Живчик

      Джейсон прижимается лбом ко лбу Вааса. — Ты до сих пор не понял?       Броди пожимает плечами. — Это очень сложно. — Что ты хочешь? — Спасти Райли. — Потом? Что с твоими друзьями? — Они уплывут. А я останусь тут. — Почему? — Я уже не смогу жить нормальной жизнью. Теперь тут для меня — нормально. — Быть со мной для тебя нормально? — Ваас гладит Джейсона по голове, касается своим носом его носа. — Нет. — Парень смотрит на улыбающуюся морду пирата. Красивый. — Не знаю. Если не с тобой, то с кем? — С Цитрой. — У меня было видение. Цитра мне не поможет. — Хочешь расскажу, что произошло бы? — слабый кивок в ответ, — Цитра действительно любит тебя так же, как и я, Джейсон. Только она… Заметила это раньше, она жрица Ракьят, ей даровано видеть то, что внутри. Для меня ты был американским подонком, таким же, как десятки других. Мясом, деньгами. А для нее — Воином, отцом нового вождя. Только правда в том, hermano, что этой суке мало тебя, ей нужна безграничная власть, которую она ни за что бы не отдала, Джейсон. Получив ребенка, она бы уничтожила тебя; Я больше не Ракьят, Броди, но эта кровь влечет меня к тебе. Я желаю иметь твоего потомка, — парень на это глупо хихикает и получает от Вааса болезненный щипок, — а я не могу. Вместо этого, мы можем сделать больше: я заполучу остров, благодаря тебе. Мы будем всемогущими, у тебя появится все, чего ты только пожелаешь. Каждая душа склонится перед тобой. А я буду рядом.       Джейсон замер, заглядывая в такие светлые и неожиданно трезвые глаза Вааса. Он не под кайфом, хотя и говорит такие вещи. Такие же когда-то говорила ему Цитра, но ее взгляд не был таким по-настоящему влюбленным и нежным. Неужели Ваас способен на такие чувства? К Джейсону? — Ты конченный психопат, мужик, — недоверчиво отстраняется Броди. — О, не-не-не, amigo, ты знаешь, что это не так. Ты. Видишь. — Монтенегро делает полшага назад и хватается за свою майку в области сердца. — Ты чувствуешь. Я знаю, принцесса, мы ведь… — Одно целое, — нетерпеливо и раздраженно отвечает Броди. — Почему тебе это так важно? — Только ты можешь освободить меня. Ты — моя сила, которой мне не хватает. То, чего Цитра хочет меня лишить снова. Части самого себя. Она забрала мой рассудок, я обретаю его, когда я с тобой. Ты дал понять, что я живу.       Они оба замолчали. Тишина накрыла их и весь остров. Ни шолоха листвы, ни далекого собачьего воя. Ничего. Они — двое.       Ваас осторожно приблизился, прислонился ладонью к горячей шее Броди, ощутил грубой кожей, как яростно бьется кровь в таком большом теле. Джейсон даже не дышал, он держал глаза широко открытыми и не мог пошевелиться. Ждал, безумно хотел, прямо в это мгновение, чтобы Ваас понял. И тот коснулся его губ своими, поцеловал глубоко. У Броди подкосились коленки, он чуть было не упал, но крепко впился пальцами в мужские плечи. Возбуждение пронизывало каждую клеточку его организма, когда он жадно отвечал пирату на ласки. Одежда исчезла сама собой, когда Джейсон уже лежал на сухой, выгоревшей траве, а Ваас, прекрасный в свете луны, возвысился над ним. Ощущение, возникшее у Броди в тот момент, было единственным уникальным в его жизни, оно неописуемо: будто океанические волны в груди бьются о ребра, а холодные капли растекаются по венам в конечности. В то же время неутомимый пожар испепеляет внутренности его живота. В ушах — гроза. — Ты прекрасен, Джейсон, — с томной улыбкой на лице говорит Ваас и гладит парня по разведенным в стороны бедрам. — Это ты… — шокировано отвечает он. — Я что? — смеется пират. — Ты прекрасен. — Щеки, и уши, и шея наливаются кровью.       Монтенегро звонко смеется и заключает Джейсона в объятия, но тот шипит — боль пронзила его где-то отдаленно — уже невозможно понять где. Это правильно. Это то, чего Джейсон хотел. Он преисполнился в любви и все понял.       Ваас неспеша двигался внутри, опаляя жарким дыханием шею Броди. Тихие стоны пирата возле его уха заставляли сердце трепетать. Ваас терся своим животом о твердый член Джейсона, приводя его в дикий восторг. Восхитительно сильные руки сжимали тела друг друга. — Ваас, — Загипнотизированно шептал Джей. — Поцелуй меня. — Попросил пират.       Сердце упало глубоко, глубоко в пучины неизмеримой страсти, Броди впился в чужие губы, словно целовался последний раз в жизни.

***

      Снаряжение в порядке. Джейсон берет с собой АК-47, любимый японский танто, снайперскую винтовку, с десяток гранат и С4. На нем тяжелый бронежилет надетый поверх красной пиратской формы — его бывшая одежда уже не пригодна к носке. Броди переглядывается с Ваасом, обмениваясь многозначительными взглядами. Страшно уходить одному, но, все-таки, не впервой. Пират будто прочитал эти мысли и потряс в воздухе перед собой рацию. На связи. Прекрасно. — Мне нужно быть тут, amigo. Siempre estoy contigo, porque somos uno. ¿Recuerdas?       Джейсон не был совсем несилен в испанском, но сейчас он понял, о чем, как всегда, говорит Ваас. — Понял. Ну, — он глянул перед собой, остальные пираты уже грузили сбыт — наркотики и рабы — на небольшую самоходную баржу. — Была не была.       Броди сильно и резко выдохнул, прежде, чем его нога ступила на сходню. Он поднялся на борт. Команда не оценила его присутствия, они не могли иначе — и это понятно. Никогда не смогут иначе. Но Джейсона это слабо волновало, ему было плевать на пиратов и все, что с ними связано — на их дела. В настоящий момент его волновал только один вопрос — может ли он доверять Ваасу? Есть ли на острове Хойта его брат и жив ли он? Монтенегро сказал, что он завершил приготовления на зоне операции через посредников, и что все должно пройти гладко. Другого выбора не было — все уже началось.       «Итак, я готов. Мой план, как всегда надежен: мне нужно просто убить главного заправилу работорговческого бизнеса. Подумаешь, что он настолько пиздатый, что заставляет ссаться под себя кого-то вроде Вааса. Это не сложная задача», — говорил про себя Джейсон. Он в последний раз, перед тем, как спуститься в трюм, глянул на Вааса. Тот широко улыбался, а его глаза светились. Был ли он так безнадежно влюблен в Броди или только радовался тому, что его затея вдруг воплощается в реальность — парень не знал, но улыбнулся в ответ.       Он спустился вниз и был там один, когда рация на штанине затрещала. Джейсон поднес ее к лицу. — Слышишь меня?       Джей улыбнулся. Все же он был напряжен, раз это заставило его расслабиться. — Слышу. — Окей. Когда вы будете на острове Хойта свяжись со мной. Я буду на стреме. У меня связь с запасными людьми. Все под контролем. — Понял. Люблю тебя, что ли? Нужно сказать ведь, мало ли не увидимся больше. — Ты придурок, — из рации послышался шипящий и дребезжащий смех.       Баржа отчалила.       Сложнее было высадиться на острове. Джейсон спустился на воду на шлюпке, не доходя нескольких сотен метров до суши. Он плыл в сторону точки, отмеченной на карте Ваасом. Там его должны встретить некоторые лица. Но они не встретили. На земле под пальмой стоял контейнер, а в нем униформа наемников. Броди потратил какое-то время на то, чтобы переодеться. Пиратскую одежду он закопал под деревом. Встречавшие его лица должны были провести его в город, но никого даже поблизости не было, ни одной живой души. И раз уж вещи были оставлены, то, пожалуй, возник некий форс-мажор. Джейсон не стал ждать, что кто-то явится за ним и поэтому сам, на своих двоих двинулся в путь. Заодно он взял рацию. — Ваас, я на острове. Меня никто не встретил, все в порядке? — Ты в безопасности? Если да, то я разберусь. — Понял, я иду в город.       Связь прервалась. Джей нервно выдохнул.       Скоро в поле зрения появился припаркованный скавенджер. — Окей, это уже неплохо.       Добравшись в город и сообщив об этом Ваасу, Броди получил указание ждать следующего сигнала. Он зашел в ближайший бар. Было людненько, тяжело пробраться к стойке. Извиняясь и обходя толпу, он все-таки подобрался к бармену. — Пачку чипсов, пожалуйста.       Стерпев удивленный насмешливый взгляд, Джейсон взял свой заказ, кинул на стойку несколько монет и купюру, вышел во двор. Сел на скамейку. Через несколько минут к нему подсел незнакомец. — Новенький? — он протянул ему сигарету. — Ага, — Джей помедлил, но сигарету взял, потом зажигалку — прикуриться. — Что-то тут происходит? — Ты уже в курсе? — Лысый мужчина с акцентом вскинул бровь. — О Джейсоне? Что-то слышал. — Конечно, ты слышал. — Пауза. — Ведь все только об этом и говорят. Пошли за мной. — Взгляд у незнакомца недобрый. — Куда?       Мужчина двинулся прочь. Джейсон сделал последнюю глубокую затяжку и выбросил сигарету на землю. Подорвался с места и быстро нагнал его. — Меня зовут Сэм. Сэм Бекер. Ты много слышал про Джейсона Броди, потому что это ты — Джейсон Броди, я прав? О, не переживай, я в теме. Ваас сотрудничает с моим другом, которого ты тоже неплохо знаешь. — Уиллис? — Тс-с! В общем, мы тут все заодно. Люди Вааса сейчас будут рушить инфраструктуру хойтовского острова, а я здесь для того, чтобы прикрыть твою задницу, когда ты будешь штурмовать особняк Уолкера. — Очень интересно, почему я только сейчас узнаю об этом. — Это надежнее. — Так, значит, пираты Вааса уже тут? — О, друг, это не пираты, это — наемники-диверсанты. Ваас далеко не дурак, он знал, где искать себе приспешников. Мужиков, которым все равно на кого работать, лишь бы были бабки. Ваасу легко верить, он бывает очень красноречивым вопреки его сумасшествию. Ты готов, Джейсон Броди? Мы начинаем.       Джей подобрался, желваки на его лице напряглись. Парни обошли добрую часть городка, пытаясь не вызывать подозрений, когда перед ними показалось двухэтажное здание штаба Хойта. Ну вот, они в осином гнезде, наконец-то. Последний шаг, чтобы завершить все раз и навсегда, по-крайней мере, для друзей.

«Вы больше не увидите этот кошмар. Держись, Райли, я уже иду»

.       И вот темнота души Джейсона поглотила весь его разум, и он обратился в неутомимое, неудержимое чудовище, черное, как смоль, с горящими ярким пламенем глазами. Под звук первого взрыва где-то вдалеке острова, Броди стартует. Сэм ему помогает, но скоро понимает, с удивлением и восхищением, что этому парню не нужна ничья помощь. Он безжалостен, в нем нет ни толики страха или сомнения. Бекер не успевает заметить, как Джейсон уже взбегает по лестнице на второй этаж. Вокруг все мертвы. Получил ли Броди хоть одну царапину? Сэм не знает. Он хмыкает, и его лицо трогает улыбка, полная уважения. И пуля прилетает в затылок. Мертвое тело беззвучно падает на крыльце. — Джейсон Броди! Пришел за моими яйцами собственной персоной! — Хойт громко смеется и разводит руки в стороны. — А ловко вы это. Я знал, что Ваас мне врет, но не думал, что он сумеет воспользоваться тобой — грозой острова Рук! Рад тебя видеть, присаживайся, — Уолкер показывает рукой на стул возле своего рабочего стола. — Я не в игры пришел играть, я пришел тебя убить! — Важно заявляет Джейсон. — Вот как… Так, значит, мне нужно сдаться? — мужчина поднимает руки над головой. — Я сдаюсь. Я твой пленник. Но, прежде, чем ты меня убьешь, будь добр, выслушай мою последнюю просьбу, хорошо? Думаю, мы сможем договориться. Местные уже слагают о тебе легенды, правда. Я сам не мог поверить, что один человек способен устроить такой геноцид! Я — бизнесмен, делаю деньги, плачу зарплаты своим рабочим. Этот остров… Это только одна точка. И такие как ты мне, определенно, нужны. Я готов сделать тебя своим наемником, платить тебе огромные гонорары, ты сможешь обеспечить не только себя, но и всю свою семью вплоть до правнуков. Заманчиво, не так ли? — молчание в ответ, — Вот именно, Джейсон. Ты считаешь меня своим заклятым врагом, но почему? Потому, что я делаю свою работу и случайно не подумал о ваших чувствах, когда взял вас в заложники? Но это не я убил твоего брата. А за вторым я внимательно ухаживаю, не переживай, он получил ранение, но его здоровью ничего не угрожает. А твоему? Как поживает ножевое? — Заткнись, я в любом случае убью тебя, как бы ты не пытался…       И тут Джейсон понял, в чем дело. Он упал на пол в ту же секунду, как окно разбила пуля снайперской винтовки. Он был на мушке. На первом этаже послышался топот десятка ног. — Гандон, — прорычал Джейсон и, перекатившись через плечо, ногами ухватился за ноги Уолкера. Повалил его на пол и между ними завязалась кровопролитная борьба. Броди лишь помнил, как разорвал шею, как хрустело горло в его кулаке, как взгляд Хойта погас. А потом бег, взрыв, головокружение и снова бег.       Он открыл глаза в сарае среди сена и кучи металлических коробок с дурью, оружием и чем бы еще ни было. По часам — с момента нападения на штаб Хойта прошло двадцать пять минут. То есть в отключке он совсем недолго. Джейсон высунулся в приоткрытую дверь. Да, он находился неподалеку от штаба, который сейчас был охвачен пламенем. Повсюду сновали вооруженные люди, у которых на уме только одна задача — уничтожить Броди раз и навсегда.       Ему, впрочем, повезло все еще находиться в форме наемника. Джейсон закрыл лицо желтой маской и покинул свое укрытие, но все еще следил за тем, чтобы его никто не заметил. Ему удалось покинуть городок, а Ваас на связь не выходил. Броди двинулся к следующим координатам, к кораблю с заложниками. Туда, где Райли. И пускай он был решительно настроен на освобождение брата, его ум все же занял вопрос о том, что с Ваасом и почему он не отвечает ему. «Лишь бы с тобой все было хорошо», — думает Броди и седлает так беспечно оставленный на дороге квадроцикл.       Рев газа, Джейсона заносит на поворотах и подбрасывает на камнях, но на горизонте перед ним уже красуются темные воды бескрайнего моря и огромный, черный корабль. Броди тормозит у обрыва и прыгает на ноги. Зачарованно смотрит вперед. Там. Там Райли. «Я иду», — сердце бешено колотится внутри. — Я иду, — рычит Джейсон.       Рация затрещала. Сердце упало в пятки первый раз. Ваас. Броди хватается за рацию и мигом подносит ко рту. — Ваас! Почему ты не… — Джейсон, Джейсон, Джейсон… — Монтенегро тихо смеется, и Джейсону становится не по себе. — Я уже говорил тебе, что такое безумие? Безумие — это точное повторение одного и того же, раз за разом, в надежде на изменение. Я снова доверился, Джейсон, и меня снова наебали, меня СНОВА! МЕНЯ СНОВА УДАРИЛИ НОЖОМ В СПИНУ, БРОДИ! — Ч… Что? О чем ты говоришь? Я убил Хойта, как ты хотел. — Я обнаружил кое-что интересное. Хочешь послушать? Гаррет, скажи что-нибудь своему другу Джейсону.       Гаррет громко кричал и плакал в рацию. У Джейсона упало сердце в пятки во второй раз. — Нет, Ваас… — Классную ты ему сделал татушку, amigo. Сам научился? Ты теперь Ракьят, да, Джейсон? Ты так грязно подставил этого бедного, напуганного мальчика, обманул, мне его очень-очень жалко. Гаррет, я тебя полюбил, но какой ты был, сука, непослушный! ГАРРЕТ, Я ГОВОРИЛ ТЕБЕ НЕ ДРУЖИТЬ С ДЖЕЙСОНОМ БРОДИ! ЭТО ОН УБИЛ ТЕБЯ, А НЕ Я, ГАРРЕТ. ЭТО ОН. УБИЛ ТЕБЯ! — Ваас, умоляю, нет, это ошибка! — У Джейсона тряслись руки, пот выступил на лбу.       В рацию слышны громкие, истошные вопли. Это Ваас вырезал ножом кожу с набитым на ней татау. Гаррет кричал, словно оказался в аду, и он оказался — вся жизнь пролетела перед его глазами, чувства страха и сожаления, обиды и горечи, разочарования. — Ваас! Умоляю, остановись! — Остановиться, Джес? Гаррет, мне остановиться? Вы, два петуха, останавливаться не собирались! Гаррет, открой глаза, сукин сын! Говори со мной, ебанный трус! Он в отключке. Похуй, застрелите его. Он меня огорчил.        Звук выстрела в рации. — Нет! Ваас! — Нет, Ваас, Ваас! Прости, что решил наебать тебя, как лоха! Мне так жаль! Hermano, я не хочу это слышать, окей? Я верил тебе, Джейсон, я готов был тебе помочь спасти брата, но раз уж ты решил меня кинуть, то и я не обязан тебя выручать. Окей? — Ваас, о чем ты? Я уже около корабля. — Да? Что ж, это просто замечательно. Подожди секундочку. Парни, — Ваас обращается к кому-то другому, — Погнали.       Корабль сотрясается от первого взрыва. Сердце Броди разбивается на осколки. — ВААС!       Второй взрыв.

ВААС!

ВААС!

Ваас.       Джейсон лишился… Всего? Он молчит. Ничего не слышит. Он мертв? — Я ненавижу тебя, — спокойно говорит он за секунду до того, как его начинает разрывать от рыданий. — Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ!

***

      Ваас. Ваас. Ваас. Джейсон истреблял аванпосты. Один за другим. Но нигде его не мог найти. Он словно сквозь землю провалился.       В изорванной одежде и по шею в крови Броди измученно опустился на колени, убив очередного пирата. — Где ты.? — голос его шуршал, как бумага, как металлическая бумага, звенел, на последних нотах.       Джейсон медленным, хромающим шагом направился в сторону храма Цитры.       Он вошел в него, как хищный зверь, все расступались при виде его фигуры. Его взгляд давно нельзя было назвать человеческим. Цитра встретила его перед алтарем жертвоприношения. Броди увидел всех своих друзей подвешенных за руки, привязанных к деревянным столбам. — Это ты… — тихо заметила жрица, подразумевая, что это Джейсон — чудовище которого они боялись. Чудовище, которое уничтожит остров. — Они мертвы, — безэмоционально заключил Броди. — Да, мне пришлось это сделать, чтобы освободить тебя. Это из-за них ты стал таким, Джейсон. — Закрой свой рот.       Цитра мужественно стояла на одном месте, когда к ней медленно приближался Джейсон Броди, когда он коснулся острием ножа ее мягкой, смуглой кожи. — Тебе нужно было остаться со мной, Джейсон, надеюсь, теперь ты это понял. Я по-настоящему люблю тебя.       Одно движение лишило жрицу способности говорить, а потом снова кровь, одна лишь кровь — на одежде, на волосах, на лице. Реки крови — горы трупов. Джейсон, действительно, монстр. Его не могло остановить огнестрельное оружие, гранаты, любое оружие в мире было бессильно перед всем его существом. Он истребил пиратов, и он истребил Ракьят. Он один. Бессмертный и всемогущий. Ему не нужен был никто из них, чтобы получить эту силу — она всегда принадлежала ему. Как поздно ему пришлось это понять.       Джейсон вышел из храма на свежий воздух, где не витали всякие дурманящие пары. Там, возле врат, восседая на джипе, его ждал Ваас. Они встретились взглядами. Джей устало улыбнулся ему. — Я забрал ее у тебя. Я забрал у тебя все. И себя.       Броди пошагал вглубь джунглей. Куда его ведет его сознание? Ваас проводил парня взглядом, но когда тот ушел, так и не оглянувшись, пират взорвался и бросился вслед за ним. Джей оглянулся, когда услышал бег за спиной, и тоже рванул, чтобы его не догнали.       Ваас догоняет, бросается на него, и они оба падают в траву, обрушивают друг на друга удары кулаков. Джейсон кусает Вааса, тот отшатывается, а Броди поднимается и бежит дальше. Впереди их встречает обрыв, а на Джейсоне до сих пор есть парашют. Он разбегается прыгает, открывает парашют, его подбрасывает вверх, потом снова резко вниз — Ваас схватился за его ногу. И ползет по Броди вверх. Вытаскивает из ножен на бедре нож. Они уже летят над водой, бушующей водой, когда пират режет тросы, и они оба летят вниз.       Хлопок о воду. Тишина. Громкий шум волн. Бурление. Тишина. Небытие.       Броди вытягивает тело пирата из воды на сушу, в нем едва находятся на это силы. На сухом песке под утренним солнцем — они снова вдвоем. Ваас открывает глаза, поворачивает голову набок и, когда видит перед собой Джейсона, бросается на него. Седлает сверху, хватает за грудки и глубоко целует. Джей отвечает с особой страстью, сжимая в кулак жесткий ирокез. Они оба стонут в поцелуй, не могут насытиться друг другом. — Джейсон, — шепчет исступленно пират. — Я хочу умереть, Джейсон. Понимаешь, о чем я? — Я понимаю, Ваас.       Пират вонзает острый нож Джейсону под ребра и тот почти мгновенно, захлебываясь в своей крови, умирает. Ваас нежно целует его в лоб и разрезает свой живот. Ложится рядом. Кровь покидает его тело, силы покидают, способность видеть перед собой голубое, прекрасное небо. Из последней мощи, пират пытается закопать себя в песок вместе с Броди.

***

      Мужчина протягивает мартышке грейпфрут, а его сынишка — другой мартышке — банан. Животные недоверчиво тянут руки к фруктам, выхватывают и убегают прочь от алтаря, который стоит на пляже. На нем — гравировки, каменный столик с фруктами и прочими подношениями.

— … Поэтому, сынок, на свете не существует абсолютного добра или абсолютного зла.