Сюрприз

      Руки т/и немного тряслись от испытываемого ею волнения перед вечером, но она хвалила себя за то, что она смогла сохранить спокойствие во время приготовления блюд, и была уверена, что все должно пройти отлично.       Во всяком случае, "торжественная" часть вечера.       Кенто ничего не знал, это сюрприз. В этом ей помогает, как ни странно, сам Сатору Годжо, охотно поддержавший идею.       План был до безобразия прост и потому гениален: как и обычно прилипала-сенпай будет доставать кохая по полной, особенно, в день его рождения. Затем, он его посадит в машину, завязав перед этим глаза, разумеется, немного поплутав, привозит по уже известному адресу, поднимает на девятый этаж, заходит вместе с ним в двадцать седьмую квартиру, снимает с глаз именинника повязку, а там уже стоит красавица с готовым праздничным ужином на двоих.       Сатору Годжо-сан, славящийся своим великодушием, решил-таки оставить голубков наедине в этот чудесный вечер и отправиться по своим делам.       Сильнейший отписывался об их местоположении, и вот теперь они были уже совсем близко к месту назначения.       Девушка снова решила подойти к зеркалу, чтобы проверить свой внешний вид. Закрытое спереди пудровое платье-комбинация отлично подходило для любого случая, передние локоны были убраны назад небольшим крабиком и легкий макияж — все было отлично. Лодочки стояли в прихожей у двери — хозяйка не видела смысла просто так расхаживать по квартире на каблуках, но когда гости зайдут в подъезд, разумеется, наденет их.       Ожидание.       Она вздрагивает от звука пришедшего уведомления, поставленного на максимум, наверное, впервые, с того момента, как она приобрела этот телефон.       «Мы внизу, готовься;)» — прочла она короткое сообщение от Сатору, высветившееся на экране, сделала глубокий вдох, выдох и пошла встречать гостей.       Годжо стало слышно где-то за три этажа, Кенто же молчал. У нее промелькнула мысль, по назначению ли использовал кусок ткани, предназначенный для того, чтобы завязать глаза имениннику, но сразу же отбросила эти глупые мысли. Мужчина будет сейчас как минимум раздражен, уж Сатору приложит все усилия, чтобы достичь этого, не давая Нанами ни секунды тишины.       «Ужинать будем в тишине, видимо», — задумалась хозяйка.       Условный стук в дверь. Сильнейший маг предложил ввести этот "сигнал", чтобы добавить секретности "операции" — не могла же девушка лишить мальчика такой радости, которая никому не должна доставить проблем.       Именинник, как и всегда, в рубашке и брюках, но не из плотной, как обычно, а более легкой ткани — летний выходной вариант. Он не без помощи семпая переступает порог квартиры. «Не перестаралась?»— проносится у т/и в голове, но она не углубляется — Годжо подзывает ее кивком головы, предлагая этим же знаком самой развязать повязку на глазах ее мужчины.       — Т/и, — уверенно выдыхает мужчины, и его губы трогает легкая улыбка, как только девушка подходит к нему достаточно близко и протягивает руки к узлу на затылке.       — С днем рождения, Кенто, — она не думала, что он узнает ее с закрытыми глазами.       Конечно, мужчина мог догадаться, что т/и и Годжо могли что-то готовить. Но от второго можно было ожидать всего, что угодно, и это был только один из вариантов.       — Спасибо, т/и, — блондин прищуривает и без того довольно узкие глаза, привыкая к свету, который он не видел по меньшей мере полчаса из-за кромешной темноты, в которую его погрузил Сатору. — Очень рад тебя видеть.       Он наконец может оценить обстановку.       — Мадемуазель, Вы прекрасно выглядите, — он делает шаг назад, берет руку девушки и склоняется в легком поклоне, касаясь губами ее пальцев, — как и всегда. Чудесно пахнет. Ты постаралась? Не стоило, что ты...       — Спасибо, Кенто... Ты тоже отлично выглядишь, — т/и отвела взгляд, немного краснея, — Я... Мы хотели устроить тебе праздник и порадовать тебя, не говори так, пожалуйста.       — Не буду. Спасибо огромное. Вам тоже, Годжо-сан.       — Ого, — кажется, Годжо-сан удивлен буквально секунду, — пожалуйста, Кенто-кун, все, что угодно, для любимого кохая! Молодые люди стоят еще минуту в тишине, пока ее не нарушает, как ни странно, Сатору.       — Что же, голубки, не буду вам мешать, так уж и быть, пойду, — он уже положил ладонь на ручку двери, но девушка остановила его.       — Годжо-сан, большое спасибо за помощь! — она поклонилась, — Не хотите остаться хотя бы ненадолго? Я налью Вам выпить чего-нибудь, поужинаете с нами.       — Спасибо за приглашение, т/и-чан, это очень мило с твоей стороны, но я быстро пьянею, а поужинать мы можем все вместе в другой раз. Может, устроим парное свидание. Хорошего вечера, ребятки! — он отсалютовал паре и скрылся за дверью.       Они остались вдвоем.       Т/и взяла мужчину за руку и потянула его за собой на кухню.

***

      Именинник подносит бокал к губам, делает небольшой глоток и смакует во рту вкус напитка.       — Хорошее вино, — заключает он, — а как оно тебе? Нравится?       Девушка слушает запах вина и пытается понять, чем оно отличается от других таких же белых сухих вин.       — Если ты говоришь, значит, оно действительно хорошее, — отвечает она, — если честно, я не большой ценитель вин, да и в принципе алкоголя. Могу за компанию выпить бокал, растянув его на весь вечер, но прям разбираться в этом... Не доросла еще, наверное, — усмехается она.       Кенто выслушивает ее "признание" и ненадолго задумывается.       — Знаешь, французы говорят, что белые вина созданы для утоления жажды, а красные — для удовольствия. В какой-то степени, я согласен с этим. Мне гораздо чаще попадались интересные красные вина, чем белые, думаю, именно поэтому у меня и сложилось такое мнение. Но стоит учитывать и винный этикет, разумеется, который ты блестяще соблюла.       Т/и немного смутилась, будто бы ее, школьницу, хвалит учитель за успехи.       — Одна бы я не справилась, мне помогла подруга — она прекрасный повар.       — Ты знала, к кому обратиться и последовала ее рекомендациям, это тоже нужно уметь. Ты приготовила потрясающий ужин, т/и, все очень вкусно, спасибо тебе большое.       — Я рада, что тебе понравилось, — девушка подпирает подбородок ладонями и с любовью смотрит на мужчину, сидящего напротив нее.       Такая идиллия, для него хочется стараться, хочется заботиться и радовать.

***

      Напрягать мозги, признаться честно, не особо хотелось, поэтому, переместившись на мягкий диван в зале, хозяйка квартиры включила заранее выбранную легкую комедию с неплохими отзывами. Кенто не возражал, этим вечером полностью доверившись девушке, и признался, что очень давно не смотрел никаких фильмов, а в кинотеатре не был еще дольше.       Они сели просто рядом, но особо инициативная сегодня т/и практически сразу придвинулась ближе к гостю. Мужчина сразу понял ее намерения, поддерживая их, сначала опустил одну руку на спинку дивана и приобнял девушку за плечо. Она, совсем осмелев, опускает голову ему на плечо и приобнимает за талию. Он пальцами выводит узоры на ее плече.       Т/и не может говорить за Кенто, но ее фильм уже точно совершенно не интересовал.       Однако, мужчина внимательно следит за происходящим на экране. Или делает вид?       Тем не менее, девушка постепенно переходит к активным действиям. До этого момента она спокойно сидела, закинув ногу на ногу, и такое положение было стратегически обоснованно.       Ступней, до этого находящейся в воздухе, она начинает поглаживать ногу Кенто. Сначала лишь слегка задевая, касаясь, потом более ощутимо. Кенто реагирует, переводя взгляд на девушку, ухмыляясь.       Это был зеленый свет? Неважно.       Удивительно грациозным движением она приподнимается, смотря уже в лицо мужчины, упирается ладонями в его грудь, чтобы сохранить равновесие, перекидывает ногу через него и оказывается сидящей у него на коленях.       Ее натуральный румянец скрывают предварительно нанесенные декоративные румяна.       Его ладони опускаются на ее талию, крепко удерживая, не давая упасть.       — Красиво.       — Я репетировала.       Губы касаются губ и оба вспоминают, что было в прошлый раз, когда Кенто зашел к т/и. На этот раз, по всей видимости, она настроена еще серьезнее, чем раньше.       Она нежно смакует его губы, массируя широкие плечи, его руки тоже изучают ее тело и реакцию на те или иные его действия. Когда-то она выдыхает, когда-то не особо реагирует. Т/и неосознанно начинает двигать бедрами, иногда приподнимаясь, и оказываясь даже выше Нанами. В таком положении, она может смотреть на него сверху вниз. Интересно.       В очередной раз оторвавшись друг от друга ненадолго, мужчина припадает к шее т/и, легко касаясь, кусая, водя кончиком носа, вдыхая аромат ее духов. Девушке кажется, что она перестала дышать, потому что было ощущение, будто весь кислород из легких просто выбило.       — О, боже.       — Говори со мной. Говори о своих желаниях.       Она услышала, но сил сделать то, о чем просил маг, не было, поэтому просто положила одну ладонь на затылок Нанами, запуская пальцы в волосы, тем самым показывая, чтобы он продолжал свое занятие.       Когда голова т/и была откинута назад не так сильно, мужчина смог дотянуться до мочки уха, оставляя поцелуи на ней и за ухом.       И сорвал с губ девушки первый полноценный стон.       Хоть спереди платье и закрыто, английская пройма выглядит довольно нарядно и целомудренно, вырез на спине выглядит не так скромно и даже наоборот. Пальцами Кенто выводит на открытой спине узоры, и тихие стоны девушки неожиданно смешиваются со смехом.       — Щекотно, — признается она, смущенно опуская глаза.       — Но приятно?       — Приятно.       — Хорошо. Хочешь, чтобы я продолжил?       — Конечно.       Пара снова сливается в поцелуе в губы, но теперь девушка опускает руки ниже — к пуговицам на рубашке мужчины. С закрытыми глазами расстегнуть их не очень просто, но она справляется, мелкая моторика развита достаточно хорошо. Она разбирается со всеми, доставая направленную ткань в брюки и старается снять рубашку.       Одежда т/и уже надоела.       Кенто, откинувшийся на спинку дивана, выпрямляется, и нехотя убирает ладони с тела девушки, сидящей на нем, помогая ей избавиться от льняной ткани. Хозяйка квартиры без сожаления откидывает ее в какой-то угол, отрывается от губ мужчины, но смотрит не ему в глаза, а ниже — он все еще слишком одет, хотя серая футболка достаточно обтягивает рельефные мышцы, ничего не скрывая.       Т/и недовольно фыркает и снова прижимается к мужчине, на этот раз покусывая его ухо и запуская руки под футболку, пробегаясь пальцами по торсу, попутно поднимая ткань, чтобы в итоге снять ее и закинуть к рубашке. А может, и в другой угол. Неважно.       Уже полуголый Кенто смотрит на расплывшуюся в хитрой довольной улбыке т/и и приподнимает бровь.       — Нечестно.       Т/ф берет его за руку и заводит себе за спину. Проводит его ладонью по тому месту, где должен быть замок бюстгальтера.       — Пока все как раз-таки честно.       Т/и утыкается кончиком носа в его, несколько раз водит головой влево, вправо, потираясь, и обнимает за плечи. Какое-то время они сидят так, гладя друг друга по спине, по бедрам, пробегаясь пальцами, девушка пару раз его ущипнула (она предполагала, что за это ей придется отвечать, но соблазн был слишком велик).       Она снова прикусывает его за ухо и томно шепчет:       — У меня на платье небольшая пуговица на горловине сзади, и еще молния. Я тебе помогла, теперь твоя очередь.       Два раза его просить не надо. Т/и убирает распущенные волосы в сторону, чтобы мужчина мог спокойно сделать то, о чем просила девушка.       — Дальше я сама разберусь, — она остановила его, когда почувствовала, что Кенто нашел молнию на платье.       — Мне ты такой возможности не дала.       — Ты мог попросить, — усмехается она, — теперь уже поздно. Ты, конечно, именинник сегодня, но кто здесь мамочка?       — Мамочка? — уточняет он.       — Да? — мурлычет она.       Это была авантюра, на которую она не жалеет, что пошла. Что-то неведомое ей, снова берет контроль, и она охотно уступает.       Свое превосходство, правда, она чувствовала недолго. Ее триумф был прерван неожиданным решительным действием со стороны Нанами — он подхватывает ее под коленями, приобимает за спину и встает, держа девушка на руках и направляясь в сторону спальни. Т/ф только ахает и — о, чудо — подхватывает падающий верх платья на груди, атласная ткань не успевает опуститься ниже, благодаря быстрой реакции.       Она не хватается руками за его шею — он ее и так не уронит, но оголяться раньше времени, особенно учитывая его своевольничество, она не собирается. Тем не менее, некоторые голые участки кожи уже соприкасаются. Такой теплый... Или, правильнее сказать, горячий?       — Стой! — Кенто повинуется и останавливается прямо перед дверь в спальню. — Мне нравится, что ты уже носишь меня на руках, но до постели я дойду сама.       — Репетировала? — догадывается Нанами.       — А как же.       Ее ступни касаются пола, который кажется холодным, после мягкого ковра, и она отточенной походкой от бедра проходит в центр комнаты, все еще придерживая платье на груди. Она остается стоять спиной к мужчине, лишь оглядываясь на него, прикусывает губу и отпускает платье. Атлас соскальзывает за мгновение и оказывается у ее ног, она грациозно переступает через ткань, медленно опускается, поднимая ее, подходит к стулу и оставляет платье на нем, предварительно аккуратно сложив его.       Прошло меньше минуты, но казалось, будто все происходило в замедленной съемке, и Кенто завороженно смотрел на происходящее, не в силах оторвать взгляд.       Девушка одной рукой опираясь на спинку стула, второй прикрывая грудь, мечтательно посмотрела в окно.       — Ну что, я спать? Так и будешь там стоять?       Особое приглашение было не нужно, Кенто уже стоял за спиной девушки, одну руку опустив на живот, поглаживая, второй взяв ее ладонь в свою, и покрывал плечо поцелуями. Вместе с ней он начал двигаться к постели.       И вот, он разворачивает ее и поворачивается сам так, что они снова оказываются лицом к лицу, глаза в глаза.       Она быстро прижимается к нему грудью, но почувствовав его горячую грудь вспоминает, что ткань уже не спасает их от прямого контакта.       — Я за справедливость.       — Правда?       Он осторожно укладывает ее на кровать и нависает сверху.       — Ты очень красивая, — Кенто убирает мешающие пряди с ее лица.       — Ты тоже ничего.       — Я не думал, что у тебя такой острый язык.       — Я тоже.       Нанами опирается на руки по двум сторонам от ее головы и устраивает одно колено между ее ног. Теперь он хозяин положения и он, не мешкаясь, снова приступает к такому интересному занятию, как изучение тела девушки под ним, на этот раз, более подробного.       Мужчина кусает и зацеловывает места укусов на ключицах, спускается к груди, покрывая невесомыми поцелуями ее.       Теперь т/ф извивается под ним, иногда также дышит, позже уже начинает снова постанывать, но на поцелуях на животе она опять хихикает.       — Щекотно и приятно?       — Да! — очередной поцелуй и очередной смешок.       Он будто бы игнорирует единственный оставшийся на ней элемент одежды, кусочек ткани, под названием трусы. Поднимает одну ее ногу за лодыжку и начинает целовать, поднимаясь выше, к внутренней поверхности бедра, останавливая свое внимание там.       Т/и шумно вдыхает.       — Кенто, — она стонет его имя, когда чувствует горячее дыхание, опаляющее область между ее ног, и запускает пальцы в его волосы, немного оттягивая. Он рычит.       Он провел языком, словно кот, по уже изрядно намокшей ткани, если бы девушка не прикусила до боли фалангу указательного пальца, она бы точно взвизгнула.       Мужчина уже потянул последний элемент одежды вниз, но был остановлен словом и делом — сведенными коленями.       — Сначала ты.       Он покорно снял брюки, сложил их и отнес на стул к пудровому платью.       — Теперь можно?       — Теперь можно.       Трусы улетели и приземлились на торшере.       — Слипы? — он действительно удивился.       — Стрингам нет!       — Умница, — он подарил ей поцелуй в щеку, в качестве похвалы и снова спустился вниз.       Девушка ожидала почувствовать в себе его пальцы, но между ее ног оказалось его лицо, наверное, так делать то, о чем она думала, было бы не очень удобно, поэтому, из-за взявшего над ней верх любопытства, она даже приподнимается на локтях, чтобы посмотреть, что же собирается делать мужчина.       — Кенто, что ты... А-а-а! — на этот раз крик сдержать уже не вышло. Его язык там. Он буквально там. И сейчас он вылизывал его, будто она была шоколадным мороженым. Да любым гребаным мороженым.       Она хваталась за свои волосы, царапала руки и живот, дыша, издавая стоны, крича. Т/и запустила пальцы в волосы Кенто, оттягивая, массируя голову, главное, чтобы не останавливался.       — Боже, боже, боже... — без его внимания не осталось буквально ничего, она расслабилась и размякла, поэтому, когда он оторвался от нее и встал, направившись в сторону злосчастного стула, девушка не могла его остановить и смогла лишь недовольно на него посмотреть.       Отсутствовал он недолго, быстро вернулся, бросив что-то на кровать и начав размазывать что-то по пальцам.       — Ты решил руки увлажнить?       — Именно.       Т/и улыбнулась своему злорадству, потеряв бдительность, и когда в ней оказалось что-то длиннее и тверже, но уже, чем язык мужчины, ахнула от неожиданности. Он не двигался, просто погрузившись, давая ей время привыкнуть новым ощущениям.       — Мы не обсуждали этого, но, наверное, стоит. Я твой первый мужчина?       — К сожалению, нет, но я не то чтобы много раз занималась сексом, да и это было уже довольно давно, — видимо, она уже привыкла, поэтому смогла связно ответить и даже пожать плечами.       — Да? Я думал, мы сейчас занимаемся любовью, — он начал медленно двигаться, т/и тяжело задышала.       Кенто вытащил палец под непонятный звук разочарования девушки и снова вошел, но уже двумя пальцами, срывая с ее губ очередной стон.       — Ох, ну если так, то любовью я занимаюсь первый раз.       — И как, нравится?       — Неплохо. Я потом могу написать отзыв и отправить Вам его на почту, Нанами-сан, она у меня сохранилась.       — Ну и язва.       — Да-а-а, — она приняла это за комплимент.       Он снова отстранился, но никуда на этот раз не уходил — все нужное сразу взял с собой. Т/и лишь следила за его действиями — он снял боксеры сам, хотя девушка уже было хотела протянуть ему руку помощи, взял то, что чуть раньше бросил на покрывало, порвал эту голубую квадратную упаковку, доставая оттуда презерватив и натянул его на член.       Хоть девушка уже и была достаточно возбуждена и подготовлена, мужчина все равно пользуется смазкой.       — Готова? — уточняет он, уже снова будучи между ее ног.       — Да, вполне.       Он толкнулся вперед, оказываясь внутри, но не полностью. Кенто мог держать себя в руках, особенно заметив, как рассматривая его во время последних приготовлений, у т/и округлились глаза, он понял, что нужно действовать постепенно.       — Это не все, так ведь? — спросила она.       — Не все.       — Понятно, — она вздохнула, привыкая к медленным движениям внутри.       Он все так же медленно двигался, периодически выходя из нее и входя снова, с каждым разом все глубже и глубже. Т/и привыкла и начала двигаться навстречу, что говорило даже больше, чем слова. Получив это немое разрешение, Нанами начал ускорять темп.       Они сплетали руки в замок, блуждали ими по телам и покрывали лица друг друга поцелуями — если бы они это делали в губы, то просто напросто задохнулись бы.       Примерно в одно время они почувствовали, что находятся на пике, внутри взрывались салюты, перед глазами были звезды.       Немного отходя, Кенто поцеловал девушку в мокрый лоб, выходя из нее. Он ушел куда-то из комнаты буквально на минуту, т/и даже не заметила его отсутствия, и лег рядом с ней, сгребая в объятия.       — Все хорошо?       — Да... Отлично. Но устала.       — Понимаю. Но нужно будет принять душ. Скажи, как немного переведешь дух, я отнесу тебя и помогу.       — Спасибо, — она находит в себе силы дотянуться до его лица и чмокнуть в уголок губ.       — Тебе спасибо.