Доверие

По приезду в город шёл небольшой дождь. Парней это не сильно расстроило, ведь особых планов на первый день у них не было. Заселиться, отдохнуть, да может вечером в местную забегаловку заскочить. Съемный дом оказался меньше, чем Коуши себе представлял, даже при входе в него приходилось слегка пригибаться, чтобы не стукнуться макушкой о дверной косяк. Однако, домик по прежнему оставался довольно уютным. — Ну... Я правда в замешательстве... – Сугавара выглядел слегка поникшим, это заметили все, – Я не ожидал, что он будет маленьким, честное слово... Коуши виновато потёр затылок и опустил взгляд в пол. — А мне нравится, здесь, вообще-то, очень уютно... – Заметив, что Суга успел расстроиться, Куроо умело подбодрил связующего, – Парни, а вы что думаете? Уместимся? Сугавара смущенно усмехнулся, все же, подставлять их поездку в первый же день желания не было, но увидев бодрые кивки остальных, он быстро взял себя в руки, вернув прежний настрой. Тетсуро не обманул, внутри действительно было довольно уютно, старая мебель немного навевала воспоминания о чём-то забытом, оставленном в далеком детстве. Окна в доме были маленькими, но их было достаточно, чтобы комната была освещена без помощи ламп. На некоторых подоконниках мирно ютились красивые фиалки, а на других располагались и другие цветы, незнакомые ребятам. Первым прервал молчаливое разглядывание гостиной Ойкава, с криками о том, что собирается занять самую дальнюю от лестницы комнату. Недовольное бурчание Куроо в ответ, и быстрые шаги Акааши, который почти что в две секунды пересёк зал и спешно поднялся по лестнице. Для Ойкавы оказалось целым открытием, что этот парень может ходить настолько быстро. Даже слишком быстро. — Эй! Это было нечестно, я первый захотел занять именно ту спальню! – Ойкава стоял, расставив руки по бокам, показывая всем своим видом, что хочет отбить эту комнату у перегнавшего его Кейджи. — Захотел... Я тоже, между прочим, много чего хочу! – С затаскиванием сумки было покончено, теперь тяжелая ноша покоилась на односпальной кровати, что стояла у шкафа, – Знаешь, Ойкава, кто не успел — тот опоздал! А теперь дай мне разложить вещи. Ещё чуть-чуть и Тоору бы лишился своего носа, перед которым смачно хлопнула деревянная дверь. — Ну и пожалуйста! – Закатив глаза, парень отправился в следующую комнату. На самом деле, комнаты мало чем отличались, по-крайней мере эти две. Та же кровать, только эта стояла у другой стены, ну и шкафа не было, лишь тумба, подпирающая стену напротив. Хорошо, что хоть небольшое зеркальце есть, оно было как раз кстати. Дорогу Тоору перенёс тяжело, его два раза укачало, из-за чего им пришлось останавливаться, а Куроо напился содовой и часто просить остановиться, чтобы отлить. Пускай места на заднем сидении было и предостаточно для двоих, но все равно оба парня умлели, а выходя из машины, Ойкава уже не чувствовал ногу... В общем, горячий душ был необходим. Дождь все ещё капал, лужи растекались все больше и больше, но несмотря на это, настроение было хорошим. У всех. Даже у Кейджи. Делать было нечего, парни были все ещё уставшие после машины, поэтому вечерний поход в кафетерий отменился. Готовить не хотелось никому, но в игривом споре «камень-ножницы-бумага» всё-таки с крахом проиграл Тетсуро, ни разу не победив камень Сугавары. Было решено, либо они умирают с голода, либо от стряпни Некомовца. Но надежда в Куроо и его кулинарные способности, как всегда, умирает последней. Сидеть дома Тоору не хотелось абсолютно. Надо было что-то делать, потому что уже спустя третьей подряд рекламы по телевизору о чудо тряпке, которая сможет убрать все пятна, знатно надоела. Сугавара даже подметил, что есть ощущение, что это какая-то игра, кто выдержит до последнего. Ойкава проиграл. Парень встал с пола, показушно отряхнувшись от пыли, и, обувшись, вышел. Лило не так сильно, как казалось в доме, капюшон толстовки вполне помогал справиться с мелкими каплями, надоедливо падающими с неба. Заезжая в этот куток, Тоору даже не заметил, что участок окружён множеством деревьев, вроде как, можно даже сказать, что домишка находился в сосновом бору. Попадались и другие деревья, но преимущество действительно было у сосен и ёлок. Пейзажи в этих местах завораживающие... Куда ни глянь, картину маслом можно писать... Делать этого Ойкава не умел, но чем дольше он засматривался, тем больше хотелось научиться, в какой-то момент он даже пожалел, что не взял с собой хоть блокнота с ручкой, чтобы попытаться зарисовать красоту леса. — Стой! – Руку Ойкавы сжали прохладные ладони, тем самым подхватив его под локоть, – Смотри же, куда идёшь... — Чего... – От неожиданности, Тоору на секунду потерял равновесие, – Ты кто такая... Взгляд парня быстро забегал по державшей его девушке, явно иностранке. Появилась из ниоткуда, вцепилась в него и негодует. Кто тут ещё ругаться должен! — Что ты... Отпусти! – Нервно выдохнув, Тоору отпрянул, вырываясь из цепкой хватки незнакомки, – Пусти говорю! — Да посмотри же ты, где ты стоишь, идиот! – Девушка лишь сильнее впилась пальцами в рукава его кофты, – Ещё один шаг и ты схватишь мини-инфаркт, а если и упадёшь неудачно, то свернёшь себе шею и поверь мне, это в лучшем случае! Ойкава застыл, боясь сделать малейшее движение, настолько девушка его обескуражила. Медленно взглянув вниз, парень понял, что и сам того не осознавая забрёл на поляну, на высокой точке которой был обрыв. Не сказать, что очень крутой, но упасть с такого было бы как минимум очень неприятно. Делать ничего не оставалось, кроме как принять помощь от девушки. — Спасибо. Тоору переклинило. Он не мог оторваться от ее лица. Иностранки в Японии всегда имеют особое внимание со стороны японцев и японок, но она... Она была ещё красивее их всех. Белоснежные волосы, которые были явно покрашены, лежали на ее плечах ровными прядями. Хотя нет, не ровными. Ее причёска растрепалась, однако, это придавало ей особый шарм, и от этого она казалась только прекрасней. Сама девушка была одета явно не по погоде, одетая в длинное голубое платье, которое еле прикрывало ее щиколотки, было немного помятым, а сбоку и вовсе, испачканным в грязи. И все равно она показалась Тоору красивой, на какое-то мгновение он даже подумал, что у него просто шок после стояния над обрывом. — Станцуешь со мной? – Девушка снова медленно протянула руку, одетую в красивую перчатку, парню. Сам же он не поверил своим ушам. Она только что предложила ему станцевать с ней. Его точно надуривают. Однако, проницательный взгляд дамы, явно дававший понять, что это никакой не розыгрыш, становился все глубже и глубже. Смотря ему в глаза, она решительно взяла его руку в свою, начиная движения. Шаг влево. Шаг вправо. — Как... Как тебя зовут? – Теперь же Тоору не верил ничему, а видел бы его сейчас Ива-чан, умер бы со смеху. Казалось бы, вот он, похититель школьных сердец, красный как рак танцует вальс с незнакомкой, да ещё и наверняка двигается с тупым непонимающим лицом. — Тише, иначе ты не услышишь музыки... – Загадочно улыбнувшись, девушка изменила ритм, а в ушах Ойкавы точно появился оркестр. «Что. Блять. Происходит.» — Лозунг сегодняшнего дня Тоору, казалось, что он сошёл с ума. Он отчетливо слышит музыку. Он отчетливо видит танцующую с ним девушку. Он ощущает ее, в конце концов, всеми кончиками пальцем. Его напуганный, метающийся по всей поляне взгляд и ее нежные, поглаживающие его плечи, прикосновения. Она закружила его в танце, не давая понять, что же творится на этой чертовой поляне. Оглушающая музыка доносилась отовсюду, под ее тихие смешки и иногда до испуга громкие хлопки тарелок в оркестре. В какой-то момент Тоору даже начало казаться, что он одет не в старые джинсы с дырками на коленях, а в строгий чёрный костюм, а ее платье больше не грязное, а идеально выглаженное. И причёска, ее причёска абсолютно точно стала не такой растрёпанной. Все это настолько вскружило ему голову, что он даже зажмурил глаза, чтобы убедиться, что ему это не чудится. И нет, открыв их, он снова увидел перед собой девушку в голубом платье. Правда, он больше не был в строгом костюме, а у неё снова растрепалась причёска. — Меня зовут Татами... – хитро улыбнувшись, она снова закружила его, но на этот раз, одного. — Что ты... Ох черт... – Сил договорить не было, голова гудела, а перед глазами посыпались искры. Парню даже пришлось присесть, чтобы придти в себя. Но, когда Ойкава снова смог открыть глаза и посмотреть вокруг, он был один. И никого больше. Ни оркестра. Ни девушки в голубом платье. — Мне срочно нужно обратно в дом...