С Днём рождения, Джеффри

Джеффри, проснувшись, огляделся. Он ничего не помнил — возможно, не стоило смешивать водку с виски и абсентом, пытаясь воссоздать moloko+ в лучших традициях «Заводного апельсина» — но тут ему на глаза попался Джек. Обнажённый Джек. Спящий в одной постели с ним обнажённый Джек. — Я с ним?.. — выдохнул Джефф, поднимая своё бренное и потрёпанное вчерашними событиями тело с кровати. — Но… Но… Мгновение тишины разрушил глубокий вдох — Джефф прикусил язык и невнятно промычал что-то о том, что он отомстит. Жалкая пародия на громкий и пугающий крик не заставила спящего людоеда даже дёрнуться, а вот сам Вудс покраснел от стыда и, быстро нацепив на себя первую попавшуюся под руку одежду, помчался прочь из спальни. На кухне Тоби с флегматичным лицом царапал на столе матерную надпись, но увлекательное занятие юноши прервалось, как только в помещении оказался Джефф. — Чё ты такой грустный? — широко (а ещё очень криво и жутко в силу своего анамнеза) улыбнулся Тоби, выглядящий благодаря своему выражению лица так, словно прямо сейчас в его черепе происходит субарахноидальное кровоизлияние, стремительно поражающее мозг… Если он у Тикки вообще присутствовал, что научно доказано не было. Впрочем, лицо шатена вытянулось, стоило ему заметить одежду, которую Джефф в спешке натянул на себя задом наперёд. — Ты… Ты… — Я? — мягко и не менее уродливо улыбнулся в ответ Джефф, судорожно шаря взглядом по всей кухне: судя по неадекватному поведению товарища по несчастью — то есть службе у Слендермена — у Тоби всё-таки случился инсульт, что было необходимо проверить, но как именно это делают, Вудс не помнил. Всё-таки школу он не закончил и большую часть уроков по оказанию первой помощи пропустил. — Ты… — любитель топоров подавился и зашёлся кашлем, но пару минут терпеливого ожидания Джеффа спустя всё-таки взял себя в руки. — Ты что… Потрахался с Безглазым Джеком? Сидящие неподалёку Худи и Маски резко оторвались от игры в карты, сосредоточенно вслушиваясь в разговор молодых людей, черноволосая Нина подняла взгляд со своей книги. На вспотевшего от подобного внимания Вудса устремились вопросительные взгляды всей компании. — Нет. Ничего не было, — твёрдо произнёс «улыбашка», ненавязчиво прикрывая руками вышитые на футболке буквы. Яркого оттенка зелени надпись «СОБСТВЕННОСТЬ ДЖЕКА НАЙРАСА», не замеченная Джеффом прежде, закрываться не хотела и упорно виднелась сквозь его предплечья. — Слава Господу за то, что мы всю ночь провели в лесу, — тихо-тихо, но очень ехидно прошептал Брайан, возвращаясь к «Дураку». Нервно сглотнув и нащупав на поясе оружие — спасибо, хотя бы штаны не перепутал и свои надел — Джефф поспешно перевёл тему: — Все уже вернулись с миссии? — Ага, — Тоби вновь взял в руки потрёпанный жизнью скальпель, с грацией пьяного нейрохирурга выцарапывая на столешнице последнюю букву матерного синонима слова «Фиаско». Поняв, что его никто из находящихся здесь людей не любит и не ценит, Вудс развернулся и с мрачным видом пошёл прочь из кухни. Ему надо было вернуться в свою комнату и во всех подробностях обдумать великую МСТЮ.

***

Ночью в особняке по обыкновению начались бои без правил — сегодня, словно по иронии судьбы, выбор главаря пал на Джека и Джеффа. Поскольку за чужими боями наблюдать было запрещено, на арене находились лишь они вдвоём. У противников впереди была всю ночь на тренировки и отработку своих навыков. — Ему конец, — злобно прошипел Вудс, до побеления костяшек цепляясь пальцами за рукоять своего кинжала. — Только попробуй меня тронуть, и я тебя выебу, — предупредил услышавший эти слова Джек. В руках каннибала оружия не наблюдалось — судя по всему, Найрас драться не планировал. — Ох… Ладно, я шучу. Сегодня… Сегодня ведь твоя очередь, правда? Не сдержав рычания, Джефф изо всех сил пнул стену арены, а затем, игнорируя боль в травмированной ноге, буквально вылетел из здания, направляясь обратно в особняк. — Эх, а ведь когда-то и я был таким… — Мечтательно улыбнулся Джек, умилившийся подобному проявлению подростковой агрессии. Мужчина неспешно пошёл вслед за Вудсом — каннибал мог поклясться в том, что темноволосого юношу он найдёт в его же спальне.

***

— Йоу, детка. И как тебе роль пассива? — поинтересовался Джек, снимая маску и аккуратно кладя её на обшарпанный подоконник. — Я не пассив, — обиженно буркнул Вудс, устроившийся на краю своего матраса. Фыркнув, каннибал подошёл к брюнету и под жалобный скрип кровати сел рядом, прижимаясь плечом к плечу Джеффа. — Но доказывать ты это не будешь, верно? Решив, что провокация весьма достойна, темноволосый киллер томно вздохнул и встал с места. Скинул с себя футболку, мстительно отбросив её куда-то на пол, многозначительно звякнул пряжкой армейского ремня, стягивая аксессуар с пояса. — Только без побоев, — предупредительно поднял руку Джек, которому травм хватало и во время очередных рейдов. — Без побоев, — согласился Джефф, опираясь коленом об край матраса и надавливая на плечи партнёра — чтобы тот лёг, опираясь на локти. Найрас безропотно позволил снять с себя толстовку и лишь вздрогнул, когда импровизированная удавка затянулась вокруг его шеи, стягивая горло и частично перекрывая доступ к кислороду. Его жизнь теперь находилась в руках Джеффа, и этот риск щекотал нервы, распалял, придавал их игре особый привкус холодящей душу опасности. — И снова ты — мой подарок, — криво усмехнулся Вудс, а затем запустил руку в тёмные волосы Джека, вынуждая того подчиняться действиям Джеффа. — С днём рождения меня. А куда ты, кстати говоря, спрятал резинки и смазку? Найрас обрадовался тому, что его партнёр думает о безопасном сексе даже во время оральных утех. А чуть позже — ещё и тому, что лубриканта у них осталось достаточно и после вчерашней ночи. Томный вечер закончился тем, что ремень переместился с шеи Джека куда-то на пол, а руки Найраса же оказались связаны найденной где-то под кроватью верёвкой. Верёвка не внушала доверия своим потрёпанным видом, но в пылу страсти маньякам было на это плевать, и лёгкая грубость только раззадоривала обоих. Когда вечерний полумрак сменила полная тьма, разгоняемая лишь тусклым светом луны, бездуховное порно приобрело особый смак, ведь Джефф, прижавшись покрытым испариной лбом к груди партнёра, внезапно выдал: — Знаешь, а я ж тебя люблю.