Божество способно любить

Этот врач...он волновал его. Природная грация в смеси с чувственным очарованием. При каждом движении складки на его одежде напрягались, демонстрируя все изгибы его тела, от самых непримечательных до самых интересных. Он поправлял очки, но всегда делал это по-особенному, словно замечая пристальный и вожделенный взгляд. Конечно, Чжун Ли не стал терпеть более. Слишком уж этот хитрый парень упорно издевался над ним, как бы показывая — смотреть можно, но руками не трогать. Моракс не любил нарушать правила, но удержаться был не способен. Он проснулся. Все время просыпался в своем уютном доме, но он прекрасно понимал, что сейчас он не там, где должен быть. И абсолютно точно не один. Чжун Ли присел на кровати, заслонив лицо руками. Один из соблазнов человеческой жизни. Ему нужно было сосредоточиться на другом. Он почувствовал движение. Зеленоволосый парень шелохнулся, протянув руку к тумбочке и надев на лицо очки, повернулся и взглянул на Чжун Ли. — Ох, доброе утро, — он хитро улыбнулся, приблизившись к нему вплотную, заставив Чжун Ли ошарашенно отпрянуть. Это был он. Бай Чжу. Собственной персоной. Чертов врач всё-таки затащил его в свою постель. — Что это с тобой? — Бай Чжу надвинулся, но Чжун Ли предусмотрительно повернул голову в сторону, поэтому губы неожиданного любовника приземлились ему на щеку, что все равно заставило того покраснеть. Парень присел и проникновенно посмотрел на Архонта. — Ты помнишь? А ведь хороший вопрос. Чжун Ли пытался вспомнить события вчерашнего дня. Ему нужна была добрая порция успокоительных...

***

Бай Чжу выпрямился, как только завидел Чжун Ли, поднимающегося по лестнице. Уже несколько недель он безуспешно флиртовал с господином Я-Не-Вижу-Твои-Намеки, но все без толку. В первый раз, когда парень увидел его, то потерял голову — он был просто прекрасен. Высокий, красивый, статный...В общем, определенно точно он с первого взгляда понравился ему. Он не раз заходил в хижину Бубу, но раньше врач не примечал его — в основном, Бай Чжу занимался исследованиями, а у кассы всегда стояла Цици, но когда Чжун Ли пришел с путешественницей после неудавшихся поисков кокосовой козы, а на его лице появилось отчаянное осознание собственной глупости, Бай Чжу понял, что влюбился. И вот сейчас он шел, словно в тумане, потерянный и уставший. Врач поправил воротник и присел на прилавок, сексуально приподняв очки. Вдалеке раздался какой-то хлопок — Цици разбила пробирку. Бай Чжу вздрогнул и свалился вниз, задев рукой стоящую на прилавке кружку с карандашами. Чан Шэн взглянула на врача, распластавшегося на полу и перевела взгляд на Чжун Ли. — Он внизу, — прошипела она, и точно бы сложила руки на груди, если бы ими обладала. Чжун Ли растерянно осмотрелся и заглянул за прилавок и обнаружил там Бай Чжу, обреченно лежащего на полу, усыпанного карандашами. — Добро пожаловать в хижину Бубу, — недовольно пробурчал он, все равно, попытавшись спасти положение, улегся в эффектную позу. Но Чжун Ли был не один. Стоило рыжей голове появиться над ним и издать странный смешок, как Бай Чжу мгновенно закатил глаза и обреченно встал к прилавку, Чан Шэн угрожаюше зашевелилась. Чайльд Тарталья. Когда же он уберется уже в свою Снежную... — Привет, доктор Айболит, удобный пол? — насмешливо протараторил парень из Фатуи. — Чайльд... — Моракс закатил глаза и посмотрел на Бай Чжу, пожирающего взглядом Тарталью, пока тот весь светился от своего остроумия. Чжун Ли обратил на себя внимание врача и проговорил: — Мне нужны успокоительные, те, которые ты дал мне в прошлый раз. А Тарталье...немного ума бы не помешало, но такое не лечат, да? Бай Чжу хихикнул, переведя взгляд на Чайльда, принявшегося ходить вдоль витрины и рассматривать склянки и травы. Лекарь неудовлетворительно на него посмотрел и, снова повернув глаза к Чжун Ли, ощутил этот необыкновенный взгляд из-под длинных ресниц. Он замешкался, но попытался разрядить обстановку. — Не скажите, господин Чжун Ли. Недавно в книжной лавке Ваньвэнь я наткнулся на труд одного учёного из Снежной, в котором описывался опыт введения длинного приспособления в мозг человека с целью отделить одну лобную долю от другой . Он утверждал, что в результате этой процедуры пациент должен был избавиться от слабоумия, шизофрении или, скажем, излишней гиперактивности, — он рассматривал бутыльки с лекарствами, стараясь найти подходящее. — Вполне в духе Снежной, — хмыкнул Чжун Ли, заставив Бай Чжу мило улыбнуться и опустить глаза в пол, чтобы не выдать румянец, расползшийся по щекам. Но было видно, что Чжун Ли заметил мимолетное замешательство и тоже отвел взгляд, улыбнувшись. Конечно же, он знал о симпатии Бай Чжу, потому что если бы Архонт, живущий черт знает сколько на этой бренной земле, не понимал банальных намеков, причём вопиющих, то это дискредитировало бы его, как Властелина Камня. Но Моракс не был способен испытывать подобных чувств к обычному смертному, поэтому он старался вести себя сдержанно и учтиво, хотя он и понимал, что общество Ли Юэ его значительно подпортило, поэтому и в его голове появились похабные мысли. Наконец, Бай Чжу вынырнул из-под стола, протянув Чжун Ли успокоительные. Их глаза встретились на секунду, но на этот раз врач не смог отвести взгляда, поэтому в изумлении стоял, не шевелившись. Моракс улыбнулся и прикоснулся к пузырьку, накрыв своей ладонью пальцы Бай Чжу, ощутив их необыкновенный холод, но в то же время, невероятную нежность. Если бы не Чайльд, стоявший позади, и поведенческие нормы, то он бы уже кинулся на Бай Чжу. — Мы идём или как? — Тарталья подошел ближе и положил голову на плечо Чжун Ли. Мимолётная связь прервалась, и они оба отвернулись в разные стороны. Чжун Ли оплатил все и грузно повернулся, явно собираясь уходить. Чан Шэн выжидающе взглянула на своего хозяина, ожидая от него ответных действий, поэтому Бай Чжу кивнул, дождался, когда ноги Тартальи пересекут порог Хижины Бубу, вышел из-за стойки, ухватив Чжун Ли за руку, набрал в легкие побольше воздуха и на одном дыхании произнес: — Чжун Ли, я долго думал, и я пришел к выводу, что я мог бы, — он замешкался и тяжело выдохнул, глядя на изумленное лицо Моракса, — я мог бы... Он бы мгновенно кинулся прочь, и остановило его только то, что Чжун Ли все еще держал его за руку. — Извини? — сам Архонт немногое смыслил в человеческом поведении, поэтому изо всех сил пытался связать эти необычные эмоциональные скачки с его биологической потребностью засунуть эту же руку, которая трясется с бешеной скоростью, Мораксу в штаны. — Я мог бы пригласить тебя на свидание, — выпалил Бай Чжу, не сразу осознав, что только что сделал. Тарталья заинтересованно повернул голову, но как только увидел голову раздраженной змеи, сразу же зашагал прочь. — То есть, не свидание! Не свидание, дружеская встреча! — запинаясь, быстро говорил врач. — Ну может и свидание, но... Он тяжело задышал, чуть не упав в обморок, поэтому Чжун Ли сильнее ухватился за него, чтобы не допустить внезапной потери сознания. — Ты приглашаешь меня на свидание? — голос Моракса прозвучал чётко и громко, так, что Тарталья полностью повернулся, быстро моргая. Бай Чжу тяжело вздохнул и кивнул. Чжун Ли улыбнулся и прикрикнул на Чайльда, тут же ретировавшегося от строгого возгласа. Он взял пальцами подбородок Бай Чжу, оказавшись с ним на максимальной близости, поэтому все лицо врача покраснело от смущения. — Я предлагаю завтра в семь часов вечера. В Глазурном павильоне. Сможешь? Кое-какие события вчерашнего дня стали осязаться более четко.

***

Бай Чжу двигался из стороны в сторону, нервно глядясь в зеркало каждые пять минут. На кровати лежали вещи, сам врач ходил из стороны в сторону с полотенцем на голове и периодически примерял серьги. Он тяжело вздохнул и вгляделся в свое отражение, надев на нос очки. Он не мог поверить. Чжун Ли согласился? Зачем? Бай Чжу действительно нравится ему, или он хочет отвязаться? Это не давало врачу покоя. Тем временем отметка "семь" на часах неумолимо приближалась. Он присел на кровать, обреченно сняв с головы полотенце и ощупывая мокрые волосы. Он вспоминал образ Чжун Ли, пытаясь обозначить самые мелкие детали. Морщины на его лице, прекрасный блеск в карих глазах. Его уголки губ так очаровательно поднимаются, когда лучезарная улыбка появлялась на лице мужчины. Бай Чжу раскраснелся, вжавшись лицом в подушку. Даже мысли о нем возбуждали врача, и это его пугало. Как он будет себя вести? Важно было не показаться идиотом перед ним. — Интересно, о чем он сейчас думает...? — незаметно для себя вслух произнес Бай Чжу, вытянувшись в кровати. — О том, что ты тревожный дурак, — прошипела Чан Шэн, примостившись на своей деревяшке. А Чжун Ли ни о чём не думал. Когда Тарталья наворачивал вокруг него круги, что-то без умолку болтая, он предпочитал абстрагироваться и вовсе не замечать его суетливость. Даже если он говорил вещи, тревожившие его самого. — Чжун Ли! — Тарталья ударил по столу, заставив Моракса невольно поднять взгляд и уставиться на него. — Ты меня не слушаешь? — Я вас слушаю, — равнодушно протянул он, сощурив глаза, чтобы разглядеть узор на вазе. Он что-то однозначно ему напоминал. Тарталья говорил верные вещи. Чжун Ли повел себя неприемлемо по отношению к Бай Чжу, словно почувствовал, что ситуация оказалась в его руках. Он не знал, придётся ли ему притворяться романтичным любовником и куда это приведёт. Не знал, как ему себя вести и зачем он это затеял. Чжун Ли все ещё был мёртвым Мораксом, и не знал, способна ли его человеческая форма испытывать такие же чувства, которые испытывают другие люди. Влюбленность, возбуждение, симпатию. Способен ли он вообще ощущать что-либо? В любом случае, Моракс не хотел обидеть Бай Чжу, и это было его основной тревогой — что если он действительно все больше начинает походить на человека? — Чайльд Тарталья, помогите мне, — проронил он, скрестив руки на груди. — Что? — на мгновение Тарталья перестал ругать Чжун Ли, обернувшись. — Вы правы. Я поступил как некто, абсолютно лишенный чувства такта. Я мало смыслю в тонкостях человеческих отношений, поэтому не могли бы вы помочь мне? Я полагаюсь на ваш опыт в...подобного вида отношениях. Чайльд удивленно нахмурил брови, не зная, что сказать. Во-первых, он был польщён. Во-вторых... — Я что, по-твоему, шлюха? — неоднозначно вскипел он. — У всех любителей потрахаться в Снежной на коротком созвоне? — Такой информацией я не желал обладать, но это безусловно поможет нашему делу, — равнодушно проговорил Чжун Ли, склонив голову набок. Тарталья присел, взглянув на Чжун Ли. Кажется, этот непрошибаемый кремень был вполне серьезен в своих намерениях, но ожидаемо ничего не смыслил в любовных нюансах. — Для начала, — он дал старт своему длинному монологу, — на свидании не веди себя как каменная глыба. Улыбайся ему, разговаривай с ним и не приводи все к неловкому молчанию длиною в жизнь, ибо это чревато неизбежным обмороком твоей пассии. Сделай ему комплимент, например: "Какое счастье, что среди всех этих звезд на небе мне досталась самая яркая" или "Этот вечер такой холодный, но рядом с тобой так жарко", — он увидел, как Чжун Ли хотел что-то возразить. — Я считаю необоснованым, сравнивать человеческую фигуру с мощной и разрушительной силой звезды на небе, да и к тому же превозвышать его персону над всей плеядой величественных небесных тел, — задумчиво проговорил он, уставившись в потолок, но тут же почувствовал, как Тарталья наклонился над ним. — К тому же... — Ни за что не говори ему это на свидании, я тебя умоляю, — отчаянно простонал он, приставив руку ко лбу. Голову его посетила мысль, что предстоит очень много работы.

***

Бай Чжу нервничал, что нельзя было сказать по его внешнему виду, но внутри он готов был разорваться от нахлынувшей эйфории. Он пришёл на место за десять минут до назначенного времени, но обнаружил, что Чжун Ли уже находился там, даже не дав тому собраться и впопыхах доделать речь. Он сбавил скорость, перейдя на плавный шаг, поправляя свою одежду. Чжун Ли же не поддавался волнению. Снаружи и изнутри его пронизывало безразличное спокойствие, но появление Бай Чжу всколыхнуло его, и он выпрямил и так прямую спину, приветливо сообразив нежную улыбку. — Здравствуй, — Моракс завёл разговор, перебирая в голове клишейные фразы. — Выглядишь...чудесно? Последнюю фразу он произнес очень неуверенно, и все спокойствие приняло иную форму. Человеческая ипостась Чжун Ли становилась пленником различных чувств в экстренных ситуациях, что и свойственно разуму. Тарталья учил его вкладывать чувства в слова, но ему легко говорить — он являлся отличным примером пребладания эмоций над рациональностю. А Чжун Ли не мог подвергать себя неоправданному риску сблизиться с кем-то. А также не мог подвергать себя риску показаться излишне безжизненным, поэтому он балансировал на тонкой грани, пытаясь не свалиться вниз. Не дождавшись реакции Бай Чжу, пытаясь побороть свою чёрствость, непутёвый романтик взял его за руку и проникновенно посмотрел на врача. Он ощутил, как по руке прошёл ток. — З-здравствуйте, эм, — Бай Чжу тяжело задышал, когда их руки соприкоснулись. А самое ужасное, он не видел ни одной эмоции на лице Чжун Ли, это пугало больше всего. — Пойдем? — внезапно проронил он, Бай Чжу встрепенулся и утвердительно кивнул, с улыбкой смущенно отведя взгляд. Стыдно было признаться, но раньше Бай Чжу ни разу не бывал в Глазурном павильоне, ибо обычно он не ходил ни с кем на свидания. А Чжун Ли ни разу не бывал на свидании с врачами, поэтому не знал, какого выпада ожидать в следующий момент. Они присели за стол, заранее арендованный Чжун Ли, который в этот раз несколько раз убедился, что не забыл деньги дома. Бай Чжу сидел напротив него и улыбался. Моракс занервничал, шурша в кармане бумажкой и вспоминая советы Чайльда. Главным правилом было не сохранять тишину слишком долго, иначе все превращалось в неловкую инициативу. Он повёл рукой, прикусил губу и собирался было начать диалог, но так и не придумал тему, поэтому быстро подозвал официанта, чтобы осуществить заказ. Чжун Ли все время внимательно вчитывался в меню, поэтому и сейчас он напряженно изучал ассортимент. Бай Чжу определился с заказом примерно за несколько секунд, поэтому официант нагнетающе стоял над Мораксом, который дивился блюдами. — Мясо Тяньшу? — нерешительный гурман поднял глаза на Бай Чжу, словно ожидая какого-то ответа. — Да? — неуверенно произнес Бай Чжу, но потом кивнул и уверенно повторил. — Да. В Глазурном павильоне царила приятная атмосфера, так что можно было невольно ощущать романтику в этих неловких диалогах, когда Чжун Ли судорожно вспоминал, что нравится Бай Чжу, чтобы они не сидели в тишине, и пытался улыбаться, а Бай Чжу наслаждался вечером. И когда им принесли еду, Чжун Ли наконец-то понял, о чем может завести диалог. Наблюдая, как Бай Чжу кладёт кусок мяса в рот, он проронил: — Ты когда-нибудь ампутировал сгнившие конечности? Бай Чжу подавился и выплюнул кусок мяса, громко закашлявшись, ибо небольшой прожеванный кусок грозился попасть не в то лёгкое. Такой темы для разговора он явно не ожидал. — Все в порядке? — Чжун Ли не понимал, из-за чего он так внезапно смутился, но на всякий случай поинтересовался причиной. — О таком не говорят на свидании, Чжун Ли, — Бай Чжу ошарашенно улыбнулся. Похоже, этот суровый и спокойный человек действительно ничего не смыслит в подобного рода встречах. — Правда? — кажется, Чжун Ли был удивлён еще больше. — Разве не нужно искать темы для разговора, интересные обоим членам свидания? — Мои интересы не сводятся лишь на хижине Бубу, поэтому со мной можно не разговаривать только об отпадающих конечностях моих пациентов и том, где лучше собирать стеклянные колокольчики. Чжун Ли тихо выругался. Список тем для разговора был мгновенно исчерпан. Всё-таки не стоило доверять Чайльду. Но Бай Чжу почувствовал себя увереннее — он сам начал беседу с Чжун Ли, вследствие которой он много узнал о его персоне. С каждым новым словом, выходящим из его рта, он все больше убеждался, что влюблен в него. Иногда он даже не вдавался в подробности того, о чем рассказывал Чжун Ли, просто смотря ему в глаза. Это немного смущало. Свидание проходило хорошо. Во всяком случае, не хотелось в страхе убежать прочь, выпрыгнув через окно, и больше никогда не контактировать с социумом. Чжун Ли спокойно говорил о том, как определить качество полуночного нефрита, что не совсем подходило под концепцию легкого романтического свидания, потому что Бай Чжу не понял ни слова, мило улыбаясь. Ему все нравилось, так что жаловаться было нечего. И все и проходило мирно, если бы Чжун Ли не заказал то злосчастное вино, сыгравшее в судьбе его партнёра по свиданию интересную роль. — Ты должен знать, я очень быстро пьянею, — после нескольких глотков вина Бай Чжу быстро перешёл на 'ты'. — Насколько быстро? — не ожидая подвоха, спросил Чжун Ли. Только сейчас Чжун Ли вспомнил, что самая интересная часть вечера началась после первого допитого бокала вина. *** Дом Бай Чжу с первого взгляда ничем не отличался от хижины Бубу. Словно на витринах, в шкафах стояли многочисленные склянки, стеллаж для книг распластался по стене, являясь самым главным пылесборником во всех аппартаментах. Чжун Ли почти силой втащил врача в его дом, изо всех сил стараясь удержать равновесие, потому что Бай Чжу неплохо давил ему на плечо локтём и глупо смеялся. Кажется, он натурально перебрал. Должно быть, это было связано с его восприимчивостью к алкоголю, обрекавшей его на бесконечные похмелья и пробелы в памяти наутро после выпитого бокала вина. Чжун Ли задышал и присел на диван, схватив за талию соскальзывавшего Бай Чжу. Тот в свою очередь обхватил руками шею Моракса. — Ты такой милашка, Чжун Ли, — проблеял он, так резко придвинувшись к мужчине, что тот едва успел увернуться. Бай Чжу попытался засунуть руку ему в штаны, но акт мастурбации был прерван тем, что Чжун Ли быстро поднялся и подтянул врача, взяв его на руки. Кто-то утром будет очень сильно жалеть о произошедшем. За несколько заходов и с помощью Чан Шэн, которая давно не заставала Бай Чжу в таком состоянии, Властелину Камня удалось найти спальню нерадивого пьяницы. Он аккуратно оставил его на кровати, а сам принялся снимать с него одежду. В голове крутилась одна мысль — как он уложит его теперь спать? Бай Чжу осознавал происходящее, хоть и был пьян. Чжун Ли очень аккуратно расправлялся с элементами одежды врача, но в конце концов нащупал стояк, смущенно одернув руку. Он схватил Бай Чжу за руку, чувствуя, как кровь отливает от головы. — Чжун Ли...могу ли я тебя попросить? — он перевернулся под одеялом, подоткнутым Мораксом. Бай Чжу прикоснулся к его лицу. — Займись со мной... Он захихикал, глядя на недоуменное лицо Властелина Камня, погладил его по щеке и резко поцеловал, приблизившись так сильно, что Чжун Ли мог ощущать запах алкоголя, который смешался с терпким ароматом духов Бай Чжу. Моракс хотел оторваться от поцелуя, но врач продолжил трогать его, спускаясь ниже, но Чжун Ли всеми силами предотвращал пьяный половой акт, оттянув от себя Бай Чжу. — Я прошу тебя, спи, — разгоряченно произнес он, ощутив румянец на щеках. Его одежда смялась от прикосновений. — Я хочу тебя, — выдохнул Бай Чжу и закрыл лицо руками. — Я люблю тебя, Чжун Ли... Я чувствую себя таким слабым, из-за того, что не мог признаться тебе всё это время. Прости меня... Чжун Ли был бессилен. Он не знал, что с ним происходит, ибо происходило то, чего он так сильно боялся. Богам подвластно все, кроме чувств. Всегда Гео Архонту казалось, что его это не коснется, но человеческая форма, созданная им, желала и умела любить. И любила она того, кому так сильно не хотела навредить. Один из побочных эффектов человеческих перипетий огромного разума. И ничто не могло навредить Бай Чжу больше, чем чувства, которые он отдаст. Они могут оказаться разрушающими, болезненными, они могут разбить Бай Чжу сердце. И тут он лежит перед ним, объясняясь в любви. Он ошибается, и очень сильно. Раньше это вызывало у него смех, но теперь побуждает лишь непомерную горечь. Думает, что любит...путает любовь с привязанностью...всё, что угодно, но только не то, что люди называют любовью. — Я люблю тебя...Не уходи... — голос срывается. Молчание Чжун Ли жжет кожу, как раскаленная кочерга. — Я не уйду, — он ласково поцеловал его в лоб, обошел кровать и лег рядом с Бай Чжу, прижавшись к нему телом. — Я много думал о чувствах, что меня связывает с тобой, но я не думал...никогда не думал о том, как мое одиночество перестало висеть надо мной, словно грозовая туча. Все смерти, все лишения...они на моей совести. Я стольких потерял и столькие потеряли меня. Это глупо, но у меня ощущение, что ты единственный, кто останется... Как многое я о тебе не знаю? Всезнающий Моракс теряется в догадках, эта злая ирония... Он прикоснулся к лицу Бай Чжу, ощутив на коже горячее дыхание. Он уже давно спал.

***

Естественно, Чжун Ли не рассказал полной истории, остановившись как раз на том моменте, как он старался уложить буйного Бай Чжу на койку. И с каждым словом, он все сильнее краснел, ощущая щемящее чувство стыда. — О-ох, — обречённо протянул он, зарывшись лицом в подушку. — Мне так стыдно. Я наговорил всякой чепухи, да? Чжун Ли хмыкнул, переведя взгляд в сторону. Теперь картина стала куда понятнее. Он снова задумался о тех словах, и тревоги появились вновь. Но Бай Чжу было намного хуже. — Извини, пожалуйста, я испортил весь вечер... — он чуть было не плакал. Чжун Ли улыбнулся и погладил его по спине. — Это был прекрасный вечер, несмотря ни на что, — мужчина приблизился и посмотрел ему в глаза.— Небольшое ознакомление не помешает. — Что? — ответа на свой вопрос он не получил. Чжун Ли ощутил на своих губах влагу, прижав Бай Чжу к своей груди. Он не противился. Когда они оторвались от поцелуя, Чжун Ли почувствовал горячее дыхание и то, как ногти врача впились ему в живот. Он расправил спину, покраснев. — Что-то не так? — поинтересовался Моракс, не выпуская из своих объятий Бай Чжу, нервно поправляющего запотевшие очки. — Я просто давно не занимался... — он замямлил, пытаясь сдержать смущение. — Этим. Не хотелось бы тебя разочаровывать. Чжун Ли немного ослабил объятия, нежно снял с его лица очки и, отложив их в сторону, взял в свои руки бледные ладони Бай Чжу. Он думал, что врач будет сопротивляться, но тот лишь смущенно отвел взгляд. У Чжун Ли появилось такое ощущение, будто он трогает музейный экспонат, и он бы даже принял решение украсть этот экспонат. Моракс снова приблизился губами к Бай Чжу и нежно поцеловал его. Сначала он неловко подыгрывал ему, но потом вошел во вкус, кинувшись на него сверху. Чжун Ли едва удержался, чтобы не свалиться на пол. Бай Чжу оторвался от его губ, смущенно наклонившись. Его одолела головная боль, являющаяся результатом вчерашнего алкогольного опьянения. — Все в порядке? — Чжун Ли хоть и тоже вчера выпил, но такой бурной реакции организма не последовало. Бай Чжу неуверенно кивнул и поднялся с кровати, кинувшись в ванную. Вслед за звуками очищения желудка послышался глухой удар и небольшой вздох. — Я надеюсь, это не реакция на поцелуй? — Чжун Ли заглянул в дверь. Обреченный Бай Чжу, которого одолело похмелье, снова очаровательно улыбнулся и поднялся на ноги. Он выглядел намного живее. — Конечно, нет, — он преодолел порог ванной комнаты и обнял Чжун Ли. Он слышал множество историй, когда опьянение становится главным источником любовных проблем, поэтому всегда думал, что однажды и с ним произойдет нечто подобное. Секс по пьяни и бесконечные вопросы о тонкостях человеческих отношений. Но Чжун Ли абсолютно точно не хотел причинять ему вреда. Он был так галантен и тактичен, что это пугало. И немного возбуждало. Бай Чжу не понимал его намерений и не понимал, что творится у него в голове. Он был нерешенной загадкой, головоломкой для путешествующих по его безграничному разуму. Был ли он обычным человеком? Бай Чжу не хотел знать наверняка ответ на этот вопрос. Он просто наслаждался тем, что Чжун Ли, самый чудесный мужчина из всех, кого он знал, стоит рядом, неловко держа врача чуть ниже ребер, явно не зная, куда девать руки. — Чуть ниже, — тихо проговорил он. И стоило Чжун Ли выполнить его просьбу, как Бай Чжу вспрыгнул на него, обхватив талию ногами и прижавшись всем телом. Сколько раз за это утро они уже целовались? Так или иначе, эти долгие прелюдии должны были к чему-то привести. Бай Чжу спешно стянул с себя какую-то растянутую футболку, которую Чжун Ли надел на него в качестве ночнушки, чтобы прикрыть наготу, но теперь в этом не было нужды. Прикосновениям Бай Чжу выделял особую роль, поэтому любое касание Чжун Ли проходило дрожью по всему телу. Он в свою очередь целовал его в шею, спускаясь ниже, приподнимая рубашку, все еще находившуюся на нём, облизывал его тело. Зелёные длинные пряди спадали вниз и щекотали кожу, которую ежесекундно покрывали поцелуи. Бай Чжу прильнул к его ногам, расстегивая штаны, и тогда Чжун Ли снова покраснел, погладив по голове парня, который добрался до того, до чего в Ли Юэ никто даже не мечтал. Он обхватил его член ладонью, ловко мастурбируя ему. Бай Чжу нежно касался эрогенных зон, ощупывая вены. Он взял головку в рот, облизав языком, и заглотнул его член, насколько мог. Чжун Ли громко вздохнул, не ожидав такого резкого выпада. Как оказалось, Бай Чжу неплохо умел сосать. Но Моракс решил не уступать блестящим умениям врача, и как только Бай Чжу оторвался от его члена, он снял последнюю оставшуюся одежду и опрокинул его, прижав к кровати. Чжун Ли гладил его грудь, трогая пальцами соски, а после также сполз вниз, прикоснувшись к пенису Бай Чжу языком, обволакивая головку слюной и принимаясь за дело. Врач застонал, извиваясь, как змея. Чжун Ли нежно совершал поочерёдные движения и касался тела Бай Чжу, слушая сладкие стоны. Судя по тому, как все тело врача мгновенно воспылало, секса у него действительно давно не было. Чжун Ли оторвался от головки, поцеловав его в губы. Он проникновенно на него посмотрел, прижимая к кровати. — Смазка в тумбочке, — проговорил он, изнывая. — Презервативы там же. Чжун Ли судорожно шарил по полкам, гладя Бай Чжу по животу, каждым касанием будоража еще сильнее. Он словно играл своими пальцами на невидимом рояле. Наконец он вытянул из верхнего ящика флакон, похожий на смазку и нанёс немного на пальцы и на самого Бай Чжу. Он раздвинул его ноги и начал разрабатывать сначала одним пальцем, следом двумя. Он пытался сделать все чисто и аккуратно, потому что и к этому неоднозначному действию относился как к показателю качества. На его сосредоточённое лицо было даже смешно смотреть. — Ха-а...Чжун Ли... — Бай Чжу прикусил губу, расплывшись в благоговейной гримасе, и схватил Чжун Ли за предплечье. — Я готов... И он вошёл. Чжун Ли сделал первый толчок, снова услышав приглушенный стон, и задвигался настолько медленно, насколько мог, чтобы не причинить внезапную боль и держать ситуацию под контролем. Флёр вожделения нарастал с такой силой, что Бай Чжу уже не сдерживал стоны. Он резко обхватил руками шею Чжун Ли, закинул ноги на плечи и прижался губами, что тот на несколько секунд потерял равновесие и контроль за ситуацией. Жар пронизывал всё тело, вкус губ туманным следом оставался в памяти, а мысли путались. Они были предназначены друг другу в этом странном мире. Навсегда мёртвое божество, как оказалось, способно любить. Он как попутный ветер ворвался в его бытие, беспощадное и тоскливое, принося с собой нечто новое и неизведанное. — Я люблю тебя. Он не помнил, когда в последний раз на устах его застывала эта фраза, сверкая в великолепном кристальном блеске. А Властелин Камня никогда не разбрасывался словами.

***

Аромат зелёных волос смешался с запахом трав. Одежда, раскиданная по полу, пропиталась здешним 'парфюмом'. Чжун Ли поцеловал Бай Чжу в макушку и приобнял его рукой, прижавшись к нему. Тот мирно наклонил голову, так, что мог слышать биение сердца. Он положил руку на грудь Моракса, впустив в лёгкие воздух. Судя по ощущениям, было около двенадцати часов дня, но вставать с кровати никто не собирался. — Это было волшебно, — улыбнулся Бай Чжу. Чжун Ли ничего не ответил, ибо и так произнес много несвойственных для себя фраз за этот короткий промежуток времени. Бай Чжу понял все без лишних слов. Он расслабленно растянулся на кровати. Еще много чего нужно было обговорить и понять, потому что отношения — это сложная вещь. Но первым делом нужно было извиниться перед Чан Шэн.