Должно было быть

Тарталья, как должен знать каждый смертный и бессмертный, девятихвостый кицунэ. Адептус. Он — воин в душе, ищущий острых ощущений битвы, чтобы утолить свою жажду крови и резни, ищущий любой шанс, который он может получить, чтобы вонзить свои клинки в цель.   Предпочтительно живой, истекающей кровью мишенью.   Помимо того, что Тарталья любит сражения, он еще и Альфа. Его расположение дает ему власть над другими, способность запугивать тех, кто осмеливается неуважительно относиться к нему. Однако он не часто этим пользуется, предпочитая жить своей жизнью в погоне за своей страстью и с каждым днем становится все сильнее.   И когда он не находится посреди хаотичных полей сражений, Тарталья проводит свое время, раскручиваясь в царстве всех адептов.   Кицунэ вырос рядом с другими альфами, бетами и омегами в упомянутом царстве. Альфы, такие как Аждаха и Озиал, всегда представляли самую большую угрозу для Тартальи, учитывая их общее расположение, но кицунэ не позволял им удерживать его от установления своего господства с тех пор, как он был молод. Эти двое всегда были занозой в заднице Тартальи, но лис придерживался своего собственного образа жизни, сводя свое общение с ними к минимуму, проводя время рядом с младшими адептами, такими как Сяо и маленькая Гань Юй.   Даже если Сяо, не слишком любил его.   Однако, в конечном счете, каждый альфа должен получить себе омегу. Конечно, среди адептов было много замечательных омег, которые могли бы заинтересовать кицунэ, будь то мужчина или женщина. И все же взгляд Тартальи всегда был прикован к самой красивой из них всех. Тот, кто опозорил других омег своей внешностью, и чей запах был таким чистым и сладким, что каждый альфа в королевстве терялся от него всякий раз, когда этот человек проходил мимо.   Чжун Ли, великолепный дракон омега.   С тех пор как они были маленькими, Тарталья и Чжун Ли были очень близки, постоянно играя вместе под пристальным наблюдением Гуй Чжун. Они были почти неразлучны, и так продолжалось много лет…   Пока они не представились как альфа и омега, и их держали порознь ради того, чтобы Чжун Ли не связали слишком рано.   Тем не менее, поскольку они теперь взрослыми, Гуй Чжун решила позволить всем должным образом взаимодействовать друг с другом. Она доверяла им принимать правильные решения, когда дело доходило до этого, и некоторым адептам уже удавалось связать себя с другими или даже с людьми, которых они встречали на Земле вместо этого. Например, Сяо связался с мужчиной-омегой по имени Итэр, своеобразным путешественником, которого он встретил во время посещения царства людей. С другой стороны, Гань Юй связалась с женщиной-альфой по имени Кэ Цин.   Тарталья — или, как чаще называют его другие адепты, Чайльд — сразу почувствовал влечение к Чжун Ли, когда им разрешили встретиться, и обнаружил, что много времени проводит рядом с драконом. Чжун Ли, наслаждался его присутствием, независимо от того, чем они занимались вместе — будь то прогулка, небольшая беседа или просто наблюдение за закатом с вершины высоких гор.   Чайльд, глубоко влюбился в великолепного омегу. Как он мог не сделать этого, когда Чжун Ли был так несправедливо совершенен? Дракон был сильным, мудрым, элегантным, привлекательным, рядом с которым было чудесно находиться…   Он был всем, чего Чайльд когда-либо мог желать в любовнике. И кицунэ был чрезвычайно увлечен им.   Несмотря на это, альфа понятия не имел, что делать с чувствами к Чжун Ли, когда дело касалось его. Конечно, он никогда бы не попытался силой заставить дракона принадлежать ему, потому что он уважает этого человека и любит его слишком сильно, чтобы заставить его чувствовать страх или боль. Чайльд всегда хотел, чтобы Чжун Ли естественно понимал его чувства, потому что дракон, всегда чувствовал себя с ним комфортно, и все же…   Он просто чувствовал… испуганный. Скорее всего, его отвергнут.   Как альфа, быть отвергнутым омегой ваших интересов одновременно позорно и крайне вредно. Чайльд никогда не хотел проходить через это, и его тревоги всегда заставляли его струсить всякий раз, когда он пытался начать ухаживать за Чжун Ли. Тем временем, другие альфы преследовали прекрасного дракона, не разделяя тех же страхов, что Чайльд.   Они считали кицунэ слабыми и недостойным для омеги.   И Чайльд начал думать о себе точно так же.   Альфа все чаще казался апатичным, когда позже дистанцировался от Чжун Ли. Он считал себя помехой дракону, не замечая выражения лица мужчины, когда за ним ухаживали Аждаха и Озиал. Чайльд тратил свое время на тренировки, пытаясь забыть или отвлечься от всего этого…   Но даже в его бою не хватало обычного пыла, потому что его мучили мысли об омеге его привязанности.

***

Однажды, когда он упражнялся с луком неподалеку от одного из больших безмятежных озер королевства, Чайльд услышал позади себя шаги, хотя они были почти тихими, чтобы их можно было различить. Его лисьи уши насторожились и повернулись, прежде чем он повернулся на каблуках, молниеносно зарядил лук и прицелился на звук…   Только для того, чтобы замереть, когда он заметил Гуй Чжун, высокую женщину, мягко улыбающуюся ему, когда она мягко оттолкнула наконечник стрелы, указывающей ей путь.   — Аякс, ты кажешься… беспокойный. Я была совершенно уверена, что ты можешь почувствовать меня только по моему запаху. — Гуй Чжун напевала, кицунэ тихо вздыхал, убирая лук и стрелы. — Ты знаешь, что всегда можешь поделиться со мной своими мыслями, Цинь. Что случилось, что причинило тебе такое страдание и заставило тебя напрячься? — спросила она, уши кицунэ опустились, когда он отвел взгляд в землю.   Чайльд задумался, должен ли он рассказать об этом женщине или нет. Конечно, Гуй Чжун воспитала его и других, поэтому она почти как духовная мать для всех. Она всегда рядом, чтобы подсказать, когда им это нужно, но в то время он, похоже, неохотно делится своей проблемой. Это только кажется… в каком-то смысле это по-детски.   Но он также чувствует себя безнадежным.   — Это так… Речь идет о Чжун Ли. — сказал кицунэ, не глядя на женщину. Он услышал ее тихий звук подтверждения, который сказал ему, что он должен продолжать свои слова. — Я… Я хотел бы должным образом ухаживать за ним, Гуй Чжун. Аждаха и Озиал всегда так делают, и каким-то образом… Всякий раз, когда я вижу их так близко к нему, что-то внутри меня закипает от ярости. Я ловлю себя на том, что желаю этого… чтобы причинить им вред. Я чувствую необходимость сделать все, что в моих силах, хотя бы для того, чтобы они оставили его в покое. Кажется, ему неловко…   Однако это также может быть желаемое за действительное, сказанное Чайльдом. Услышав объяснение, Гуй Чжун тихо усмехнулась: — Твой внутренний альфа так заботится о нашей маленькой Ли, Аякс~ Это действительно мило с твоей стороны, — промурлыкала она, заставив Аякса покраснеть и почесать затылок, когда его хвосты немного завиляли позади него, выдавая его счастье от похвалы.   — Я… я полагаю… Но… Он все равно не слишком интересуется мной, и я чувствую, что просто… беспокою его, честно говоря. Он слишком хорош для кого-то вроде меня… Я бы просто разозлил его, если бы попытался что-нибудь сделать. — Кицунэ глубоко вздохнул, его плечи опустились, а брови нахмурились от разочарования и печали.   Гуй Чжун никогда не нравилось видеть, как ее адепт чувствует себя подавленно, поэтому она сочла своим долгом подбодрить Аякса. В конце концов, она знала кое-что, чего не знал лис, и понимала, что это чрезвычайно поможет в решении проблемы.   Может быть.   — Я искренне предлагаю тебе попытаться ухаживать за ним. — Женщина тепло улыбнулась, застав Чайльда врасплох, когда он наконец посмотрел на нее. — Возможно, ты будешь удивлен результатом, лисенок, — добавила она, заставив глаза Чайльда почти сверкнуть, когда он услышал слова ободрения.   Конечно, он все еще нервничает по этому поводу… Но если Гуй Чжун говорит, что было бы лучше принять меры, это, безусловно, означает, что она знает, о чем говорит.   Так что Чайльд поверит ей на слово.

***

Первый шаг ухаживания за омегой состоит в том, чтобы альфа показал упомянутому омеге, что он проявляет к нему интерес. И для этого альфа должен выразить это с помощью вспышек своего запаха, тщательно подобранных слов и, в большинстве случаев, небольших подарков, которые, как он знает, омега с удовольствием получит.   Чайльд провел тяжелую ночь, размышляя о своем подходе к Чжун Ли и множестве других вопросов и сценариев. Что, если Чжун Ли больше не наслаждается в его присутствии? Что, если Аждаха или Озиал уже успели достаточно поухаживать за ним, чтобы дракон потерял интерес к кому-либо еще? Что, если ему не понравится запах Чайльда?   Честно говоря, кицунэ был напряженным.   Едва отдохнув пару часов, Чайльд почувствовал себя почти пьяным от усталости. Однако нервы держали его начеку, потому что в тот день он встал с постели с ясной целью. Он знал, что Чжун Ли проводил большую часть своего времени под деревьями, полными цветов, потому что дракон любил их сладкий аромат и красоту, которую они даровали землям.   И после долгих и напряженных размышлений об этом всю ночь Чайльд придумал подарок для Чжун Ли.   Как он и ожидал, омега лежал на одном из удобных и роскошных шезлонгов королевства (все упомянутые стулья были выполнены в красивом традиционном китайском стиле), на самой вершине высокого холма, который он всегда любил посещать с детства. Чжун Ли, наблюдал за рекой у подножия холма и высоким каскадом сбоку, его длинный чешуйчатый хвост перекинулся через него.   В мягком свете утра и лепестках, развевающихся на ветру, Чайльд увидел Чжун Ли как самое прекрасное существо, которое когда-либо существовало.   Большинство тоже согласилось бы с ним.   Дракон выглядел спокойным и невозмутимым, довольный тем фактом, что поклонники не на мгновение не приставали к нему. Пришло его время расслабиться, успокоиться и вздохнуть, и Чайлд почувствовал себя виноватым за то, что собирался подойти к Чжун Ли по той же причине, что и другие до него.   Несмотря на это… Он не сдастся. Не сейчас, когда он набрался храбрости, чтобы пройти через это.   Сообщив о своем присутствии мягким приветствием, Чайльд подошел ближе к Чжун Ли, дракон с любопытством оживился, когда услышал голос кицунэ, зовущий его. Это был первый раз за долгое время, когда они вдвоем заговорили, и Чжун Ли искренне хотел выяснить причину, по которой альфа до сих пор не обращал на него никакого внимания.   Потому что Чайльд не знал, что омега всегда интересовался им.   И Чжун Ли было больно, что кицунэ игнорировал его.   — Добрый день, Чжун Ли. — начал Чайльд, его тон стал тверже, даже если он хотел показать, насколько он нервничал на самом деле. Обычно лис был дерзким и уверенным в себе, но когда дело касалось Чжун Ли…   Он был не чем иным, как катастрофой.   Чжун Ли медленно поднялся и встал со своего места, внимательно глядя на Чайльда. Дракон был немного ниже кицунэ, и Чайлд скорее умер бы, чем признался вслух, что у него кружилась голова при мысли о том, как хорошо омега поместится в его объятиях.   — Взаимно, Тарталья. — сказал Чжун Ли мягким тоном, глядя на собеседника, и Чайльд на мгновение бессознательно напрягся, думая о том, что он хотел сказать дальше.   Между ними двумя повисло небольшое неловкое молчание, и Чайльду показалось, что он, вероятно, все еще спит, и это был не что иное, как ужасный кошмар. Чжун Ли, был немного смущен ситуацией, но он не настаивал на ответе, позволяя Чайльду идти в своем собственном темпе с тем, что он хотел обсудить.   Чайльд тихо вздохнул про себя, прежде чем осторожно вдохнул свой аромат, ожидая, как отреагирует на это Чжун Ли и просто ли омега уже отвергнет его, если он даже ничего не скажет о самом ухаживании. Дракон заинтересованно замурлыкал, почти сразу почувствовав запах, к удивлению Чайльда…   Он шагнул немного ближе.   — Я хотел бы начать с извинений… За то, что давно не разговаривал с тобой. — пробормотал Чайльд, с трудом подыскивая подходящие слова. Было слишком много вопросов, которые он хотел обсудить сразу, и каждая возможная фраза, которую он, хотел сказать, смешивалась с другими, создавая ужасный беспорядок.   Однако он всегда славился своей настойчивостью, не так ли?   — Причина моих действий такова… глупо, честно говоря, но я не буду описывать это прямо сейчас. Вместо… Я пришел сюда с совершенно другой целью. — Кицунэ объяснил, повторив вспышку своего запаха, хотя и немного сильнее, чем в прошлый раз.   Чжун Ли прислушался, и при второй вспышке он слегка улыбнулся, снова подходя ближе. Чайльд покраснел, даже если бы не хотел этого, но продолжал идти, обретая все больше уверенности, чем больше замечал, что дракон не реагирует отрицательно.   — Я пришел сюда, чтобы начать ухаживать за тобой, — сказал он, слегка склонив голову в извиняющейся манере. — Я знаю, что, скорее всего, я не так хорош, как другие альфы… Но ты мне всегда нравился, Чжун Ли. Я всегда хотел быть с тобой. Возможно, с моей стороны глупо питать хоть малейшую надежду, что ты ответишь на мои чувства, но… Я цепляюсь за эту надежду даже сейчас, как я признаюсь.   Чжун Ли был удивлен, это уж точно. Он казался ошеломленным, застыв на месте, наблюдая за кицунэ недоверчивым взглядом.   И все же… Выражение его лица смягчилось, и вскоре после этого красивая, милая улыбка украсила его губы.   Его аромат мягко вспыхнул, знак согласия на ухаживания Чайльда.   — А…Аякс, — сказал Чжун Ли, поднимая руку, его изящные пальцы коснулись щеки Чайльда, когда кицунэ поднял голову, чтобы посмотреть на него широко раскрытыми глазами. Дракон нежно коснулся его щеки и усмехнулся, сладкий звук заставил сердце лиса подпрыгнуть в груди, когда он застыл на месте, не смея ни в коем случае прерывать Чжун Ли.   — Я ждал, когда ты собирался подойти ко мне. Меня всегда тянуло к тебе так, как я не могу описать словами. Это почти как если бы всякий раз, когда я вижу тебя… Я чувствую сильное желание идти рядом с тобой и никогда больше не покидать тебя. Я чувствую… в безопасности, когда я рядом с тобой, — объяснил Чжун Ли, покраснев, когда признался во всем этом вслух.   — Когда ты начал отдаляться от меня, я подумал, что, возможно, в конце концов ты нашел кого-то получше меня. Мне было больно от этого, но я не пытался преследовать тебя, даже если ты выглядел так, словно таил печаль в своей душе, куда бы ты ни шел. Я хотел, чтобы ты был с тем, с кем тебе подсказывало сердце, и все же… Я никогда не смог бы принять другого Альфу. —  Дракон тихо вздохнул.   Чайльд даже не знал, что сказать в первую очередь после такого решительного признания. Чжун Ли привлекал его в течение многих лет, как он это говорит, а сам Чайльд был таким забывчивым идиотом, что думал, что дракон даже не заинтересован. Он забыл, что альфам нужно приближаться к омеге… Вполне естественно, что Чжун Ли не пытался преследовать его в одиночку.   И неудивительно, что Чжун Ли чувствовал себя неловко, когда Озиал или Аждаха настойчиво пытались ухаживать за ним.   Теперь кицунэ действительно чувствовал себя идиотом. Потратив мгновение на то, чтобы просто обдумать все, что сказал Чжун Ли, Чайльд глубоко вздохнул и прижал уши, его голубые глаза смотрели с ужасной виной. — Я этого не делал… Я… я понятия не имел, Чжун Ли и… Я искренне думал, что разозлю тебя, если подойду близко, поэтому просто убежал, как дурак. Я всегда хотел ухаживать за тобой. Поверь мне, я умирал от желания просто вмешаться всякий раз, когда эти ублюдки пытались сделать это вместо меня. Мне так, так жаль…   Однако Чжун Ли не казался расстроенным. Он покачал головой и замурлыкал, его длинный хвост медленно покачивался за спиной, его запах все еще был мягким и приветливым для кицунэ.   — Я не питаю к тебе никакого гнева, Аякс. Я рад, что ты наконец пришёл ко мне. — сказал он, поглаживая большим пальцем скулу Чайльда, прежде чем отдернуть руку.   — Я с радостью приму тебя.   Чайльду захотелось заплакать от того, как он был счастлив и испытывал облегчение, но вместо этого он ярко улыбнулся и тихо замурлыкал, оставаясь лицом к лицу с Чжун Ли, прежде чем вынул маленькую коробочку, которая была у него в кармане, и показал ее омеге.   — Насколько я знаю, ухаживание также требует некоторых подарков, не так ли? — сказал кицунэ, нежно взяв Чжун Ли за руку и держа ее ладонью вверх, положив коробку сверху. — Это мой первый подарок для тебя, Чжун Ли   Омега с любопытством посмотрел на коробку, повертел ее в руке и услышал, как она издала тихий стук…   И когда он открыл ее, внутри лежала красивая серьга, с драгоценным камнем в форме бриллианта красивого янтарного оттенка и пушистым, мягким концом.   — Аякс… Это прекрасно. Такое мастерство… И инкрустации из серебра и золота прекрасно служат своей цели. — сказал дракон, и когда Чайльд поднял серьгу, надел ее на ухо Чжун Ли…   Омега замурлыкал, заставляя сердце лиса бешено колотиться.   Чжун Ли определенно принял его, как он и сказал.

***

После того дня Чайльд всегда был рядом с Чжун Ли, составлял ему компанию, куда бы он ни шел, узнавая все больше и больше о великолепном драконе, с которым он имел удовольствие разговаривать, в то время как он держался подальше от любого другого альфы, пытающегося приблизиться.   Аждаха и Озиал заметили это, и они знали, что сердце Чжун Ли всегда было занято кицунэ. Конечно, это не помешало бы им невзлюбить молодого лиса, но, по крайней мере, теперь они могли преследовать других омег, учитывая, что Чжун Ли был занят.   Чайльд был определенно в восторге от этого факта.   Со временем кицунэ еще больше влюбился в дракона, а сам Чжун Ли был сражен альфой до такой степени, что с радостью принял предложения Чайльда понюхать и обнять друг друга. Омега чувствовал себя очень комфортно с Чайльдом, и в тот момент, ну…   Единственное, чего они теперь ждали, — это того рокового дня, когда начнется течка Чжун Ли.   Омега, который принял альфу и увидел в нем своего будущего мужа, так что это был только вопрос времени. Чайльд позаботился о том, чтобы все было готово к тому времени, когда это произойдет, приготовив несколько одеял, подушек и удобную одежду для своего дракона, чтобы использовать ее для своего гнезда.   Он был по-настоящему взволнован тем, что это произойдет. Это был бы тот день, когда он собирался пометить Чжун Ли как своего мужа.   Чжун Ли казался спокойным по этому поводу, каждый день занимаясь своими обычными делами, и это было нормально, учитывая, что альфа, с которым он будет проводить время, будет человеком, которого он любит всем сердцем. Он очень хотел, чтобы это произошло, и даже если они не смогут зачать никакого потомства, так как это его первая течка…   Позже будет много случаев, когда это произойдет.   Когда пришло время, Чжун Ли почувствовал, что его лихорадит. Он сгорал от желания, и он тщательно построил свое гнездо, пригласив Чайльда присоединиться к нему, когда он прижался к кицунэ. Альфа успокаивающе мурлыкал, крепко прижимая к себе своего возлюбленного, лаская его спину и красивый хвост, бормоча небольшие похвалы и пытаясь успокоить омегу.   Но они оба знали, что многое еще предстоит сделать.   — Аякс… Мне… мне нужно… твое прикосновение… — горячо прошептал Чжун Ли, с желанием глядя на своего альфу, его сердце бешено колотилось, когда он держался за другого. Чайльд изо всех сил старался сохранить хоть какое-то подобие самообладания, учитывая, что его собственный гон начался, вызванная сладким теплом его дракона.    Кицунэ промурлыкал: — Я знаю, милый. Я знаю… Но мы должны действовать медленно. Я не хочу причинять тебе вред. — объяснил он, несмотря на то, что Чжун Ли заскулил, услышав слово «медленно».   Его инстинкты кричали ему, чтобы альфа уже начал действовать.   «Медленно» больше не входило в его словарный запас.   Несмотря на это, Чайльд начал медленно, нежно целовать Чжун Ли, легкое прикосновение, которое заставило дракона желать большего. Постепенно лис углубил поцелуй, облизывая нижнюю губу Чжун Ли прося войти, что дракон с радостью предложил ему вскоре после этого. Чайльд удовлетворенно замурлыкал, когда одна из его рук скользнула под мантию Чжун Ли, обводя гладкую кожу омеги от задней части колена до бедра.   Боги, Чжун Ли был слишком хорош, чтобы быть правдой.   Чжун Ли тихо застонал ему в рот от прикосновения, чувствуя, как везде, где рука Чайльда касалась его кожи, тепло в указанной области успокаивалось, его кожа остывала от своей адской температуры. Чайльд отстранился, чтобы дать ему возможность дышать, прежде чем уговорить Чжун Ли лечь на спину, переползти через него и устроиться между длинными, великолепными ногами дракона.   — Посмотри на себя… Ты весь горишь, Ли, — пробормотал Чайльд, целуя Чжун Ли в шею, прижимаясь носом к чувствительным пахучим железам дракона. Омега застонал и задрожал от прикосновений и поддразнивания, его запах стал слаще и соблазнительнее, когда руки Чайльда медленно приподняли его мантию, обнажая его дюйм за дюймом.   Кицунэ не торопился раздевать их обоих. Он двигался очень медленно, когда дело доходило до раздевания Чжун Ли, как будто разворачивал красивый подарок, который боялся повредить, если поторопиться с процессом. Чжун Ли протестовал по поводу своей скорости в форме скулежа и извиваясь на кровати, но это только еще больше возбудило Чайльда, так как альфа чувствовал, что наблюдает за своей милой добычей, так красиво извивающейся под ним.   Чжун Ли покраснел еще сильнее, когда они наконец-то разделись и его глаза встретились с телосложением Чайльда.   Несмотря на множество шрамов от сражений, Чайльд был великолепен в глазах дракона. Омега провел руками вдоль тела более высокого, заработав короткий, хриплый смешок Чайльда, когда мужчина поцеловал его в грудь. — Ты так сладко пахнешь, я чувствую, что пьянею от этого…~ — пробормотал Чайльд, его руки ласкали Чжун Ли, прежде чем он сжали его бедра, а затем грудь.   Чжун Ли мяукнул и выгнулся от прикосновения, его тело было слишком чувствительным от его течки, а пряный альфа-аромат Чайльда ни в малейшей степени не помогал его состоянию. Он уже почувствовал, что становится влажным, его самосмазывание усилилось, когда из него вытекло обильное количество преякулята, выражая его сильное возбуждение.   Чайльд, был в восторге от действий и звуков омеги, и он вознаградил Чжун Ли, взяв один из его упругих сосков между губ, посасывая, в то время как его другая рука потянулась, чтобы поласкать нуждающийся член дракона. Чжун Ли таял под прикосновениями кицунэ, а лис радостно вилял своими многочисленными хвостами, доставляя удовольствие в небольших дозах своему малому возлюбленному внизу.   — Хорошо, Чжун Ли… Ты так хорошо все воспринимаешь, красавчик. — Чайльд похвалил его, узнав некоторое время назад, что Чжун Ли очень нравится, когда его хвалят. Как он и подозревал, похвала заставила дракона стонать и мурлыкать, а его сильный, красивый хвост слегка постукивал по кровати, когда его запах стал еще слаще.   — Ты слишком очарователен…!   Чайльд продолжал прелюдию, пока не понял, что Чжун Ли чувствует себя слишком беспокойно, и без дальнейших церемоний кицунэ осторожно развернул его и приподнял бедра, дракон покраснел темно-красным, когда он ахнул от удивления при этом действии.   — Ч-что ты делаешь…? — спросил Чжун Ли, Чайльд усмехнулся, подняв хвост дракона, чтобы показать свою цель, заставив его прикусить губу.    — Я приступаю к основному блюду, ха-ха…~ — Чайльд усмехнулся. — И в меню у меня есть твоя сладкая попка, Ли~ — Он поддразнил, дракон заскулил от смущения, когда он опустил свой хвост, чтобы попытаться скрыть нижнюю часть тела.   — Э-это неловко…! — Чжун Ли запротестовал, но Чайльд, был недоволен этим, и он сильно вдохнул свой запах с низким рычанием, еще больше показывая свою альфа-сторону.   — Ли… Будь хорошим мальчиком и подними свой хорошенький хвостик для меня. Я хочу, чтобы тебе было хорошо. — пробормотал Чайльд, тихо мурлыча, когда коснулся хвоста дракона, проведя пальцами по линии мягкого меха, пробегающего по его верхушке.   Чжун Ли был слишком разгорячен, чтобы пытаться протестовать дальше, не говоря уже о том, что запах Чайльда заставлял его подниматься на стену с необходимостью размножаться быстрее. Он мяукнул, медленно подняв свой длинный хвост, и Чайльд замурлыкал от восторга, игриво похлопав Чжун Ли по правой ягодице, когда тот похвалил его.   Взявшись за пухлую задницу дракона, лис немного помассировав ягодицы, заставив Чжун Ли застонать и схватиться за простыни в гнезде. Вскоре после этого Чайльд развел обе половинки, и вид милой, розовой и зализанной дырочки приветствовал его, заставив зубасто ухмыльнуться и облизать губы.   — Ты тоже здесь такой милый, ха-ха~ Весь мокрый и розовый~ — Кицунэ усмехнулся, Чжун Ли немного заскулил от смущения, но больше ничего не сказал, послушно приподняв бедра и задрав хвост. — Я, конечно, с удовольствием попробую тебя на вкус…~ И с этими словами Чайльд наклонился, проведя своим длинным языком по входу дракона. Чжун Ли сладко застонал от этого ощущения, его ноги немного более бессознательно раздвинулись на кровати, когда его член дернулся между ними. Его дырочка скользила больше из инстинкта и удовольствия, и Чайльд воспринял это как приглашение, лакая сладкое пятно, даже то, которое стекало по сексуальным бедрам Чжун Ли.   Кицунэ дразнил вход языком, потирая край и заставляя его расслабиться, прежде чем скользнул кончиком влажной мышцы внутрь, заработав тихий вздох и мяуканье дракона. Чжун Ли был совершенно восхитителен на вкус, и Чайльд почувствовал, что с таким ароматом его колея заставит его сойти с ума раньше, чем планировалось.   Дракон определенно приближался к сильному кульминационному моменту под руководством Чайльда. Его стенки слегка подергивались вокруг языка Чайльда по мере того, как лис просовывал его внутрь, его бедра и хвост дрожали, а стоны были немного выше по тону. Чжун Ли собирался кончить с такой скоростью, поэтому Чайльд отстранился, заработав недовольный возглас от своего любовника.   — Шшш… Я дам тебе кое-что получше через минуту. Ты заслуживаешь этого и даже большего за вкусную еду, которую ты мне подал, ха-ха~ — Чайльд дразняще замурлыкал, склонившись над спиной Чжун Ли, заменяя свой язык, который он раньше держал внутри Чжун Ли, двумя своими длинными пальцами.   Не потребовалось много времени, чтобы дракон расслабился для члена Чайльда, жар был таким сильным, что Чжун Ли ничего так не хотел, как унять жжение и боль в животе. Чайльд все время бормотал ему успокаивающие похвалы, и когда он счел Чжун Ли готовым, выровняв свой нуждающийся, твердый член с заранее подготовленным входом.   — Я собираюсь вставить, Ли… И я свяжу тебя узлом и помечу как своего. — пробормотал Чайльд, заработав сладкое мурлыканье от Чжун Ли, когда дракон даже слегка покачал бедрами, пытаясь соблазнить альфу.    Кицунэ больше не колебался.   Он проскользнул внутрь, дюйм за дюймом, по своей длине.   — Ты такой тугой и горячий… Я люблю тебя, Чжун Ли, — сказал Чайльд, нежно целуя Чжун Ли в макушку, а затем в один из его красивых рогов. Дракон тихо задышал, приспосабливаясь к вторжению, пока Чайльд ждал, и когда он кивнул, давая лису понять, что может двигаться…   Чайльд повернул бедра, чтобы Чжун Ли почувствовал его лучше, прежде чем он начал двигаться, медленно, прежде чем набрать скорость.   При нормальных обстоятельствах Чжун Ли получил бы потомство от такого совокупления с альфой, но, учитывая, что это была его первая течка, последствия еще не наступили. Этот факт принес им обоим облегчение, потому что, хотя инстинкт подсказывал, что у них должны быть дети, они должны были сначала поговорить об этом и сделать это, когда будут готовы.   Увы, тогда не было времени об этом думать.   По крайней мере, не для Чжун Ли, который стонал до небес, когда его возлюбленный спаривался с ним быстро и жестко.   — А-Ааа~! А-Аякс~! Мм! — застонал Чжун Ли, выгибая спину, в то время как Чайльд продолжал двигать бедрами. Руки кицунэ накрыли его собственные, нежно переплетя их пальцы, в знак чистой любви, когда он предложил омеге наслаждение, превосходящее его самое дикое воображение. Чайльд осторожно повернул бедра, умудрившись ударить по опухшей простате Чжун Ли при следующем толчке, достаточно сильно, чтобы дракон вскрикнул и хлынул еще сильнее.   А затем Чжун Ли вздрогнул, почувствовав, как что-то тянет его за край дырочки.   Узел Чайльда рос.   — Н-Н-Нет… Еще немного, любимый… — Чайльд тяжело дышал, его запах сильно разгорелся, когда он почувствовал, как его клыки зудят от сильного желания укусить, его хвосты виляли позади него повсюду. Чжун Ли сдержался, чтобы не кончить, даже если это было трудно сделать, и еще несколько толчков спустя…   Чайльд сильно толкнул бедрами вперед, вводя свой узел внутрь Чжун Ли, когда он наклонился и укусил его за загривок.   Когда он находился в состоянии сильного кайфа, Чжун Ли чувствовал, как семя Чайльда вливается в него, затопляя и наполняя его, умудряясь на время притупить сильную боль в животе. Укус на затылке болел, но от этого по всему телу побежали мурашки, еще больше успокаивая дракона, пока он послушно оставался на месте, чтобы размножиться.   На него претендовал его альфа… И после того, как он тоже укусит Чайльда, они оба официально будут связаны узами.   Чайльд отпустил затылок Чжун Ли несколько минут спустя, любовно мурлыча, когда он лизнул отметину, которую оставил, прежде чем опустил их обоих на кровать и прижал Чжун Ли к себе, пока они ждали, когда его узел опустится. Дракон тоже мурлыкал от восторга, довольный тем, что на него претендуют, и то, как их ароматы смешивались вместе, приносило ему чистое чувство радости.   — Я обожаю тебя, Чжун Ли… Ты мой сейчас и навсегда, любовь моя. Я никогда не позволю, чтобы с тобой случилось что-то плохое… И в будущем… — Сделав паузу, кицунэ положил руку на живот дракона, улыбаясь, когда он покраснел и уткнулся носом в его шею.   — Ты будешь рожать наших детей… и у нас будет семья. Наша собственная семья.   И Чжун Ли прослезился, глядя на это, мягко улыбнулся и кивнул.

***

— Ты уверен в своих чувствах, Гуй Чжун? — спросила Хранительница Облаков, оглядывая королевство вместе с высокой женщиной рядом с ней. — Никогда нельзя было сказать, что адепт Аякс и адепт Чжун Ли имели такую глубокую связь друг с другом. Это казалось невероятным, учитывая их противоположные личности.   Гуй Чжун тихо усмехнулась, глядя на кицунэ и дракона, которые проводили время во дворе главного дворца королевства. Они были рядом с фонтанами, вокруг которых двигались журавли, время от времени клевавшие свои собственные перья. Чайльд осторожно прижимал Чжун Ли к себе, а дракон радостно гладил его по голове и ушам, заставляя хвосты кицунэ бешено вилять у него за спиной, как будто он был счастливым щенком, получающим внимание от своего хозяина.   — Я уверена, Хранительница Облаков. Я знала это с самого начала, учитывая, что они родились как пара, предназначенная судьбой. — Гуй Чжун напевала, ее улыбка была мягкой и теплой, когда она говорила.   — Теперь они наконец-то связаны узами… Такими, какими они всегда должны были быть.