Заклиная танцем
3 июля 2021 г., 20:58
Весёлая музыка, громкий звук взрывающихся в небе фейерверков, красивые бумажные фонарики, приятный запах уличных угощений, нарядные ханьфу и тысячи счастливых улыбок. Всё это приятное безумие праздника наполнило королевство Мэй на ближайшие несколько дней, а всё потому, что у принца Яна было день рождения. Сегодня все песни, все танцы, все улыбки и все эмоции были отданы в дар именно ему, будущему королю. А этот юноша и был тому рад, он восседал на троне и наблюдал за всем честным народом свысока, с лёгкой ухмылкой на лице и откровенно хохотал, когда очередной шут показывал номер.
Народ обожал принца Сюэ Яна, ведь тот был ближе всех к простому люду. Он был именно тем, кто постоянно выходил в город и помогал местным жителям, а что уж было говорить о его заклинательских талантах? Наследник королевства Мэй был действительно достойным и на редкость благородным юношей, хоть и характер у него был не совсем сахарным.
— А-Цин, пойдём уже из этого душного дворца и прогуляемся. — проговаривает он и встаёт со своего трона, прихватив со стола клубнику в карамели. Девушка, что сидела рядом с ним, также поднимается и широко улыбается, чуть ли не вприпрыжку побежав прочь из большого зала.
— Хэй не торопись так! Всё успеем посмотреть, глупышка! — все в королевстве знали, что для Сюэ Яна, А-Цин была дорогим человеком и только ей, он позволял, быть с собой максимально близко. Лишь с этой нагловатой девчушкой они вечно спорили, буквально дрались за последнюю конфету за столом, а ещё только она рассказывала ему удивительные истории из народа, которые Ян с удовольствием слушал.
— Братец Ян, если мы не поторопимся, то все лавочки со сладостями закроются и фейерверки закончатся! — нетерпеливо говорила она и буквально тащила юного принца быстрее вон из дворца.
На улицах города оказалось ещё веселее, чем в самом дворце, как и предполагала А-Цин шёпотом на ухо принцу. Здесь люди сами пели какие-то незамысловатые песни, будто сочинённые прямо здесь и сейчас, водили хороводы, играли в разные потешные игры и зазывали народ для большей массовости. И если вы когда-нибудь задавались вопросом, будет ли человек из королевской семьи бежать с огромной скоростью в толпу людей, которые играли в что-то похожее на чехарду..? То вот вам ответ: будет! И ещё как будет! Особенно тогда, когда его младшая названная сестрёнка этого так давно хотела.
А-Цин вместе с Сюэ Яном подобно маленьким детям играли с горожанами со звонким смехом и весёлым настроением. Они много гуляли, покупали разные безделушки, которые складировала к себе девушка, принцу же было достаточно видеть её улыбку. Пока в один момент А-Цин, не застыла на месте.
— Хэй, глупышка, чего встала как вкопанная? — спрашивает Ян и переводит своё внимание туда, куда был направлен взгляд девушки и на мгновение, он также застывает на месте. Посреди ярких красных праздничных цветов ханьфу, выделялся очень сильно один силуэт, который подобно лебедю медленно плыл сквозь толпу. Он никого не задевал, но если его останавливали, этот силуэт кротко улыбался и что-то говорил, а после делал такой плавный жест, будто взмах крыла птицы, и явно благословлял остановивших его людей на новые свершения.
— А-Цин… Это кто? Почему я его раньше не видел? Я вообще не помню, чтобы у нас такой монах был в королевстве. Да что там говорить, храм то находится у нас во дворце, всех монахов я знаю лично. Но, этого я никогда не видел. — принц говорил негромко, но девушка прекрасно могла его слышать. Однако по какой-то причине она продолжала стоять и не говорить.
— Хэй! Я с кем разговариваю? — юноша потряс девушку за плечо и та всё-таки отмерла. Её глаза были большими от удивления, а улыбка такая широкая, что Сюэ Яну даже показалось, что его названная сестрёнка, мягко говоря, сломалась.
— Ты в порядке?.. — говорит с осторожностью, вглядываясь в её глаза и вновь слегка встряхивая за плечи. А девушка лишь заливисто смеётся и смотрит на принца с непередаваемым лицом.
— Ты что братец Ян? Совсем что ли не помнишь легенд и сказок, что я тебе рассказывала? — она кивает в сторону монаха в белом и, приблизившись к уху Яна, начинает говорить своим загадочным голосом:
— Существует легенда, что на свете есть один странствующий заклинатель-монах. О его добрых и праведных деяниях мир полнится песнями и былинами, и нет ни одного королевства, клана и даже маленькой деревни, где бы такой светлый человек не оставил свой след. Если в каком-то месте разбушевались тёмные силы, даочжан в белом появлялся почти сразу, и никто не знал, как он оказывается всегда там, где так нужен. Говорят, что этот монах отличался от всех других… — но принц, как и во время любых рассказов А-Цин не может сдержаться и влезает в рассказ своим вопросом:
— И чем же он отличался? Если ты мне начнёшь говорить сейчас что он там был неземной красоты, статен и вся такая чушь, то избавь меня от этого. — уж очень принц не любил, когда про кого-то пели великие дифирамбы, ведь он считал, что не внешность была главным показателем своего «Я», а поступки.
— О нет, братец Ян, в легенде речь шла совсем о другом, об уникальной способности, которую он развил в себе сам. — Сюэ Ян не скрывал заинтересованного выражения лица и смотрел то на говорящего юношу в белом, в толпе зевак, то на лицо дрожащей сестры, которая слишком уж хитро улыбалась.
— Те, кто хоть раз видели то, какой этот даочжан в бою, всегда оставались в изумлении и полном очаровании… А всё потому, что он заклинает не только своим мечом, молитвами и талисманами… Ходят слухи, что он может уничтожить нечисть при помощи особого приёма, заклиная танцем. — на этом моменте девушка остановилась, так как увидела, что на лице принца отразился самый настоящий шок.
— Подожди… Что? Заклинает танцем? Это как так вообще? — А-Цин лишь с пониманием его похлопала по плечу и продолжила свой рассказ.
— Люди отмечали, что стоило им это увидеть, как сердцебиение у них учащалось, а голова кружилась, а кто-то и вовсе падал без чувств. Вот только такой эффект, полного очарования и восхищения, приходился лишь на человека. Однако… Стоило увидеть эти танцы какой-то нечисти, как её могло разорвать на куски. Никто не мог толком объяснить, что это за странная, но очень красивая техника боя, а потому, это и стало легендой. Ведь все говорили, кто-то видел, но доказательств существования техники «заклинания танцем» никогда не было… — дослушав рассказ своей сестры, Сюэ Ян вновь повернул голову в сторону юноши в белом.
— Хочешь сказать… Этот монах, это тот, что в твоей легенде? — и девушка уверенно кивнула головой несколько раз в подтверждение слов.
— А с чего ты вдруг это взяла, если это всего лишь легенда? — А-Цин снисходительно улыбнулась своему названному брату и проговорила в ответ:
— Потому что, эту легенду придумали люди в наше время. И имя этого монаха-заклинателя все знают, его зовут Сяо Синчэнь. И я уверена на все сто процентов, что это именно он. Всё потому, что помимо такой техники боя, он всегда ходит в повязке на глазах. Ну, а кто стоит перед нами? — она кивает в сторону монаха в белом и только сейчас Сюэ Ян обращает внимание на то, что в его тёмных волосах была видна светлая лента, а когда тот повернулся к ним на мгновение лицом, то он увидел… Что это вовсе не лента, а самая настоящая повязка на глаза.
— Он слеп? — недоумённо проговорил принц, не отрывая взгляда от тонкой и красивой фигуры, продолжил говорить:
— Может стоит его пригласить во дворец, если это действительно Сяо Синчэнь? — девушка посмотрела на него с неким вопросом в глазах, но видя лицо брата, которое явно оценивало монаха, лишь кивнула.
— Тогда пойдём и спросим кто он. — А-Цин подхватывает брата за руку и тянет к юноше, что уже отошёл от толпы и шёл к ним на встречу, пересекая улицу.
— Даочжан! — окликивает девушка и юноша в белом останавливается, направляя голову в сторону звука и разворачиваясь к двум людям лицом.
— Да? Вы что-то от меня хотели? — его голос был мягким и нежным, будто и не говорил вовсе, а пел и этот факт определённо не на шутку смутил принца, ведь он в жизни не слышал столь мелодичных голосов.
— Меня зовут А-Цин, а это Сюэ Ян. И мы бы хотели узнать, не про Вас ли слагают ныне легенды разные? — даочжан лишь снисходительно улыбается и приопускает голову, помотав ей из стороны в сторону.
— Скажу честно, не имею представления, о каких таких легендах Вы говорите, госпожа А-Цин и господин Сюэ Ян. И прошу простить меня, что не представился, я Сяо Синчэнь. — он сложил две ладони вместе для приветственного жеста и поклонился достаточно учтиво.
Услышав необходимое имя, принц заметно оживился, ведь это впервые, когда объект сказок А-Цин стоял прямо перед ним. Да ещё и история была крайне интересная. Заклинать танцем? Это же полный бред и быть такого не могло совершенно. Не возможно это, танцем, убивать, нечисть! Сюэ Ян просто не верил, ведь он сам днями напролёт тренируется в техниках боя, чтобы защищать своё королевство Мэй. И он никогда не слышал о подобных техниках, чтобы просто танцевать, да ещё и убивать.
— Даочжан Сяо, а Вы знаете, где сейчас вообще находитесь? — внезапно задал вопрос Ян, и внимание Синчэня перешло в его сторону, он кивнул и произнёс:
— Конечно же, знаю. Я прямо сейчас в королевстве Мэй и сегодня тут большой праздник, день рождения юного принца. Я, собственно шёл мимо столицы, но… Услышав много шума, пошёл на него, ведь, хоть всем и кажется, что во время праздника зло спит, но на деле, такие большие скопления людей по среди ночи, могут быть опасными. — даочжан явно тяжело вздохнул и Ян обратил внимание на то, что юноша был бледен, как и его собственное одеяние. Он видел, что Сяо Синчэнь был изнеможен дорогой, а скулы его были слишком яркими от излишней худобы
— Ну, раз Вы знаете, где Вы находитесь, то позвольте пригласить Вас посетить мой дом. Что скажите, даочжан Сяо? — юноша в белом на мгновение даже растерялся от такого предложения, но всё же, имея свои рамки приличия ответил сдержано и вежливо.
— Господин Сюэ, это очень великодушно с Вашей стороны приглашать к себе в дом меня, но Вы же меня совсем не знаете, да и мне неудобно теснить Вас. Так что, я, пожалуй, откажусь от Вашего предложения. — он улыбается мягко одними лишь уголками губ и принц готов поклясться, что эта улыбка какая-то по особенному обаятельная, ведь он не удержался и улыбнулся в ответ.
— Ооо нет, даочжан Сяо! За то, что Вы будете нас теснить можете не переживать, у нас очень большой дом. — он по-доброму усмехается и наблюдает за лёгким недоумением на лице монаха.
— Сяо Синчэнь, а Вы случайно не знаете имени наследника престола королевства Мэй? — А-Цин смышлёная девушка и решила помочь своему брату затащить даочжана к ним в дом, но нужно было правильно надавить и это давление, явно сработало.
— Конечно, знаю, наследника зовут Ян, а полное имя Сюэ Я… — он на мгновение прервался и осознал одну важную вещь, которая с ним сейчас произошла.
— Ваше Высочество? — он проговорил без малого удивлённого и обескуражено. Да что уж было говорить, даочжан Сяо буквально покраснел от стыда, что не узнал наследника престола, который стоял прямо перед ним сейчас.
— Да, даочжан Сяо, всё верно. Ну, так что? Пойдёте к нам во дворец дорогим гостем? — Синчэнь моментально делает более низкий и учтивый поклон и кротко кивает головой.
— Простите мне мою дерзость, Ваше Высочество. Я, к сожалению, не имею возможности видеть, я бы узнал Вас, если бы мог… Конечно же, я не посмею отказать принцу и имениннику в его желании. — Сюэ Ян на это, взял руку даочжана в свою, а второй подхватил А-Цин.
— Тогда отправимся же. И даочжан Сяо, называйте меня просто Яном, ну или… — он задумывается на мгновение и девушка добавила за него.
— Или А-Яном! Как меня А-Цин, так и его можно А-Ян. — она широко улыбается и принц лишь усмехается её вечному оптимизму.
— Хорошо, Ваше… А-Ян, я буду называть тебя так. — он улыбается и идёт вместе с принцем и А-Цин в сторону дворца…
Внутри главного зала шум так и не стихал. Музыка, танцы, смех и улыбки, кажется, лились из каждой стороны. Все поднимали тосты за здоровье принца Яна и за долгие годы его правления. Слушая всё это, даочжан Сяо невольно улыбался, ведь он явно чувствовал, как же всё-таки народ королевства Мэй обожал своего принца и тоже преисполнялся тёплыми чувствами.
— Народ тебя очень любит, А-Ян. Это достойно похвалы. — принц словно завороженный его голосом уставился на Синчэня и проводил его за свой стол, за которым разрешалось сидеть только ему и А-Цин.
— Ваше Высочество, Вы привели гостя? — спрашивают советники, к которым Ян никогда и ни за что не прислушается.
— Именно так, это достопочтенный даочжан Сяо Синчэнь. Прошу оказать ему должное уважение, он приглашён к нам, как дорогой гость. — после слов Сюэ Яна все немного зашептались и даже затихли. Однако, самого принца это никак не смутило, собственно, как и даочжана Сяо.
— Я так понимаю, Сяо Синчэнь, ты не пьёшь? — на что получает утвердительный кивок.
— Тогда позволь я помогу и налью тебе чаю. — Сюэ Ян прекрасно ощущал, пока вёл Синчэня до дворца, что тот явно совершенно ничего не видит, а значит и простое наливание чая не в идеальной тишине могло стать для него проблемой.
— Премного благодарен тебе, А-Ян. — проговаривает заклинатель-монах и принимает в свои руки чашу с чаем, которую бережно вручил ему Сюэ Ян…
Празднование шло своим чередом, каждый пытался переплюнуть предыдущего в своём тосте за их прекрасного принца, многие старались подойти к Яну лично и попросить его выпить вместе с ними. Отказывался ли принц королевства Мэй? Ни в коем случае! Хоть он был и молод, но в своих навыках пития вина мог переплюнуть многих. Но, то ли слишком жаркий день, то ли сильная усталость от долгого и насыщенного дня, и принца всё же смаривает. Молодой господин припадает щекой на плечо даочжана Сяо, что спокойно сидел рядом скромно попивая чай, и принимая угощения то от самого принца, то от А-Цин.
— А-Ян? С тобой всё хорошо? — проговаривает и поворачивается поближе лицом к принцу Сюэ. Он принюхивается и понимает, что молодой господин элементарно опьянел от выпитого алкоголя.
— А-Цин, думаю, принцу пора отдохнуть, давай я помогу его дотащить, а ты отведёшь куда нужно? — девушка моментально поднимается с места и подходит ближе, трогая лоб своего названного братца. Она смотрит на его покрасневшее лицо и недовольно цыкает.
— А я ему ещё днём говорила не напиваться и не соревноваться со всеми подряд! — девушка недовольно топает ножкой и Синчэнь это прекрасно замечает, так как слух его никогда не подводил.
— А-Цин, завтра отругаешь А-Яна, а сейчас надо увести его, а то мало ли что подумают советники. И я кое-что сделаю, чтобы всем казалось, что он сам идёт. — монах достаёт из кармана небольшой талисман в виде бумажного человечка и читая не особо длинную молитву приклеивает талисман на плечо Сюэ Яна. Он кивает девушке, подав знак, что всё готово и та громогласно объявляет:
— Его Высочество принц Ян благодарит всех за поздравления! — после чего Сюэ Ян поднимается одновременно с Сяо Синчэнем, и, конечно же, все смотрят именно на принца, который немного склоняет голову, прощаясь со всеми в большом зале, и идёт прочь прямиком за А-Цин. И если бы все не были так пьяны и невнимательны, они бы точно заметили, что молодой господин Сюэ повторял буквально каждое движение за монахом, что был буквально в метре от него.
Все трое вышли из зала и стоило им оказаться без посторонних глаз, как Сяо Синчэнь аккуратно убирает талисман и подставляет принцу своё плечо.
— Веди, А-Цин. — проговорил он негромко и следуя за звуком шагов направился за девушкой придерживая принца, что был почти в бессознательном состоянии.
— Куда вы меня ведёте..? — еле проговаривает Ян и сильнее хватается за Синчэня обхватывая его талию, вместо подставленного плеча.
— В Ваши покои, Ваше Высочество. — проговаривает даочжан на автоматизме и тут же чувствует как его еле ощутимо пихают в бок.
— Я же говорил не звать меня так..! — недовольно бормочет Сюэ Ян и Синчэнь не сдерживает доброй улыбки.
— Прости, А-Ян, на мгновение забылся. — поход до покоев проходит без особых происшествий, однако на самом пороге А-Цин останавливается, открывает двери, но не входит внутрь.
— Даочжан Сяо, дальше Вы без меня. Его кровать сразу прямо, побудете с ним, хорошо? Так как гостей в зале ещё много мне нужно туда вернуться, чтобы в случае чего А-Яна не беспокоили. А то знаю я этих пьяниц, резко захочется государственные дела пообсуждать и побегут искать принца! — девушка улыбается и хоть Сяо Синчэнь этого не видел, но он это определённо слышит, улыбка в голосе всегда слышна.
— Хорошо, А-Цин, я присмотрю за ним. Можешь не волноваться, и, как всё закончится, хорошенько отдохни, у тебя тоже был тяжёлый день. — девушка неподдельно удивляется, и как этот слепой монах узнал о её усталости? Они точно познакомились в конце дня, так откуда?
— Я слышу твою походку, она стала тяжелее, чем тогда, когда мы встретились. Так что, отдохни. — он будто прочитал её мысли, отчего А-Цин смутилась и резво побежала обратно в зал, не смотря на свою усталость.
Когда в коридоре стало тихо, даочжан Сяо всё же вошёл в покои принца. Сюэ Ян же обнимал сильнее и будто совсем не хотел выпускать монаха из своих рук. Молодой заклинатель предельно аккуратно смог уложить принца на его кровать и на ощупь закрыл дверь в помещение.
— Сяо Синчэнь… — тихо зовёт Сюэ Ян и тянет руку в сторону белого силуэта, что через пару мгновений оказался совсем рядом.
— Что такое, А-Ян? Тебе дурно? — монах касается руки принца и нащупывает его пульс, читая его и выясняя состояние Яна.
— Я сейчас… — Синчэнь отходит от кровати Яна и на ощупь старается найти необходимое в его покоях. Вот руками он нащупал стол, а на нём кувшин и поднёс его к своему лицу, нюхая содержимое, то оказалось вода, то, что ему и было нужно. Продолжив осмотр стола заклинатель обнаружил небольшую чашу для того чтобы можно было пить, а также глубокую тарелку. Проверив их на чистоту он сам себе кивнул и прихватил всё необходимое. Вернувшись к кровати он аккуратно коснулся руки принца вновь и усадил его к изголовью.
— А-Ян, вот, пожалуйста выпей. — он поднёс чашу с налитой водой к его губам и услышав тихое согласие аккуратно стал поить юного господина. Достав из своего кармана небольшое круглое снадобье он протянул его.
— Сил нет… — еле ответил принц Сюэ и даочжану Сяо ничего не оставалось кроме как руками прикоснуться к лицу и аккуратно вложить лекарство в рот, снова подставляя воду.
— Даочжан Сяо, а ты красивый.. — с хитрецой в голосе проговорил Ян и резко ухватился руками за плечи даоса, рассматривая его слегка растерянное лицо.
— А-Ян, ты пьян, лучше отдыхай. — заклинатель мягко убирает руки принца от своего лица и тянется к глубокой чаше с водой. Он достаёт из своего кармана белый чистый платок и обмакивает его в холодной воде.
— Что ты делаешь? — принц наблюдал за всем этим и не понимал, зачем Синчэнь делал эти странные махинации.
— Ты сейчас не чувствуешь, но ты разгорячён. Я сделаю холодный компресс на голову и твой хмельной разум быстрее очистится. — спокойно проговорил даочжан Сяо и всё же положил мокрую ткань на лоб принца и подержал некоторое время.
— Спасибо. И правда, кажется, что легче. — юный господин Сюэ даже и представить не мог, что за какие то пол часа, его из полностью пьяного состояния выведет вода и какое-то лекарство. Но, больше всего его поражало то, что всё это время Сяо Синчэнь не отходил от него, менял повязку на лоб, что время от времени нагревалась, и постоянно поил его. Это определённо было приятно… Да когда забота не была приятной?
— Синчэнь, а ты не мог бы принести веер? Думаю, с ним мне ещё лучше будет. — даочжан Сяо на мгновение призадумался, а после улыбнулся уголками губ и кивнул в знак согласия.
— Хорошо, только, где он примерно у тебя лежит? — забыться про слепоту даоса было слишком легко, ведь тот с повязкой на глазах делал всё аккуратнее и правильнее, чем люди зрячие.
— Почти у входа весит, на стене справа. — выслушав указание заклинатель поднялся с края кровати и направился в нужном направлении. А Сюэ Ян, не упустил возможности пронаблюдать за столь элегантной и мягкой походкой. И стоило Синчэню взять в свою руку веер, как Ян заметил, что держит он его слишком уж красиво, но, на стене их оказалось несколько.
— А-Ян, а какой именно? — спрашивает Синчэнь и поворачивается полубоком.
— Раскрой их для меня, я скажу какой. — даочжан не видит в этой просьбе ничего странного, но на деле принц решил проверить, правда ли это, что этот заклинатель ещё и танцует. А подобное можно было слегка определить по тому, как он держит и раскрывает веера.
Резкие взмах и сразу два веера раскрылись в руках даоса от чего юный господин охнул, так как не ожидал подобного. Он быстро осматривает руки монаха и убеждается в том, что тот действительно всё делал по особенному. И… Он действительно выглядел сейчас безумно очаровательно. Алкоголь, видимо, так и не выветрился.
— Тот, что у тебя в правой руке. — проговорил Ян и продолжил наблюдать за слишком уж грациозным заклинателем.
— Сяо Синчэнь. — позвал он и принял из рук его веер, обмахиваясь.
— Откуда появилась твоя повязка на глаза? Ты всегда был слепым или нет? — Синчэнь кажется даже не удивился такому вопросу в лоб, он лишь тихо вздохнул и присел на стул рядом с кроватью принца.
— Нет, я большую часть своей жизни видел. А появилось моя слепота из-за того, что очень сильно стремился овладеть одним знанием, одной техникой боя. Эта техника всегда что-то забирает в обмен на владение ей. Многие во время её изучения погибали от искажения ци… Я тоже думал, что не смогу с ней совладеть, но… Как видишь, я здесь, но лишён зрения. — в его голосе не было и толики печали или хоть намёка на то, чтобы его пожалели и сказали парочку утешительных слов. Ян прекрасно видел, что этот даочжан ни о чём не жалеет.
— Сяо Синчэнь, у меня ещё один вопрос. Как я слышал из легенд о тебе, ты красиво танцуешь, это правда? — заклинатель лишь на мгновение замешкался, явно обдумывая, согласиться ему или нет, но всё же коротко кивнул.
— А для меня станцуешь, Сяо Синчэнь? — юноша перед ним заметно покраснел и явно смутился от такого внезапного вопроса.
— Прошу, Синчэнь, я так люблю смотреть на талантливых людей. Станцуй для меня. — пока Ян говорил, он тихо слез с кровати, оставляя веер на ней и подошёл к даочжану обхватывая его руки и совсем мягко их целуя.
— Сяо Синчэнь, тебя сам принц королевства Мэй просит, могу и на колени даже встать. — и он показательно стал опускаться, но даочжан хоть и был смущён, но не мог допустить, чтобы перед ним кто-либо вставал на колени, и уж тем более принц королевства. Заклинатель приподнимает принца и усаживает на своё место.
— Хорошо, если принц так просит, я исполню танец. — он скромно улыбнулся и покачал головой из стороны в сторону, по нему было понятно, что подобную просьбу ранее, он никогда не выполнял. Но, видимо, всё бывает впервые.
Сяо Синчэнь вышел в середину комнаты и мягко опустился на колени, подбирая под себя ноги и усаживаясь. Он сидел спиной к принцу и ровно дышал. И такой странной подготовки к танцу Сюэ Ян никогда не видел.
— Мне кажется или ты медитируешь? — на что видит молчаливый и краткий кивок.
— Может мне сыграть для тебя, чтобы тебе было проще настроиться? Да и с музыкой танцы это куда лучше… — но, он не успевает договорить, как даочжан приподнимает одну руку в жесте, который обычно используют монахи при заклинательстве молитвами.
— Дай мне минуту и ты услышишь музыку без инструментов… — не громко говорит Синчэнь и плавно подобно змее его рука начинает опускаться вниз к его телу, а через мгновение уже две изящные и тонкие руки поднимаются вверх такими же волнообразными движениями. Монаха будто начинает немного покачивать из стороны в сторону, а его руки словно описывают большой круг и плавно двигаются по воздуху.
— Красиво… — невольно вырывается из Яна и он продолжает заворожено смотреть, пока внезапно и вправду не начинает слышать какую-то тихую мелодию, что кажется становится громче.
Взгляд принца полностью прикован к медленно танцующему даочжану, который уже слегка привстал на колени и слишком уж соблазнительно стал двигать своими бёдрами из стороны в сторону, а его руки взмывались над головой, будто оглаживая друг друга. Лёгкими покачиваниями и волнами он поднимается вверх на ноги. А когда поворачивается лицом к Сюэ Яну… То у того начинает сердце биться чаще, что юный господин невольно за него хватается, но взгляда отвести никак не может.
Синчэнь двигался плавно, грациозно, будто плыл по небольшому участку комнаты. Его руки подобно крыльям лебедя то поднимались, то опускались, при всём этом будто ни одна частичка его тела не была без действия, подобно змее он извивался руками, своим телом, а его ноги мягко переступали с одного места на другое. В какой-то момент даочжан Сяо и вовсе наклоняется и приподнимает одну ногу вверх и кто бы мог подумать, что у него была на столько хорошая растяжка. Он выпрямил свою ногу так, что встал ровной линей, но эти руки… Просто не давали принцу Яну покоя. Как умалишённый он наблюдал за тем, как монах опускается на мостик совершенно без рук и подобно морской волне укладывается на пол, как на берег. Его ноги согнуты в коленях и слегка разведены и Сюэ Ян готов поспорить что точно видит нижние одежды этого прекрасного заклинателя в белом. Музыка в ушах становится слишком громкой, она воспаляет и хочется просто встать и подойти, но… Яна будто прибило неведомой силой к стулу. Ему хочется позвать даочжана, но звук просто не выходил из него.
Заклинатель проводит руками вдоль своего тела, колен и красиво приподнимает ноги, тянет носочки и вновь принимает сидячее положение. Он стоит на коленях прямо в пару метрах от стула на котором сидит принц и на четвереньках делает шаг в его сторону.
— Ох… — первый звук, что вырывается из губ Сюэ Яна оказывается блаженным стоном. Он хочет прикрыть себе рот рукой, но не может, как и закрыть глаза и больше не смотреть, тоже не может. Даочжан перед ним отклоняется всем телом назад и вновь рисует замысловатые узоры своими руками, а его тело кажется и вправду стало морем, в котором принц тонет всё сильнее и сильнее с каждой минутой.
Музыка меняет свой ритм на более быстрый, кульминационный, и Сюэ Ян отчётливо понимает, что его сердце слишком уж сильно бьётся, а его возбуждение от простого танца растёт в геометрической прогрессии. Танец же даочжана стал более ритмичным и его белые одеяния стали рисовать всё новые и новые картины. А язык его тела и вовсе буквально сводил с ума принца. От каждого нового движения бёдер, Сюэ издавал тихие постанывания, кусая собственные губы.
— Дао…Даочжаан… — тихо зовёт и смотрит на лицо Сяо Синчэня, на котором на мгновение проскочила смущённая улыбка, но он не остановился, а лишь продолжил танцевать. На мгновение Сюэ Яну даже показалось, что перед ним и вовсе не человек, а самый настоящий яо, который точно скоро овладеет его разумом окончательно.
Синчэнь закружился в танце при этом касаясь своего тела и иной раз волнами будто выбрасывал собственные руки. И от каждого поворота, от каждого выброса, Яну словно перекрывало дыхание. Монах двинулся в танце чуть ближе к принцу и вновь стал выводить восьмёрки своими бёдрами, а также руками выписывал узоры. Последней каплей стало то, как Сяо буквально опустился, почти что в полу метре от принца, на колени и будто описал своё тело руками. По рукам Сюэ Яна прошёлся какой-то разряд тока, он будто сам провёл руками по телу монаха и обжёгся этим. Синчэнь касается руками своего лица и будто оглаживает его, далее проводит по волосам, шее и ниже по телу… И в момент, когда он добрался до собственного пояса аккуратными пальцами, принц Сюэ не выдержал и открыто застонал вслух, а телом обмяк и откинулся головой на спинку стула.
Музыка начала стихать, а Синчэнь вновь уже был спиной к принцу и садился в позу для медитации. И когда его руки оказались в покое прямо на коленях собственных, всё успокоилось и Сюэ Ян почувствовал облегчение.
— Сяо Синчэнь… Ты только что, одним своим танцем заставил принца испытать небывалое удовольствие. — он привстаёт на ватных ногах со стула и кладёт руку на свой пах, понимая, что хоть он и получил разрядку, но этого было мало.
— Я очень рад, если тебе понравился мой танец А-Ян. — кроткая улыбка даочжана Сяо выбивала окончательно из колеи. Принц Сюэ как-то слишком уж тяжело выдохнул и медленно стал подходить к нему.
— Это и была твоя техника боя? Я же прав? — оказавшись в каком-то полу метре от монаха он откровенно стал его рассматривать и облизнул собственные губы.
— Да, это была она. На людей она действует по особенному… — Синчэнь не успевает дорассказать, что бывает с одними или другими людьми, как его резко хватают за руки и прижимают к себе, перехватывая за талию.
— А-Ян..? — его лицо выражает недоумение, а после он чувствует что-то мягкое и горячее на собственных губах, это что-то сминает его губы и заклинатель невольно замирает осознавая, что произошло.
— Тебе не нравятся поцелуи принца, даочжан Сяо? — юный господин говорит в губы монаха и наблюдает за тем, как его лицо краснеет.
— Мне нельзя подобным заниматься… — голос слегка дрожит, но его щеки мягко касается рука принца и оглаживает, успокаивая.
— Прости, даочжан, но ничего не могу с собой поделать, ты очаровал меня. Всё прямо так, как в легендах о тебе. Слишком очарователен… — принц смотрит на совсем смутившегося монаха и подхватывает его на руки, после укладывая на кровать и нависая сверху.
— Сюэ Ян… А-Ян… Я не могу… — но его уста вновь накрывают губами, затыкая и не давая говорить.
— Просто проведи со мной ночь. А на утро подумаешь о своём пути дао. — новый поцелуй и принц чувствует слабый, но ответный поцелуй, совершенно неумелый и такой нежный… Кажется, «заклинательство танцем» куда сильнее, чем можно было только вообразить…
***
На утро голова Сюэ Яна буквально раскалывается. Он привстаёт на локтях в своих покоях и смотрит на прикроватную тумбу, на которой стоял кувшин с водой и чаша. Налив себе воды, он выпил сразу всё сохраняя воду в щеках и в этот же момент повернул голову чуть вбок... Вода, что он так старательно наливал, моментально выбрызгивается из его рта в другую сторону, ведь то, что он увидел не поддавалось вообще никакому объяснению. Сбоку от него в обнимку с подушкой мирно спал оголённый даочжан Сяо. На его шее, руках и немного ниже красовались яркие отметины от укусов и жарких поцелуев. Повязка с его глаз съехала и теперь казалось, что он не был слепым, а просто спал после… — Я что совратил монаха..? — спрашивает он не громко и тут же вздрагивает, так как слышит тихий и немного хриплый ответ на свой вопрос. — Нет… По твоим словам, в случившемся виноват я, и я буду нести за это ответственность всю жизнь, служа при твоём дворце. — Синчэнь как-то слабо улыбается и приподнимается на локтях. — Раз я так сказал, значит так и есть. Отныне ты не даочжан, а мой личный заклинатель танцем…
