"Мой брат сказал, что хотел бы путешествовать с вами"

— Так жалко, что братец снова уехал без меня! — Грустно сказал Тевкр. — Не грусти, он там будет недолго. А пойдём, я сделаю тебе твоё любимое блюдо? — Тоня погладила его по голове. — Да! — Он улыбнулся. Они вдвоём ушли на кухню. — Как же легко его успокоить. — Паймон посмотрела в сторону кухни. — Тебя можно так же успокоить. — Люмин улыбнулась. — Эй! К девушка подошла Мария (мама семейства). — Вы, наверное, очень расстроены, что наш сын уехал. — Да. Хотелось бы ещё что-нибудь поделать всем вместе. — Люмин грустно улыбнулась. — Я это понимаю. Но… У меня есть кое-что что я могу вам показать… — Она загадочно улыбнулась. — Ма-а-ам! Аякс же просил не показывать, ха-ха! — Закричала с кухни Тоня. — Ничего страшного не произойдёт! Идите за мной. — Мария повела девушек в зал. Люмин села на диван, а Паймон села к ней на коленки. Мария же достала из шкафа с верхней полки какую-то книгу и села рядом с девчонками. — Это наш семейный альбом. Там есть такие забавные фотографии! Люмин усмехнулась внутри себя. Никогда не ожидала, что увидит предвестника с ТАКОЙ стороны. — И я тоже хочу посмотреть, — прибежала Тоня. — Ты уже приготовила Тевкру еду? — Паймон удивилась. — Да! Он же любит сладкое, а его готовить недолго. Ну, так что? Мария открыла альбом. На первой странице общая фотография семейства. Похоже, она была сделана недавно, потому что Тарталья здесь взрослый. И Антошка такого же возраста, как сейчас. Люмин видела их лица. Они были такие счастливые. И задумалась о том, что было бы классно, если бы её брат… — О, смотрите! А вот и детские фотки! — Тоня захихикала. На фотографии был маленький рыжий мальчик, держащий красный мячик. — Какой милашка! — Паймон тоже захихикала. — Это Тевкр или Тарталья? — Люмин подняла одну бровь. — Тарталья. — Мария улыбнулась. — Похожи, да? — Из-за шапки показалось. На других страницах были ещё фотографии. Там уже отчётливо можно было различить маленького Тарталью, так как шапки на нём не было. Хоть Тевкр и Аякс оба рыжие и голубоглазые, лица их были разными. Тарталья на фотографиях всегда улыбался, а Тевкр когда как. — Ой, а тут совсем маленький голенький Тарталья, — Мария и Тоня захихикали. — А сколько ему тут? — Паймон удивилась. Видимо, по виду он был размером с неё. — Пять годиков! Люмин увидела на фотографии маленького мальчика, сидящего в ванной и держащего в руках куб, очень похожий на гипостазис… — «А ты говорил, что не играл в игрушки… У вас все в семье играют такими странными игрушками? Стражи руин, хиличурлы, гипостазисы…» — Подумала Люмин. — Мам, если бы Тарталья был тут, он бы сгорел со стыда, ты же показываешь его голого! — Тоня засмеялась. Люмин вообще изначально не заметила этого, но когда поняла, сразу покраснела и отвернулась. — Ну он же тут ребёнок! Ничего такого! — Она перевернула страницу, — А вот здесь фотографии Тартальи в подростковом возрасте. Люмин повернулась обратно. — Когда-то я купила папе и ему одинаковые штаны, но разного размера. И вот, собираясь в школу, он случайно надел папины… Вот тут фотография, как он шагал в великоватых для него штанах. Паймон захихикала. — Штаны больше его самого! — Ага! Он не сразу понял, что они слишком свободны для него. Ну и вот, последняя отдельная его фотография. На ней Тарталья улыбался и смотрел прямо в камеру. Солнце делало такой эффект, будто его рыжие волосы горели. А из-за света глаза были светло-голубые. — Сколько ему здесь? — Люмин посмотрела на фотографию. — Восемнадцать. И правда, сейчас Тарталье около двадцати лет. И на этой фотографии он все равно не казался моложе. Видимо он не стареет, ха-ха. Потом Мария перешла на другие фотографии. В альбоме всё было последовательно — сначала одиночные фотографии Тартальи, потом Тони, Тевкра, Антона. После них идут разные совместные фото от самых старых до новых. Пока девушки рассматривали фотографии Тони, Люмин задумалась о том, что она бы хотела сфотографировать Тарталью и хранить его фото у себя. От своих же мыслей она покраснела. В этом же нет ничего такого, чтобы сфоткать друга?.. Тем более, что они редко видятся. В итоге дошли до совместных семейных фотографий. Судя по ним, семья отмечает все праздники вместе. На фотографиях видно столько радости и счастья в глазах членов семьи. — Ну что ж, вот и всё. Теперь вы знаете немного больше о нашей семье, — Подытожила Мария. — Было очень интересно! — Паймон похлопала в ладоши. — Соглашусь. У вас такая замечательная семья. — Люмин грустно улыбнулась. — Ага! Вот ещё бы брат Люмин был тут! Думаю, он бы вам тоже понравился. — Внезапно сказала Паймон. — Я желаю тебе поскорее найти своего брата, — Мария обняла блондинку. Паймон и Тоня присоединились к обнимашкам.

* * *

Прошла неделя. Настал тот день бала. По дому в радости носилась Тоня. — Ура! Бал! Люми-и-ин, собирайся! Блондинку всё ещё одолевали сомнения — нужно ли было ей соглашаться? Всё-таки, есть другие способы изучить традиции людей Снежной. Но, с другой стороны, Тоня её подруга. Так что, нельзя отказываться. Девушки потратили на одевание три часа. Помогая друг другу надевать длинные пышные платья и украшения, делая причёски. — Ой, как ты мне красиво причёску сделала! — Удивилась Тоня, смотря в зеркало. — Ха-ха. Только такую умею. — Люмин улыбнулась. — Ты мне тоже красивую сделала. После помощи с причёской Люмин зашла в свою комнату и взяла кулон, подаренный ей Тартальей. И принесла Тоне. — Поможешь, пожалуйста? Тоня хитро улыбнулась и кивнула. После этого девушка достала из шкафа маски. — Маски? Зачем? — Блондинка подняла бровь. — Сегодня воскресенье. Обычно в выходные балы с масками. Девушки выбрали для себя подходящие маски, а для Паймон уже была сделана маленькая масочка. Спустя ещё некоторое время, они были готовы. И Паймон тоже была в мини-платьишке. Спустившись вниз, их встретили все. — Вау, какие вы красавицы! — Мария ахнула. — Спасибо! — Сказали все три девушки. — Ну теперь Люмин точно кто-то заставит танцевать до ночи! — Тоня хихикнула. Антошка внезапно подошёл к маме с слегка огорченным видом. — Мама, можно мне с ними? Я тоже хочу потанцевать с большой сестрёнкой. — Им уже нужно выходить. Да и ты ещё слишком маленький для бала. Прости, Антошка. — Мама грустно улыбнулась. Он так сильно расстроился, что даже начал плакать. Люмин подошла к нему. — Не грусти, Антон. Когда мы с Тоней придём домой, я потанцую с тобой, хорошо? — Девушка погладила его по голове. — Хорошо… — Он крепко сжал её руку на своей голове. — Нам пора идти! — Тоня взяла подругу за руку. Антон отпустил руку блондинки, и все три девушки вышли на улицу. Было холодновато, потому что поверх платьев на них были лишь меховые накидки. Неожиданно, во дворе была какая-то «карета». Что-то, более похожее на слаймостат. Девочки сели туда и поехали в город. Через некоторое время они приехали в тот большой дворец, который путешественницы видели ещё в начале. — Как тут красиво! — Паймон удивилась. — Сколько людей… — Люмин осматривалась. — Не волнуйтесь. Надеюсь, вам будет весело! О… — Тоня увидела какого-то парня вдалеке. Он подошёл к ним. — Здравствуйте. — Вежливо сказал он и улыбнулся. Это был высокий парень лет 17-18 с блондинистыми волосами и голубыми глазами. Его «смокинг» был чёрным, как и маска на его лице. — Здравствуйте! — Сказали Паймон и Люмин. Заиграла плавная музыка. Парень сразу же пригласил Тоню на танец. — Не скучайте, девочки! — Тоня приняла приглашение и затерялось в толпе. Люмин вздохнула и стала осматриваться. — Давай поищем стол с едой. — Радостно сказала она. — Давай! — Паймон очень сильно обрадовалась этой идее. Блондинка проходила сквозь толпу к самому краю зала. И там как раз и стоял стол, полный всякой разнообразной еды и напитков. А рядом были диванчики. Паймон стала кушать, всё же сдерживаясь на людях (если бы их не было, она съела бы всё, даже стол!). Люмин села на диванчики и смотрела на людей. Ей нравились такие танцы — красивые и плавные. Прямо как лебеди, плавающие по озеру. Наблюдать за людьми оказалось не так и скучно, как она думала. Вот какая-то из девушек наступила кавалеру на ногу, но они продолжили танцевать. Люмин понимающе кивнула и перевела взгляд на других людей, надеясь хоть раз за вечер увидеть в этой толпе танцующую Тоню. Внезапно, девушка услышала какой-то голос рядом с собой. — Здравствуйте. Можно пригласить Вас на танец? Перед ней стоял парень в чёрной одежде и такой же чёрной маске. У него были короткие фиолетовые волосы, и такие же фиолетовые глаза. Его голос показался ей знакомым, но она не могла вспомнить. Он протянул ей руку. Оглядываясь на Паймон, которая вообще не обращала внимание ни на что, кроме еды, блондинка нервно сглотнула. — Д-да… — Она тоже протянула к нему руку, и он помог ей встать с диванчика. После этого он повёл её подальше от стола. Конечно, это праздник, и она должна была расслабиться, но этот незнакомец навевал ей чувство какого-то беспокойства. Сделав шаг вперёд, он повёл её, и они стали танцевать. Его фиолетовые глаза как будто впились в её, как змея захватывает своими острыми клыками лягушку мёртвой хваткой. Люмин и сама не понимала, почему ей в голову пришло это сравнение. Но этот взгляд, который не уходит от неё ни на секунду, немного пугал её. И тут она кое-что поняла. Разве они не должны были танцевать на месте? Они были в одном конце зала, а тут они уже плавно приближаются куда-то к левому коридору, в котором очевидно никого нет. Этот дворец огромный, поэтому тут одна комната для бала, а по бокам коридоры без дверей, которые ведут, вероятно, в другие комнаты. Осознав, что что-то идёт не так, и они уже близко к коридору, она стала останавливаться. — П-подождите, мне нужно отойти, — Она стала отстраняться от него, но он крепко схватил её за руку, и ещё крепче прижал другой рукой её талию к себе. — Мы ещё не до конца потанцевали. Она хотела выхватить меч, но ведь его не было с собой… И Паймон нет рядом (хотя, что она могла сделать?) Она уже продумывала свои действия, как она сейчас будет кричать, и пытаться бить его. Но тут на её плечо упала чья-то рука. Она обернулась. Это был ещё один незнакомец в чёрных одеждах и шляпе-цилиндре. Волос из-за шляпы было не видно, но хотя бы его голубые глаза маска не скрывала. Фиолетоволосый незнакомец посмотрел на второго незнакомца и фыркнул. Отпустив Люмин, он скрылся в толпе. Голубоглазый незнакомец нежно взял девушку за руку и повёл её в танце. Ей после такого не очень захотелось бы танцевать, но движения этого парня были нежными и плавными, так что она решила, что раз уж он её спас, можно с ним потанцевать. Она подняла голову и посмотрела в его глаза. И, о, боже… И эти глаза ей показались очень сильно знакомыми. Такой взгляд она видела только у… Тартальи. Но он уехал и вернётся через неделю, так что это не может быть он. Она пыталась хоть как-то узнать его цвет волос, но шляпа и воротник скрывали их. Но этот взгляд… Эти глаза которые смотрят прямо в её. Разве это не он? Она сглотнула слюну и вдохнула. — Мы не встречались? Маска закрывала не всё лицо, а только верхнюю часть (бровей и носа под ней не было видно, но рот виден). Люмин опустила взгляд и увидела, что парень улыбнулся. Той самой очаровательной улыбкой, которая ей так нравится… Он молча остановился, взял её за руку и куда-то повёл. Люмин стала оглядываться на Паймон, думая, не потеряла ли та её. Парень повёл её куда-то в сторону другого коридора, но ей не было страшно, как в прошлый раз. Она знала, что он не сделает ей ничего плохого. В коридоре они пришли к лестнице и поднялись на самый верхний (третий) этаж здания. Оказывается, на нем есть лестница, ведущая ещё выше — на балкон, который располагается впереди особняка. Поднявшись на балкон, они оба стали улыбаться друг другу, но ничего не сказали. В итоге, Люмин нарушила тишину первая. — Так… Твои задания закончились раньше? Или ты сбежал? — Я очень усердно работал, чтобы успеть на бал. — Он снял маску и неловко улыбнулся. -Хм? Тоня говорила, что ты не любишь балы. — Люмин тоже сняла маску. — Ну… Вообще-то… — Он слегка покраснел. — М? — Я спешил к тебе. Чтобы потанцевать с тобой. У Люмин не нашлось, что ответить на это. Она лишь почувствовала, что её щёки начинают гореть. В смущённом молчании, они подняли головы и стали смотреть на небо. И сколько времени прошло, пока она сидела там? Уже видна луна. — Как там Тоня? — Внезапно спросил Чайльд, пытаясь нарушить неловкую для него тишину. — Танцует со своим парнем. Кажется, она счастливая. — Ха-ха… Так и не подошла к тебе ни разу? — Н-нет… А что? — Эх, Тоня, — Он засмеялся, — Я же говорил ей следить за тобой, чтобы ничего не случилось. А она… Люмин покраснела ещё больше, но нахмурила брови. — Ну вообще-то за мной не надо следить! Разве ты не помнишь, что я тебя победила в схватке? — Конечно помню. Но вряд ли ты могла сделать что-то Скарамуччу. Точно… Это был тот самый грубый парень… Как же она не смогла его вспомнить? — С-Скарамучча?! Почему он хотел меня убить? — Наверное, ты ему понравилась. Он даже потанцевал с тобой, хотя танцы терпеть не любит. — Он засмеялся. — Хах! Не говори глупостей! Я ему точно не понравилась… Ты видел его взгляд? Мурашки по коже… — Главное, что я успел. — Спасибо, что спас меня. У меня даже оружия с собой не было. Он улыбнулся ей и повернулся обратно в сторону, смотря на луну. Но потом сжал руки в кулаки, и повернулся обратно. — Блин… — Что случилось? Он молча снял с себя шляпу и стал держать ей в руках. — Э-э… Н-ну… Я устал шляпу носить, просто… Люмин не ожидала такого услышать, но это было совсем в духе предвестника. Она бы рассмеялась над этим, но когда он снял шляпу, она заметила, как его рыжие волосы стали светиться в свете луны. Ей показалось, что они стали такими пушистыми, что ей даже захотелось их потрогать. Ну и задумываясь об этом она, конечно же, встала на цыпочки и бесцеремонно положила свою руку на его голову и стала щупать волосы с открытым ртом. Но вспомнив, что Тарталья здесь вообще-то, не манекен, который можно трогать, она резко убрала руку и покраснела. — П-прости, просто из-за луны твои волосы показались такими п-пушистыми… Не удержалась, прости. Со мной такое редко бывает, не знаю, что нашло на меня… Удивлённо лицо Чайльда её даже напугало, когда она убрала руку. Но после её объяснений, он стал просто смеяться. — Почему ты смеёшься? — Смущённо спросила блондинка, понимая, что он теперь, наверное, будет при встрече каждый раз это вспоминать. — Ха-ха-ха… — Он отсмеялся и посмотрел на неё, — Скажи, почему ты такая милая? Ну вот… Он наконец это сказал. Правда, он всегда сдерживался, и сейчас бы тоже, но почему-то… Случайно… Сказал. Оба не сдержались, из-за чего поставили друг друга в неловкое положение. — Кто? Я?! Я не милая… — Она смущённо отвернулась, и стала ощупывать внезапно очень интересный подол платья. Из какой же оно ткани? Хм… — Люмин. Его голос был тихим и спокойным. Она снова посмотрела на него. Чайльд подошёл к ней очень близко и её взял за руку. — Знаешь… Я очень давно не решаюсь тебе сказать… Ты мне нравишься. Девушка сначала впала в ступор. Но потом смущённо улыбнулась. — Т-ты мне тоже нравишься. Тарталья был очень рад такому ответу. Конечно, в начале он был не решителен, но сейчас, когда он услышал ответ, смелость так и хлынула. — Ты будешь моей девушкой? — Сказал он, взяв обе её руки в свои. Смелость смелостью, но его щёки всё равно покраснели так, что не заметить этого даже в темноте было сложно. — Да. — Девушка сама покраснела так же, радуясь, что она всё-таки пришла на бал. Аякс наклонился и нежно поцеловал Люмин в губы. Она ответила на поцелуй. Спустя пару минут они прервались, чтобы перевести дыхание. И услышали шаги со стороны двери. — Ох, господи! Ты тут! — Тоня прибежала к ним на балкон. — Я тебя везде обыскалась! За ней залетела обеспокоенная Паймон. Чайльд и Люмин быстро отодвинулись друг от друга, покраснев ещё сильнее. — Ого! Братик, и ты тут? Ты же должен был приехать через неделю? — Д-да, это, там. Пораньше получилось. — Хах, да ты в костюме. Потанцевать пришёл? — Девушка ехидно улыбнулась. — Да. — Он посмотрел на Люмин. — Ну тогда идите танцевать! А потом все вместе поедем домой. Парочка кивнула, и все спустились в бальный зал. * * * Дома их встретили все. — Как всё прошло? — Спросила мама, улыбаясь. — Всё хорошо! Мы очень классно потанцевали. А ещё Тарталья приехал раньше! — С радостью сказала Тоня. К ним прибежал Антошка. Тарталья поднял его, так что мальчик положил одну свою ручку девушке на талию, а другой держал её руку. А его ножки висели над полом. Потанцевав так немного, парень отпустил мальчика на пол. Оставшись довольным, Антошка убежал в свою комнату. Пока все собрались на кухне, чтобы ужинать, Тоня отвела Люмин в зал. — Признавайся, сколько парней пригласило тебя на танец! — Ну… Один. — Один? Ты имеешь ввиду Аякса? — Да. Конечно, был ещё один парень, не буду врать… Но он был моим врагом. Он тоже из фатуи, но он хотел меня убить. — Хах! Жалко, что ты не сказала мне. Я бы надрала ему зад! — Всё хорошо. Тарталья меня спас. — Хи-хи. И всё? — А почему ты спрашиваешь? — Люмин покраснела. — На самом деле, я видела, как вы на балконе… Ну… Там кое-что делали. И только после этого зашла. Девушка сильно покраснела. — Н-ну… На самом деле… Мы с ним вместе. Он предложил мне вчера. — Ой, как мило! — Тоня крепко обняла подругу. — Я так рада за вас! — Спасибо. — Хи-хи. Кстати, ты говорила, что Тарталья сражался с тобой? — Ну, да… Было. А что? — Такое чувство, будто все фатуи пытаются сразиться с тем, кто им нравиться. Хи-хи. — Уф! Не говори так! Тому другому парню из фатуи я уж точно не нравилась! — Настолько не нравилась, что он потанцевал с тобой? Уже вижу лицо Аякса, когда он увидела вас и жу-утко заревновал! — Ну не знаю… Тоню позвала мама, чтобы она помогла на кухне. Люмин тоже хотела идти с ней, но краем глаза заметила коробку с надписью «Письма Аякса». Наверное, это было нехорошо, но ей так было интересно, что же он писал о ней в письмах, что его родные всё о ней знают? Аккуратно открыв коробку, она достала самое верхнее письмо. Читая его, её улыбка становилась всё шире и шире. Смущенно хихикнув, она положила всё на место и пришла на кухню. Все собрались за столом. Всё как обычно. Но внезапно Тарталья встал. — Родители. Братья. Сестра. Паймон. Я хотел бы рассказать вам одну новость. В общем… Мы с Люмин вместе. Пока Паймон была в шоке, родители поздравляли парочку, Тоня хихикала (зная секретики обоих с самого начала), Тевкр продолжал есть, потому что был очень голоден после прогулки, Антошка был слегка расстроен, но и рад, что брат будет счастлив, а Люмин покраснела так сильно, что была краснее яблок, стоявших на столе.