Странная девочка

Сонни устало вздохнул и отложил в сторону ручку. Встав и размяв ноующую спину, троодон надел пальто и вышел на улицу. Было прохладно, ветер качал верхушки деревьев. «Надеюсь, что у Норы сегодня стабильное состояние» - думал про себя Сонни, напрявлясь к небольшшой пещере, неподеку от Терассы Птеранадонов. Войдя внутрь, троодон сразу увидел Нору, которая что-то царапала на стене когтями. - Нора, - позвал троодон полушепотом, чтобы не испугать малышку. Та повернулась в сторону гостя, криво усмехнулась и продолжила царапать стену. Сонни вздохнул и прошёл вглубь пещеры, где находилось пустое пространство. Там, на камне, усыпанном соломкой, сидел троодон, с поникшей головой. - Ханг, - обратился у нему Сонни. Ханг поднял голову и, увидев Сонни, кинулся в его объятия. - Сонни, милый, как я рад тебя видеть! Я уже не надеялся, что ты придёшь.. Я.. Я - сбивчиво говорил троодон, цепляясь за ткань пальто словно боясь, что Сонни исчезнет. - Тише - тише, - шептал Сонни, поглаживая Ханга по спутанным коричневым перьям. Немного успокоившись ( не без помощи Сонни), хозяин пещеры поведал другу о том, почему он переехал с Норой сюда. - Видишь ли, Сонни, - начал Ханг, сжимая в руке чашку с чаем с липой, - началось все с того, что я уехал в командировку, оставив Нору с женой. Норе было где-то 1,5 года. Когда я вернулся, то увидел, что по всему телу дочери были синяки и порезы. На вопрос, откуда они, Нора указала на Маю. Мая долго упиралась, мол, это не она, но я не верил ей. После этого на Нору стали жаловаться родители соседский детей. По их словам моя дочь избила их детей. Нора на это отнекивалась, но гулять я её одну больше не пускал. Ещё через неделю, соседка пожаловалась, что моя Нора зарезала её кота. Представляешь?! Разумеется, я не верил в это, и соседка предложила отвести мою дочь к психиатру. Я сначала послал её, но потом все - таки повёл дочь к врачу, такак она действительно вела себя странно. Спустя несколько сеансов Норе поставили диагноз - диссоциальное расстройство личности. На этом моменте Ханг замолчал, а руки его задрожали. Сонни налил в чашку успокоительного и помог выпить троодону. Несколько минут троодон приходил в себя, пока Сонни гладил его по голове. - Спасибо, Сонни, - поблагодарил Ханг, - мне трудно говорит об этом. Сонни понимающие кивнул. - Всё - таки, я продолжу, - сказад троодон и, глубоко вздохнув, проодолжил: - Когда мне об этом сообщили, я не поверил им. Однако как только врач назвал признаки этого расстройства, я понял, что это правда. - Извини, Ханг, - перебил Сонни, - а что это за признаки? - Признаками является вот это: - поведение больного не соответствует нормам общества; психическая нестабильность, - больной легко раздражается, выходит из себя; - характерны эгоцентричность, снижение эмпатии (сочувствия другим), - ответил Ханг, тяжело вздохнув. - Врач сказал, что Норе надо приходить на сеансы каждую неделю и пить таблетки, так как у нее наблюдается частый нервоз, - закончил историю Ханг. Сонни молчал, не зная, что на это сказать. Ему было бесконечно жаль Ханга и Нору. Тут к ним вошла Нора с трупом мышки, который она держала в руках. - Нора, дорогая, если ты не будешь есть эту мышку, то лучше отнести её плальше, - тихо - тихо, чтобы не раздражать дочь, просил Ханг. Нора на это заявление отца громко фыркнула, взглянула на него и Сонни презрительным взглядом и вышла от них. Ханг извинился перед Сонни и кинулся за дочкой, а Сонни остался сидеть, думая о том, чем он может помочь другу и его больной дочке.