природу, приключения и походы. Едва поставив палатки, парни тут же бросились к морю, снимая с себя одежду и плюхаясь в воду. Сириус же постоял немного у бережка, а затем осторожно начал залезать в воду под хихиканье девочек, которые искренне не понимали, почему же тот так осторожничает. Регулус приближаться к воде не спешил, усевшись на камень, которым закрепили низ одной из палаток. Наконец, Марлин заметила некоторое странное поведение братьев Блэк и устремила на них взгляд своих карих глаз. — Чего вы оба не плаваете? — полюбопытствовала девушка, плескаясь водой в Лили. Регулус с Сириусом переглянулись, но младший брат предоставил перспективу отвечать старшему. — Да мы... в общем, мы не умеем плавать, — слегка смущённо ответил Сириус. Лили тут же прекратила попытки утопить Марлин, замирая рядом с Доркас. — Погодите, а когда вы прыгали в реку... — Да, мы могли утонуть, — усмехнулся Сириус, выгибая бровь. Повисло молчание, пока ребята переводили свои взгляды с Регулуса на Сириуса и обратно. Джеймс же не выглядел нисколько удивлённым, впрочем, как и Ремус, ведь оба уже прекрасно это знали. — Есть какая-то причина, почему вы не умеете плавать? — склонила голову набок Доркас, с задумчивым видом разглядывая парней. — Думаю, наши родители не посчитали это должным занятием для наследников рода Блэк, — скучающе пожал плечами Регулус. — А что же они считали должным занятием? — полюбопытствовала Лили. — О, меня пытались научить петь! — гордо выпятил грудь Сириус. Питер и Джеймс фыркнули себе в ладони, намекая на «прекрасные» таланты Блэка в пении. — Смейтесь, смейтесь! — возмущённо гаркнул на них Сириус, косясь в сторону младшего брата. — А вот малыша Регги учили играть на фортепиано и у него отлично получалось! Регулус испепелил брата возмущённым взглядом, пока остальные расхохотались, смотря на всклокоченного младшего Блэка. Пока Регулус играл с братом в гляделки, даже не заметил, как сверкнули глаза Поттера, пока тот явно что-то перебирал у себя в уме. — Как насчёт того, чтобы научить вас плавать? — восторженно сощурила глаза Марлин, тыкая Сириуса меж рёбер. Сколько Регулуса не уговаривали, он от этой затеи отказался, устраиваясь на берегу, садясь на песок и зарываясь в него ногами для того, чтобы прекрасно видеть перед собой картину, в которой Сириус, с радостью воспринявший эту идею, пытается грести руками. Регулус даже улёгся, подперев под себя локоть, чтобы было удобнее. Он еле сдерживался от улыбки, видя в брате точное совпадении с псом, который активно перебирал лапами, а учитывая тот факт, что от истины эта ситуация ушла не особо далеко, внутри его пробирал смех до боли в животе. Спустя какое-то время девочки вышли из воды, чтобы обсушиться и позагорать, а Лили, проходя мимо Регулуса, потрепала его по волосам и произнесла мягким голосом: — Ты бы снял футболку, Рег, а то совсем испечёшься на солнце. Но младший Блэк, который до сих пор стеснялся своих шрамов, лишь отшутился, не считая эту идею хорошей. Иногда он смотрел на Ремуса, который сам по себе был человеком довольно стеснительным, но в компании друзей нисколько не смущался, оголяя торс, и чувствовал зависть, ведь не мог сделать так же. Все в компании знали о том, кто такой Ремус и откуда у него появились шрамы, а вот о появлении да и, в принципе, наличии шрамов на теле Блэка-младшего они не были в курсе, а рассказать об этом не хотелось. Волшебник лишь надеялся, что Джеймс о них никому не рассказал. Что говорить о Поттере, то тот вскоре тоже покинул остальных Мародёров, что не оставляли попыток поиздеваться над Сириусом и его методам изучения такого «спорта», как плавание. Джеймс подошёл к девочкам, отпил у них воду из бутылки, а потом шлёпнулся на песок около Регулуса, буквально в метре от него. Блэк никак не отреагировал на его присутствие рядом внешне, но внутри он боролся с желаниями придвинуться ближе и наоборот, оттолкнуть. Вскоре у Сириуса начало получаться куда лучше, Ремус мягко хвалил того, а у Питера буквально сияли глаза от осознания того, что благодаря ему друг учился чему-то новому. Что я здесь делаю? Регулус смотрел на всех присутствующих рядом и не понимал, как он вообще попал в эту прекрасную компанию. Да, возможно, цели Мародёров были изначально не самыми радужными, но после того, как те не узнали от него никакой новой информации, они его не оттолкнули, а наоборот, заинтересовались и пожелали узнать лучше. Это трогало даже такую чёрствую душу, как у Блэка-младшего. Сейчас, впервые за долгое время, он мог ответить на тот вопрос, что терзал его изнутри. Он чувствовал себя своим. Он хотел оставаться здесь и сейчас настолько, насколько только возможно. Ему хотелось и дальше чувствовать себя легко, хотелось просто быть частью всего этого. Джеймс рядом ёрзал и мялся, явно пытаясь начать разговор. Регулус никак его не останавливал, но и не подталкивал в нужном направлении, давая Поттеру шанс набраться смелости на разговор самому. Блэк прекрасно понимал, о чём пойдёт диалог, но он лишь продолжал наблюдать за попытками Сириуса не только удержаться на поверхности, но и проплыть сколько-то метров. Наконец Джеймс вдохнул, провёл рукой по волосам и осторожно произнёс: — Ты до сих пор сердишься, верно? Регулус молча кивнул, продолжая смотреть куда угодно, но только не на волшебника рядом с ним. — Почему?.. Вернее... Послушай, я знаю, что мы поступили не совсем справедливо по отношению к тебе... Это был отвратительный поступок – общаться с кем-то ради собственной выгоды, но мы действительно сожалеем об этом. Я знаю, Ремус писал тебе об этом в письмах. И Сириус тоже так считает, просто он слишком гордый, чтобы это сказать, хотя он тоже просил у тебя прощения… А Питер лишь боится быть непонятым тобой. Я вижу, что ты простил их, ну или по крайней мере не держишь зла, но ко мне... ты даже не смотришь на меня... Объясни, что я сделал не так, прошу, я так запутался. В сердце Регулуса вонзился осколок. Столько искренности звучало в словах Джеймса, что хотелось прямо сейчас обнять того за шею и больше не отпускать. Но он не мог так поступить. Маг не был уверен, что человек перед ним осознает свои ошибки и больше не повторит их. Он привык сомневаться в людях. Поэтому сейчас он лишь медленно повернул голову к Поттеру, посмотрев на того ледяными серыми глазами, стараясь не замечать боли, промелькнувшей на лице второго парня. — Ты действительно не понимаешь? — тихо, без единой эмоции спросил Регулус, но не стал ждать ответа, поскольку это был лишь риторический вопрос. — Хорошо, я объясню. Мне плевать, что изначально вы пытались использовать меня. Всю мою жизнь кто-то пользовался мной, да и я не брезговал заниматься этим, так что я привык к такому раскладу. Я действительно не держу зла ни на тебя, ни на остальных Мародёров, ни тем более на девочек, которые в этом никак не были завязаны, — заметив вопрос на лице Поттера, он вдохнул и продолжил. — Да, ты прав, я злюсь на тебя, но не из-за этого. А из-за того, что ты просил меня не врать тебе, хотя сам же и не последовал этой просьбе. Искренность в своих словах и намерениях работает не только в одну сторону, Джеймс, но и в другую тоже. И я буду готов простить тебя, но не сейчас. Докажи свои намерения не словами, а действиями. Мне действительно нужно подтверждение того, что ты хочешь продолжать общение со мной и поддерживать те отношения, что успели выстроиться между нами, потому что единственное, что я уяснил предельно ясно – с тобой я чувствую себя комфортно, с тобой я чувствую себя собой. И это настолько прекрасное ощущение, что хочется рыдать, поскольку никогда я не чувствовал подобного за всю жизнь. Регулус не стал дожидаться ответа, он поднялся с песка, отряхнулся и двинулся к трём парням, которые все светились от счастья того, что у Сириуса получилось. Смотря на счастливого брата, Блэк-младший не сдержал лёгкой улыбки, что проскочила на его лицо. Маг бы тоже хотел попробовать научиться плавать с ним, но страх воды всё равно сковывал его, не позволяя ему это сделать. Сириус, полностью окрылённый своей радостью, тут же принялся обнимать всех, буквально подпрыгивая в воздух. Даже Регулус удостоился этой участи, замерев, когда брат обхватил его своими руками, а затем медленно приобнял того в ответ. После ребята аккуратно отложили все свои вещи, прибрав их, и двинулись в сторону каменного сооружения, что виднелось вдалеке на краю утёса. Подходя ближе, они распознали в древнем здании некое подобие замка. Регулус задрал голову, с восхищением оглядывая памятник истории и культуры. Это была величественная крепость, верхушки которой тянулись к самому небу, намереваясь достать до облаков. Коричневые кирпичи были уложены друг на друга в замысловатом порядке, будто тот, кто выступал в роли архитектора, играл в мозаику. Многие стены и входы были разрушены, но это не остановило волшебников, которые тут же возгорелись идеей пробраться внутрь. Нагибаясь, чтобы пройти в очередную дыру в стене, Регулус усмехнулся, припоминая, что в последний раз это их любопытство ничем хорошим не кончилось, поэтому он лишь надеялся, что сегодня с ними никаких приключений точно не совершится. Пройдя в просторный зал, где были высокие потолки, украшенные различными фресками и орнаментами, маги заприметили у белых широких колонн несколько мечей, что гордо висели на стенах, привлекая своим серебряным светом забредших сюда. Регулус легонько дотронулся пальцами до лезвия меча, восторженно распахнув глаза. Он помнил, что родители как-то пытались дать ему уроки фехтования, но младший наследник всё же предпочитал более мелкое холодное оружие. Рядом Джеймс тоже протянул руки к одному из мечей и осторожно освободил его от крепления, удерживающего рукоятку на стене. Регулус вопросительно выгнул бровь, на что Джеймс усмехнулся краешком губ, сделав реверанс, и поклонился Блэку, приглашая того на шуточную дуэль. Недолго размышляя, Регулус тоже открепил меч от стены, повторив зеркально жест Джеймса. Сириус присвистнул, отходя в сторону к Питеру и Ремусу, пока Марлин и Доркас брали у мальчиков ставки. Лили же закатила глаза и пригрозила им кулаком: — Поубиваете друг друга, я вас с того света достану! Почему-то ни у кого даже не было сомнения, что Эванс не шутила, поэтому парни лишь сглотнули и вернулись к своему занятию. Регулус оценивающим взглядом дожидался первой атаки Поттера. Волшебник мыслил стратегически, уже придумывая любые варианты обороны и обезоруживания противника. Он следил за каждым шагом Джеймса, на ходу, если понадобится, меняя план действий. Наконец, кареглазый парень сделал выпад, который для Регулуса прошёл словно в замедленной съёмке, а затем ударил. Блэк тут же поставил защиту, отбивая удар, не медля ни секунды вступая в нападение. Оба не были мастерами в этом деле, но базовые приёмы знали, так как почти во всех чистокровных семьях детям предлагали с детства работать с мечами. В воздухе сверкали концы лезвий, слышались удары железа друг о дружку, чувствовался экстрим и адреналин, что растекался по крови двух парней. Вскоре Регулус подметил один очень удачный шаг Джеймса (разумеется, для Блэка), и, уклонившись влево, одним резким взмахом выбил меч Поттера, оставляя того без оружия. Подставив кончик своего меча к горлу волшебника, Регулус ухмыльнулся. Удивительно, но Поттер вовсе не расстраивался из-за своего проигрыша, наблюдая за победным выражением лица Блэка. — Ну что, Ремус, Питер, по два галеона с каждого! — довольно произнесла Марлин, протягивая руки к парням. — Эй! — возмутился Джеймс. — На меня что, ставили только два человека? — Прости, Сохатый, но это же было очевидно, что у тебя нет шансов! Ремус и вовсе поставил на тебя «по старой дружбе» — рассмеялся Сириус, получая убийственный взгляд от друга. — Да? — озадаченно спросил Питер, отдавая победившим деньги, но тут же дерзко выгнул бровь. — Бросьте, было пару раз, когда Джеймс заставил Рега почувствовать себя неуютно! Регулус кивнул, соглашаясь со словами Петтигрю, поскольку тот действительно был прав. Было пару раз, когда ему показалось, что сейчас Джеймс точно застанет его врасплох, но всё же Блэку удавалось перекраивать план на ходу, отдаляя Поттера от победы на несколько шагов. Когда начало вечереть, компания вернулась к своему разбитому лагерю и принялась разводить костёр. Пока остальные в это время были заняты едой, раскладывая сэндвичи, которые они планировали поджарить на огне, Джеймс с Сириусом занимались выпивкой, разливая алкоголь по стаканам. Поттер, перед тем, как налить стакан Регулусу, посмотрел вопросительно на волшебника, прекрасно зная отношение того к алкогольным напиткам, на что Блэк лишь пожал плечами и неуверенно кивнул, мол, делай что хочешь. Джеймс подмигнул и наполнил стакан Блэка-младшего шампанским. Как только всё было готово, компания расселась вокруг огня, Джеймс достал из своих вещей гитару и принялся играть, пока ему подпевал Сириус, размахивая руками в разные стороны. После они принялись за разговоры. Регулус с интересом слушал о похождениях Мародёров и их разнообразных шуточках. Однажды те даже подкинули Макгонагалл котят в корзинке с подписью «Мама, покорми нас!» — Подождите, у вас действительно была карта всего Хогвартса? И там отображались все ученики и учителя? — удивлённо переспросил Блэк. — Именно! — кивнул Сириус. — Это была идея Лунатика! Вот только один раз, когда мы бежали от Филча, Питер её потерял по дороге, и теперь она пылится в одном из шкафчиков в кабинете нашего завхоза! — Ну хватит! — всплеснул руками Петтигрю. — Вы мне до конца жизни будете припоминать это? Зато какой-нибудь сообразительный ученик когда-нибудь попадёт к Филчу, порыщет у него в ящиках и стащит нашу карту! Представляете, сколько всего они смогут сделать благодаря нашему вкладу! Здраво рассудив, что это действительно когда-то может случится, Мародёры сошлись на мнении, что потеря карты взаправду не была чем-то поистине ужасающем. Далее, когда в головы рассказчиков уже знатно стукнул алкоголь, тема плавно перетекла на отношения и как они с кем у кого складывались. Оказалось, что ранее Сириус встречался с Марлин, а Питер с Доркас, но ничего у них серьёзного не вышло, так как обе девушки и один из парней отдали предпочтение своему же полу. В голове Блэка-младшего вся новая полученная информация начала перемешиваться между собой, поэтому он слушал лишь краем уха, чтобы уж точно не свихнуться. Регулус, когда пил, имел свойство становится ещё более молчаливым и задумчивым, в отличие от своих товарищей. В нём просыпался какой-то внутренний интерес, заставляя его становиться в роли «зрителя». Наблюдая сейчас за Джеймсом, который уже по всем известной традиции пытался разговорить Лили, внутри волшебника вновь просыпалась ревность. Он ненавидел это чувство и считал его неправильным, отвратительным. Он не должен был ревновать человека, с которым у него мало того, что ничего не выйдет, так ещё это было и лицемерно по отношению к своим друзьям. Но он так устал... Ему совсем больше не хотелось скрывать свои чувства, ведь когда он смотрел на Ремуса с Сириусом и Доркас с Марлин, то чувствовал зависть. Ему тоже хотелось просто сидеть рядом с любимым человеком и не задумываться о том, как это выглядит со стороны. — Мерлин! — раздражённо воскликнул Люпин. — Хворост для костра закончился! — Я могу поискать нам ещё палок, — вызвался Питер, на что получил кивки от остальных. — Я с тобой, — произнёс Регулус, вставая на ноги и потягиваясь. Отойдя на несколько десятков метров от костра, парни решили разделиться, чтобы управиться быстрее. Питер пошёл ближе к деревьям у начала пляжа, а Регулус двинулся вдоль берега, собирая выкинутые на песок палки. Сам того не замечая, волшебник погрузился глубоко в свои мысли, а очнулся только тогда, когда перед ним обнаружилась высокая каменная гряда, что в высоту была примерно как три Регулуса. Он осмотрел её любопытным взглядом, а затем, подумав, вскарабкался вверх, осторожно усаживаясь на самый край. Внизу под ногами плескались волны, иногда достигая нижних серых валунов. Маг прикрыл глаза, сосредотачиваясь на шуме природы, поскольку немного хотел отвлечься от реального мира. Он уже свыкся со своими чувствами, перестал их отрицать и волноваться по этому поводу. В конце концов, он знал немало волшебников, что были влюблены в человека своего пола, но настораживало поначалу его другое: он вообще не думал, что способен на романтические чувства к человеку. И всё было бы хорошо, но он просто не был уверен в том, что действительно нужен Джеймсу. Был страх того, что тот лишь поиграется с ним и бросит. Тот ведь часто воспринимал подвернувшиеся в жизни события лишь как очередной раунд судьбы. Но видя то, как Поттер иногда на него смотрит, видя сожаление в его глазах, Регулус искренне хотел верить, что он не очередная игрушка в чьей-то жизни. Послышался звук приближающихся шагов, и Блэк приоткрыл глаза, смотря на источник шороха. К гряде медленной походкой подошла Доркас, чуть улыбнувшись Регулусу, сидевшему наверху. — Питер уже давно вернулся, а ты почему здесь сидишь? — мягко спросила девушка, пока её крашенные серебристые волосы раздувал ветер. — Хотел подумать, — честно ответил Регулус. — Можно присоединиться к тебе? Регулус пожал плечами и похлопал рядом с собой, приглашая девушку забраться и усесться рядом. Доркас тут же ловко вспорхнула по камням, а Регулус протянул ей руку, на что та благодарно улыбнулась, принимая помощь. Как только она уселась в нескольких сантиметрах от него, оба устремили свои взгляды на горизонт, где последние лучи солнца пламенели над гладью моря. Молчание хоть и было долгим, оно не было неловким. Лишь тишина, звуки носящейся туда-сюда воды, ночные птичьи переговоры и шелест листьев где-то позади. Становилось спокойнее, но внутри всё равно что-то тяготило, что, видно, заметила и девушка. — Помнишь, я говорила, что ты в любой момент можешь обратиться ко мне, если захочешь? — тихо спросила Доркас, дожидаясь кивка Блэка. — Я до сих пор не беру назад своих слов. Я замечаю, что в последнее время ты стал ещё более задумчивым, словно что-то тебя беспокоит. Если хочешь, можешь рассказать мне, обещаю, этот разговор останется лишь между нами двумя. Регулус колебался. Он не был уверен. А поймёт ли она? С виду она действительно казалась довольно проницательной и понимающей, но где взять Блэку уверенность в том, что она говорит правду? Иногда в жизни приходится либо рискнуть, либо упустить возможность. Сейчас волшебник предпочёл выбрать первое, и, прочистив горло, он вобрал побольше воздуха в лёгкие. — Я запутался, Доркас, я не знаю, что мне делать, — грустно усмехнулся Регулус, тоскливо продолжая смотреть на горизонт. — Я чувствую себя так, словно меня камнем тянет на дно. Мне всю жизнь твердили о том, что правильно, а что нет. Всю жизнь рассказывали, каким идеальным наследником я должен быть. И знаешь, я верил им, но потом начал общение со всеми вами. Больше я не считаю навязанные мне стандарты адекватными. И самую большую заслугу в этом наверняка можно смело отдать Джеймсу. Именно он больше всех указывал мне на мир, открывая глаза на правду. И я настолько привык к тому, что он рядом, что даже не сразу заметил, как начинаю чувствовать к нему что-то больше, нежели просто приятельские или дружеские чувства. Парень перевёл взгляд на девушку, что смотрела на него сейчас своими голубыми глазами и будто пыталась разгадать сотни загадок, связанных с волшебником по имени Регулус Арктурус Блэк. Она не казалась удивлённой, но было точно ясно, что она правильно уловила ход его мыслей. — Я догадывалась, — кивнула сама себе Доркас. — Нет, не переживай, со стороны это не так заметно, по тебе вообще мало когда можно сказать, о чём ты думаешь. И, наверное, именно это меня и подвигло на то, чтобы я пригляделась к тебе получше, а потом я заметила твои неоднозначные взгляды в сторону Джеймса. Регулус кивнул, вновь погружаясь в свои мысли и стараясь описать их ведьме. — А потом я вдруг понял, что всё заходит слишком далеко. Мне не просто хотелось быть рядом, мне хотелось быть ещё ближе, чем прежде, я часто стал ловить себя на мысли, что хочу прикоснуться, хочу почувствовать касание в ответ, хотя прежде старался избегать физического контакта с окружающими. И ко всем моим внутренним метаниям добавлялись и последующие события, в ходе которых мы с Джеймсом то сближались, то отдалялись, ссорились, мирились... Это было странно... А теперь между нами произошёл один не очень приятный... инцидент. И я вижу, что Поттер действительно сожалеет и просит прощения искренне, но я чувствую тревожность, поскольку это может быть лишь моя фантазия. Я... Доркас, я не знаю, что мне делать. Я вроде и хочу простить его, хочу вновь чувствовать его тепло, но я не могу... Регулус почувствовал, как по щеке проскользнула слезинка. Надо же, он даже не заметил, что глаза застелила солёная пелена жидкости. Доркас мягко подвинулась ближе, немного подумала, а потом мягко коснулась руки Регулуса, успокаивающе погладив тыльную сторону ладони подушечкой пальцев. Блэк сморгнул слёзы, вдохнул поглубже, а затем сжал руки девушки, чувствуя облегчение от её поддержки. Та положила голову ему на плечо, вместе с ним смотря на тёмные волны. — Джеймс человек безбашенный, иногда легкомысленный, возможно, в каком-то смысле эгоцентричный, ставящий себя выше других, но если ты дорог ему, то он никогда не поставит тебя ниже себя, и тем более не станет играться с твоими чувствами, — уверенно произнесла Доркас. — Что же касается тебя, я думаю, что ты уже разобрался со своими чувствами, тебе теперь лишь нужно принять очевидное и постараться донести свои мысли до самого Джеймса. Поттер, конечно, невероятно смекалистый, когда дело касается волшебства и новых идей, но в отношениях с людьми он бывает иногда ну уж слишком тугодумом. Здесь призрачные намёки вряд ли сыграют свою роль. Ты сказал, что так запутался, что тебе кажется, будто тебя утягивает на дно, но ведь дно всегда нужно для того, чтобы от него оттолкнуться и всплыть на поверхность. Регулус чувствовал благодарность к Доркас, но не мог вымолвить ни слова, он лишь продолжал сжимать её ладони в надежде на то, что она поймёт всё сама, и она понимала. Было приятно просто сидеть в тишине с мыслью о том, что тебя выслушали, не осудили, так ещё и дали совет. — И как мы с тобой только попали в этот львятник, — устало произнесла ведьма, прижимаясь щекой к плечу мага плотнее. Блэк усмехнулся, согласно промычав. Возвращались они в лагерь когда уже полностью стемнело. По дороге Доркас рассказала, что Сириус и Ремус уже ушли спать, а Лили ночует в палатке с Питером, чтобы присмотреть за тем, поскольку бедняжке стало нехорошо. Девушка предложила Регулусу лечь с ней или с Марлин, если ему не хотелось идти ночевать с Джеймсом, но Блэк вежливо отказал, отвечая, что терпеть Поттера ночью для него дело обычное. Почувствовав какой-то неожиданный порыв, Регулус попросил разрешения обнять ведьму, на что та лишь раскинула руки, мягко прижимая парня к себе, а затем, пожелав спокойной ночи, удалилась к себе. Регулус осторожно протиснулся в палатку, закрывая ту на замочек. Джеймс ещё не спал, а внутри горела свеча, освещая небольшое пространство. На удивление Поттер казался абсолютно трезвым, словно и вовсе не пил алкоголя, и теперь, дождавшись Блэка, весь приподнялся. — Рег... — Утром, я не в настроении сейчас говорить, — оборвал его волшебник, но, заметив потухшее выражение лица напротив, уже мягче добавил: — Спи, Джеймс, нужно выспаться. Спокойной ночи. — Спокойной ночи, Регги, — чуть улыбнулся Поттер, уложив себя на бок. Регулус стянул с себя ненужную одежду, тоже укладываясь, накрывая себя одеялом и поворачиваясь спиной ко второму парню. Какое-то время он лежал с прикрытыми глазами, а сон всё никак не шёл. Позади уже слышалось выровнявшееся дыхание Джеймса. Регулус вздохнул и тихо перевернулся лицом к спящему парню. Очки Джеймса лежали где-то в стороне, поэтому лицо его казалось непривычно открытым. Помня разговор с Доркас, Блэк пообещал себе, что обязательно поговорит с Поттером, когда наберётся смелости. Сейчас же он осторожно вытянул руку и аккуратно коснулся своими пальцами пальцев Джеймса, мягко переплетая их. Закрыв глаза, Регулус тут же почувствовал, что так стало куда спокойнее.