Спиной к спине

— Хей, брат, ты в порядке? На тебе лица нет. Олег поднимает взгляд на Макса и залпом выпивает содержимое стакана. Непонятный сирийский самогон, к которому Волков успел привыкнуть, бьет по вкусовым рецепторам. Спирт обжигает горло, но не даёт даже приблизительного эффекта, которого ожидаешь от алкоголя в сорокаградусную жару. То ли слишком сильно разбавили, то ли Волкова сейчас вообще ничего не берет. В голове раз за разом диктор говорит, что Чумным Доктором оказался Сергей Разумовский. — Мне надо в Питер, — Олег говорит это таким тоном, что Макс меняется в лице. Они не из одной задницы вылезли вместе, многих похоронили и знают друг друга достаточно хорошо. Здесь в Сирии необходим хотя бы один человек, к которому ты не будешь бояться повернуться спиной. Олег с Максом были такими. — Ещё два месяца, — пытается образумить его Макс, и Волков мысленно засчитывает попытку, — попытаешься уйти раньше, тебя найдут и убьют. Потому что здесь не бывает дезертиров, ты же знаешь. — Не найдут и не убьют, — качает головой Олег, — я все ещё лучший, местами лучше чем они. И я уже мертв, помнишь? Но мне будет нужна помощь. Прикроешь, когда буду уходить? Макс разворачивается и уходит, ничего не сказав в ответ. Волков тяжело вздыхает и вновь переключает на канал новостей, где рассказывают про Петербург и про Чумного Доктора, которым оказался Сергей Разумовский. Олег ожидал того, что Макс поможет, или того, что он предпочтет остаться в стороне. Чего он не ожидал, так это того, что Макс сбежит вместе с ним. Вы когда-нибудь пробовали поймать двух высококлассно подготовленных бойцов, у которых есть цель? Бесполезное занятие, убить проще. Но и это не всегда получается. *** Они добираются до Петербурга за три недели, и Макс спрашивает — что дальше? Олег разводит руками, криво улыбается и предлагает снять квартиру. В конце концов им надо где-то жить. Макс находит небольшую однокомнатную квартиру, Волков ругается и меняет ее на двухкомнатную. Она более убитая, но наличие второй комнаты важный критерий, Олег говорит, что это для сохранности Максовых нервов. Макс ругается в ответ, что у них нихера нет денег. Волков на это лишь хитро улыбается и говорит, что деньги не проблема, главное не светиться. А потом интересуется, крал ли Макс раньше людей из охраняемых учреждений. — Из тюрьмы? — по-деловому интересуется Макс. — Из психушки, — отзывается Волков, и глаза его блестят. «Твою мать, — думает Макс, — во что я ввязался». И на следующий день приносит карту Чумного форта. Проникнуть внутрь оказывается проще, чем Макс ожидает. Сложнее — выпытать у Олега, кто именно им нужен. Это так и остаётся для него секретом, пока они не доходят до одиночки, где сидит сам Сергей Разумовский. Максу очень хочется верить, что он ошибся, что они пришли не сюда, но Олег замирает перед связанным Чумным Доктором и зовёт его по имени. — Прекрати! — кричит Сергей, — Ты умер! Он умер! Его не существует! — Берём его и уходим, — шипит Макс, но Волков словно бы не слышит его, лишь смотрит в безумные глаза Разумовского с какой-то отчаянной болью. Наплевав на все планы, Макс просто вкалывает в открытую шею их цели порцию снотворного. — Олег! — кричит он. Волков наконец отмирает, перекидывает Разумовского через плечо, и они наконец уходят. *** — Сбежать с тобой из Сирии, найти план Чумного форта, украсть человека… Я же всегда с тобой Олеж, поддерживаю, из говна вытаскиваю. Но нахрена мы именно этого психа украли?! — Он мой, — с вызовом говорит Олег и уже тише добавляет — и из-за меня стал таким. — И ты псих, — выдыхает Макс, — и что нам теперь делать?! — Не отсвечивать. Мне надо два дня, потом все закончится. Макс устало качает головой и думает, нахрена вообще в это все ввязался. *** На следующий день Макс понимает, почему Олег настаивал на двухкомнатной квартире. Сам Макс предпочёл бы отдельную квартиру на другом краю города, но выбора у него собственно нет. Через закрытую дверь он слушает истерики Разумовского и короткие выкрики Олега, призывающего к спокойствию уже третий час кряду. И думает, что лучше бы они трахались. Когда они все же начинают трахаться, Макс, проклиная все на свете просто уходит из дома, решив побродить по Питеру несколько часов. В конце концов, он точно никому не нужен сейчас в той квартире. И, наткнувшись на салон, он соглашается на какую-то рекламную акцию по плетению дредов. В конце концов он же хотел сменить внешность. Возвращается он под утро. Олег встречает его дулом пистолета, потом неловко извиняется то ли за шум, то ли за пистолет, то ли за все сразу и пропускает обратно в квартиру. Хвалит дреды и предлагает позавтракать. Так Макс узнаёт, что Олег мог бы стать шеф-поваром, но убивать людей ему почему-то нравилось больше. Разумовский выползает из комнаты на голоса: в одной руке ноутбук, в другой — бутерброд. Чуть смущенно улыбается Максу и падает рядом с ним на стул. Устроив на столе компьютер и положив недоеденный бутерброд прямо на стол, вытирает об штаны руки и протягивает ему правую. — Серёжа, — представляется он, и добавляет, — спасибо. — Макс, — кивает он и пожимает руку в ответ, стараясь не пялиться на огромный засос на шее бывшего миллиардера. На этом разговор прекращается, Олег молча накладывает им завтрак, Сергей больше печатает, чем ест, пока Волков раздраженно не забирает у него ноутбук. — У меня есть план, и мне нужна помощь, — говорит Разумовский, и Макс мысленно стонет. Он вообще-то планировал идти и наконец поспать, но оставаться без информации не хочет. Что-то подсказывает ему, что план будет озвучен лишь один раз, и если он уйдёт, то упустит свою возможность хотя бы что-то об этом узнать. Сергей рассказывает про свою месть и более жестокого способа Максим ещё в своей жизни не слышал. Собрать друзей Грома и играть на их жизни в шахматы. Ему не нравится этот план, ему не нравится этот псих, он вообще не понимает зачем все это. — Серый, дуй спать, — прерывает его фанатичный монолог Олег, и, к удивлению Макса, тот действительно затыкается, смотрит на время и кивнув, подхватывает свой ноутбук и уходит в комнату. Олег тяжело выдыхает и закуривает. Макс смотрит на него несколько долгих мгновений и понимает, что полтора суток не спал не только он. — Ты можешь уйти, — наконец произносит Волков, — сегодня вечером я заберу наши новые паспорта, и ты можешь идти на все четыре стороны, начать новую жизнь, жениться наконец, домик купить. Серый не поскупится на оплату, будь спокоен. — А ты? — задумчиво спрашивает Макс, — не полетишь же ты с ним в Венецию исполнять его безумный план? Олег качает головой, криво улыбается: — Я его больше не оставлю. Один раз оставил уже, больше такого права у меня нет. Уходя спать, Макс обещает подумать. *** Когда он просыпается, Сергея и Олега в квартире нет, а на столе лежит паспорт с новым именем, на которое в банке уже оформлен счет, и билет в Венецию через двенадцать часов. Сумма, которая лежит на счете, поражает Макса, и он думает, что действительно, хватит рисковать. Надо начать новую жизнь, устроиться на работу и просто забыть о прошлом. И он никак не может себе объяснить, почему вечером садится в самолет до Венеции. *** Олег встречает его в аэропорту, заметно отдохнувший и повеселевший. Наверное, с таким хорошим настроением Макс его видел всего пару раз. И оба раза были перед миссиями, с которых никто не возвращался живыми, кроме них. — Знаешь, — говорит Олег, когда они садятся в машину, — ещё не поздно, я могу отвезти тебя в отель, съездишь на пару экскурсий, домой вернёшься… Тут уже не до игрушек, могут люди умирать, да и транспортировка с похищением людей между странами… — Ты дебил? — интересуется Макс, так, просто ради профилактики, потому что и так понятно, что Олег повёрнутый, и парень у него повёрнутый, и они оба такие психи, что оставить их и бежать подальше, но как же можно? После того, через что они с Олегом прошли, оставлять его одного с Разумовским — это оставлять его на верную смерть. А так может и вытащит. Он — Олега, Олег — Сергея. Может и до больницы потом все вместе доберутся. Они с Олегом ПТСР свой пролечат, Серёже голову на место поставят. Ведь смогут же вместе… — В штаб вези. Штабом оказывается Венецианский дворец. Макс даже шутит, что его не предупреждали об экскурсии, но лицо Олега словно каменеет, когда они оказываются тут. Ему здесь не нравится. А вот появившийся Серёжа откровенно рад Максу намного больше. И пока они подписывают контракт, который составил Разумовский, заодно обсуждают детали по количеству человек. Сергей утверждает, что должно быть ещё четырнадцать. Не больше и не меньше, и Макс считает это очередной заморочкой Разумовского. Работа оказывается не из легких. Сергей требует много, но не скупится по мелочам, что подкупает Макса. С Олегом они почти не пересекаются, разве что собирают заложников по Питеру. Когда Серёжа вещает, их дело маленькое — стоять и не отсвечивать. Маски Чумного Доктора довольно сильно сужают обзор, но они стоят в них. И Макс, и Олег, и все остальные. Все они, как и сам Макс, подписали контракт, где были предупреждены о возможной смерти в связи с несчастным случаем. Все наёмники — бывшие военные, и они все прекрасно знают, какие в этом деле несчастные случаи. Но, пока Грома нет в Венеции, все проходит слишком гладко, слишком спокойно, и это Максу не нравится. Он несколько раз остаётся наедине с Олегом, пытается достучаться, объяснить происходящее, но в какой-то момент просто понимает то, что Олегу не надо ничего объяснять. Каким бы самоубийственным ни был план, он пойдёт до конца. В какой-то момент, когда с заложниками наконец уже все разобрались, Макс спускается в общую комнату и видит, как Олег играет с белой вороной. Он тихо смеется и выглядит при этом максимально спокойно. — Что это за птица? — спрашивает он у Сергея, который оказывается тоже поблизости и поясняет новые задачи кому-то из ребят. И внезапно Разумовский тоже меняется в лице: все хищное и властное в нем исчезает, оставляя лишь почти мальчишеское нежное выражение лица, как на той кухне, когда они только знакомились. — Это Марго, я птенца на первом курсе нашел ещё. Мы с Олегом ее потом вместе выкармливали. Он смотрит на Олега с Марго ещё несколько секунд, а потом возвращается к обсуждению задач, так, словно о прошлом вспоминал совсем другой человек. *** — Завтра приедет Гром, и уже будет не уйти. Иди сейчас, найди человека на своё место и беги, — говорит ему Олег с голосом, полным обреченности, — Я не знаю, что именно он задумал. Но знаю, что умрут многие. И мне бы не хотелось, чтобы ты оказался в их числе. Макс качает головой. — Если ты не оставишь его, то я не оставлю тебя одного, Олег. Вместе как-нибудь выберемся, не в первый раз. Они напиваются и клянутся не оставлять друг друга, а через два дня оба оказываются с ошейниками смерти в клетке, напротив друзей Грома. — Шестнадцать шахматных фигур, четырнадцать наёмников, — тихо говорит Макс, когда Сергей озвучивает правила игры, — мы изначально были в списках смертников. Олег не верит, не хочет верить. Он внимательно следит за доской и пытается понять, что же можно сделать. — Удачи, Олег, — вдруг говорит Макс через секунду после писка. Волков неверяще смотрит на красный знак взрывчатки на шее. Последнее, что видит Макс, как губы Олега складываются в «прости».