две чашки

Страх медленно перерастает в успокоение души. Медленно и неуверенно. Как будто наступает на тонкий лёд , пытаясь проверить выдержит ли весь этот вес. Всматривается и ищет лазейки, что бы выйти сухим из воды. Возможно это и получится,  никто и не спорит, но выйдет ли он чистым? В белой, отглаженной и накрахмаленной рубашке. Пуговицы застёгнуты под самое горло. Душат. Может даже и не только морально, точно не знаю. Сам факт того, что это всё долго и мучительно не даёт успокоения, не даёт обрести комфотное положение. Только подвешенность и есть, а спасает только то, что можно ухватиться руками за не таких же подвешенных людей, а они только руки смахивают с себя. Перебивают тебя и кривят мерзкие рожи, скаля зубы и скуля , мол им тоже тяжело. Бесспорно. Вот только  иллюзию создают? Мнимость? Манипуляция? Искусство слова и не более. Страх и размытые границы аутоагрессии. Чистый яд. Без запаха и вкуса. Наливаешь в красивые рюмки, аккурат по самый край. Даже так, что сверху своего рода горка создаётся. Вкусно? Да вот только незаслуженно это все и глупо. Никто ведь не заставлял, а травишь себя сам. Прийдёт рано или поздно конец всему этому. И лёд не выдержит, и из рюмки через край прольётся. Ну вот, придётся снова рубашку стирать. Поможет ли вода? - Если я сказал, что нужно поговорить, то это значит, что отговорки не принимаются! -Прекрати кричать, пожалуйста. Я боюсь тебя, Арсений. -Почему?! Скажи мне, милый! Почему?! -Ты прижал меня к стене, давишь на плечи и кричишь мне в лицо, Арс. -Заслуженно! Скажи спасибо, что я тебя не убил за непослушание, милый! -Я видел, как вы ссорились с Сашей возле твоего подъезда. Я слышал всё, что вы говорили. Играться ты со мной вздумал, да, Арс?! Силы берутся словно из волшебного облака, появляются так же неожиданно , как и пропадают. Их хватает только крепко охватить его руки и откинуть их от себя. По телу разливается злость. Кипит, бурлит и оставляет неприятные пятна в глазах. -В смысле? Ты такой смешной, Арсений. Даже тошно. - Натрахаешься! Можешь! Не! Писать! - , я делаю упор на каждое слово и заметно искажаю голос, что бы ему было понятно, что эти слова не мои - , Саша на всю улицу кричал, а ты даже не запомнил, а?! Молчит и медленно отходит, но в глаза не смотрит. Стыдно? Не верю. -Антон, послушай... Мой крик катком прокатился по комнате и заодно забрал с собой оставшийся шум от его голоса. -А что слушать? Что слушать , Арс?! Твои глупые отмазки , мол ты в меня влюблён и жить без меня не можешь?! Да надоело уже. На-до-е-ло! Я взвёлся. Я кричу не стесняясь. Кричу всё, что только мог и не мог придумать. Мне похер, что я сейчас перегибаю палку, мне похер, что я его перебиваю, мне похер. Я себя не люблю, ненавижу до костей, но цену я себе знаю, а то , что я не игрушка и не замена, я выучил ещё много лет назад. -Дай мне объяснить! Снова начинает приближаться, но я знаю, чем это закончится. Мне мерзко, меня пробирает такая дикая ненависть, что меня буквально трясёт. -Засосёшь меня - откушу нахуй язык. Заткнуть меня не выйдет. -Да, я звонил ему когда мне нужна была эмоциональная поддержка, когда я уставал от парней, которые были почти что ежедневно. Они были чисто из-за глупого чувства пустоты внутри. Я пытался это всё затнуть. -Ты изучаешь психологию и не знаешь элементарных вещей, Арсений?! -Всмысле? -Да в карамысле, блять! Слабые люди всегда пытаются мусор запихнуть в эту дыру, а сильные будут в упор в темноту внутри себя смотреть. Будут терпеть ветер в глаза, песок в рот, они будут это терпеть! А ты сейчас выставляешь себя слабым звеном! Ж... -Жалким. Я знаю. -Ты думаешь я тебя жалеть буду? Думаешь, что я увижу такого сломанной парня и сразу ноги раздвину?! -Причём тут это? -Да при том, что я тебе не верю. Ты из агрессии в апатию падаешь и ещё пытаешься от меня взаимности ждать. К тому же , ты даже не отрицал того факта, что этот разговор был и вправду про меня. Я для тебя замена? Мусор? -Это не так. Разговор был про тебя, но ты всё не так понял. Надумал себе Саша, что он пуп Земли и я всегда к нему вернусь, но это не так. -А как тогда?! -Я влюблён в тебя, золото. Просто за то, что ты есть. Глупость, такая глупость. Я не понимаю, что сейчас происходит. Мне очень тошно и неприятно сейчас. Мне не хочется это всё продолжать. Человек не ставит меня ни в один хуй и я это знаю, но чувства берут вверх. Как бы я не хотел это всё прекратить, как бы не хотел всё это свернуть, голову в песок спрятать. Да так, что бы меня никто никогда не узнал и не нашёл. Грустно это всё. Ненавижу это состояние. Я хочу кричать! Так громко, что бы у всех закладывало уши, но при этом, что бы никто не  понимал откуда доносится звук. Я рехнулся и знаю об этом. Меня добивает тот факт, что у него , якобы, великие чувства ко мне. А может и не якобы! Я не знаю! -Да что ты?! Поэтому сейчас всё так складывается?! -Я тебе на новый год кляп подарю, кот. Уж сильно громко ты кричишь. -А ты уже наорался, да?! -Да, милый. Сука-а-а-а-а. Как же ты меня бесишь. Не описать словами. -Я тебе реально язык откушу! Ты пытаешься именно успокоить , это манипуляция, а я не поведусь, Арс! Его резкие действия приводят меня в полнейший ужас, но такое же удовлетворение. Грубый поцелуй приводит в чувство, живот наполнятся бабочками, а лицо начинает гореть. Тело вмиг становится ватным, а на коже выступает еле заметный пот. Мне горячо рядом с ним. От него исходит удивительная сила, к которой, кажется, прикасается солнце. В груди щекочет и щиплет. Я кажусь себе очень глупым, что решился так не серьезно подойти к нашим отношениям. Мне даже перед собой стыдно за то, что я обещал себе не вестись на эти провокации, но мне так хорошо с ним. Руками охватывает моё тело, забирается под одежду и грубо сжимает кожу. Самое смешное, что все эти действия не вызывают у меня боли или дискомфорта. Я наоборот расплываюсь в удовольствии. Удовольствие, в свою очередь, пронизывает моё тело с бешенной скоростью. Ладони мокрые, лицо и тело горит. Я весь твой, Арсений. В прошлый раз я оборвал всё сам. Поставил жирную точку посреди столь прекрасного момента. Я хочу его, но не по животному, а так влюбленно. Я хочу ощущать каждую клеточку его тела, я хочу увидеть каждую его родинку, хочу попробовать его на вкус. Я хочу его так сильно, что руки уже делают все сами. Сжимаю его талию руками, ласкаю… О-ох… Да что это? Что такое с моей головой? Почему так жарко? Отрываться от поцелуя совсем неохотно. Такое чувство странное.. Если я сейчас отойду, то всему конец? Развернётся и уйдёт. Но в коридоре, вы меня простите, совсем неудобно. Хуй с ним. Не отрываясь от поцелуя, беру его руку, которая уже близилась к штанам и совсем легонько тяну в сторону комнаты. Арсений словно мысли мои читает. Даже страшно в какой то момент. Несмотря на разницу в росте, он берёт меня под зад и закидывает на себя, а я, в свою очередь, обхватываю ногами его туловище. Странно так. Он придерживает меня руками, а поцелуй набирает совсем новую силу. Такую необычную и такую, сука, ахеренную. Он аккуратно склоняется над кроватью, отпускает руки и я приземляюсь на мягкую кровать. Поцелуй, все таки, пришлось разорвать, но это так тщетно на самом-то деле. Только сейчас я заметил, что в комнате не так уж и светло, что мешает мне по полной насладиться его телом. Он быстрым действием рук снимает с себя футболку, а я в это время включаю подсветку, которую я повесил по периметру комнаты совсем недавно. Свет мягко падает на его пресс. Его руки уже не кажутся такими маленькими, потому что я вижу всю их красоту. В голове даже мелькает мысль о том, что на его фоне я выгляжу как нудная палка. Надвисает надо мной, кратко целует и помогает снять толстовку. Ни слова не проронив целует шею. Гадёныш, знает , наверное, что это моё слабое место. Я вигибаюсь, словно змея, а рот слегка приоткрыт. Дышать совсем тяжело. Его пальцы ходят по моим плечам. Моя рука спускается по его животу и останавливается на бёдрах. Он поднимает взгляд и сжимает губы в тонкую полоску. -Ты точно готов, милый? Хриплый шёпот проходит лёгким ветром по шее. Я сейчас кончу прямо тут! Сил на внятный ответ нет, поэтому вытягиваю из себя такой же хриплый шёпот. -Точно. Желание переполняет. Провожу ладонью по низу его живота и чувствую, как он тоже покрывается мурашками. Одобряюще улыбается. Кажется, я его люблю. Я медленно, но уверенно стягиваю с него штаны и теперь на нём только боксёры. Он мой. Беру его за плечи и бережно переворачиваюсь. Теперь сверху я, а это значит, что он полностью мой. Спускаюсь ниже и оттягиваю резинку его боксёров. Он явно расслаблен, а меня это только радует. Хочу его помучать совсем немного, но так хочу. Глажу его через ткань, глажу по длинне , затрагиваю соседние участки кожи. Он чуть вздрагивает, когда я всё таки стягиваю с него эту чёртову ткань, которая мучает и меня и его. Рот полон слюны, поэтому я беру в руки член и прохожусь языком вдоль длины. Он удивляется, но не пытается отстраниться. Языком вырисовываю круги по пульсирующей, розовой головке, а мой милый только и делает, что тяжело дышит и иногда закидывает голову назад. Слежу за ним внимательно, я хочу видеть то , что он чувствует в этот момент. Набираю воздух в лёгкие и аккуратно, но резко беру полностью всю длинну. Глаза мигом наполняются слезами, а слюна уже ползёт по моей руке, которая придерживает сам член. Вожу языком по стволу, потому что знаю, насколько это приятно. Его тихие стоны возбуждают меня до предела, я хочу их слышать каждый день, хочу , что бы это было только моим. Встаю с колен и снимаю всю оставшуюся одежду с себя. Моё золотце лежит на кровати и смотрит на меня так, словно он этого совсем не ожидал. Его грудь взимается быстро, на щеках румянец, а губы ярко красные. Явно кусал их. -Так кто там нахуй сегодня? Разрываю тишину, нагло и безцеремонно. -Ты, солнышко. Хочу, что бы ты понял, что слать нахуй - совсем не оскорбление. Он встаёт и резким движением рук разворачивает меня и кладёт спиной на кровать. -Ты опытный? -Было дело. Смазка в тумбочке. Презики там же, если не доверяешь мне. Но я подготовленный, так сказать. Молча достаёт все что надо. Решил без резинок. Надеюсь, что он чист. Он выдавливает себе на пальцы вязкую, прохладную смазку и почти сразу же распределяет  её по моему члену. Водит рукой вверх-вниз , а меня это приводит в такой кайф, что ритм дыхания сбивается почти сразу же. -Если ты не готов, мы можем сегодня без проникновения. -Замолчи уже! Когда он ввёл только один палец, то изначально мне показалось, что боли совсем не будет, но когда последовал второй, то к такому прекрасному наслаждению присоединилось лёгкий дискомфорт. Продолжая мне дрочить, он ввёл ещё один палец и ощущения усилились в миллион раз. Смазка забавно хлюпает, а его лицо не описать. Он так заинтересован... Как будто у него это в первый раз. Увеличить темп было его самым гениальным решением. Я думаю, что я сейчас в раю. Он уж слишком бережно входит в меня. Но вся эта бережность пропадает ровно в тот момент, когда он уже полностью во мне. Его размер удивляет. Темп нарастает очень быстро. Стоны срываются с губ. Все моё тело дрожит, а я смотрю на него и мне так сладко становится. Когда головка касается определённых мест, то моё тело как будто током бьют. Стоны всё громче, всё сильнее. Я явно сейчас кончу. Мне так хорошо не было отроду. Кажется, что прошла целая вечность, хотя по факту , минут 10. Я такой быстрый что ли? Его руки скользят по моему животу, а он сам открывает голову назад. Открывает рот в немой стоне. Моя любовь. Какой же он прекрасный.

***

Моё тело дёргается, а кожа покрывается сеткой мелкий морщин. Моя сперма ощущается на коже так, словно она совсем холодная. Арсения тоже долго ждать не пришлось. Наклоняется и целует меня так, словно это в последний раз. Я в любви. -Я в душ, хорошо? -Хорошо, радость моя. Забирая по пути все свои вещи , я забежал в ванную комнату и наконец-то начал нормально дышать. Ахуеть. Это чё щас было? Ноги ватные и совсем не слушаются. Заползаю под душ и стараюсь думать хотя бы о чём-то. Пустота пугает. Интересно, что он сейчас будет делать? Что он сейчас скажет? Что это? Зачем это? Но как же это было ахуенно. Воспоминания резко врываются под кожу. Все прикосновения и поцелуи от него , ещё пару лет назад, вызывали экстаз. А сейчас только отвращение и дикое чувство вины. Зачем это всё было тогда? Такие глупые происшествия. Но в этом ведь и не моя вина, правильно? Такие были обстоятельства. Быстро вытираю себя полотенцем, натягиваю пижаму и выхожу. Он сидит на кровати и смотрит на меня. -Останешься сегодня? У него тоже , явно , нет сил. Но он встаёт, заключает меня в объятия и кратко целует. -Только если не в отдельной комнате. Я не выдержу. -Душ вот там, полотенца в шкафчике. Жду в комнате. Теперь уже я целую его. Неожиданно он расплывается в улыбке – может быть, это и не он, а какое-то другое лицо, которое я встречаю каждый раз, когда он доволен. Он ведь совсем не плох. Прекрасный и чудесный... Но  такой , падла, колючий! Его улыбка сводит меня с ума. Я не могу контролировать себя в этот момент. Наверное поэтому я так же глупо улыбаюсь в ответ. Открываю окна , запуская в комнату свежий воздух. Голова кружится, а ноги всё ещё трясёт. Достаю из шкафа постельное бельё и старательно подхожу к смене грязного на чистого. В комнате пахнет любовью. Не грязным сексом, который лишь бы был, а именно любовью. Возможно только с моей стороны, но дело вовсе не в этом. Я вовлечён в процесс и меня это всё вовсе не пугает. –После зимы всегда весна, Тош. Знакомый голос возникает в мыслях и кружится по голове. Как в.. Как в вальсе, точно! Его советы всегда были самыми дельными и остались в голове. Спасали не раз. Жаль, что все они оседают неприятной горечью во рту и тяжестью в грудной клетке, но так было суждено. Складываю грязное белье и захватываю пару грязных вещей и направляясь к ванной думаю о том, что стоило бы дать Арсу что-то из одежды. Хватаю большую футболку и пижамные штаны. Они мне совсем большие, а на его зад будут отлично. Дождавшись ответа, попадаю в ванную и кидаю вещи в стирку, а вещи для Арса кладу на полочку. –Одежда на полочке, кот. Возьмёшь. Чай будешь? –Угу. –Сахар? –Без. Ух-ты какой. Вычурный. Свист от чайника приводит в чувство. Больше стараюсь не впадать в мысли. Хватит с меня. Всё ведь и вправду хорошо, чего я так задумался то? –Боишься – не делай. Делаешь – не бойся. Помни это, кнопа. Снова воспоминания. Снова ком. Снова горечь. Чёрный чай, 3 ложки сахара. Чёрный чай. Я никогда не задавался вопросом : Что представляет из себя любовь? Наверняка это забота, взаимопонимание и прочая ересь. Но почему тогда я так его ненавижу? До дрожи в коленях. Буквально. Я влюблён, но ощущаю это не так, как должно быть. Я не впадаю в липкие и тягучие мысли, я не ощущаю себя на 7 небе от счастья. Я просто тихо и спокойно живу. Знаю, что это глупо и перечит всем моим принципам. Я ведь когда-то обещал себе не любить! Я смотрел на влюблённую маму и видел дорожки от слёз, хоть она и пыталась их скрыть! Я видел как плачут девчонки на импровизированной курилке возле школы. Я видел и знал, что любовь – зло! Но сейчас я тут. Сижу и протягиваю кружку с горячим чаем. Не абы кому, а своей любви. Детской и запутанной. Я влюбился в незнакомца и это меня очень тревожит. Я не хочу осознавать это, не хочу переступить через эту мысль, не хочу! Мне больно и страшно осознавать, что я так глуп. – Мы можем поговорить о нас? Нас? Каких ещё нас? – Что ты имеешь ввиду? – Я не думаю, что ты сейчас сидишь и думаешь о кактусах, Антон. Что между нами? – Я не знаю. А что может быть между людьми, которые не знают друг о друге ничего, но при этом успели напортачить так, что мама не горюй? Голос ломается и в некоторых словах проскакивает сиплость. Говорю тихо и максимально спокойным тоном. На кухне пахнет уютом. Не едой или сладкими духами мамы, а именно уютом. Спокойной, тихой беседой, которая явно перерастает в ссору. –Ты жалеешь о случившемся? –Нет. –Тогда почему ты сейчас прячешь глаза и не даёшь внятного ответа? –Потому что тяжело признавать свою влюблённость, Арс. Мне тяжело признать, что в факте секса - было не просто животное желание, а самые настоящие чувства. –Мы можем быть вместе? –Пошли, пожалуйста, спать. Поговорим завтра. Слова падают на меня, ослепляют и саднят душу. Он не говорит о взаимности. Он говорит только о том, что быть вместе, а не быть в любви. Внутри отрываются малейшие нити доверия, обрываются и бьют по, итак израненной, душе. Я устал накручивать себя. Устал искать оправдания всему только в негативном ключе. Я устал! Устал я! От себя, чёр его подери! Тёплое дыхание в макушку, тёплые руки на коже и такой, сука, любимый запах. Лёгкие нотки одеколона, крепкого чая и мяты окутывают меня. Мне так хорошо и уютно с ним, но это так скребет внутри. Я не могу успокоиться, глаза начинают гореть, а дыхание рвётся. Давай , поплачь, маленький мальчишка. Ты ведь только это и умеешь. Поплачь рядом с ним, поплачь. Оборви всё разом. Сможешь ли ты спрятаться за стеной из слёз? Настолько ли она крепкая? Холодное утро, холодная кровать и фантомные касания на коже. Много места и полнейшая тишина. Он ушёл. Его тут нет. Его тут, сука, нет! Он съебался! Ахах, боже! Он ушёл! Пустые комнаты, пустая кухня и 2 чашки в раковине. Он ушёл.