Не нужна мне ваша любовь!

Влюбиться в друга детства? Я до последнего думала, что со мной этого не произойдёт. Считала, максимум, что могу к нему испытывать, сильную симпатию. Дура. Но что больше всего бесит, так это то, что меня не интересуют другие парни! Абсолютно по барабану! Я пробовала внушить себе влюблённость в одноклассника, знакомого, даже прохожего, в итоге полный крах. Они не устраивают меня в плане личности, что уж говорить о парне. Каждый раз при нём я стараюсь держать маску, не показывая давно уже не дружеских чувств. Я предпочитаю их отрицать, а вот назойливые подруги продолжают втирать, не давая возможности отвлечься. Постоянно слышу : "Кана, признайся ему." "Действуй, пока не увели. " "Грех упустить такого парня." "Не бойся, он тоже тебя любит. " С чего они так уверены? Они не понимают. Я ни за что не признаюсь. Так плохо. Настолько, что я чуть не убилась. Вполне осознанно. Собиралась с крыши рухнуть. Я точно идиотка, раз страдаю от подобной херни. А ведь книги и фильмы про любовь казались мне несусветной чепухой, та, по тогдашнему мнению, наигранная боль от бремени, тяжести на сердце, была смехотворна, пока сама не почувствовала всё это. Сентиментальная дурёха, ха! Поездка на метро особенно раздражает, когда девушки, чаще школьницы, с предыханием вещают о том, как "краш", дебильное слово, прижимал их к стене, случайно поцеловал при неудачном падении, или в чём-то помог - просто из вежливости! Тц. Если бы не моё, какое-никакое, самообладание, давно б заставила заткнуться. Чёрт, зачем я вообще обращаю на них внимание! Раз уж сегодня собралась в клуб, могла и на такси потратиться. Хотя, лучше побольше сэкономить. Только и осталось, что тонуть в реках алкоголя, лишь бы образ любимого "друга" не издевался над, и без того, истерзанной душенькой. ** — Лексус, ты дурак? — смотря на блондина, свалившегося в фантан, я откровенно ржала над ним. Нет, ну можно подумать, его заставили изображать из себя вратаря. Ребячество. — Просто немного не рассчитал, — буркнул под нос тот, обиженно надулся и отвернулся, продолжая сидеть в воде, пахнущей хлоркой. Вот чем не ребёнок? Когда он, наконец, перестал изображать из себя оскорблённую принцесску, отдал плавающий рядом мяч тем мальчишкам и мы потопали гулять дальше, несмотря на всё мои протесты и уговоры переодеться. На следующий день он простыл. ** — Как ты умудрился? — такими темпами у меня истерика будет. Если до этого я держалась официально по случаю приглашения в кафе, то сейчас, в результате кривляний и шуток неугомонного Лекса, оставаться невозмутимой невозможно. А его прелестная мордашка, перепачканная мороженым, усугубляла ситуацию. И, как бы глупо это ни звучало, у него такой красивый смех. Я таю от одной только улыбки, а представьте, каково, когда он смеётся. Всё-таки прекратив гоготать, я взяла из сумки пачку влажных салфеткок и потянулась через стол, чтобы стереть это безобразие. Лишь бы он не заметил. *Ту-дум*. Терпи. Не трогай его. Как это будет выглядеть со стороны? Боже, вот стыдоба. Нельзя лапать, это не твой парень! Объяснить такой страннейший порыв будет оооочень проблематично, ведь даже самые лучшие друзья так не делают. Кое-как выдержав лукавый взгляд серых глаз, причём, не выдав себя с потрохами, я вернулась в прежнее положение и втянулась в новую тему разговора. ** Школьная дискотека. Весело? Только не для меня. Преисполненная энтузиазма, я примчалась на сие мероприятие, чтобы хорошенько натанцеваться и насладиться шумной компанией, хотя обычно люблю спокойную обстановку. Всё было так, как и планировалось. Но рухнуло в одночасье, стоило в поле зрения оказаться лучшему другу, танцующему медлячок с белобрысой особой. Я, конечно, всеми силами отвергала "неправильную" любовь, но в тот момент меня охватили зависть и ревность, желание оказаться на её месте. Дабы толпе не пришлось наблюдать всплеск эмоций, быстро распрощалась и выскочила на улицу. Не видя перед собой, рыдала навзрыд, не пытаясь успокоиться, тем самым, надеясь избавиться от давящего шквала чувств. В ту ночь я впервые напилась. Нашла нелегальный бар, где несовершеннолетним продавали выпивку, и наглаталась всякой дряни, чудом выжив. ** Паршиво. До такой степени, что чуть не лишилась невинности в тот злосчастный вечер. ** Не очень трезвое состояние, способствующее шаткой походке, раскосым глазам и расплывчатому изображению , малоосвещённые улицы и ужасное самочувствие. Из-за того, что транспорт уже не ходит, а таксист на взял её, благодаря разящему перегару, а ведь не очень много выпила, ей пришлось волочиться пешком. Хорошо ещё, что каблуки не додумалась напялить. Зашибись! Если бы он видел её сейчас, провалилась бы сквозь землю. Раздававшиеся рядом шаги не особо волновали её, здравый смысл, кричащий идти быстрее, упорно игнорировался. Ну ходит кто-то и ходит, ей то что? И вновь Кану постигло разочарование. По какой-то причине, или стечению обстоятельств, её шустро заволокли в переулок, оказавшийся неподалёку. Разглядеть рожу, кхм*, подонка никак не удавалось. Помимо вдарившего в голову алкоголя, непроглядная темень удачно его скрывала. Вдобавок, этот кретин, пусть не слишком сильно, толкнул её на каменную вертикальную поверхность и она ударилась затылком, тихо зашипев, и тут же больно прижал за предплечья. Нагло запустив одну культяпку* под кофту, грубо смял левую грудь через лифчик. Банальщина. Стиснув зубы и поджав губы, девушка сдерживала отвращение, слабо вырываясь. Чёртов насильник. Как мерзко. Но потом что-то щёлкнуло и она оставила жалкие попытки. Может, если я позволю осквернить себя, <i>он отвернётся от меня? До тошноты противные, остервенелые движения, невыносимая боль там, где он трогал её и ставил отметины. Но она терпела, ожидая самого худшего. Когда он собирался войти, нетерпеливо развернув лицом к стене, внезапно стало легко, а сзади раздался краткий вскрик и ругательства. В следующую секунду бриджи снова были кем-то натянуты, края верха сдёрнуты, на коже ощущалось мимолётное касание шершавых тёплых пальцев. Как по закону жанра. Кажется, что происходящее - дешёвая постанова,а новоприбывший - главный герой сего действа. "Спаситель" помог забраться ему на спину, просовывая руки под подколенными ямками. Ухватившись за крепкие плечи, Кана прижалась к широкой спине, чувствуя столь знакомый запах хвои с нотками морского бриза. Странное сочетание, но она его обажает. Господи, и как она могла подумать, что сможет от него отказаться? Да, пусть это приносит ей боль, не готова отпустить его. </i> ** Какая же я жалкая. Так, Альберона, мать твою, хватит нюни распускать! До моей остановки осталось всего ничего. Если продолжу в том же духе, пропущу её. Взглянув на экран вибрирующего телефона, отключила входящий вызов. Прости. Врать или скрывать что-либо мне не очень-то и хочется, но лучше пусть он и дальше думает, что я больше не пью. И не знает, где шляюсь в такое время. Если бы не поставленная цель, я бы с удовольствием прогулялась по ночному парку, слушая шелест листьев, наслаждаясь дуновениями ветерка и мурашками, вызванными его приятной прохладой. Но это ещё успеется. Сначала "гробить здоровье". Клуб "Вкус Ночи", это второе название для полуночников, вполне сносное заведение, дресс-код не обязывает надевать обтягивающие, до неприличия короткие, платья, мулевать яркий мейкап и тому подобное. Даже стрип в этом месте сложно назвать таковым, это просто дополнение к программе, обычные танцы. Среди рабочей массы есть две девушки, с которыми я довольно хорошо сдружилась. Люси Хартфилия- танцовщица, иногда исполняет роль вокалистки. Блондинка с глубокими шоколадными глазами, мягкая, отзывчивая, добродушная, весёлая, но в то же время волевая, целеустремлённая, с порой буйным характером. Безгранично любящая друзей и своего парня. Миражанна Штраус - бармен. Пепельные волосы и бездонные голубые глаза. Искрящаяся оптимизмом, с безграничным запасом советов на все случаи жизни, по поведению иногда кажется, что у неё раздвоение личности, временами вероломная, душа компании, привычка разглядывать парочки где не поподя достаёт, но она всё равно милашка. Заботится о каждом, как о члене семьи, есть младший брат, но по его внешнему виду не скажешь. С порога сразу оглушила музыка, заволокла симфония запахов: спирт, шлейфы парфюма, слабый от сценического дыма, людской пот, поднятая пыль. За стойкой сразу заприметилась маячащая макушка Миры, а на подъёме сцены зажигала Люси. Вот оторва, но при этом она может быть скромной и стеснительной. Усевшись на высоком барном стуле, я стала ждать первый коктейль, больше никого не было, поэтому я быстро захватила всё внимание барменши. Вернувшись, она расставила много красивых бутылок, сверкая глазами. — С чем эксперементируем сегодня? — Давай начнём со слабоалкогольных, — рассматривая цвета содержимого и названия каждого напитка, я выбирала те, что можно смешать. — Наверное, всего по чуть-чуть,— одну за другой, я пододвигала их девушке, доставшей хайбол* : мартини, вишнёвый ликёр, вермут, глинтвейн, крющон. Саке решила пока оставить. — Есть повод? — Ну, он всегда есть, — мы как дурочки похихикали и мне стало легче, правда совсем немного и поверхностно. Кошки скребут постоянно, будь на то причина или нет. Она подвинула мне коктейль и я благодарно приняла его и протянутую следом трубочку. Отпив первый глоток, я пыталась понять: нравится мне или нет. Вроде, приемлемо для принятия, но и не сказать, что вкусно. Но это ведь только один глоток. (Дальше повествование будет вестись от лица Автора. ) Постепенно разум начала обволакивать слегка мутная пелена, в теле появилась лёгкость. Хорошо хоть, "вкусняшки" не шибко много, иначе она после первого захода побежала бы в туалет. — Оо, вы начали без меня? — на соседнюю сидушку плюхнулась раскрасневшаяся блондинка и окинула их заинтересованным взглядом. — Ты немножко припозднилась. Она уже вылакала один, — Мира налила ей физ*. Люси залпом осушила бокал, от чего в носу защипало, и смешно сморщилась. Новая волна смеха, вызвавшая слабую одышку. — Что, мешаем ещё? Новая партия напитков, из предыдущих остались пунш и саке. В ход пошли : арак, бренди, виски и джин. Такая же небольшая доза. Горло обожгло и "бурда" медового цвета омыла внутренности. Кана облакотилась ладонями о лакированную деревянную поверхность и подпёрла лицо руками, помутневшим взором окидывая бутыли. Минут пять корча задумчивую мину, составила кучку из коньяка, рома и сливовицы. Потом, поразмышляв и решив, что этого будет маловато, добавила бенедиктин, кальвадос и каплю саке. Пополнившие ряды желающих выпить люди во все глаза таращились на неё и задавались вопросом : как она пьёт эту дрянь? Но, по правде говоря, они не вправе делать выводы, ведь сами хрен бы осмелились на такое. Ограничились бурбоном и ромом. От третьего девушку уже начинало штырить, захотелось перенестись на берег моря или озера, а может, на горячие источники, искупаться под лунным сиянием, окружённой мерцающими бликами на водной глади; полетать на вертолёте, рассматривая огни ночного города, задыхаясь от красоты и восторга; увидеть оазис или одно из семи чудес света; хотя бы на час обрести крылья или стать чем-то таким, во что никто взаправду не верит, но создают фантастические россказни ; или, в конце концов, развязать язык и нажаловаться на судьбу-злодейку. Похоже, выбор очевиден. — В чём я провинилась? – переплетающийся язык не давал говорить нормально, но уже не впервой, так что привыкнет и будет всё путём. Подруги и подошедший парень с розовой шевелюрой сразу сосредоточились, навострив уши, готовясь слушать пьяные бредни и исповедь. — Почему на мою долю выпало любить человека, с которым дружу с детства? Неужели этот идиотизм никогда не закончится и я останусь в дураках, пока он будет счастливо жить с какой-то девушкой?— ненадолго прервавшись, она впихнула Штраус писко, фруктовое вино и пунш, намекая сварганить сладенькую мутотень. Добившись взаимопонимания и нужных действий, продолжила:—Угораздило же. Почему время идёт, а это наваждение никак проходит? Хочу взаимной отдачи, а не просто сохнуть по лучшему другу, коим он и останется. — Смочив пересохший язык и глотку приготовленным заказом, Кана тяжело вздохнула и распласталась на стойке. — Хочу любить и быть любимой. Блин, слишком слащаво. Может, умотать куда-нибудь далеко-далеко, чтоб не видеть его физиономию и не слышать смех, дурацкие шутки? Он слишком хорош для меня и этого мира. Я не высокого мнения о себе? Наверное, так и есть. А он в таких случаях всегда ругается и говорит, что я не права. Но это дружеское. А я хочу услышать это от него, как от парня, — голос стал тише и троица подумала, что девушка вырубилась, — Прям лихорадка. Я же так расплавлюсь. — снова тишина. И если бы не кучка народу, заполняющая помещение, и грохот из колонок, можно было увидеть перекати-поле и уловить завывание ветра. Стукнув ладонями по прохладной поверхности, тем самым заставив присутствующих вздрогнуть, и подорвалась с места, перекрикивая песню, — ЧЕМ Я ЗАСЛУЖИЛА ТАКОЕ? ЧЁРТОВ ДРЕЯР *ИК*! — Кана, — раздалось за спиной строго, но мягко и она резко обернулась, услышав тихое: "Вспомни солнце, вот и лучик". И тут же чуть не рухнула. Перед ней стоял тот, кого она меньше всего ожидала увидеть. Он грустно улыбался и покровительственно взирал на неё, — Идём домой. Плохо соображая, девушка продолжала стоять как вкопанная и глазеть на блондина. Вопросы роились, мешая мозгу хоть как-то функционировать, относительно интерпретации* данной ситуации. А потом на неё "снизошло озарение" и сам собой образовался вывод: принятие такого количества алкоголя чревато последствиями. А представший друг- чёткая проекция в её голове, и она, наверняка, выглядит глупо, ведя себя так. Поэтому, забивая на "глюк", девушка спокойно повернулась к компании и уселась на ранее нагретое место. Непонимающая ничего Миражанна, пребывая в лёгкой абстракции, всё же приняла стеклянные посудины от настырной Альбероны : кашаса и мартини. — Ты меня слышала? — игнор. Одним махом влив в себя смесь, без трубочки, давным-давно потерянной, девушка стукнулась лбом о "ложе", плюнув на полученную шишку от нерасчитанной силы удара. От ладони, опущенной на плечо, шатенка вскрикнула и тут же умолкла, ожидая недоумённые взгляды. Но, как ни странно, их не последовало, наверное, подумали, что запоздалая реакция на последнее действие. Для глючного у него слишком реальная тяжесть руки. Но надо продолжать игнорить, чтоб он пропал. Не получив должного ответа, он сам развернул её к себе, гипнотизируя серыми омутами. Она даже почти протрезвела. Но вместо того, чтобы пойти на уступки, она возмущённо зыркнула на него исподлобья и шлёпнула по кисти, вынуждая её убрать, и отвернулась, выражая явное нежелание разговаривать, и тем более куда-либо идти. Терпение ни у кого не вечно, как известно, и долго церемониться он не намерен, раз она даже не понимает, что он здесь лишь из-за её пьянющей тушки. — Пошли домой, — предпринял парень ещё одну попытку, с большим нажимом повторяя фразу. Кана только отмахнулась от него, не удостоив и лёгким кивком головой, и сделала неопределённое движение рукой, как бы давая разрешение Мире самой выбрать "ингредиенты" для составления рецепта. В первые несколько секунд она зависла, но принялась мешать "элексир" скованными движениями. Лексус впал в каплю от такой наглости и рывком вынудил её подняться на ноги, аккуратно дёрнув за запястье. С недовольным фырканьем девушка вырвала конечность из захвата, избавляясь от цепких пальцев, и продолжила стоять, сверля в нём дыру сугилитовыми* очами. Друг конкретно офигевал от поведения девушки и даже не сразу сообразил попробовать достучаться, пока его слушают. — Проспись, а потом мы поговорим. — Нам не о чем говорить, — грубым тоном отчеканила она с убийственно-безразличным выражением лица. Достойно встретив выпад, Лексус невозмутимо приблизился, перекинул через плечо и направился к выходу. Девушка кричала, что не заплатила за випивку и пыталась спрыгнуть с твёрдым намерением отдать заслуженные деньги, но Штраус заверила, что заплатить можно в следующий визит. И аргументов для сопротивления больше не нашлось, потому она покорно повисла, пока он нёс её домой. От резкого порыва, ударившего по лицу, глаза закрылись и её передёрнуло. Каким ветром его туда занесло? Теперь не избежать нотаций на тему запрета алкоголя, гневной тирады, и, вследствие, надзора или чрезмерной опеки, будет по пятам ходить. Хотелось взвыть в голос:За чтоооо? Опять он пришёл по её душу, предотвращает, на этот раз, запой до беспамятства, так терпеливо наблюдал этот спектакль и выкрутасы. Пусть таскается со своей девушкой! На кой чёрт она ему сдалась? — Пусти, — кулачки заколотили по лопаткам и позвоночнику, но он просто чуть тряхнул её и перехватил поудобнее. — Лексус, опусти меня,— по-прежнему безуспешно. Не вовремя подкатил ком и глаза, вмиг заполненные влагой, блеснули. Плечи дрогнули и она с трудом подавила первый всхлип. Но затем судорожно, резко и шумно вдохнула. Парень порывался остановиться, но шагал дальше. — Зачем?— развязанный язык собирался выдать всё и вся и при всём своём желании она не может замолчать. Но, с другой стороны, она, наконец, выговорится, выскажет всё, что накипело, и будь, что будет. — Я же отталкиваю тебя. Почему ты такой упёртый? Не хочу. Не хочу! Я отказываюсь от этого осточертевшего безнадёжного чувства! — Слёзы уже вовсю текли, разбиваясь капельками об асфальт, душили, нижняя губа подрагивала, накатила истерика. Кричать. Хотелось не сдерживаясь кричать, что было сил, раздирая горло до хрипа, обращаясь ко всему существующему, — Не нужна мне ваша любовь! Не нужна она мне... Покачивания от шагов прекратились, но было плевать. Захлёбываясь, она рыдала чуть ли не в голос, разрываясь изнутри. До сих пор тяжело. Надо всего лишь выплакаться в волю. Почувствовав твёрдую поверхность под ногами, девушка отчаянно мотала головой и злостно тёрла глаза. Слабая. Жалкая. Стыдно, но слёзы лились нескончаемым потоком, с дрожью произносились идентичные отрицания, как это неправильно, что надеялась на иной исход. Мир замер, стоило ей оказаться прижатой к груди, ощущая поглаживания по голове. Биение его сердца - музыка для её ушей. Сжимая футболку на его пояснице, Кана наслаждалась, возможно, последним моментом рядом с ним. И абсолютно насрать, что их кто-то увидит, что стоят посреди улицы и выглядят как парочка. Весь мир подождёт. — Дурочка, — волосы на загривке встали дыбом от тихого обращения и беззлобной усмешки, — ну и с чего ты решила, что у меня есть девушка? —Её как водой окатило. — Ты слышал? — в ответ еле слышное "угу", — И долго ты там стоял? — Нуу, со слов про взаимную отдачу. — Теперь разойдёмся, как в море корабли. Раз ты всё узнал, нет смысла и дальше играть в друзей. — Вообще-то я давно это понял, — что именно он понял? Что всё это потеряло смысл? Ну да, что же ещё? Её не собирались отстранять и она сама отодвинулась, но не позволили, — Я понял, что перестал быть другом, что ты давно выпиваешь, зависаешь в барах и клубах. — Шок. Описать её состояние весьма затруднительно. То есть, он обо всём знал и всё это время молчал? Вот засранец! — Зачем ты отказываешься? Почему не принимаешь? — Да потому что! — вырвавшись и отойдя на пару шагов, она негодующе всплеснула руками. — Неужели ты правда не понимаешь? Наши отношения разрушились в тот момент, когда я осознала. Остался только шаблон, остальное - фарс. Если ты официально не встречаешься, это не значит, что тебе никто не нравится. А я буду только мешать. — Без причины накручивала себя. Надо было раньше сказать, а не ждать. – Встав к ней вплотную, Дреяр обхватил её лицо ладонями и наклонился, чтобы глаза находились на одном уровне. — Я до одури влюблён в подругу детства и как мальчишка боюсь ей об этом сказать. Как думаешь, у нас с ней что-нибудь да выйдет? *Обработка информации. Ошибка! Кана-exel прекратила работу* Нет. Это же не бредовый сериальчик, где в конце парень и девушка оказываются взаимно влюблены, обмениваются сопливыми признаниями и мир окрашивается в розовый. Так не бывает. Купол убеждений разлетелся на кусочки, когда уста накрыли чужие, и она совершенно выпала из реальности. До жути банальный сценарий. Но это уже не важно. Утопая в собственных чувствах, она самозабвенно отвечала на поцелуй. — Если ты спросишь, уверена, она не откажет. Пускай потом её вырвет, голова будет трещать и она вообще не встанет. Зато за ней будет ухаживать Лекс, а это она переживёт.