Первое задание

Примерно в полдень нас с Максом привели на окраину леса. Ритуал будут проводить в лесу, чтобы было где «разгуляться» нашим зверям, пока мы не сможем вернуть контроль. Именно так сказал Кир. Как его вернуть, говорит, поймете сами. Главное никого не сожрать и не сбежать слишком далеко.  Ну, отлично, спасибо, друг!  Разберемся. И Макс справится, однозначно. Он прям кайфует, говорит хочу стать человеком-муравьем. Придурок.  Вышли в лес, на полянке стояла женщина лет 50 и рядом с ней молодая девушка...она! Моя рыженькая Алиска! Значит женщина - знахарка, про которую Кирилл рассказывал.   Смотрю на Алису и глаз не могу отвести. Рыжая как огонь и глаза зеленые-зеленые, два изумруда! Носик вздернутый, забавный такой и губы такие ровные, нижняя чуть пухлее верхней! Какие чувственные, розовые губы. И фигурка такая вся ладненькая, сплошной идеал девушки. Стоит, глазами на меня стреляет. Сам не заметил, что смотрю на нее без отрыва. Встрепенулся, когда Макс мне подзатыльник выписал, хохотнул. Ладно, разберемся с тобой, Алиса, попозже.  Женщина эта протянула Максу кувшин, а девчушка мне протягивает. А сама глаза не опускает, смотрит прямо на меня. Глаза в глаза. Я кувшин взял и как случайно руку её задел кончиками пальцев, аж мурашками пробило от пяток до макушки.  "Стасон, ты попал!" сказал сам себе в своей голове.  Выпили мы наш настой, он же наш оборотничий напиток. Противный до невозможности, судя по запаху у меня и у Макса кувшинчики разные, главное чтобы ничего не напутали там в травушках этих. Отличие было еще и в том, что Максу руну на плече вырезали и кровь его из этой руны в кувшинчик добавили.  Зачетный коктейль, в духе Ганнибала.  Выпил до дня, стою и смотрю вокруг. Ничего не происходит. Чувствую себя идиотом. Взглянул на Балу, а он стоит и довольный такой... как кот. Хотя какой там кот... «морда медвежья».  Хотел сказать «И что дальше?», а вместо голоса хрипы только вырываются. Всхлипы одни из груди рваться стали, бульканье. И такааааая боль во всем теле, будто каждую косточку, каждую жилу вытягивают, разрушают и отращивают новую на месте старой. Все тело как будто свинцом налилось раскаленным и ощущение, что сейчас расплавится все внутри и растекусь лужей в землю это и перестану существовать. Да и хотелось на какой-то момент перестать существовать вовсе. Однажды еще в горячей точке попал в плен, вот даже их пытки не были для меня столь ошеломительно болезненными. Там я точно знал, что за мной придут и это кончится, а тут... кончится ли это не моей смертью - гарантию никто мне не дал.  Боль постепенно начала спадать, я уже было попытался вдохнуть полной грудью, но нет - это было только начало моих мучений. Если сначала боль была сравнима с переломами костей, то сейчас с меня будто кожу сдирали и каждую мышцу прокалывали раскаленной иглой. Каждую даже самую маленькую мышцу прожигало как от клейма. И даже кричать не получалось, только рык какой-то гортанный, мычание.  Упал на колени, руками в землю уперся и вижу только размытые силуэты вокруг, все поплыло. И снова я ушел в отбой сознания. Организм решил, что мне пора отдохнуть. Спасибо тебе, родненький.  Успеваю заметить охреневшее лицо Кирилла прямо надо мной и вырубаюсь.  Глубоко в бессознательное мне не удалось уйти. Чувствовал как меня несут куда-то, разговоры на уровне слышимости, положили и тормошили мое тело. А хотелось как от мух отмахнуться и сказать "дайте отдохнуть от боли". Но тело как под наркозом не чувствовал, будто бы оно не моё совсем, чужое. Как бывает, когда отлежишь руку или ногу и в ней пропадает чувствительность. И вот ты лежишь, смотришь на свою конечность и приказываешь ей двигаться, а она будто бы и не твоя вовсе, представили? Вот у меня так было со всем моим телом. Как только перестал сопротивляться своей слабости - сразу же отрубился уже окончательно.  Не знаю сколько прошло времени, но очнулся в каком-то домике в полной темноте. Решил повернуть голову, оглядеться и пожалел о своем решении. Вот что не лежалось спокойно?  Все тело ломило как после марш-броска с полной выкладкой. Будто бы я три товарных состава один разгружал, а потом по мне еще раз 10 грузовиком проехались. В общем чувствовал я себя будто бы я умер, воскрес и меня снова убили, но не до конца. Боль была не яркая, а ноющая и не в конкретном месте, а везде - окутывала меня с ног до головы. Решил не двигаться, а прислушаться к своим чувствам. Сначала сделал упор на слух. Закрыл глаза и стал вслушиваться в ту тишину, которая стояла в домике.  Слышу, как стрекочут цикады где-то в лесу, как в очаге потрескивает полено. Слышу как на улице кто-то тихонечко поет песню, какую-то мне незнакомую. Очень приятный и мелодичный голос, заслушался. Ладно, запускаем тест обоняния, стал принюхиваться к окружающим меня запахам. Основные запахи в домике - запахи разных трав, видимо я у знахарки дома, поэтому тут так трав много и разных. Даже запах каждой отдельной травки могу различить, но в силу незнания трав угадать что есть что не смогу. Вот это обоняние! Охереть... прям пять с плюсом!  Вкус испытаем потом, как и осязание. Пока шевелиться просто нет никаких сил. Я пока приклеен в переносном смысле к своей койке. Осталось зрение. В комнате довольно таки сумеречно, но можно спокойно разобрать все предметы мебели, мелкие шероховатости на досках, из которых сколочено множество полочек, а полочки все заставлены мешочками, баночками. Ну точно - дом знахарки.  В общем мне новые мои прикольчики нравятся, только вот какой из меня медведь я не в курсе. Был в отключке все интересное время.  «Какой зверь то у меня так и не понял ничерта. Где все, интересно? Как у Макса с его обращением прошло тоже любопытно» В итоге провалялся так в обиночестве с полчасика, так никто и не пришел ко мне... забыли совсем о сиротинушке, усмехнулся своим мыслям и решил еще вздремнуть.  Проснулся уже утром, выходит проспал почти сутки? Или меньше... или больше... узнаю как только увижу хоть одного человека, способного на диалог со мной.  Решил встать, и все как-то легко так и просто. Будто не было боли той адской и отключки моей с впадение в анастезийное отмирание конечностей. Встал и замер, в дверях стоит девчушка та, глазами изумрудными на меня стреляет, улыбается! А улыбка... все б отдал, чтобы мне так каждый день улыбалась. Стою и сам на неё смотрю и улыбаюсь.  - Здравствуй, Алиса! Расскажешь, что было? И давно я тут отлеживаюсь? - С добрым утром, Станислав. Давно уж отлеживаешься, дня три как. А что было я тебе сейчас расскажу. Только поесть надо и силы восстановить. - сказала, меня тихонько рукой подвнула и прошла на кухню.  - Это называется обращение. У меня оно так же проходило нестандартно как и у тебя, - раздался голос с кухни, - я же могу перейти на "ты"? - выглянула с кухни и улыбаясь смотрит на меня внимательно, ответ ждет. - Конечно перейдем на Ты. А что значит нестандартно? Вы моего зверя-то видели?  - Нет не видели еще, обращение не закончено. - услышал снова голос с кухни.  - Не закончено? Если ты сказала, что прошла через это же, то и ты испытывала такую же боль? - Да, было довольно таки тяжело. Поэтому я тебя понимаю. Но мое обращение прошло за два дня, а у тебя прошло уже три и процесс еще идет. Это тоже необычно, слишком долго.  - Выходит моего медведя никто не видел?  - Он сам появится, но когда сказать сложно. Обычно в моменты эмоционального потрясения выходит животное, чтобы спасти своего хозяина или того, кто ему дорог.  - Понятно, - задумчиво протянул я, усаживаясь за стол, на котором уже было все накрыто.  - Да уж так и понятно, - хохотнула рыжуля и уткнулась в кружку с травянным чаем.  А я мог только и улыбнуться ей, права ведь во всем, ничерта мне не понятно, абсолютно. Но разберемся по ходу пьесы. - - Алис, а ты расскажешь мне про волков и это предназначение?  После этого вопроса такой взгляд на себе поймал, что если бы взглядом можно было бы убивать, то я уже был бы мертв... дважды... ой нет, трижды.