Что ты почувствуешь благодаря мне

I

      Ночь определённо выдалась утомительной. Гонки на байке, многочисленные переговоры, угрозы смертью и океаны алкоголя. Ничего особенного для Ви, но она начинает понемногу уставать от подобного образа жизни. А сейчас у неё ко всему прочему кружится голова.       Горячие струи воды стекают по лицу и телу, промывая раны и окрашивая капли в розовато-красные оттенки. Ви опирается ладонями о стенку душа и опускает голову, размышляя о том, не взять ли ей отпуск.       — Неплохо ты оторвалась прошлой ночью, да?       Ви оборачивается, боясь увидеть расплывчатый силуэт, прислонившийся к стене справа от душа. Наверняка смотрит на неё через свои грёбаные старомодные авиаторы.       — Ради бога, Джонни, отъебись. Я хочу спать.       — Несколько часов назад ты хотела совсем другого, — спокойно отзывается Сильверхенд, закуривая сигарету.       — Не трать моё время на свои идиотские намёки, — Ви перекрывает воду, слишком уставшая для того, чтобы выслушивать очередное дерьмо от конструкта в своей голове. Прикрывается полотенцем и покидает душевую.       — Ты же в курсе, что я вижу и чувствую всё, чем ты занимаешься?       Она просто проходит мимо, полностью игнорируя его присутствие, и останавливается у зеркала, чтобы высушить волосы.       — В курсе, что у нас даже мысли общие?       Ви понятия не имеет, к чему клонит Джонни, но решает действовать так, будто его вовсе не существует, чтобы проверить, как быстро ему надоест.       — Та корпоратская курица была очень горяча. Никогда бы не подумал, что ты возбудишься из-за того, что кто-то сдавит тебе шею.       — Господи, Джонни, какого хера?! — Ви в ярости поворачивается к конструкту и агрессивно отталкивает его.       — Ты хотела, чтобы она тебя выебала прямо на месте. И я не осуждаю. Иногда всякое грубое дерьмо бывает очень кстати. Мне просто казалось, что ты больше подходишь на роль той, кто душит, а не кого душат…       Ви снова толкает его, не желая слушать дальше.       — Она была полна решимости прикончить тебя, а ты в это время намокала снизу.       — Ты можешь хоть в какие-то мои дела не совать свой грязный нос?       — А ты разве не хотела бы, чтобы я смотрел? Мне такое по душе, — губы Джонни изгибаются в ухмылке, а взгляд так и сияет озорными искорками.       Что-то внутри Ви начинает дрожать. И это, конечно же, не укрывается от внимания Сильверхенда.       — Боже мой…       — Завались, — Ви стремительно краснеет.       — Так тебя реально это заводит?       С неё хватит.       — Да, чёрт возьми! И что с того? Я не имею права на возбуждение? Ты в мамки мои записался? Дай мне пожить для себя!       — Ты же понимаешь, что я вижу всё, что ты там себе фантазируешь прямо сейчас?       — Джонни! — Ви со стыдом отступает, не желая, чтобы рокер видел её такой. Но у него, похоже, есть суперспособность в любой момент лишать её дара речи своими выходками.       — Не сердись, детка, нет ничего более человечного, чем желание с кем-то потрахаться. Хороший признак того, что ты не превращаешься в киберпсиха.       — Ладно, и что дальше? — Ви смотрит на него с решимостью и, Джонни готов поклясться, нотками похоти.       В ответ он хватает её за бёдра и нетерпеливо толкает к стене.       С губ Ви срывается вздох.       — П-почему я это почувствовала? Почему я чувствую твои руки на себе? — спрашивает она, с трудом сглатывая, а её лицо пылает, когда Джонни отвечает ей пронзительным страстным взглядом.       — Тебя волнует именно это в такой момент? Хотя даже интересно, что ещё ты почувствуешь благодаря мне, — шепчет он, утыкаясь ей в шею, а возбуждённый орган прижимая к бёдрам, — я в твоей голове и знаю, насколько сильно ты хочешь этого. Просто скажи, что хочешь, детка, — и Ви ощущает, как внизу живота начинает образовываться обжигающий ком.       Джонни скользит рукой под полотенце и касается внутренней поверхности бедра.       — Хочу услышать, как ты умоляешь, — продолжает шептать на ухо.       Ви тяжело дышит. Пошлые мысли о Сильверхенде сводят её с ума.       — Джонни, пожалуйста.       Его рука поднимается удручающе медленно.       — Что, детка?       — Я хочу, чтобы ты трахнул меня до потери пульса. Придушил, заставил прокричать своё имя.       — Я с тобой однажды окончательно ебанусь.

II

      Джонни толкает её на кровать, полотенце падает, он без колебаний открывает один из ящиков.       — Как ты узнал… — начинает спрашивать Ви, лежа на спине и наблюдая за тем, как он достаёт верёвку, — ах, да...       — Мне что, сто раз тебе повторить, что я в твоей грёбаной башке сижу и потому знаю обо всём? А ещё это будет лучший секс в твоей никчёмной жизни.       — Интересно, почему? — игриво спрашивает Ви, сводя запястья вместе.       Джонни похотливо улыбается, глядя на неё, полностью обнажённую и такую покорную.       — Потому что я знаю, что тебе нравится: где ты жаждешь прикосновений и укусов, как сильно обожаешь, когда кто-то дразнит тебя, приставляет член к пизде и заставляет изнывать от желания, прежде чем сунуть внутрь… Бля, а ведь я тоже скучаю по всему этому, — он приближается к Ви с верёвкой и умело связывает руки.       Смотрит ей в глаза, сияющие ожиданием и желанием. Через несколько секунд оба соединяются в страстном поцелуе, сводя любое напряжение, ощущавшееся между ними прежде, на нет.       — У тебя охуенное тело, — произносит Джонни, глядя на Ви сверху, — кто бы мог подумать, что я скажу это, но… какое счастье, что я попал именно в твою голову, а не к какой-нибудь вонючей старухе.       — Джонни, ты хуй.       — А ты пизда. И поэтому мы с тобой идеально сочетаемся.       Жилет Сильверхенда беззвучно падает на пол, и глаза Ви сосредотачиваются на его груди и позе, такой самоуверенной и сексуальной. Металлическая рука вновь толкает её, заставляя лечь на кровать.       — Подними руки, — его взгляд темнеет, и Ви подчиняется.       Джонни садится на её ноги, тянется к голове и вцепляется пальцами в волосы. Ви становится труднее дышать.       Он наклоняется к её шее и ощутимо кусает, заставляет задохнуться в экстазе. Постепенно мелкие укусы покрывают шею, линию челюсти и ключицы. Ви чувствует эрекцию конструкта.             Его губы медленно спускаются ниже, каждый последующий дюйм кожи Ви покрывается следами укусов. Джонни с жадностью захватывает ртом её соски, а руками стискивает бёдра. Ви прикрывает глаза и закусывает губу. Ей с большим трудом даётся подавление желания коснуться Сильверхенда.       Джонни спускается ещё ниже, обдавая промежность жарким дыханием, но не касаясь её. Это походит на пытку, которая никогда не закончится.       — Джонни, пожалуйста…       Он смотрит на Ви.       — Что «пожалуйста», дорогая?       — Дотронься до меня.

III

      Внезапно холодная металлическая рука хватает Ви за шею, а язык Джонни агрессивно касается клитора. Ви кричит, выгибая спину, и хватается за простыни.       — Боже, Джонни, да!       Он не останавливается, двигается умело и знает, где и как нужно надавить для наибольшего наслаждения. Рукой продолжает душить, да с такой настойчивостью, что Ви становится трудно дышать, и удовольствие от этого только усиливается. Сдаваясь под натиском собственных желаний, Ви тянется к голове Джонни и зарывается пальцами в его длинных волосах.       В ответ Сильверхенд отстраняется и с силой возвращает её руки в исходное положение.       — Я велел тебе держать руки поднятыми, — властно произносит он, наклоняясь к ней.       — Я хочу прикоснуться к твоему телу. Хочу почувствовать твои пальцы внутри.       — Теперь ты этого не заслуживаешь. Поэтому сперва почувствуешь мой член, — он не отнимает руку от её шеи.       Его голова вновь опускается, а язык касается промежности Ви. Джонни стонет, крепко удерживая её на месте, и только когда она становится ближе к оргазму, он останавливается.       — Ты не кончишь, пока я не трахну тебя и не прикажу это сделать, — другой рукой он массирует её клитор круговыми движениями, наблюдая за тем, как она изнывает от невозможности достичь кульминации, как краснеет от недостатка кислорода и стонет, громко и протяжно. Джонни смотрит на неё, возбуждённый до головокружения. Они с Ви разделяют чувства на двоих, и это просто блаженство.       — Джонни, пожалуйста, умоляю, я так больше не могу. Трахни меня, я хочу почувствовать тебя внутри.

IV

      Теперь и Джонни не может ждать. Чуть отстраняется и начинает расстёгивать ремень. Ви смотрит на него, тяжело дыша. Сильверхенд двигается нарочито медленно, наслаждаясь её мучениями. Улыбается. Ему определённо нравится быть желанным.       Приспускает штаны, освобождая твёрдую плоть. В любой другой ситуации Ви уже отсасывала бы ему до потери сознания, но сейчас потребность ощутить его внутри настолько сильна, что она не может пошевелиться.       Джонни хватает её за бёдра и переворачивает лицом вниз. Ви инстинктивно встаёт на четвереньки и приподнимает задницу. Металлическая рука вжимает её голову в кровать. Слышится скрип очередного ящика, и спустя несколько секунд перед её лицом появляется кляп, которым Джонни затыкает ей рот. Руки Ви по-прежнему связаны, и теперь всё её тело находится во власти Джонни.       — Хочешь, чтобы я тебя трахнул? — дразнит её, водя членом по влажным складкам, но не входит внутрь.       Ви восторженно кивает.       — Хочешь, чтобы я насадил тебя на свой член? — в комнате эхом раздаётся звук шлепка по заднице. Ви снова кивает.       — Джонни, пожалуйста, трахни меня.

V

      Член медленно скользит внутрь, доставляя огромное удовольствие. Джонни стонет и не двигается, наслаждаясь моментом проникновения.       — Это так охуенно — трахать тебя и ощущать всё то, что ты чувствуешь, — и делает первый толчок.       Ви вскрикивает, по телу пробегает дрожь от каждого интенсивного движения. Нарастающие звуки шлепков двух тел возбуждают, Джонни не останавливается, стоны и вздохи смешиваются, а ритм сводит с ума. Джонни закрывает глаза и вскидывает голову.       — Блядь, блядь! — пытается бормотать Ви с кляпом между губами. Джонни кладёт палец ей в рот, и она ощущает привкус металла, от которого становится ещё горячее.       Он чувствует приближение кульминации и начинает вколачиваться куда яростнее, практически седлая Ви.       — Я кончаю, — произносят одновременно и отдаются оргазму, который никогда прежде не испытывали в таком объёме.

VI

      Их тела остаются неподвижными, одно на другом. Они пытаются отдышаться.       — Ви, это пиздец, — говорит Джонни, уткнувшись лицом в её шею. Затем садится, всё ещё держа член внутри, и убирает кляп, который забавно выпадает изо рта Ви. Сама она до сих пор тяжело дышит.       — Никогда бы не подумал, что тебя можно лишить дара речи таким образом.       — Ты не… ты… как мы вообще это сделали? — хрипло спрашивает Ви, по-прежнему лёжа лицом в кровати.       — На твоём месте я бы не стал проверять записи с камер наблюдения. Скорее всего ты увидишь, как мастурбируешь и разговариваешь сама с собой. Ты такая жалкая, найди себе уже кого-нибудь, кто трахнет тебя по-настоящему.       — А я-то боялась, что ты вдруг стал хорошим мальчиком.       — Прости, родная, но быть мудаком мне больше по душе, — он вынимает член и слышит, с каким разочарованием выдыхает Ви, — это было неплохо для секса с тем, кого уже не существует, да?