Доверие

      - Серый, имей совесть, в конце концов! Сколько можно тебя звать?! Ужин остынет! - Олег плечом толкнул дверь серверной, и сначала в помещении появился поднос с блюдом под крышкой и стаканом сока, а только потом сам Волков.       Расчет был прост: раз Сергей сам не идет ужинать, то ужин придет к нему. Как оказалось, со сном работает по той же схеме.       Не успев сделать и пары шагов вглубь комнаты, Олег замер на пороге, чуть растерянно уставившись на Разумовского, спящего прямо на клавиатуре. Похоже, усталость все-таки взяла свое. А ведь он говорил ему, что нельзя постоянно сидеть за компьютером, что иногда надо и отдыхать. С самого студенчества твердил об этом!       Вздохнув, Олег тихо вышел из комнаты и спустя пару минут вернулся, уже без подноса, но зато с пледом, который тут же накинул другу на плечи.       Когда-то он без особых усилий мог подхватить его на руки и перенести на кровать, но сейчас даже не рискнул бы пытаться - Сергей значительно набрал мышечную массу, а сам он сильно подрастерял форму. Даже один единственный спарринг с Серёжей выматывал его до дрожи в конечностях, болей в груди и тяжелого хриплого дыхания, которое он еще долгое время не мог выровнять и просто молчал, чтобы не зайтись в надрывистом кашле. И едва ли он мог винить в этом только те злополучные пять пуль.       Прошло уже немало времени, но он все еще достаточно отчетливо помнил уставившееся на него практически в упор дуло пистолета и даже не дрогнувшую руку Сергея, когда он вдавил курок. Видимо, он и правда был очень везучим, раз смог дотянуть до приезда врачей, не умер на операционном столе, пришел в сознание после многочасовой операции, вообще смог встать на ноги и жить полноценной жизнью. Почти полноценной. А быть может рука Разумовского тогда все-таки дрожала или, что было вполне вероятно, он попросту не прицеливался, ведь ни одна из пуль, выпущенных в него, не стала фатальной - Олег не мог сказать наверняка, потому что в тот момент смотрел только в глаза Сергея, пытаясь увидеть в них хоть малейшее свидетельство того, что перед ним все еще его друг. Даже несмотря на то, что он уже натворил.       Именно эта мысль - один в один - стала ключевой, почему Олег примчался к нему на помощь по первому же зову. Не большие деньги, которые тот обещал, не простой в работе - ее у Волкова всегда было в избытке, а потому что друг попал в передрягу. И ни разу Олег не пожалел о своем решении, даже когда умирал на холодном полу камеры, изрешеченный пулями. В этом была какая-то особая, нездоровая привязанность, некое извращенное понятие верности. Так можно ли было во всем случившемся винить только Сергея?       Задумавшись, Олег сам не заметил как, машинально упершись в компьютерный стол задом, неотрывно наблюдает за спящим Серёжей. Тому тоже досталось от него, пусть и в несколько ином смысле.       Как долго Разумовский просидел в той камере, в одиночестве, никто из них не мог сказать наверняка - оба потеряли счет времени. Олег лишь приносил ему пищу и воду и молча уходил, закрывая за собой на задвижку тяжелую металлическую дверь. И лишь скрежетал зубами, когда до него доносились крики мольбы и громкие всхлипывания, которые потом еще долго отзывались в голове. Не то, чтобы ему нечего было ответить - он попросту был не в состоянии, все так же молча возвращаясь в свою комнату, глотая таблетки горстями и устало падая на диван. Невыносимо хотелось курить, и только вздох, болезненно отдававшийся в груди, ограждал его от этой глупой затеи.       Но все это время Олег наблюдал. Пытался понять, что у Разумовского на уме, чуть ли не ждал, когда тот, наконец, проявит свою истинную сущность и вцепится зубами в его горло или вонзит нож в спину. Хотя бы в отношении последнего - образно говоря. Он не давал ему даже пластиковых столовых приборов, а с бутылок воды стал снимать любые этикетки, когда обнаружил, что Сергей порезался о край одной из них. Едва ли он хотел намеренно причинить себе вред - это ведь было совсем не в характере Разумовского, но даже Олегу пришлось признать, что что-то произошло тогда, что изменило его. Уже дважды на его памяти, так что Волков предпочитал подготовиться к любым неожиданностям.       Впервые с того самого дня они заговорили, когда он в очередной раз открыл дверь камеры, но теперь уже хрипло выдал:       - Выходи.       Яркий свет из коридора на миг ослепил Сергея, он прикрыл глаза ладонью, а когда зрение восстановилось, испуганно поднял взгляд на визитера.       - Куда мы идем?       Волков не ответил, лишь молча отошел в сторону, открывая ему проход, и Сергей подчинился, хотя побледнел еще сильнее - похоже, он ожидал, что сейчас его казнят, например, пулей в затылок, тем более что Олег, как и раньше, держал руки за спиной - наверняка сжимал в ладони пистолет. На самом деле шприц с транквилизатором, но воспользоваться им не пришлось - Сергей не сопротивлялся, опустив голову и прикрыв глаза.       - Под ноги смотри... споткнешься, - снова раздался хриплый голос и крепкая ладонь чуть подтолкнула его вперед.       Они совершенно молча прошли по каменным коридорам и вскоре оказались в жилой части замка, впрочем, практически не обустроенной. Олег прихватил Разумовского за плечо и развернул в сторону неприметной двери.       - В ванную.       - Там меньше шансов заляпать весь дом и проще избавляться от тела? - криво усмехнулся Сергей.       Казалось, он уже смирился со своей участью.       - Полотенце на вешалке. Чистая одежда на скамейке.       - Что? - Разумовский удивленно округлил глаза, обернувшись, но Олег лишь ответил ему мимолетным взглядом и исчез за дверью в смежное помещение, оставив его одного.       В конце концов, Сергей достаточно взрослый, чтобы самостоятельно принять душ, а о том, чтобы ему под руку не попалось ничего острого, он уже успел позаботиться. С появившейся же на лице рыжей растительностью все равно придется разбираться потом отдельно.       Минут десять слышался лишь шум льющейся воды, затем все стихло, и еще спустя какое-то время в комнату нерешительно вошел Сергей, в свободной футболке и домашних брюках. Вода стекала по длинным рыжим волосам, оставляя на груди и спине влажные дорожки.       - Прекрасно. Последний штрих, - Олег извлек из кармана нож-бабочку и, щелкнув им, поднялся с дивана навстречу Сергею - тот даже отшатнулся, попытавшись закрыться руками.       Но крепкие пальцы сжали его плечо и настойчиво усадили на стул, просматривавшийся в небольшом зеркале на стене. На плечи легло махровое полотенце, скулы и подбородок щедро измазали в густой пене - и Волков принялся быстро орудовать ножом. Сергей, зажмурившись, казалось, боялся даже дышать, каждый миг ожидая, что сейчас лезвие полоснет его по горлу - и он, хрипя и захлебываясь собственной кровью, окончит свои дни прямо на этой обшарпанной каменной плитке.       Но ничего подобного не произошло.       - Вытирайся, - Олег прихватил край полотенца и прижал к его покрасневшей щеке, а когда тонкие пальцы перехватили материю, сложил нож в карман и так же хрипло добавил. - Я приготовил ужин. Свинина с овощами в сметанном соусе. Будешь?       Последнее, что Волков ожидал, - это что Сергей в тот же миг буквально сползет со стула и упадет перед ним на колени. Худые руки обвили его за талию, щека прижалась к животу - Олег ощущал, как он дрожит. А затем раздался приглушенный голос, прерываемый тщетно сдерживаемыми рыданиями.       - Прости меня... Пожалуйста... Прости...       Тогда он впервые, спустя очень долгое время, коснулся этой рыжей макушки, забурившись пальцами в длинные влажные волосы.       ***       - И долго ты уже так пялишься? - насмешливый голос заставил Олега вздрогнуть и чуть смущенно глянуть на друга.       - Ммм... Смотря насколько остыл ужин и успел ли ты выспаться.       - Черт, ужин! Прости, я кажется заработался. Но ведь можно всё разогреть, да? - осторожно предложил Сергей.       - Нет! Ни в коем случае! Это кощунство! Кроме того, я уже отложил твою порцию для дворняг... Сейчас что-нибудь новое быстро приготовлю. И только попробуй мне снова уснуть!       - Нет-нет! Всё, я бодр и весел, - решительно отложив плед, Сергей поднялся со стула, зевнул и устало потер переносицу.       - Да, я вижу, - хрипло хохотнул Олег. - Чем ты там таким занимаешься сутки напролет?       - Оооо, тебе понравится!       - Мне? - Волков с недоверчивым прищуром окинул взглядом эту сонную, но жизнерадостную физиономию и снова издал смешок. - Что-то сомневаюсь. Пойдем на кухню, расскажешь, пока я буду готовить ужин - версия 2.0.       Он первым покинул серверную; Сергей вышел следом и закрыл дверь на ключ.       - Кстати, а ты о чем задумался? Когда разглядывал меня...так откровенно, - Разумовский хитро прищурился, но Олег мастерски сделал вид, что не заметил этого, как раз входя на кухню и с ходу направляясь к холодильнику.       Один за одним на столешнице рядом появлялись необходимые ингредиенты.       - Да так, ничего особенного, размышлял, как мы докатились до такой жизни, - хмыкнул Волков.       - Как-как, увлекательно! И с огоньком.       - Определенно, - прервавшись в рассортировке продуктов на столе, Олег проследил за тем, как Разумовский уютно устраивается на диване, и скептически взметнул бровь. - Серый, а давай ты на стул сядешь? Я не хочу снова возиться на кухне и есть второй ужин в одиночестве.       Сергей хохотнул.       - Я не сплю!       - Похоже, это ненадолго. Вообще я ожидаю, что ты будешь заменять мне радио и не сломаешься в процессе. Иначе я запущу в тебя вилкой.       - Один удар - четыре дырки?       - От моих три, но тебе все равно не понравится.       - Почему ты такой злой? Только садисты не дают людям спать.       - Вот сначала поешь, примешь душ, а потом пойдешь спать. Как все нормальные люди.       - Я не как все. И я не нормальный, - усмехнулся Сергей, с трудом подавив очередной сладкий зевок.       - Кстати об этом, ты таблетки свои сегодня пил?       - Ммм...       - Забыл, да?       - Я не помню, куда засунул банку...       - И как давно?       - Со вчерашнего дня...       Олег шумно выдохнул. Не то, чтобы стоило уже вооружаться, но подобные заявления всякий раз настораживали. Не хотелось бы повторения недавней истории, когда Сергею стукнуло в голову, что напарник хочет заколоть его ножом для разделки мяса, и Волкову пришлось защищаться. Они вдвоем едва не перевернули вверх дном всю квартиру, благо, отделались всего парой царапин.       Поэтому теперь Олег подстраховывался. На кофейный столик перед Разумовским с тихим стуком, заставившим его встрепенуться, опустилась небольшая баночка. Сергей взметнул на друга удивленный взгляд.       - Купил про запас. Так что взять одну и вернуть остальное мне. Твою будем завтра искать.       - Ладно, - высыпав на ладонь таблетку, он запил ее водой из стакана, тут же подставленного под руку Олегом, и пододвинул баночку обратно к нему. - Теперь мне еще сильнее захочется спать.       - Ну уж нет. Ты обещал мне рассказ о своей очередной грандиозной затее, которая мне якобы должна понравиться.       - А, да, точно, - он улыбнулся, и Олег не мог сказать наверняка, что эта улыбка пришлась ему по душе. - Так вот. Помнишь, я как-то упоминал, что хотел бы возродить дело Чумного Доктора? Снова бороться против беззакония и наказывать тех, кто избежал заслуженной кары. Но на этот раз чужими руками.       - Нет.       - Что - нет?       - Я не стану новым Чумным Доктором.       - Я ожидал, что ты так скажешь, поэтому приступил к поиску подходящей кандидатуры на эту роль.       - А при чем здесь тогда я?       - А ты подумай... - Сергей повернулся, сложил руки на спинке дивана и, устроив на них подбородок, взглядом проследил за другом, переместившимся с чашей от стола к плите.       - Ты хочешь, чтобы я тренировал его.       - Ну, не я же, в самом деле! Ты запретил мне брать в руки любое колюще-режущее, даже колбасу себе не отрежешь!       - Ближе к теме, Серый. Ты же знаешь, я уже давно никого не тренировал. Не в той форме для этого.       - Ты в отличной форме! - воскликнул Сергей и уже тише добавил. - Принимая во внимание обстоятельства, конечно... В смысле, я имел в виду, что никто не сделает это лучше тебя. Ему пригодится весь твой опыт и знания, и только ты сможешь натаскать его достаточно, чтобы профессионально разбивать бошки, ломать конечности и выпускать киш...       - Ты увлекся.       - Да, точно. Но смысл, думаю, ясен.       - Ладно, обещаю, что подумаю. Ищи своего Чумного Доктора, а там посмотрим. Иди мой руки.       - Уже готово? - Разумовский даже приподнялся на диване, пытаясь заглянуть со своего места в блюдо, которое Олег как раз ставил на обеденный стол.       - Почти. И прихвати там вино из бара.       - Мы что-то празднуем?       - Надеюсь, что начало хорошего предприятия. Если повезет. В чем я, конечно, очень сильно сомневаюсь.       - Не замечал за тобой пессимизма, - хмыкнул Сергей.       Сполоснув руки, он прихватил из шкафа бутылку и вернулся к столу.       - Это реализм. И трезвый взгляд на вещи. Чумной Доктор в Питере... Это не может не натолкнуть на определенные мысли, а я ведь уже говорил тебе, что не уверен, что взрыв вертолета смог кого-то обмануть.       - И тем не менее меня официально считают погибшим. Или пропавшим без вести - это не столь принципиально.       - Все ли?..       Разумовский пристально уставился на друга, устроившись за столом. Их взгляды встретились.       - Есть причины для беспокойства?       - Пока не знаю. Предчувствие.       - За последние время оно ни разу не подводило...       - Не подводило...       Повисла непродолжительная пауза, которую внезапно прервал жизнерадостный голос Сергея.       - В любом случае, чего переживать раньше времени. Поживем - увидим, - улыбнулся он и запустил руку в глубокое блюдо, тут же ухватив кусок мяса пальцами... И получил плашмя ложкой по ладони. - Ай!       - Вилкой. Как минимум. Или подождать пару минут, пока я разложу по тарелкам.       - Лааадно, - уныло протянул Разумовский, упершись локтями в стол и устроив на ладонях подбородок, когда Олег совершенно спокойно выдал.       - Можешь пока взять штопор и открыть бутылку.       Сергей даже вскинулся.       - Ты доверяешь мне что-то столь... острое?       - Ты же не собираешься бросаться им в меня? - усмехнулся Волков.       - Не собираюсь.       - Тогда доверяю.       Олег едва сдержал улыбку, искоса наблюдая, как друг тут же подскочил на ноги и, прихватив бутылку, бросился к ящику с кухонной утварью. Сон словно рукой сняло, а такой счастливой улыбки на его губах Волков уже давно не видел.       Но вместе с тем он осознал и кое-что другое: несмотря на шутки, которыми они то и дело обменивались, он давно перестал опасаться, что напарник бросится на него с ножом, не говоря уже о том, что и сам Сергей, похоже, больше не боялся гипотетической мести за пять пуль. И несмотря на то, что казусы иногда случались, и, как и всякие близкие друзья, они ругались - а в их случае еще и дрались, так что кастрюли и стулья летали, - стоило давно признать, что друг без друга они уже не могут. И в общем-то никогда не могли, пусть и не всегда это понимали.