Живчик

      Спустившись с холма, Джейсон пребывал в некоторой прострации, руками до сих пор ощущая твердые скулы Бамби. Он шагал, как мертвец, лениво перебирая ногами, пока чуть не отправился на тот свет: колеса засвистели при резком торможении и машина остановилась прямо перед Броди. У того сердце чуть не выскочило из груди и он рефлекторно уперся руками в капот остановившегося в сантиметре от него авто. Ошалело он заглянул в салон, из которого на него таким же ошалелым взглядом глядел… — Герк?! — Джейсон! Что ты тут делаешь? — Толстяк рассмеялся от радости, его позитив в мгновение преобразил хмурый густой лес. — Замочил одного гандона только что! Что ТЫ здесь делаешь? — Броди даже приоткрыл рот в счастливой улыбке, как будто видел своего старого друга. Впрочем, возможно, так оно и было, пускай Герк не был особо старым из его товарищей. — А! Я надул одного гандона, Джейсон! — Герк рассмеялся еще звонче, он ругался не богато и его позабавило это слово «гандон». — Нет времени объяснять, прыгай в тачку, прокачу!       Броди не раздумывая оббежал машину и запрыгнул на сиденье рядом с парнем. Тот резко ударил по педали газа и машина резво тронулась с места. Уже приближались злые крики и автоматная очередь откуда-то сзади. Джей оглянулся и нервно сглотнул, увидев пиратскую тачку. — Твою мать, газуй! — Броди застучал по бардачку ладонью, хохоча от здоровенной дозы адреналина.       Водителем Герк был первоклассным — это однозначно, потому что то, как он маневрировал в джунглях, вылетал с пригорков на дороги, дрифтовал и гонял, просто не передать словами. Он сказал держаться крепче и тогда вдавил газ на полную, он несся прямиком к обрыву, огражденному хилым деревянным забором. — Герк! Не-не-не! — Джейсон схватился за ручку на двери и вжался в сидушку. — Мы разобьемся! — Банза-а-ай! — Выкрикнул Герк и зажмурился, отдаваясь воле судьбы.       Машина взлетела и стремительно начала падать с около трехметровой высоты на такой же поворот, оканчивающийся обрывом. — Бля-я-ять! — Джейсон рвал глотку, глядя перед собой, у него охренительно захватывало дух!       Машина рухнула на дорогу, весь салон подбросило, на огромной скорости, по инерции, она влетела и в следующий забор, а после упала с такой же высоты. И когда Броди с Герком наконец пришли в себя, пораскрывав рты от ужаса, заметили, как из-под крышки капота валит дым. — Ща рванет, — предупредил Герк, взволнованным голосом, но полным азарта и чего-то такого сумасбродного, чего Джейсон еще не видел. — Сматываемся!       Броди выскочил из машины вслед за Герком и помчал за ним. Несмотря на свой вес, он погнал нереально быстро, забавно прогибаясь в спине. — Ложись! — выкрикнул на ходу мужик и свалился в кусты. Наученный жизнью Броди свалился следом, после чего раздался взрыв, деревья покачнулись и их обдало жаром.       Джейсон ошеломленно поглядел назад, где горел их джип. Он сглотнул вязкую слюну и перекатился на спину. Зажал ладонью шов и вытаращился в глубокое синее небо с медленно плывущими по нему облаками. Как они выжили сейчас — загадка. Морда Герка возникла перед глазами, когда он навис сверху. — Это было очуменно, дружище! Охренеть! Джейсон в эту секунду думал только о Боге и о том, что, должно быть, его лик так и выглядит — бородатый Герк с повязанной на лбу банданой, улыбающийся, как дитя. — Мы чуть не умерли. — Уверенно заявил Броди и приподнялся на одном локте, пока второй рукой зажимал шов на животе. Он поморщился от острой боли, пронзившей его тело. К тому же он сильно приложился головой к лобовому стеклу при их «полётах». — Да! — Герк уселся рядом на задницу и с толикой сожаления глядел на полыхающий автомобиль. — Черт, мой монстр-трак… Покойся с миром. Ладно, найду другую машинку. О, вон, кстати, и она! Толстяк ткнул пальцем в сторону очередной дороги, где была припаркована какая-то развалюха. Джейсон смастерил из собственной ладони козырек, чтобы не слепило солнце, и оценил машину. Какого-то хрена транспорт на Рук не был в дефиците. Броди перевел взгляд на Герка и поджал губы. Он посчитал, что тот был слишком уж привязан к своей первой малышке, от которой сейчас поднимался чёрный густой дым. Джей вздохнул и опечаленно склонил голову. — С твоей крохой не сравнится. Герк согласно кивнул и зажмурился, сдерживая слезы. Он не хотел говорить об этом ни секунды больше. Неуклюже поднявшись на ноги и оказав помощь раненному — то есть подняв на ноги и Броди тоже, — он зашагал в сторону своей новой бордовой японской красавицы. — Давай солдат, я подкину тебя куда нужно. — Он махнул рукой. — Правда? Э-э… Спасибо. Мне нужно в один храм, кажется, тут недалеко. — О-о! Так ты к Цитре? Черт, друг, она та еще горячая штучка! Точно тебе говорю, я бы с ней… — Герк поделал непристойные телодвижения и больше уже не переживал о подорвашейся своей машинке. Вот так вот быстро у него переключилось внимание. Джейсон стушевался. Он, конечно, не отрицал привлекательности жрицы Ракьят, но, погрязнув по уши в дерьме, у него не было времени на то, чтобы «правильно» оценить ее сексуальность. Так что Герк его огорошил этим высказыванием. Казалось, что у этого парня на острове совсем нет проблем. Броди даже, вроде как, позавидовал ему. Они сели в машину, и всю дорогу до храма Джейсон слушал о мокрых фантазиях Герка, касающихся непосредственно самой красивой мулаточки острова. С которой у Джейсона были чисто дела. Как слушать от кого-то что-то настолько же извращенное про своего босса с работы, при том, что этот самый босс только и делает, что долбит тебя и долбит, не оставляя после этого ни капли хорошего впечатления о себе. Джейсон улыбнулся. И когда Герк остановился на месте, Броди выбрался из тачки. Герк окликнул его перед тем, как Джейсон побежал бы по своим отважным геройским миссиям: — Слух, друг, замолви за меня словечко перед Цитрой. Брат, она реально горячая милфа, врубаешься? — Герк шептал, срываясь на восторженный писк, — Я же тоже своего рода воин! Джейсон состроил непонятную гримасу удивления и скорби и острожно кивнул: — Хорошо. Ладно, бывай! — Ага. Свидимся! И, эй, рассчитываю на тебя!       Джейсон, все еще будто плавая в облаках, на ватных ногах шагал на встречу с Цитрой. День близился к концу и, черт, был он охренительно тяжелый. Здоровые Ракьят, охраняющие храм внутри, остановили Броди руками в грудь на площадкк под открытым небом. Он послушно остановил свой шаг. Хотя не было в этом никакого тебе уважения, только безвольность от адской усталости.       Цитра вышла из одного из многочисленных коридоров, и ее образ вновь воссиял дикой красотой и могуществом. Джейсон так и застыл, разглядывая ее мягкий шаг. И думал, что она похожа на Вааса. Ваас похож на нее. И то, как Монтенегро отдал Джейсону все ради сестры, было одновременно удивительно и волнующе.       Цитра подошла совсем близко и погладила Джейсона по крепким плечам. — Ты спас своего друга? — любопытно спросила она, обходя Броди по кругу.       Джейсон кивнул и оттянул голову назад, когда девушка оказалась прямо перед ним, удерживая его за плечи и напирая вперёд. — И ты убил врага? — в ее глазах плеснулось безумие, когда она заметила разбитые кулаки Броди. Она совсем, как Ваас. Джейсону уже было смешно оттого, как от одних сумасшедших глаз он прыгает к другим. Одни и те же, идентичные, они смотрели на мир по разному. И Джейсон чувствовал меж них себя неправильно, искаженно. Сам он имел третий взгляд. И, черт знает, что произойдет, когда все эти взгляды встретят друг друга.       Он слабо кивнул на вопрос, но потом заявил уверенное «да», потому что он действительно убил одного подонка. И собирается разобраться со вторым. Вопрос с Ваасом был неоднозначным. Он солгал Джейсону, но в то же время он обещал ему помочь с Райли. Броди терялся в своих собственных чувствах, не ведая — убить Монтенегро или примкнуть к нему. Что же касалось Цитры, то, пожалуй, теперь ее влияние не ощущалось таким уж сильным, чтобы идти за ней. И она, кажется, чувствовала это, с некоторой любовью поглаживая Джейсона по груди. — Ваас трус и не хочет видеть в тебе воина! Я вижу, Джейсон. Со мной ты будешь непобедимым, самым могучим из Ракьят. Идем, я поведаю тебе историю.       Цитра, пока проводила Джейсона по разрисованным этническими узорами коридорам, рассказала ему о великом воине, что сразил страшного великана. Он отсек его голову и та превратилась в Рук. Цитра искала этого воина из пророчества.       Она протянула Броди глинянный пузырек с ароматной жидкостью, но Джейсон стушевался, когда поднес горлышко к своим губам. Цитра сказала ему, что необходимо ступить на путь воина и он приведет к цели. К ответам. Броди запрокинул голову и влил в рот сладкий, но с горчинкой, сок. Он встал посреди коридора. Смотрел, как Цитра гладит его руки. Картинка перед глазами медленно начала плыть. Джейсон схватился ладонью за стенку, потом приложился к ней боком и, ощущая, как вот-вот потеряет сознание и упадёт в яркий мир галлюцинаций, по стене сполз на пол. Откуда-то далеко эхом доносился женский голос, он изъяснялся не на английском языке, Джейсон не мог понять о чем говорили.       Очнулся он уже тогда, когда шел по амбару, а вокруг было много людей, музыка долбила в уши, толпа двигалась. Толкучка, запахи, Джейсон пробирался вперёд мимо людей. Кто-то курил, кто-то трахал девочек в углу, кто-то танцевал, кто-то дрался. Но Броди стремительно шел туда, куда должен был. И, крепко сжимая каменный резной клинок, он пробивался сквозь толпу, чтобы одолеть великана.       Это Ваас. Ваас восседал на троне, как король. И был похож не то на свирепого и страшного тигра, не то на игривую обезьянку с лукавыми глазками. Оба эти образа сменяли друг друга плавно, словно играясь в пробивающихся сквозь щель в стене розовых солнечных лучах. Ваас заметил Джейсона и нежно ему улыбнулся, прикрыл глаза. Он его ждал. И Броди не мог опаздывать ни на секунду больше, он побежал, расталкивая всех со своего пути. Он запрыгнул на сцену, где стоял ваасовский трон, медленно подошел ближе. Монтенегро поднялся с него и протянул руку к бородатой щеке Джейсона. Ласково огладил его и мудро прикоснулся губами ко лбу. Броди застыл, сжимая клинок. И под невидимым натиском силы Вааса, он опустился перед ним на колени. Монтенегро, в неоновом свете и густом дыме, возвысился над Джейсоном, поднял его лицо на себя за подбородок. И погрузил пальцы в его рот, проталкивая их глубоко внутрь и вызывая спазмы всего тела. Джейсон содрогался, с его губ потекла жидкая слюна, глаза намокли, сам он покраснел. Он с ужасом наблюдал за тем, как лицо Вааса покрывается жуткой маской великана: его волосы превращаются в вулканический дым, глаза горят, и в них плещется магма. Ваас взял Джейсона за руку и повел подальше ото всех пиратов. Монтенегро завел его в пустую темную комнату. Скоро зажглась тусклая лампочка в потолке, и ее света хватало только для того, чтобы осветить Вааса. Великана. Джейсон сжал покрепче клинок и взмахнул им. Щепка с маски улетела прочь. Великан взвыл, но развел руки. Броди не упустил возможности и набросился на чёрное тело, вонзая острое лезвие в твердую грудь. Снова и снова, жажда крови захлестнула его. И он убивал Вааса, резал его, измельчал на кусочки. А когда великанское туловище рухнуло на пол, Джейсон уселся на него сверху и для решающего удара занес руки над головой. Но черт дернул его глянуть в бок. Он увидел зеркальное отражение, где сидит сверху на Гранте, у того кровь льется ручьем из шеи. Это Джейсон его убил. Средний Броди переводит бешеный и озабоченный взгляд на того, на ком он сидел. Ваас со вспоротой грудиной смотрел на него глазами, полными братской любви. Он тоже был братом, братом Цитры. И Джейсон забрал его жизнь. Вдруг осознав, что это не то, чего он хотел, Броди отключается вновь.       Открыв глаза в следующий раз, он понял, что руки лежат на теплых смуглых бедрах. Джейсон неуверенно смотрит выше, на маленькую раскрашенную грудь, его спирает от возбуждения и он хочет двинуть бедрами навстречу движениям. Чувствует, как тесно внутри. И, предвкушая увидеть лицо одной малазийской красотки над собой, поднимает взгляд еще выше. Однако, ожиданиям в эту секунду не суждено было оправдаться. И восседающий на нем великан раскачивал бедра. Джейсон в страхе начал хвататься за камни вокруг, корни растений и траву. Но в ту же секунду он моргает и видит, как Цитра плавно движется на нем. Она как-то разочарованно закрывает глаза и сползает с Джейсона. Тот, не зная, что реально теперь, а что нет, хватается за свой пах и обнаруживает, что, видать, слишком испугался, чтобы возбудиться. — Ты справился с этим, воин. Теперь ты знаешь свой путь.       Цитра отошла к большому дереву, а Джейсон сел на камне. Проморгался. Этот мир точно реален, он мог рассмотреть каждую соринку на своей футболке. Броди сглотнул. Цитра не знала, что он увидел ее великаном, которого нужно убить. Но и Вааса он видел великаном! Хотя в последствии пришло осознание того, что убийство пиратского лидера будет ошибкой.       Башка раскалывалась. Побочки галлюциногена. За той болью Джейсон напрочь забыл о том, что хотел спросить у жрицы. Да и после своего сна он стал в ней сомневаться. По крайней мере сейчас он испытывал ужас, когда смотрел, как двигаются ее плечи, пока она трогала кору дерева. — Я все понял, — пространно ответил Джейсон, и на негнущихся ногах двинул к выходу. — Я убью Вааса.       Он это сказал и получил одобрительный взгляд со стороны Цитры. Он это сказал, но не собирался исполнять. Вообще, он как можно скорее хотел бы убраться из храма, просто чтобы освежить мозги. Что Цитра, что Ваас, они оба нарочно ломали рассудок Джейсона. Тому нужно было бы научиться управлять своим сознанием получше.       На улице уже вечерело. Небо окрасилось в желтый цвет, а пальмы на его фоне - в черный. Однако берег был еще голубым, вода ловила остатки высокого небосклона. Пиратский аванпост, из тех, что еще остались во владениях Вааса, стоял. Стоял. Тихо. Спокойствие этого места было таким непривычным, опьяняющим. Джейсон смертельно устал, он не мог бороться больше, он шел, не ожидая ни победу, ни казнь. Это был зов.       Подобравшись, прихрамывая, к ржавым воротам, со спины послышался хруст ветки, тяжелый шаг грузных ботинок, шорох одежды. И удар по затылку чем-то тяжелым. Не боль свалила Джейсона с ног, наоборот, сознание сделалось ясным как день, но, увы, всего на мгновение, а дальше — темнота; — Джей, — заботливое звучание голоса, приглушенное, полушепот. — Джей, просыпайся. — Родительское тепло. — Уебок, вставай, бля! — Ваас.       Броди раскрыл глаза. Голова покоилась на боку и перед собой он увидел, как Ваас сидел на корточках возле койки, на которой Джейсон расположился. Майка на пирате была в разных оттенках красного. Собственный цвет ткани, пятна крови. — Кит… — Да заткнись ты, боже! Охуеть, а где же: «Спасибо, Ваас!», «Ты мне очень помог, Ваас!». Пошел ты! Ради этого куска говна я так рву жопу, по-шел ты!       После отключки Джейсон только приходил в себя и причитания Вааса нисколько не помогли в этом. Но Броди понял, чего от него ждут. Он обессиленно потянулся рукой к вскочившему пирату и ухватился пальцами за чужое запястье. Потянул на себя и усилил хватку. — Спасибо, Ваас. Побудь со мной, не уходи… — Охуеть, сильно тебе по мозгам дало. Прости, дружище. Поговорим, когда проспишься.       Когда Монтенегро вышел из неопределенного помещения, стало тихо, как в склепе. Броди лежал с открытыми глазами, и по-тихоньку трезвость ума возвращалась к нему. Парень сел на кровати, она мерзко заскрипела, как и пол под ногами. Это все было нищим, безвкусным.