Неловкая особенность, но приятные чувства

×××

По полу разбросаны пустые пачки от крекеров и мармеладок. На столике возле дивана бутылка пива, кола и три бутылки воды, в которых практически не было жидкости. Два парня сидят бедро к бедру и рубятся в приставку, толкаясь плечами и крича то друг на друга, то на экран телевизора перед собой. За окном темень, в комнате тоже. Даже свет от фонаря сквозь жалюзи не может пройти. Лишь свечение и разноцветные вспышки от игры. Пальцы побаливают, а во рту снова сухость. Хочется пить. Джисон во время таймаута выпивает последние капли из всех бутылок, всё равно не удовлетворяя свою полость рта и горло. Минхо сбоку наоборот, сидит с улыбкой и мокрыми, блестящими губами от постоянного облизывания. Хан сглатывает и потихоньку начинает чувствовать как его мочевой пузырь наполняется сильнее, чем до этого. За весь вечер он ни разу не высвобождал его и сейчас это заставляет нервничать. Дело не в том, что он стесняется пойти в туалет или что-то в этом роде. Они с Минхо лучшие друзья, знающие друг про друга всё. Просто… это щекочущее чувство внутри. Эта жидкость, давящая на стенки мочевого пузыря, который всё наполняется и наполняется, заставляя чувствовать внизу живота немного болезненное, но приятное давление. Чёрт возьми, ему нужно в туалет, иначе это воздержание может перерасти в приятное, но неловкое чувство ещё ниже. Джисон решает сыграть в последний раз, потерпев. Он очень надеется, что в этот раз его член не поведётся на это болезненное чувство внутри. Он сводит ноги друг к другу, краснея, но всё равно берётся за джойстик дрожащими пальцами пытаясь нажимать на кнопки. — Всё в порядке? — спрашивает Минхо, наблюдая за нарушенной концентрацией и вниманием парня рядом с собой, который постоянно двигался на диване, не находя своей задницей удобного положения. — Бля, мне нужно в туалет, — плаксиво шепчет он и собирается встать. Если честно, он не думал, что мочевой пузырь с такой скоростью наполнится, и что его член даже не подумает сдерживаться. Это давление, это удовольствие и нега. Чувство окрылённости и эйфории. Он был не в себе. Его мысли затуманились так сильно, что осталось только чувство там, внизу. Он мог думать лишь о нём. Его сердце забилось быстрее, а грудная клетка поднималась выше. Джисон пытался подняться с кровати, но рука Минхо на бедре пригвоздила его обратно, заставляя внутри всему перевернуться и занервничать ещё сильнее. Теперь он чувствовал, как позорно истекает большим количеством смазки из-за возбуждения. Кстати говоря, Минхо знал об этой особенности. И сейчас Джисон проклинает свою слабость и дырявый рот. Где-то неделю назад Минхо с Джисоном поехали за город на озеро отдохнуть и расслабиться. Дорога занимала примерно два часа, не много конечно, но вечное обезвоживание Хана сделало эту поездку самой неловкой за всю его жизнь. На первом часу поездки Джисон стал ёрзать на переднем пассажирском сидении, чем очень сильно раздражал Минхо. Они стояли в пробке всё ещё в городе, и всё это ожидание бесило. — Блять, успокой свою задницу, не раздражай меня сейчас! — Оу, прости, я-я просто… Мне надо срочно отлить. — Потерпи немного, когда это, — он показывает рукой вперёд. — Закончится, тогда и сходишь, чтобы все не глазели на твою плоскую задницу. Сможешь или прям невтерпёж? — С-смогу, — Хан шмыгнул носом, сводя свои ноги друг к другу. Спустя какое-то время он в нетерпении откидывает голову на спинку сидения и глубоко, видимо ещё и слишком громко вздыхает. Именно в этот момент Минхо переводит на него взгляд, анализируя с головы до… О! — Почему ты возбуждён?! Джисону хотелось плакать. — Я… — будь что будет. — Я возбуждаюсь, когда сильно хочу ссать. Только, пожалуйста, не смейся. Минхо заржал как конь. Вся эта ситуация была такой забавной. А после не выходила из головы по сей день… — Так сильно хочешь? — между беспокойством и игривостью шептал в темноте старший, ухмыляясь то ли от смехотворности ситуации, то ли от чего-то своего. — Д-да, хён. Пусти меня! — А если не пущу? Джисон в такой ситуации впервые, особенно с другом. И что подскажете делать? Ему неловко и стыдно. Коленки дрожат и становятся похожими на вату. — Какого чёрта, я ссать хочу. — Но ты возбуждён. — Как будто я не знаю. — Давай поиграем, — ухмыльнулся Минхо и повёл свою руку по бедру выше, наслаждаясь пугливым вздохом младшего. — Х-хён! — чуть ли не рыдал Джисон. Боже, из-за этой блуждающей руки все его чувства ещё сильнее обострились. А член становился так чертовски твёрд. Минхо был странным, он был не таким как всегда. Обычный Минхо заботится о нём, а этот заставляет дрожать, сжимать ноги и закатывать глаза, сосредотачиваясь на всех своих чувствах. Боже, он вроде как и хочет в туалет, но сейчас эти приятные чувства сводили с ума и давали такое наслаждение. — Я так давно хотел попробовать помучать тебя. Посмотреть, как твой жалкий маленький член будет твердеть только из-за того, что ты хочешь в туалет, — хихикал он, смотря на сжавшийся комочек. — У меня не маленький член, — Хан ударил старшего кулаком, но при движении его мочевой пузырь заныл сильнее и подал по всему телу такой сильный разряд наслаждения, что Хан не смог сдержать громкий стон. В ту же секунду он покраснел и закрыл лицо ладошками, хныкая. — Хён, ты придурок! Ненавижу тебя! Минхо дышал тяжело, кусая губу. В его глазах горел огонёк, пока он смотрел на такого Джисона. Младший, преодолев неловкость, тянет руку к своему паху, чтобы утихомирить какую никакую боль. Он прижимает её, а потом ещё и сводит ноги друг с другом. Минхо сходил с ума, наблюдая за этим. По хорошему он должен был отпустить это чудо, но почему он не может даже представить в мыслях такой исход? — Ты сможешь ещё пару минут сдерживаться? — нежно спросил Ли, держа дистанцию. — Если ты не будешь надо мной издеваться и щекотать, то д-да. — Отлично. Минхо подползает к другу и разводит его ноги в стороны своими сильными руками, обвеянными паутинками вен. У младшего изо рта вылетает громкое мычание. По бокам глаз проявляются слёзы, а эта поза и вся ситуация такая безумная и дикая. Старший хватает руку на паху, убирая её, а другой точно также прикасаясь к младшему. Хан выгибается и плачет, он сейчас слишком чувствителен. — Х-хён… — ноет он, но Минхо успокаивает поглаживанием по коленке, шепча: — Не беспокойся. Тебе будет хорошо. Он двигает рукой на возбуждении, очерчивая всю длину. Минхо чувствовал влажность от смазки и мог понять, что Джисон долго не продержится. Он мягко массировал и успокаивал маленького Хани словами и действиями. Хан выгибался и стонал, стонал и ещё раз стонал. Минхо никого не знал, кто бы был таким чувствительным. Младший вздрагивал, подкидывал свои бёдра вверх и был явно в бреду. Он уже ничего не понимал. Он утерял в этот момент способность стесняться и здраво мыслить. Ведь рука у него между ног смотрелась и чувствовалась так хорошо. Безумно. Идеально. — Боже, хён, я так хочу… — Что? Что ты хочешь, Хани? Младший плакал и подавался навстречу ласкам. — Хочу ссать, — хихикнул он, на секунду разбивая сексуальную обстановку. — А ещё хочу кончить. Оно так близко. Я себя чувствую так хорошо. — Можно я сниму твои штаны? Хан кивал как в бреду и пытался не двигаться много. Ведь каждое действие подводит его всё ближе и ближе. Его мочевой пузырь так давит и так сильно действует на его возбуждение. Минхо стягивает всю нижнюю одежду, наблюдая, как член Хана ударяется о живот и вздрагивает. Из головки безумно сильно стекает эякулят, пачкая чистую кожу. — Маленький, — смеётся Ли. — Я уже говорил, что ненавижу тебя?! — громко сказал Джисон, напрягаясь и ощущая вновь потягивания внизу. Член снова вздрагивает. Минхо не давал заканчивать. Он гладил везде, но не там где нужно. Он касался губами нежной кожи бёдер, доходил до низа живота, прижимаясь туда сильнее, заставляя Джисона кричать в экстазе. Хан нервно сжимал пряди волос старшего, боязливо осознавая, куда Минхо направлялся своими губами. Старший всасывал кожу и мычал от того, что его волосы так чертовски сильно тянут, заставляя мурашки бегать по всему телу. Он носом ведёт до головки и трётся о неё щекой. — Ах! Стой-стой. Боже, я хочу кончить, я не выдержу, мгх… — Ты в любом случае не кончишь, пока я не прикоснусь к тебе. Хан заныл и подался бёдрами, проезжаясь по щеке старшего и оставляя там тягучую прозрачную смазку. Минхо губами обхватывает кончик младшего, играясь языком внутри. Рука у основания мучительно медленно надрачивала, когда язычок шаловливо входил внутрь дырочки, выбивая из Джисона абсолютно всё. — Минхо! Твою мать, я п-правда хочу к- — Терпи! И Ли продолжил свою игру, позже продвигаясь губами ниже, очерчивая языком набухшие венки. — Пожалуйста! Мне нужно в туалет, я хочу кончить, чёрт, хён, я не выдержу! Минхо ухмыльнулся, сжал сильно член, двигая рукой на нём резко и грубо, пока другая рука потянулась и нажала на низ живота. Джисон в очередной раз крикнул, закатил глаза и выгнулся дугой, выстреливая большим количеством спермы. Он никак не мог перестать дрожать и мягко мычать. Бёдра время от времени всё ещё вскидывались. — Блять, я сейчас обоссусь, — проныл он. Слёзы высохли давно, но он выглядел всё ещё жалко. Джисон вскочил, схватив свои штаны, и с голой задницей, не стесняясь, побежал в сторону туалета. Минхо улыбнулся и устало закрыл глаза. Твою мать, что он натворил? Он помассировал переносицу, взглянув вниз. Его член был так твёрд. Он никогда настолько сильно не возбуждался от того, что ласкал кого-то. Тем более друга. Который, боже мой, хотел в туалет. Который испытывал болезненные чувства и который… так охрененно стонал. Получается, он воспользовался положением младшего и просто поигрался. Ну, в начале так и планировалось. Он хотел поиздеваться, но потом явно пошло что-то не так. Джисон возвращается вялый и радостный. На его лице можно было прочитать одно блаженство. — Наконец-то. Я думал мой мочевой пузырь не выдержит. Старший боязливо поднял глаза, но не нашёл и намека на то, что случилось. Ну ладно. Может быть и к лучшему проигнорировать всё сделанное. — О, мне кстати тоже нужно в туалет, — пытался сбежать он. — Хён, может и тебе помочь? — смущённо под нос мямлил Хан. Это не должно продолжаться. Минхо облажался и он не собирается эту ситуацию завести ещё дальше. — Нет, нет. Хани, ты не должен. — А можно мне хотя бы… посмотреть как ты делаешь это. Джисон видит в глазах Минхо возбуждение. Видит его удивлённость и такой большой бугорок в штанах. — Пожалуйста, — добивает Джисон. Старший стонет. Он смотрит в глаза Хана и тонет там. Блуждает рукой по своей груди, ещё сильнее возбуждаясь от пожирающих глаз. Зачем Джисону на него смотреть? О боже, Джисон будет на него смотреть, когда он будет получать наслаждение и… он может с точностью сказать, что умрёт от переполнения различными эмоциями. Ли запускает руку под штаны и немного подумав, стягивает их вниз, чтобы Джисон видел всё. Его рука тёплая, а член такой пульсирующий. Невольно в голове всплывает обнажённый младший, который сейчас так затуманено смотрит, закусывая губу. В таком темпе Минхо долго не выдержит. Но ему так хочется смотреть на Джисона, видеть его голодный, пошлый взгляд, и мечтать о его маленьких руках. Минхо пытается не отводить взгляда, играясь со своим членом и выгибая специально кисть, чтобы было красиво, изящно и эстетично. Он сходит с ума. Он хочет чтобы на него смотрели вечность. Он хочет чтобы им восхищались. И Джисон удовлетворяет в этом плане его полностью. Тонкий стон и дрожащие бёдра. Минхо смотрит из-под опущенных ресниц, а Хан смотрит прямо ему в глаза и на искажённое лицо в оргазме. Было так тихо. Лишь вздохи и глубокое дыхание. — Это будет, конечно, звучать максимально по-гейски, но твоё лицо во время оргазма было слишком красивое, — сказал краснющий Джисон. Старший захихикал. — То есть, всё до этого было ещё натурально? — Не натурально, а довольно-таки нормально. Я думаю. Ну, я имею в виду- — Я понял, Хани. А теперь, пожалуйста, хватит пялиться на мой вялый член. — Ой, прости, просто даже он выглядит так краси- — О боже, только не называй мой член красивым. Вот это точно звучит по-гейски.