Midnight Madonna

Бог лжи и обмана — самое лицемерное и двуличное существо во всех Девяти мирах. Правда для него ничего не значит, нравственность и мораль — пустой звук. Он сделает всё, чтобы добиться своей цели. Средства не имеют значения. Тони Старк не пожалеет пару-тройку лишних миллионов. Локи изящный и тонкий, до невозможности сдержанный и величественный. Он любит власть и внимание точно так же, как любит их Тони Старк. Прохладный вечерний воздух касается бледной кожи, словно выточенной из фарфора. Локи — истинный аристократ. Он знает о силе своего очарования, которое не нуждается в магической поддержке. В такой момент использовать магию — кощунство. — Шампанского? — Тони подходит тихо, вальяжно, не позволяя себе ни одного лишнего движения. Со спины, практически вплотную, но всё же не прикасаясь, оставляя иллюзию расстояния. Он — непосредственная уверенность, небрежная расслабленность, власть, не требующая доказательства. Локи — хитрость и лукавство, достоинство и изящество. Произведение искусства, самое место которому на адских пустошах. Но разве это не глупая трата столь ценных талантов? «In the final night bring sundown forever» — Очень кстати, мистер Старк, — тонкие губы изгибаются в улыбке, чуть насмешливой, довольной. Локи не нужно поворачивать голову, чтобы знать — на губах Тони сейчас совершенно такая же улыбка. Бог лжи принимает бокал, сразу же пробуя — брют Gout de Diamants* приятно освежает, заставляя едва заметно откинуть голову назад. Полтора миллиона долларов, мистер Старк, вы такой позёр. Губы практически касаются открывшегося участка шеи, но замирают. Дыхание касается кожи, распаляет, дразнит. Тони не давит и не применяет силу — он оставляет место для маневра, позволяя Локи развернуться, чтобы встретиться взглядом с лукавым огнём напротив. Этим глазам самое место на алтаре поклонения Красоте и Хитрости. «In the darkest time we follow the trail of this game» — Жаль, что здесь только один бокал, мистер Старк, вам придётся разделить его со мной, — Локи прищуривается, слегка подаётся вперёд — недостаточно, чтобы прижаться, но достаточно, чтобы Тони мог почувствовать прикосновение чужой одежды к собственной. У проклятого аристократа прекрасный вкус — тёмная рубашка с жёстким воротником, обтягивающие брюки, камзол, нарочно расстёгнутый на две пуговицы. Старк практически кожей ощущает, что от Локи веет достоинством и властью — без грубой силы. Никто из них не может поддаться и проиграть. — Какая щедрость, — тихо отвечает Тони, принимая бокал. Пальцы Локи тонкие, с остро выделяющимися косточками. Хрупкие, что страшно сломать их одним неосторожным движением. Сильные, как и их хозяин. Старк лишь едва ощутимо касается их. Прохладные, даже не дрогнувшие в ответ. Локи знает, что его не станут убивать. Убийство — моветон сегодняшнего вечера. «In the fullmoon light the godless endeavor Stand pale and lunar» Старк пьёт неторопливо, смакует каждый глоток. Дело не в цене, сейчас деньги ничего не значат. Лёгкое покалывание на языке быстро проходит, оставляя после себя приятное послевкусие свежести. Тони не допивает, протягивая бокал обратно — самое время ещё раз коснуться тонких пальцев. Локи не принимает. Вместо этого он медленно наклоняет голову, касаясь прохладного стекла. Старк лишь слегка наклоняет бокал, наблюдая за тем, как шампанское касается губ, как юркий язык слизывает две небольшие капли. Не пошло, но откровенно и чувственно. Пошлость — не для Локи. Сколько раз Тони флиртовал уже и не счесть. Но ни разу он не сталкивался с таким потрясающим достоинством, уверенностью, спокойствием. Локи скорее попытался бы ему шею свернуть, чем позволил бы обращаться с собой неуважительно. «On a dead end sky so restless but ever Giving up the fight, we bring back the blood in your name» И Старк принимает эту игру — следит за каждым движением, не допуская ни капли поспешности. Локи поднимает руку, укладывая её на грудь мужчины, сквозь ткань оглаживает ободок реактора. Практически предупреждение, без угрозы, но с явным намерением показать, с кем имеешь дело. Как будто Тони нужны предупреждения. — Скольких же людей искусил своими выходками бог обмана? — Старк знает, куда ввязывается, прекрасно понимая и степень опасности, и жажду приключений. Достойный соперник, ехидный и острый, как клинок. Локи ведь именно холодное оружие использует. Идеальное дополнение к его натуре. На ядовитых губах вновь расцветает улыбка. — Разве это так важно? Вполне возможно, что мир уже лежит у моих ног, сломленный и покорённый, — лёгкий порыв ветра подхватывает вкрадчивый шёпот, пока рука Тони ложится на тонкую талию — едва касаясь, не стараясь прижать ближе. Обоюдоострый интерес, буквально развивающийся при неверном свете луны. «And again tonight Let out a beast you can't tame» — А может это вам лучше было бы оказаться у чьих-нибудь? — Старк, конечно, не собирается в прямом смысле этого слова ставить на колени. Слишком примитивно, грубо, лишено изящества. Применить физическую силу — расписаться в своём неумении вести интеллектуальную игру. Тони Старк слишком гордый для подобной оплошности. — Мистер Старк хочет видеть божество на коленях? Не слишком ли нагло для обычного смертного? — дыхание практически касается губ, дразнит, распаляет. Локи — лёд, Тони — огонь. Но у них гораздо больше общего, чем может показаться на первый взгляд. Они — две стороны одной медали, солнце и луна. Тепло и холод, технологии и магия. Идеальная оппозиция. Тони тихо усмехается. — В самый раз, — он не старается унизить, не пытается давить, отвечает достоинством на достоинство. И не торопится, едва ощутимо касаясь шеи — в районе кадыка и выше. Локи чуть слышно выдыхает, подставляя шею — знает, что удара не последует. Многие были готовы отдать Тони не только своё достоинство, но бог лжи не такой — выказывая покорность, он не отдаёт власть. Старк поднимает голову, чтобы посмотреть на изумрудные осколки. «Come raise your hands and fight Get alive and wake your might Midnight Madonna» Вкус вина всё ещё ощутим — тонкий, терпкий, изысканный. Но это дешёвка по сравнению с лживыми губами — мягкими, прохладными, отзывчивыми. Невозможно сказать, кто первый сократил расстояние — словно бы само пространство решили перестать существовать между ними, заботливо переместившись в параллельную реальность. 1:1, мистер Старк. Локи целует мягко, неторопливо, смакуя каждое движение и позволяя себе почувствовать приятный трепет. Позволить — великое благо. И Тони получает эту возможность — не силой, но умом, беззлобной хитростью, саркастичной насмешливостью. Он целует более активно, уверенно, принимая на себя ведущую роль. Локи и сам предпочитал вести, но сейчас он не сопротивляется, крепко вжимая пальцы в ободок реактора. Никто больше. Тони не знает, что будет дальше, но уверен, что это будет не зря. Хитрость, облачённая в изящество, хрупкость, таящая в себе силу. Бог лжи, способный одними лишь движениями рассказать всю правду. «Come Get alive and break the light Midnight Madonna»