Pomme

      Крис — преподаватель истории во французской школе в Чикаго. Несмотря на то, что внимание школы нацелено исключительно на французский язык, Кристофер не имеет к нему абсолютно никакого отношения, да и этого совсем не просят на собеседовании, так как остальные предметы у англоговорящих детей ведут англоговорящие учителя (подавляющее большинство из которых также ничего не разбирают в красивых звуках). Однако, среди всего того американского населения в начале этого года вдруг затесался один мальчишка. Судя по информации, попавшей с осенним ветром в учительскую на втором этаже, Крис понял, что парень прямиком из самой Франции (чем очень гордился их директор) и приехал сюда, как это обычно бывает, из-за родителей, одному из которых выгодно предложила компания переехать в Штаты; мальчик плохо говорит по-английски, и альфа это уже заметил, когда тот, по привычке ставя ударение на последний слог, перепутал «word» и «world» на его уроке. Получилась «Первая Словесная Война».       Очень мило, как подумал в первый день Кристофер. Однако во второй день Феликс разбил окно учебником истории.

***

      Феликс не то чтобы мелкий разбойник на всю школу, скорее он просто очень активный. Как-то раз Крис увидел его в коридоре с другом, с которым они успели сдружиться, и отвёрткой в руках (он до сих пор не понял, сам ли Ли её принес или просто где-то нашёл). Как потом оказалось, им всем не нравились низкие столы в классе литературы, поэтому Феликс достал отвёртку, и они за пять минут до урока успели перевернуть десять столов и отрегулировать их высоту. Мальчика не наругали, но сделали выговор и предупредили, чтобы в следующий раз они шли сначала к учителю, в кабинете которого хотят что-то сделать.       В другой раз он умудрился принести маску лошади, так что Крис очень удивился, когда на первом уроке, зайдя в класс, он увидел в третьем ряду за четвёртым столом возвышающуюся над остальными головами тупую лошадиную морду, смотрящую одновременно сразу в две стороны света. Весьма безобидно.       А один раз он застал ученика сидящим прямо за его компьютером и весело крутящимся в кресле на колёсиках. На его компьютере был открыт Гугл, в котором медленно, но верно набиралось волнительное для молодых умов «porn». Крис тогда пулей оказался у своего стола и захлопнул крышку ноутбука. — Феликс, тебе кто-то разрешал тут сидеть? — мальчик нагло улыбается и неловко вертится на кресле, держась за подлокотники. — М… Извините, — совсем не искренне. — «Извините» не прокатит. Ещё раз такое будет и я сообщу твоему куратору, — строго угрожает альфа. — Извините, — повторяется. — Давай, слезай и иди на своё место, — Крис уже хватается за спинку кресла, чтобы, когда мальчик наконец слезет, он смог его чуть передвинуть, однако Феликс спрашивает. — Эм, извините, я бы, — «бы» звучит больше, как «би», — Хотел узнать, можно ли мне… эм, — он бросает взгляд полный надежды на подошедшего Питера, — J'ai oublié, comment on va dire «utiliser»? (Я забыл, как сказать «utiliser»?) — Использовать, — подсказывает тот, и взгляд мальчика возвращается к учителю. — Можно ли мне использовать телефон, когда есть контрольная работа? — Зачем тебе телефон? — Эм… я плохо понимаю слова, — тут его руки взлетают с подлокотников и начинают неловко что-то описывать, — Слова и задания. Я плохо понимаю. А там есть переводчик. — Если ты что-то не понимаешь, то я разрешаю тебе приходить со словарём, но не с телефоном.       Тут Феликс вновь смотрит на друга и спрашивает. — Словарём? — Il te permet d'apporter le dictionnaire, mais pas le portable (он разрешает тебе приносить словарь, но не телефон), — сразу переводит заботливый друг, и Феликс тут же обращает жалобный взгляд на Кристофера, выдавая недовольное и даже наглое «Эээ». — Никаких «Эээ». Иди на своё место.       Феликс разочарованно встал и начал что-то недовольно и очень быстро щебетать, так что, кажется, даже его одноклассники не всё понимают. Кстати, о его одноклассниках. Среди них уже очень многим исполнилось шестнадцать, так что Крис с завидной частотой замечает воркующих на подоконнике или в кафатерии какую-то девочку-омегу и какого-то мальчика-альфу. Некоторые ребята начинают чаще жаловаться на головную боль или головокружение во время уроков, так что он отводит их в учительскую, где даёт отлежаться или выпить таблетку. Касательно девочек, их иногда приходится даже отправлять домой, чтобы начавшаяся внезапно течка не ударила им по мозгам в неподходящем месте. А если уже поздно, то учителя могут снять с уроков, чтобы тот лично довёз ребёнка до дома.       Однако с Феликсом ничего такого не происходит. Он лишь продолжает перегибаться между столами, чтобы что-то шепнуть другу или передать бумажку. Крис тогда демонстративно прочищает горло, смотрит поверх очков, и Феликс быстро садится в привычное положение, так что учитель может дальше продолжать спокойно вести урок. Однако один раз что-то пошло не так.

***

      Кристофер помнит, что это были три роковых дня, в течение которых некогда стабильный (в плане настроения) Феликс был вынужден невольно показать другие стороны своего характера.       В среду, проходя по коридорам второго этажа, Крис встретился с разгневанной учительницей литературы, у которой, как оказалось, кабинет страдает практически всегда, потому что в этот раз Феликс подрался с одноклассником и в пылу непонятного никому гнева опрокинул друга на стол, который жалостливо хрустнул под приличным весом (удивительно то, что Феликс как-то сделал это). К сожалению, Феликс либо не смог, либо просто отказался рассказывать ни на английском, ни на французском причину такого бурного всплеска эмоций и весь день ходил хмурым, с царапиной на лбу.       Несмотря на эту драку, рядом с Феликсом всё равно собиралась кучка одноклассников или даже ребят из классов постарше. Кто-то не решался нарушать его личное пространство, поэтому лишь слушал или говорил, но были особенно смелые ребята, которые умудрялись всячески тискать недовольного мальчика. Дети вообще в этом возрасте очень странные, и это небезызвестный факт, так что Крис не был сильно удивлён, когда увидел за дверью своего кабинета, как какой-то старшеклассник закинул всего Феликса себе на плечо и под чужой смех понёс за пределы обзора, который давал дверной проход. Слышно, как мальчик грoмко угрожает на весь коридор: «je te frapperai, si tu ne laisse-moi pas!» (я тебя ударю, если ты меня не отпустишь!).       Такие шалости продолжаются вплоть до пятницы. Крис тогда выдвигается на поиски Феликса только потому, что он проверил контрольные работы, и Феликсу нужно срочно переписывать, ведь приличную итоговую оценку за триместр он ему поставить не сможет.       Он замечает младшего в том же почти-горизонтальном положении, оторванным от земли. Мальчик недовольно пытается упереться руками в плечо, чтобы выпрямиться и как-то выскользнуть из крепкой хватки. Надо сказать, что это у него почти получилось: он смог слезть с плеча, но безымянный старшеклассник смог вовремя подхватить его под коленями и, что называется, подержать минутку в позе «принцессы» (или — другая вариация — поза «невесты»). Но это не остановило жаркого и забавляющего окружающих детей недовольства Феликса, который продолжил барахтаться. — Ну отпусти ж ты парня, — сказал подошедший Бан, — Он же просит. — Он не просит, — отвечает старшеклассник, — Он просто что-то пыхтит, но мы его не понимаем.       Наверное в чем-то он прав, потому что Феликс и правда абсолютно ничего не говорил. — Но ты же видишь, что ему не нравится.       Феликса всё же неловко спускают на землю, однако не отпускают, плотно прижимая к собственному боку. Ли продолжает упираться руками и пытаться уйти. — Ему нравится.       Крис уже было хочет потянутся к удерживающей мальчика руке, но слышит, как старший парень начинает угрожающе рычать не открывая рта. — Так, давай без этого. Отпусти его, — старшеклассник никак не реагирует и лишь продолжает накалять атмосферу.       Что ж, если с молодым поколением можно разговаривать только так, по-дикому, то ничего не остаётся. Крис скрещивает руки на груди и также низко, с сомкнутыми губами начинает строго гудеть. На несколько безумно долгих секунд пространство между ними заполняется напряжённым гудением, но ровно до тех пор, пока намертво притихший в чужих объятиях Феликс не взвизгивает и не отталкивает старшего от себя. Он с какой-то странной обидой смотрит сначала на старшеклассника, потом переводит такой же обиженный взгляд на учителя, который с искренним непониманием ситуации замечает, что мальчик немного покраснел.       Феликс быстро уходит в другой конец коридора, где находит Питера, к которому неловко прижимается. — Ну вот, — парень, оставшийся с ним сжимает губы, — Вы его обидели, — и уходит вслед за младшим.       Крис лишь хмурится, не понимая, что такого сделал, что мальчик на него так посмотрел, да и оказывается ещё обиделся. Он поворачивает назад, к своему кабинету. У него всё равно будет возможность с ним увидеться через урок в его классе, где он ему сможет напомнить о контрольной.

***

— … Мир, ещё недавно, как казалось, стоявший на краю гибели из-за Первой мировой войны, теперь был взбудоражен неиссякаемым потоком всего нового и находился в состоянии настоящей эйфории, ну, а центром этой самой эйфории был, разумеется, Новый Свет, — рассказывает Крис, облокотившись об угол своего стола и поправляя очки, — И тогда никто даже не думал, что десятилетие безумного взлёта закончится десятилетием не менее безумного падения. Собственно, сегодня я хочу вам рассказать о Великой депрессии, и нам придётся немного затронуть блок экономики, — Крис обходит стол и щёлкает пару раз левой кнопкой мыши, чтобы открыть презентацию, — Значит, это самый известный мировой финансовый кризис в истории. Случился он двадцать четвертого октября в тысяча девятьсот двадцать девятом году, и давайте маленький блиц опрос: кто сейчас является президентом США? — Кристофер смотрит на детей исподлобья, пока экран подсвечивает его лицо голубоватым светом. — Калвин Кулидж, — отвечает кто-то. — Нет, Кулидж был до двадцать восьмого года. Кто был после него? — Крис знает, что над доской есть несколько портретов президентов, и среди них точно должен быть Герберт Гувер. Бан осторожно поднимает палец вверх, намекая детям, — Ну, ребят, не тупите.       Где-то с последних рядов слышится протяжное «ааа». — Гувер, — отвечает тот же голос. — Правильно. Именно на время президентства Герберта Гувера пришлась Великая депрессия, и впоследствии, может кто-то из вас знает, — Крис между делом замечает во мраке Феликса, который вновь наклонился к другу и что-то шепчет, — В парках, на осушенных прудах люди строили маленькие домики из картона и называли их Гувервиллями. Это говорит нам о том, что тот совсем не справлялся со своей должностью.       Феликс ненадолго отстраняется, но потом снова нагибается к Питеру. Тогда Крис, как обычно, громко прочищает горло, но Ли не реагирует. Он делает это ещё раз, но Феликс даже не смотрит на него. — Феликс, — зовёт старший. — Что? — ему кажется, или настолько наглого «что?» он никогда не слышал. — Либо не отвлекайся, либо иди в коридор.       Несколько секунд он молчит, но Крис очень скоро улавливает шуршание учебников и тетрадей о ткань рюкзака, и скоро сам мальчик встаёт со своего места, проходит по ряду и демонстративно громко хлопает дверью класса. Кто-то хихикает, кто-то начинает шептаться, Бан даже улавливает от кого-то поражённое «ого». Сам он даже не посмотрел в его сторону. — Продолжим…

***

      После урока он поднялся на этаж выше и постучался в кабинет французского языка, а после гулкого «войдите», зашёл в класс. — Привет. — О, привет, — Минхо отрывается от компьютера и недолго смотрит на Кристофера, — У тебя сейчас окно? — Да. Потом средневековье, — Ли усмехается, — Слушай, ты можешь поговорить с Феликсом? — Ха, ха, я пытался, — не отводя взгляда от экрана отвечает учитель, — И ты не первый, кто об этом просит. — Он у тебя на уроках тоже бесится? — Ну, честно говоря не так сильно, как у других учителей, но тоже есть немного, — Минхо недолго молчит, после чего предполагает, — Не знаю, может в семье что-то происходит, — вдруг цокает языком, — Сука… — Что там? — Крис нагибается над столом. — Программа вылетела. — Уу. А разве там нет автоматического сохранения файла? — Нет. Я в настройках ничего не нашёл, — он снова куда-то кликает и тяжело вздыхает, — Ладно, я поговорю с ним ещё раз. Напишу, если что-то серьёзное. — Спасибо. И скажи ему, чтобы он после уроков зашёл ко мне переписать контрольную, — говорит Крис, подходя к двери. — Оки-доки, — на самом деле очень забавно слышать такое от учителя.

***

      В конце дня Крис слышит тихий стук в дверь и к нему заходит уже угомонившийся Феликс. Мальчик кажется каким-то невероятно усталым и даже чуть-чуть бледным, однако Бан сваливает это на освещение в классе. — Здравствуйте, — тихо говорит тот. — Привет. Садись передо мной. — Но я сижу там, — мальчик осторожно показывает кончиком пальца из-под рукава специально слишком большой для него клетчатой рубашки на свое место в конце ряда. — Я знаю. Но сейчас сядешь тут, — он протягивает Феликсу две бумажки с тестом. Тот медленно забирает его и садится напротив старшего; достает ручку и подписывает листки; начинает что-то отмечать. Крис знает, что Феликс дополнительно должен заниматься лексикой, чтобы преуспевать в школе, однако, видимо он делает это совсем не часто, поэтому порой отмечает очень интересные ответы.       Феликс несколько минут сидит спокойно, просто уперевшись лбом в подставленную ладонь, однако очень скоро он начинает как-то тяжко вздыхать. Первое время Кристофер на это никакого внимания не обращает — просто сидит, проверяет контрольные у другого класса. Но потом Феликс начинает совсем тихо и жалостливо постанывать, зажимая рот рукой. Крис поднимает на него взгляд и замечает, что тот уже совсем ничего не отмечает в тесте. — Всё в порядке?       Мальчик мотает головой. — У тебя что-то болит?       Феликс опять ничего не говорит, лишь запускает пальцы в волосы и жмурится. Он тяжело вдыхает через рот, когда старший встаёт со своего места, чтобы потрогать лоб и щёки мальчика, но не успевает даже просто коснуться его, потому что тот вскакивает со своего места и быстро уходит из класса.       Бан первые несколько секунд не знает, стоит ли ему проследовать за ним, но что-то ему подсказывает, что всё же стоит. Когда он выходит из кабинета, то замечает, как его красная рубашка мелькает за дверью туалета. Крис спешит попасть туда же, и когда заходит в холодное помещение, то замечает под одной из светлых стенок согнутые в коленях ноги мальчика рядом с туалетом. Вдруг Феликс не то стонет, не то всхлипывает, и Крис слышит, что его тошнит. — Господи… — он тяжело вздыхает.       Честно говоря, ему всегда было как-то больно смотреть на страдающих в этом возрасте детей, так что он сейчас стоял у раковины и ждал, пока мальчик не выйдет из кабинки. — Тебе ле- — старший недоговаривает, потому что улавливает совсем мягкий и ещё слабый сладкий запах, исходящий от Ли. Крис вскидывает брови и резко выдыхает носом, — Тебе легче? — Нет… — Феликс тяжело вздыхает и вытирает горячее лицо рукавами рубашки, — У меня болит… болит, — видимо он забыл какое-то слово и теперь отчаянно пытался его вспомнить, — У меня болит живот, — наконец выдаёт тот       Ага. Понятно. — Хорошо. Тогда возвращайся в мой класс и собери свои вещи. Я сейчас подойду, — говорит Бан и спешит покинуть туалет. Теперь понятно, почему к Феликсу так липли одноклассники. Подростки ведь гораздо чувствительнее взрослых, так что на них стоит смотреть, как на ласточек перед дождём.       Он поднимается на второй этаж и стучится в кабинет Минхо, но тот ничего не отвечает. Тогда Крис пытается открыть дверь, но та оказывается предательски заперта. Кристофер недолго думает и теперь снова спускается вниз, возлагая свои надежды на учительскую. Собственно, там и оказывается старший Ли. — Минхо, привет, — мужчина одиноко сидит с какими-то бумагами на диване, — У Феликса похоже течка началась.       Минхо переводит взгляд сначала на старшего, а потом снова смотрит в бумаги. — Ого. Это уже четвертый парень в нашей школе, — отвечает Ли, — Смотри: в аптечке должны быть капли для носа — это для тебя, чтобы ты не чувствовал запахов, а также таблетки — это для Феликса, — Крис быстро оказывается у шкафчика, из которого достаёт белую пластмассовую коробку и начинает в ней рыться. Минхо медленно встаёт с дивана и подходит к нему, — Там должен быть комплекс таблеток, — Ли взглядом выискивает нужные таблетки, стоя рядом с учителем, — Ты сегодня на машине? — Нет. — Тогда поедете со мной. — Спасибо. Они? — Крис достаёт банку, в которой оказываются красные, жёлтые и зелёные таблетки. — Да. Возьми себе по одной и раз в полчаса давай их Феликсу. Сначала красную, потом жёлтую, потом зелёную. — Ещё раз спасибо, — благодарит старший и быстро выходит из учительской, слыша, как Минхо обещает ждать их внизу в холле.       Он находит Феликса в своём кабинете положившим голову на согнутые руки. Бан уже ничего не чувствует, поэтому без колебаний заходит в класс, но сначала задерживается в углу, где быстро снимает с вешалки свою парку, после чего проходит к учительскому столу и ставит рюкзак на стул, доставая бутылку воды. Мужчина ставит её перед Ли и аккуратно кладёт красную таблетку. — Выпей сейчас, хорошо?       Феликс не отвечает, как-то тупо смотря на старшего, но всё же берёт бутылку в руки и лениво откручивает крышку. Видимо мальчик чего-то не так понял, поэтому вместо просьбы Кристофера, он просто сделал глоток воды и опять положил голову на стол. — Нет, Феликс, таблетку выпей, а не воду, — говорит учитель, складывая ноутбук в рюкзак и скручивая все провода. — Хорошо… — грустно шепчет тот.

***

      Он осторожно ведёт Феликса под руку вниз по лестнице, так как парень уже успел несколько раз пропустить ступеньку и чуть не свалиться вниз. Крис не понимает, может у него в глазах двоится из-за всего этого, но он снова его подхватывает за локоть, когда Ли соскальзывает с края ступеньки, и выдаёт очередное «осторожно». Спускаясь, они чудесным образом оказываются прямо перед спортивным залом, в котором сейчас, видимо, заканчивалась игра в волейбол. Казалось бы, вроде ничего такого, однако Феликс снова замер и с жалобным стоном отцепился от старшего и понёсся в туалет (по правде говоря, Кристоферу тоже кажется неприятным запах пота из зала), и о, боже, каким же был ужасным, просто отвратительным, но в животной тайне жутко возбуждающим факт того, что ближайший туалет на этаже находился именно в мужской раздевалке (в женскую Ли забежать не додумался), куда Феликс и помчался. Это просто безумие.       К счастью, там пока что никого не было, поэтому Крис спокойно прошёл между спортивных шкафчиков и приземлился на лавочку рядом с дверцей туалета. Он очень надеется, что желудок Феликса успокоится как можно скорее.       Крис сидит так несколько секунд и вдруг слышит приближающиеся голоса за дверью раздевалки, которая очень скоро, с угрожающим скрипом открывается и в проёме показывается лицо одного из его учеников из двенадцатого класса. — О, здравствуйте, Мистер Бан, — весело начинает тот, проходя в раздевалку, пока за ним плавно втекают остальные, — Вы наконец решили послушать нас и переквалифицироваться в учителя физкультуры? — кто-то из вошедших неприлично заржал над шуткой. — Нет. Мне нужны Джордж и Эрик из твоего класса. Им тоже стоило бы переписать контрольную, которую мы писали в эту среду. — В каком смысле «тоже»? — начал Джордж, снимая через голову майку, — Неужели кроме нас есть ещё какой-то лузер в истории, — кто-то опять заржал, а Крис даже не заметил, как один парень успел пробраться к двери туалета и приоткрыть её. — Ой, тут Феликс, — видимо за последние три дня с Феликсом успела познакомиться вся школа. — Оо, милашка-Феликс, — рядом с тем парнем встал ещё один и наклонился перед младшим, который неловко выглядывал из-за двери, — Ну нет, Феликс не лузер. Феликс просто плохой мальчик. C'est toi, qui a écrit mal le contrôle d'histoire? (Это ты плохо написал контрольную по истории?) — Феликс кивает, притягивая края рубашки ниже, пока старший неодобряюще качает головой и выжидает напряжённую паузу, — Nous sommes incroyablement déçus à cause de toi, car tu es très mauvais garçon (мы невероятно разочарованы тобой, потому что ты очень плохой мальчик), — Феликс пристыженно опускает глаза вниз, цепляясь пальцами за ручку двери, которую невольно пытаются открыть ещё шире, чтобы явить мальчика публике. Кто-то на заднем плане хихикает, — Эй, ты плачешь? — Tu pleures? — переспрашивает Джордж то же самое, но на французском. — Non, ne sois pas triste (не грусти), — продолжает второй и гладит младшего по волосам, — Ton odeur est follement délicieuse aujourd'hui (твой запах безумно вкусный сегодня).       Крис решает, что их тайного общения уже достаточно, поэтому давит с силой на дверь, резко закрывая её, но тут же слышит вскрик по ту сторону. Когда он открывает её, то видит, как Феликс держится за одну ладонь другой, а в уголках глаз скапливаются слезинки. Кажется он прищемил ему палец. — Ну, вот, — говорит кто-то из толпы, — Вы его обидели.       Какое-то чувство дежавю.       Кристоферу это всё начинает жутко надоедать, поэтому он открывает дверь и быстро хватает мальчика под руку и проводит через коридор возбуждённых возгласов. Кто-то успевает дотянуться до рубашки хныкающего Феликса и легонько приподнять её, пока его «коллега по охоте» сначала сжимает пальцами бока мальчика, так что тот невольно хихикает, а потом шлёпает по бедру. Крис слышит ещё одну волну возбуждённых «ооо!» и очень надеется, что это не из-за одного далеко не неоднозначного пятна у Феликса на джинсах. — Щас к директору пойдёшь, — пригрозил учитель, притягивая Феликса ближе к себе, чтобы его больше никто не тронул.       Наконец Крис выволакивает Ли из раздевалки и тащит дальше. Вдруг кто-то ещё выглядывает за ними и кричит вслед. — Хей, Феликс! Si tu n'aimeras pas ces vieux, tu peux toujours nous trouver et s'amuser avec nous! (Если тебе не понравятся эти старики, ты всегда можешь нас найти и повеселиться с нами!)       Потом добавляют. — Mais saches que tu as cette possibilité seulement jusqu'à la fin d'année scolaire! (Но знай, что у тебя есть эта возможность только до конца учебного года!)       Феликс обернулся и медленно помахал им рукой, всхлипывая. — D'accord…(хорошо…) — Так, пошли быстрее, — командует старший и спешит пройти коридор, разделяющий спортивный зал и холл. — Не надо быстро, — мямлит мальчик. — Надо. — Но я хочу вернуться, — он опять всхлипывает. — На надо. Тебе там не понравится, — строго настаивает старший. — Я… Мне… — опять что-то мямлит, — Мне не… Я, может быть, люблю, когда мне не нравится, — Господи, Крис просто надеется, что тот просто забыл, как сказать «мне без разницы». Крис тогда быстро решает для себя уже ничего не говорить, а лишь делать. Минхо их наверняка заждался, — Я им понравился, — через несколько секунд говорит младший. — Ты им не понравился. — Я им понравился, — делает паузу и, всхлипнув, жалостливо продолжает, — Это я тебе не понравился. А им понравился. — С чего ты взял, что ты мне не понравился? — Потому что ты… — Феликс начинает замедляться и тянуть за собой старшего, намекая остановиться, — Ты делаешь мне больно, — Крис видит, как плечи мальчика дрожат, и тот жмурится с щиплющих слёз, сжимая второй рукой больной палец, — Больно и страшно, — он опять всхлипывает. — Эй, Феликс, — Бан встаёт перед ним, — Прости за то, что прищемил твои пальцы дверью. Я не видел их. Но я не помню, чтобы когда-нибудь пугал тебя. Что ты имеешь в виду? — Ты… Сегодня днём ты начал делать… Ну, не делать, — поправляет себя, — Говорить очень страшно… — Феликс закрывается рукавами рубашки и жалобно стонет, — Я не знаю, как сказать это на английском. — Ничего страшного. Мы сейчас встретимся с твоим куратором, и он тебе подскажет, — Крис опять приобнимает младшего, — Пошли быстрее.

***

      Они встречают уже одетого Минхо в холле с телефоном в руках и сумкой через плечо. Он наконец отрывается от экрана с открытым мессенджером и обращается к Кристоферу. — Что-то вы долго, — Минхо замечает грусть на лице младшего и легонько похлопывает его по плечу, — Одевайтесь и выходите к воротам, я пойду очищу лобовое стекло, — сегодня днём на его уроке кто-то из детей крикнул «снег!», так что неудивительно. — Хорошо.       Старший Ли выходит из школы, а Крис направляет младшего в раздевалку, где помогает ему найти его куртку (Феликс, видимо, любитель больших вещей) и одеться, после чего Крис выводит ученика из школы. Ему снова приходится придерживать Феликса, когда они спускаются по лестнице. Они проходят к воротам, где по совместительству находится и парковка и откуда видно копошащегося в багажнике машины Минхо.       По счастливому стечению обстоятельств совсем недалеко от ворот оказывается их охранник. Мужчина отстранённо достаёт из белой коробочки сигарету и поджигает её. Первое время всё спокойно, однако очень скоро ветер дует от охранника в их сторону, и Феликс вновь хватается за локоть старшего, чувствуя запах дешёвых сигарет. Он с болезненным стоном наклоняется вперёд, пока Крис старается отвести его подальше от самих ворот, поближе к черным прутьям забора. Он-то думал, что на морозном воздухе ему станет легче. Феликса опять тошнит, пока Кристофер снимает со своего плеча сначала рюкзак младшего, а затем и свой, из которого достает знакомую бутылку воды и салфетки. Он откручивает крышку и протягивает бутылку Феликсу. — Держи. — Спасибо.       Крис смотрит на парковку и замечает вздыхающего Минхо с вырвиглазной зелёной щёткой в руках. Бан отвечает ему таким же вздохом и возвращается к Феликсу. Тот неловко наполняет рот водой и перегоняет её из одной стороны в другую, забавно надувая щёки; сплёвывает; вытирает губы салфеткой.       Вдруг у ворот появляется знакомая компания старшеклассников из мужской раздевалки. Крис невольно закатывает глаза, когда Джордж и кто-то ещё подходят к ним. Джордж нагибается перед Феликсом, упираясь руками в колени. — Ой, мы снова встретились, — младший доверчиво смотрит снизу вверх, — Как твои штанишки? — Феликс наверняка не понимает, о чём его спрашивают, да и, скорее всего, даже не хочет знать, поэтому доверчиво тянется к старшему и обнимает его за шею, слыша, как тот очарованно тянет «ооо». Двенадцатиклассник подхватывает его и даёт обхватить ногами собственную талию, откровенно придерживая мальчика за бёдра. — Отпусти его, — устало говорит Бан, — И перестань его трогать. — Извините, Мистер Бан, но он первый начал, — невинно отвечает тот и чуть подкидывает Феликса, поправляя, — Мы заберём его на минуточку? — и не дожидаясь ответа уносит Ли к друзьям. — Oh, finalement, tu as décidé de revenir vers nous ? (О, ты всё-таки решил вернутся к нам?) — говорит один из старшеклассников.       Феликс не оборачивается. Он всё ещё висит на новом приятеле, улыбаясь ему в плечо. Очевидно, кому-то нравится быть в центре внимания. Крис замечает, что какие-то ребята, что-то обсуждая, насмешливо гладят его по спине или по волосам, и тот довольно мурчит, иногда оборачиваясь. Парень, который ранее подходил к Кристоферу и который сейчас (почему-то) не участвовал в обсуждении, встал за другом и забавно коснулся пальцем кончика носа Ли, так что тот смущённо уткнулся лицом в плечо старшего, на котором висел. Крис очень надеется, что он не путает искреннее волнение с жаркой ревностью, когда видит, что Джордж снова слегка подбрасывает Феликса, и до Бана доносится тонущий во всеобщем гоготе тихий стон младшего. Парень вскидывает брови с пошлым «уу» и смотрит на краснеющего Ли. Младший смущённо елозит.       Через пару секунд он подходит к Кристоферу. — Слушайте, у нас есть для вас очень выгодное предложение. Вы наверняка очень сильно устали к концу недели и безумно хотите попасть быстрее домой, ведь ваш рабочий день закончен, а значит и обязанностей никаких больше нет. Так вот, — Крис видит, как Феликс, стараясь быть максимально незаметным, глубоко вдыхает запах старшего, утыкаясь в его шею, — Почему бы Феликсу не сказать нам свой адрес, чтобы мы его сами довезли. У одного парня тут есть машина, — он кивает в сторону своей компании, — Как вам? — Спасибо, откажусь. А теперь поставь, пожалуйста, Феликса на место.       Крис уже было тянется к мальчику, чтобы самому снять его, однако старший чуть отстраняется. — Эй-эй, вы точно хотите отказаться? Знаете, у меня младший брат тоже оказался омегой, и моим родителям было очень сложно успокоить его, — кто знает, может он блефует? — Вы один, наверное, не справитесь. — Я буду не один. Пожалуйста, отпусти его. — Ааа, ооо, — тянет подросток, снова поражённо поднимая брови, — Так вы будете не один. Ну понятно всё с вами. — Так, не наглей, парень, — он прекрасно понимает от чего Джордж так гадко сейчас улыбается, и его это начинает раздражать, — Отдай мне Феликса и иди домой. Твой день тоже закончен.       Кажется у парня закончились логичные аргументы оставить Ли в их взрослой компании, поэтому он тяжело вздыхает и зло смотрит на учителя. Крис чуть не закатывает глаза в который раз за этот день, когда слышит, что тот начинает тихо рычать. Раздражённый и вымотанный Бан даже не пытается себя сдержать, поэтому быстро заводится; он знает, что звучит гораздо грубее и ниже более молодого альфы, что, по идее, должно давать ему заметное преимущество, и так и происходит: парень быстро затихает, опуская притихшего Феликса на ноги (эх, если бы он знал, как сильно колотилось сердце у мальчика в тот момент). Так как Ли не сразу отпускает шею старшего, ему приходится самому под жёстким взглядом Кристофера, снять руки младшего с себя. — О оу, — он возвращается к своей привычной манере, — Кажется нам больше нельзя обниматься, — грустно говорит тот.       Крис быстро подходит к мальчику, притягивая его к себе. — Пока-пока, — машет рукой Джордж, наконец покидая их.       Феликс какое-то время грустно смотрит тому вслед. Крис слышит гудок с парковки и понимает, что Минхо их ждёт, поэтому хватает Ли под руку и идёт к машине. — Ты опять всё испортил, — тихо жалуется мальчик, — Опять, — он легонько бьёт Кристофера в бок. Ну, как бьёт? Наверное, гладит? — Потом ты мне «спасибо» скажешь. — Не скажу.       Крис уже ничего не отвечает, лишь ускоряясь. Он открывает дверь и заталкивает Феликса на заднее сиденье; рядом с противоположным окном Минхо успел постелить какое-то полотенце, и Крис предполагает, что там должен будет сесть младший, который вдруг опять вскрикивает и болезненно стонет. — Убийца! — он опять бьёт старшего в плечо, пока тот ставит между ними их рюкзаки.       Сидящий за рулём Минхо поворачивается к ним. — Что случилось? — спрашивает тот, смотря на трущего ушибленный лоб рукой Феликса. — Он меня толкнул, и я ударился, — он ещё раз бьёт ладонью плечо старшего и дальше тараторит на родном языке, — Et dans la vestiaire Il a claqué la porte et il a presque coupé mes doigts. Il veut me faire mourir! (И в раздевалке он хлопнул дверью и чуть не отрезал мне пальцы. Он хочет меня убить!)       Минхо усмехается и смотрит на старшего. — Надеюсь, у тебя не будет детей.       Вдруг телефон Минхо, стоявший до этого на специальной подставке рядом с рулём оповестил своего хозяина о новом сообщении. Минхо отвлекается на чтение, пока Феликс снимает ботинки и обиженно притягивает колени к себе. — Так. У меня плохие новости, — начинает тот, и Крис видит, как Минхо делает скриншоты переписки, — Родители Феликса не в городе, так что дома его никто не ждёт, и нам разрешают довести его аж до комнаты, — снова звякает оповещение о сообщении, так что Ли замолкает, читая, — И щас мне его мать скинет денег на карточку, и мы заедем и купим простыню, — заканчивает, переходя в приложение с картами, где тонкая зелёная полоса уходит за пределы экрана. — Хорошо.

***

      Они наконец выезжают с парковки. Феликс обиженно молчит, уставившись в окно, в то время как Минхо спокойно ведёт машину, а Крис, медленно снимая куртку, невольно отвлекается на приходящие сообщения от друзей. Ему пишут с предложением встретиться в баре завтра, и он, чуть подумав, пишет согласие, тут же получая волну каких-то стикеров с улыбающимся пивом. Ему пишет мама, когда Феликс закрывает лицо лапками-рукавами и тихо стонет в них. Крис тогда не отрываясь от экрана тянется к мальчику и гладит его по плечу, однако тот раздражённо фыркает и шлёпает его по руке.       Крис быстро печатает сообщения, а когда отправляет его, успевает спросить. — У тебя всё ещё болит живот? — Болит, — тихо отвечает тот. — Сильно? — Сильно.       Минхо останавливается у светофора на перекрёстке. — Странно, — он ненадолго поворачивает голову в сторону Феликса, — Мне казалось, что красная таблетка должна была устранить спазмы. — Значит не работает, — грубо жалуется мальчик.       Минхо возвращается к дороге, плавно нажимая на педаль газа. — Крис, можешь тогда почитать щас что-то в интернете. Может Феликсу другие нужны. — Хорошо.       Кристофер вновь ненадолго уходит от реальности. Они едут ещё метров триста в тишине, прежде чем Феликс осторожно наклоняется вперёд и ставит подбородок на небольшой выступ сиденья рядом с шеей старшего. Сначала он никак не мешает Минхо, однако очень скоро он замечает, как Феликс принюхивается, а затем осторожно поднимает руку, прикасаясь к предплечью старшего Ли. — Феликс, сядь пожалуйста, — говорит Минхо, слыша лишь глубокий вдох, — Tu peux ne me distraire pas quand je conduis ? (Ты можешь меня не отвлекать, когда я за рулём?) — Феликс ничего не отвечает, продолжая мягко гладить плечо старшего. Кажется, он теперь полностью игнорирует тот факт, что перед ним его учителя. Минхо тяжело вздыхает и быстро оглядывается на Кристофера, — Можешь оттащить его к себе?       Крис убирает телефон в сторону и сначала спокойно прессует рукой их рюкзаки в сторону, после чего старается действовать мягко, чтобы не напугать или не спровоцировать мальчика, когда осторожно обхватывает запястье одной его руки и снимает её с плеча Минхо, потом притягивает всего младшего к себе, устраивая его голову у себя на плече. Казалось бы, всё хорошо, однако Феликс недовольно скрещивает руки на груди и с недовольным мычанием пинает переднее сиденье. Получается, как и надеялся Бан, не так сильно, но во избежание повторения этого выброса энергии, он кладёт ладонь на бедро мальчика, намекая больше так не делать. — Deux rondins (Два бревна), — недовольно шепчет Феликс, пока Минхо, улыбаясь, смотрит на них через зеркало заднего вида. — Он только что назвал нас брёвнами.       Крис вскидывает брови, вновь открывая сайт, который успел найти до этого. — Дети уже и такие метафоры знают, — Феликс опять недовольно мычит и прижимает ноги к груди, слыша, как Бан обращается к нему, — Ты просто не понимаешь, чего хочешь. — Понимаю. — Да? И тебя это не смущает?       Феликс как-то удивительно долго думает над ответом, и это заставляет Кристофера усомниться в его следующих словах. — Нет.       Конечно же Феликс хочет этого на подсознательном уровне, а значит изначально для него сам секс не подразумевает ничего постыдного или смущающего и имеет лишь практическую цель, однако понимание того, что он находится в обществе, а значит должен соблюдать ряд требований и стандартов, среди которых секс — табу, осаждает его и заставляет усомниться в нормальности и адекватности своих желаний. Так как сейчас он в силу своего состояния больше подвержен инстинктам и эмоциям, ему приходится нарушать кое-какие правила и впоследствие стыдиться своих импульсивных действий и, может даже, получать осуждение со стороны. Но это то ладно, Феликсу станет стыдно потом. А что же сейчас? Он всеми силами пытается получить внимание (тот самый, особый вид исключительного внимания со стороны привлекательного объекта, вызывающий лёгкое щекотание внизу живота) и нежность, однако ему очевидно что, ни один из (целых) двух присутствующих (взрослых) альф по-садистски не собирается их ему оказывать. Это заставляет Феликса терпеть неудачу ещё и в этом плане. Получается так, что мальчик вроде бы и хочет, но ему стыдно, но всё ещё хочется, однако никому вокруг, видимо, не хочется, и он такой совсем один больной, перевозбужденный и брошенный сидит и плачет на плече у старшего.       Крис чуть сильнее прижимает его к себе и гладит по плечу, чтобы немного успокоить; он тоже понимает причину слёз и сглатывает, чувствуя собственную вину. Да, по идее ему с Минхо стоило бы как-то озвереть, «правильно» среагировать на Феликса, однако никто из них просто не хочет встречаться с серьёзными последствиями, поэтому Крис как можно быстрее находит название всех нужных Феликсу таблеток и отправляет коллеге. — Попроси Миссис Ли, чтобы та положила тебе ещё денег, и купи вот эти. — Хорошо.       Бан гладит Феликса по плечу и даже шепчет что-то, чтобы успокоить, на ушко, когда Минхо останавливается у ряда магазинов (среди которых виднеется зелёная вывеска аптеки) и выходит из машины, оставляя их одних. Горячий от слёз Феликс уже обеими руками обнимает старшего, переставая, откровенно говоря, рыдать, и теперь лишь скулит что-то в шею, иногда прерывисто вздыхая. — Феликс? — спрашивает старший. — М? — мальчик снова вытирает слёзы лапками-рукавами. — Ты вроде хотел мне сказать, чем я тебя напугал.       Феликс недолго молчит, а потом тянется к рюкзаку, в котором лениво начинает рыться в поисках телефона. Когда же он его достаёт, Кристоферу приходится наблюдать занимательную картину, где Ли упорно пытается ввести нужную комбинацию, но вечно где-нибудь промахивается. Кажется, ему правда очень тяжело сфокусировать взгляд. — Давай я введу, — младший, шмыгая носом, отдаёт телефон и диктует числа, — Тебе нужен переводчик? — Да.       Крис находит браузер и снова слушает, как Феликс ему диктует слово, которое нужно перевести, и видит, как в нижней строке появляется страшное «рычать». — Ты меня пугаешь, когда так делаешь, — говорит Ли, — И, наверное, всех остальных тоже. — Господи, прости. Я не подумал, — Крис прекрасно знает, что такое поведение в присутствии омег считается неприличным, поэтому ему правда неудобно перед младшим. Он кладёт телефон Феликса в кармашек рюкзака и старается дышать глубоко и ровно, чтобы мальчик, который теперь вновь смущённо прятался в изгибе между шеей и плечом, инстинктивно чувствовал, что всё под контролем.       Кристофер ничего ему не говорит и даже не пытается остановить его, когда тот начинает совсем легонько целовать его в шею и двигаться вверх, к щеке, невольно хватаясь за плечи мужчины. Вдруг он отстраняется и грустно смотрит на старшего; потом смелеет и спрашивает. — Можно?       Наверное поцелуй не является такой уж тяжёлой ношей, так что Крис более чем уверен, что Феликс сможет сохранить её в тайне. — Можно.       Феликс наконец приближается и предельно осторожно касается губ старшего. К сожалению или к тёплому трепетанию сердца у Кристофера, первый поцелуй у Феликса выходит смазано не только потому, что он даже не попадает чётко в губы, но и впоследствии немного улыбается, видимо, довольствуясь тем, что у него всё-таки получилось кого-то хоть как-то соблазнить. Когда он отстраняется, Крис не успевает заметить его лица, потому что мальчик спешит опять спрятаться у шеи и больше никогда-никогда не показываться. Из-за того, что Феликс, можно сказать, лежит на нём, Крис очень хорошо чувствует его взволнованное сердцебиение, которое непонятно почему и как передается и ему, заставляя смущённо улыбаться и смотреть вверх, пока младший не видит.       Феликс опять смелеет и снова быстро чмокает старшего и отстраняется, будто боясь чего-то. — Ты можешь не отстраняться, — уже красный Феликс кивает, — И в то же время сам поцелуй не обязательно углублять, — Феликс снова кивает, — Хочешь ещё раз попробовать? — Хочу.       Кристофер успевает по-хозяйски положить руки на поясницу младшего и, чуть поддев предварительно рубашку, несильно надавить большими пальцами на выпирающие косточки таза, перед тем, как Феликс всё же повторяет это нежное касание губ. Как и ему посоветовали до этого, он не отстраняется сразу и не пытается углубляться; всё получается предельно мягко, невинно и даже по-детски, что вполне устраивает Бана. Мужчина чувствует, как младший сначала осторожно хватается за руки старшего, а потом, будто поднимаясь по ступенькам наглости, касается быстро плеч под мягкими подушечками пиджака и зарывается пальцами в волосы Кристофера, случайно задевая большим пальцем дужку очков; Крис тем временем упивается мягкостью кожи мальчика на подрагивающем животе, поэтому гладит его, на время останавливаясь и вслушиваясь в тяжёлое дыхание Феликса. Младший буквально мурчит. — У тебя очень тёплые руки, — шепчет Феликс, — Мне это очень нравится.       Старший чуть-чуть опускает руку и чувствует (наверняка больно) натянувшуюся черную ткань джинс и ловит себя на шаловливой мысли дотронуться до мальчика, однако очень быстро гасит её, думая, что успеет когда-нибудь в следующий раз, когда у него в рюкзаке не будет стопка тетрадей, а у Феликса ещё невыполненное домашнее задание. — Я вижу.       Вдруг он на секунду заглядывает в окно, где с пакетом быстро идёт Ли. Он тут же отдёргивает руки от Феликса и, шепча что-то о том, чтобы он слезал, поправляет его одежду, притягивая рубашку к низу. — Но я не хочу. — Феликс быстро меняется в лице и жалостливо смотрит на Кристофера. — Надо, Феликс. Слезай давай. — уговаривает его Крис, видя с каждой секундой, что Минхо становится всё ближе и ближе. — Я не хочу, пожалуйста. — начинает в ответ умолять Ли, обвивая старшего руками. — Феликс, сейчас же сядь на место.       Он уже сам сажает вмиг загрустившего младшего рядом, который вынужденно поднимает колени и зло смотрит на открывшего переднюю дверь Минхо. Ли плюхается на своё место. — Ну, всё, — подытоживает тот, — Вроде всё купили, — он вытаскивает из пакета и демонстрирует небольшой квадратик сложенной новой простыни с какими-то мордочками котов, ткань которой обещает быть плотнее и защищать несчастный матрас, — J'espère que tu aimes les chats (Надеюсь, тебе нравятся котики).       Феликс лишь неловко кивает, пока Минхо вытаскивает всё купленное и кладёт себе вместе с расправленным чеком на соседнее сиденье, чтобы сфотографировать и отправить матери Феликса. После этого он убирает телефон в карман штанов и немного шумя баночкой с таблетками, протягивает её Феликсу. — Oh, et voilà (О, и вот), — говорит Минхо, доставая шоколадку «кит-кат», — C'est pour que tu ne sois pas triste (Это чтобы ты не грустил). — Merci (Спасибо), — шепчет мальчик, забирая её себе.

***

      Феликс наконец проглатывает таблетку и отдаёт старшему воду. Он лениво кладёт ему голову на плечо и медленно открывает шоколадку, посматривая в окно, в то время как Крис неловко смотрел на небольшое, уже не такое тёмное пятнышко у себя на бедре и думал, насколько сильно от него будет пахнуть Феликсом и как долго ему придётся доказывать матери, что это не его новая девушка и что он не изверг и не оставил её одну во время течки, когда будет чинить им холодильник сегодня вечером.       Феликса уже заметно клонит в сон, так что Крис решает положить на свои колени куртку, а сверху голову сонного мальчика; Ли спокойно лежал и глубоко дышал на коленях, повёрнутый лицом к старшему, пока тот незаметно даже для себя гладил мальчика по волосам и отдавал свою руку двум маленьким ладошкам Феликса, который теперь мягко её сжимал. Младший не спал, просто отдыхал.

***

      Когда треугольничек (машина) наконец съел всю зелёную полосу (маршрут) и дошёл до красной точки (дом Феликса), Крис попросил младшего Ли встать, чтобы быстро накинуть куртку, собраться и выйти из машины. После этого пришлось ловить Феликса, который практически выпал из машины, когда выбирался из неё. Дойдя до квартиры, мальчику пришлось соображать и искать по карманам ключи от двери, которые, благо, нашлись и Феликс открыл старшим дверь. Крис помог младшему снять ботинки и провёл его в его комнату, чтобы тот взял сменную одежду и отправился в ванную комнату, пока Минхо отчитывался Миссис Ли. Феликс как-то не глядя хватает старые короткие шорты и футболку с потрескавшимся рисунком Гоку, и Крис тогда строго просит его поискать нормальные штаны, потому что не хочет глазеть на мальчишеские ноги. Феликс наконец находит длинные штаны в цветочек и уходит в ванную.       Минхо приносит из прихожей в комнату Феликса пакет с таблетками и Кристофер, видя их приличное количество, с сожалением понимает, что младший быстро запутается если попробует сам разобраться или они с Минхо как-то бегло ему объяснят. Поэтому он ищет какую-нибудь лишнюю бумажку и берёт со стола в комнате ручку; снова открывает тот сайт, на котором нашёл таблетки, и делает небольшую табличку, в которой на скорую руку записывает правила и последовательность приёма таблеток, а внизу записывает свой номер телефона с просьбой позвонить или написать, когда мальчик проснется; потом помогает Минхо сменить простыню и идёт к ванной, чтобы проверить младшего.       Он как раз застаёт выходящего в сменной одежде Феликса, который опирается о стену. — Всё хорошо? — спрашивает старший. — Да, — отвечает, — У меня просто… м, мне стало темно, когда я встал. — Понятно. Тебе может сделать чай? Феликс подходит к нему и слабо обнимает, снова утыкаясь в шею. — Не знаю, — он глубоко вдыхает и с тихим мычанием или стоном выдыхает, — Может вы останетесь?       Крис точно не знает, обращается ли тот конкретно к нему или к нему и Минхо, но это не важно, ведь ровно перед тем,как дать отрицательный ответ, Бан наконец снова чувствует сладкий запах от Феликса; ему сильнее хочется обнять мальчика, вновь поцеловать его, проявить до неприличия жаркую и грязную нежность, однако он хватается за последние крупицы не успевшего сгореть в запретном желании сознания, поэтому он выдыхает и спокойно отвечает. — Прости, но нет. Твои родители обещали приехать сегодня вечером, поэтому нам с Минхо нужно оставить тебя тут одного, — Феликс грустно смотрит в ответ, и Крис ну никак не может себе отказать в следующем, — Если ты хочешь, мы с тобой можем поговорить об этом после твоей течки. — наверное он пьян, раз говорит такое.       Феликс тогда ещё несколько секунд смотрит на него, после чего неуверенно приподнимается на носочках и целует старшего в щеку. Крис чувствует себя каким-то девственником.       Он провожает младшего до кровати и не забывает выложить на прикроватную тумбочку все таблетки и свою маленькую табличку, после чего прощается с учеником и (стоит признать, через силу) прикрывает дверь его комнаты.

***

      Вероятно, Миссис Ли рассказала Минхо, где лежат запасные ключи, и разрешила их взять, поэтому тот сейчас звенел металлической связкой в коридоре, закрывая дверь. Он сделал последнее фото закрытой двери и выдохнул. — Ну, всё. На сегодня рабочий день окончен.