The Ghost of Me

      Очень темно, темнота обволакивает мое тело, я буквально могу почувствовать ее. Я чувствую, она мягкая, как одеяло.. я ничего не вижу, меня это радует, я ничего не хочу видеть, никогда больше.. весь мир кажется то слишком ярким, то настолько серым и несуразным, что самому хочется выколоть себе глаза. Если бы мне предложили выбор между потерей зрения и слуха, я бы не раздумывая выбрал первое...       Как это, смерть? Может тоже просто темнота? Пожалуй, я был бы рад этому...       Я не могу уснуть уже битый час. Просыпаться от ужасных кошмаров и лежать в страхе и не в силах пошевелиться, а тем более снова заснуть стало для меня почти обычным делом. Поначалу, конечно, я не понимал, как можно жить с постоянными ужасами, которые будто только и ждут, когда ты закроешь глаза и попытаешься уйти от гадости повседневной жизни. Когда это началось, я буквально потерял свое единственное спасение - сон. Только он помогал мне уйти в такую печальную и долгожданную темноту, а что теперь...       Как и постоянная боль, паника, страх, ненависть и прочее, кошмары и ужасный сон стали моей новой составляющей.       До будильника ещё пара часов, вряд ли получится снова уснуть...       Я ничего не чувствую, почти ничего, меня больше нет. Какая глупость повторять это из раза в раз, ведь на самом деле мне очень больно, везде.       Мне придётся встать, так или иначе. Чувства вины и тревоги никогда не дают мне просто остаться в кровати, просто не прийти на уроки. Я не знаю, почему, наверное, это заслуга моих родителей. Я не встану только в том случае, если мое тело окончательно откажется шевелиться. Только когда оно будет настолько истощено морально и физически, что не будет сильно отличаться от холодного трупа, на который давит крышка гроба и двухметровый слой влажной и мерзкой земли.       Встаю. В глазах темнеет, куда уж темнее. Сейчас декабрь, светло становится только к девяти утра. Иду в ванную. Холодная вода, нет времени ждать, пока она потеплеет, умываюсь, иду в комнату. Все спят. Я ухожу раньше, чтобы не натыкаться на лишние вопросы.       Надеваю футболку, сверху рубашку и две толстовки. Мне ужасно холодно, не знаю связано ли это с моим недоеданием или постоянной потерей крови. Дальше рюкзак, надеюсь, там есть хотя бы тетрадь, кидаю туда пачку пластырей на всякий случай. Что ж… Пора выдвигаться.       Путь до остановки – 5 минут. Автобус - 10 минут. Спускаюсь во что-то наподобие метро, на котором я еду из Хобокена до Кристофер стрит в Нью-Йорке, а оттуда остается пройти еще 15 минут до старшей школы… сейчас я просто пытаюсь дойти.       Мне ужасно холодно, ветер пронизывает мое пальто и все 4 защитных слоя под ним. Надеюсь, я дойду. Каждый раз это ужасно сложно. Ужасно сложно не остаться где-нибудь в снегу или на холодной лавочке в ожидании смерти от обморожения, хотя вряд ли такое возможно при температуре едва ли ниже нуля. Не знаю, почему мне так холодно. Сложно дойти, сложно заставить себя дойти, но у меня просто нет выбора.       Улицы уже начали украшать к приближающемуся Рождеству. Яркие гирлянды на окнах магазинов, наряженные ёлочки на каждом углу и Санты. Все это очень красиво. И погода сегодня на самом деле лучше, чем обычно. Снег мелкими хлопьями спускается с пасмурного неба, искрясь и переливаясь в свете искусственных огней, ложится на мое пальто. Я всегда раньше любил это.       Прохожу знакомый перекресток, заворачиваю на Кларксон-стрит, ещё пара минут и захожу в наполненный подростками холл. Единственный плюс в том, что здесь, чёрт возьми, тепло..