Ужасна ли любовь?

Уже какой час лил сильный дождь, словно плотная стена, ничего не видно на расстоянии вытянутой руки. Шум грома и молнии, сверкающие где-то вдалеке. Капли со звоном бились о стекла и крыши домов. По дорогам уже бежали ручьи, где-то остались глубокие лужи, которые не высохнут ещё долго. Джо никак не ожидал увидеть кого-то в этот день, какой человек будет идти куда-то в такую ужасную погоду? Даже самые заядлые любители дождя явно его где-то пережидают или дома сидят. И лицо его было полно удивления, когда он услышал звонок в дверь, да не один раз. Кто-то звонил все это время пока он шёл. Кто-то настойчиво нажимал эту кнопку. — К-Каору? — Голос дрогнул, когда на пороге оказался его друг. Наверное, уже стоит переживать за его здоровье, он был только в тонкой футболке. Джо затащил его за руки и захлопнул дверь, — Что случилось? Джо знал, что Каору никогда не любил дожди, особенно такие сильные, он ненавидел мокрую одежду на себе, даже небольшая капля раздражала его до жути. А сейчас, он был насквозь промокший, настолько, что с одежды на пол капала вода. Каору стоял, немного шатаясь, — Ты пьян? — Каору никогда не пил, даже будучи уставшим, он не позволял себе этого, ни капли. Никогда. — Джо-о, — Он тянется к нему и падает на колени, поднимает голову и берёт Коджиро за руку, цеплясь за неё всеми силами которых сейчас почти не было, — Подними меня. — Тебе отдохнуть нужно, — Коджиро наклоняется и обхватывает его за пояс, аккуратно забрасывая на плечо. Каору мычит что-то абсолютно невнятное и пытается выбраться. Глухо стонет от боли в голове. Джо кладёт его на мягкую кровать. Под телом, хоть и таким худощавым, она прогибается, сверху Джо накрывает его тёплым толстым одеялом. Сам ложится на другую сторону кровати. Первое время Каору не двигается, возможно, спит. — В таком состоянии он должен быстро заснуть.— Говорит настолько тихо, что слова мигом растворяются в тишине. Он тоже решает поспать, сложив руки на животе, начал погружаться в сон и даже, в итоге, заснул. Шорох. Изначально, только проснувшись, может показаться, что это опять начинается гром, хотя позже понимаешь, что на это совсем не похоже. Джо вздрагивает и поднимается, — Каору? Ты же спал, ты зачем это делаешь, стой, — Каору пытался увидеть сквозь темноту Джо. Его ладонь уже лежала где-то в области паха. Он, видимо, пытается залесть на него, он очень старался, но дрожащие тело и кромешная тьма не позволяли. Действия друга смутили Коджиро, лицо и кончики ушей немного покраснели. Он берёт его за запястья, от чего Сакураяшики поднимает голову, — Отпусти, Идиот, — Недовольно пыхтит и пытается вырвать руки из этой железной хватки. — Я ещё не закончил! — Каору, хватит, ты пьян. — Джо тянет его и подтягивает к себе, — Что ты собирался делать? — Он смотрит внимательно, изучает его каждое движение, Каору молчал, всё ещё пытался вырваться, дёргал и тянул руки, но это бесполезно. — Ложись спать, уже поздно, пожалуйста. — Говорит полушёпотом, почти засыпает. За окном дождь почти стих, только оставшиеся капли с глухим звуком стучали о стёкла. Небо было тёмным, ни одной звезды не было на небе, только еле-еле заметная луна давала свет. Чтобы Каору больше ничего не сделал, Джо лёг поближе и положил на него руку, так его движения будут контролировать, ну, если Джо не провалится в сон. Каору прижался ближе, упираясь в тёплую широкую грудь. Запах алкоголя противно бил в нос, к горлу подступил ком, Нанджо не мог уснуть. Сакураяшики ёрзал, спать ему не хотелось, —  Коджиро, — Он пихает того в бок с такой силой, с которой мог в данный момент, — Придурок, вставай, мне неудобно, ты давишь своей рукой на меня. Ты слишком тяжёлый. Вставай! Джо невнятно мычит, трёт свободной рукой глаза и приподнимается, освобождая недовольного от груза на своём теле Каору. — Каору? — Он не особо понял, что он говорил, но пьяный Сакураяшики, видимо, ещё вреднее и злее трезвого. — Ты сколько весишь, придурок?! — Он соскакивает, но от резкой боли в голове сипит. Рвано выдыхает и опирается ладонью. Рука погружается в скомканное мягкое одеяло, приятные ощущения. Джо поднимается и встревоженно смотрит на парня, кладёт на его плечо руку. — Всё хорошо, давай принесу таблетку? — Каору скривил лицо, зажмурив глаза, кивнул. Коджиро удалился из комнаты и вернулся со стаканом воды и таблетками. — Спасибо, — Фырчит, выхватывает из его рук две небольшие таблетки и забрасывает их в рот, моментально запивает водой. — Поспи, тебе станет лучше, — Улыбается уголками губ. Улыбка Джо была всегда такой тёплой. Только один его вид вызывал уют и спокойствие на душе. Его желание заботиться и помогать всех удивляло. — Я не хочу, вот сам и спи. — Ставит стекланный стакан со стуком на небольшой столик, рядом с кроватью. — — Тогда, я тоже не буду, — Не прекращая улыбаться, Джо садится рядом, — Давай тогда поговорим. Почему ты пришёл так поздно и в таком состоянии, ещё и в дождь? Что случилось? — Смотрит внимательно на Каору. — Не твоё дело, — Сакураяшики откидывается назад, падая на подушку, — Я тогда уж лучше посплю. — Как раз таки и моё. Знаешь, я переживаю, Каору. Ты насквозь промок, твоя одежда всё ещё сырая, да и к тому же ты никогда раньше не пил. В чём дело? Каору уставился в потолок, — Изначально, я к тебе и шёл, — Замолкает и молчит некоторое время, ему было сложно рассказывать что-то, но глубоко вздохнув, он продолжил. — А потом я пошёл в бар, просидел там до ночи и решил всё же зайти к тебе. — Не смотря на то, что Сакураяшики пьян, речь его была хорошо поставлена, он почти не запинался, он хорошо себя контролирует. Джо всё ещё с непониманием смотрел на него и словно глазами спрашивал: «А зачем всё это вообще было нужно?» — Проблема в тебе, Коджиро... — Каору поджал губы и зажмурил глаза, в горле стоял ком горечи и отчаяния, руки ужасно тряслись от волнения. Джо хотел что-либо сказать, но не стал, пусть догворит сначала. — Любовь чертовски ужасная штука, не думал, что она каснётся и меня, — По щеке стекает слеза, которую он моментально вытирает, он не любил показывать себя слабым. Каору поднимается и тянется к лицу друга, чьи глаза выражали что-то странное. Очень странное. «Наверное, если бы ему было противно, он бы остановил меня». — С этой мыслью Каору продолжил. Губы коснулись чужих. Он медленно двинулся телом вперёд, провёл языком по нижней губе Джо. В нос снова дал резкий и неприятный запах спиртного, Нанджо поморщился. Каору остранился, — Я пойду лучше. — Его голос сменился на прежний, такой серьёзный, такой раздражённый и нервный. — Стой, — Джо незамедлительно хватает его за руку, не даёт уйти, — Останься, ты сейчас пьян, давай утром поговорим, — Помедлив Каору кивает. После этого Каору не проронил ни слова, он лёг и закрыся одеялом почти с головой. Никто из них этой ночью не мог уснуть. Джо пару раз пытался его позвать, но Каору не отвечал. Ночь тянулась медленно, будто не собиралась кончаться. Но даже этому приходит конец. Небо местами сменилось на светлое, кое-где был виден розоватый рассвет, который быстро исчез. Всё же на некоторое время Сакураяшики заснул и открыл глаз, когда было уже совсем светло. На небе было яркое солнце, а намёков на вчерашний дождь не было совсем. А вот состояние Каору было не таким прекрасным, как погода. Голова сильно болела и временами гудела. Он повернулся, Коджиро не было, но рядом была вода и таблетка, Каору сразу её выпил и ещё раз осмотрелся. Говорить с Джо особо не хотелось. — Ты уже проснулся, — Джо подкрался незаметно и Каору знатно его испугался. — Не голоден? «Почему он так говорит, словно ничего не было, почему он такой спокойный, почему?..». Но вместо этого Коару отрезает резкое, — Нет. Нанджо присел на край кровати, так, что не видел лица Каору. — Поговорим? Что было вчера? — Он явно был взволнован. Каору долго молчал, собирался с мыслями, — И что я должен ответить на это, — Шумно и раздражённо выдыхает. — Ну... Это было из-за алкоголя или... — Нет, это было не из-за этого, — Его голос стал более спокойным, но теперь он слегка подрагивал. Джо затих. Послышался скрип кровати, Каору обернулся, его щеки коснулась тёплая рука и притянула ближе. Каору широко распахнул глаза, когда лицо Коджиро оказалось совсем близко, сердце забилось ужасно быстро, тело пробило мелкой дрожью. Джо коснулся приоткрытых губ и проник языком внутрь, парни слились в поцелуе. Поцелуе нежном и трепетном. Каору потихоньку тянулся к шее Джо, которую в итоге обвил и явно не хотел отпускать. Джо медленно остранился, — Знаешь, Каору, порой любовь не такая и ужасная штука, — Он широко улыбается и вновь касается этих желанных губ.