Среди вселенской паутины. (Рабочее название)

- Джунко? Джунко, солнышко, отзовись! - Мам? – детский голос. Дрожащий, тонкий, хриплый. – Мама, что происходит? - Доченька, где ты? Ответа не последовало. Глаза ребенка, большие, голубые, смотрят в угол комнаты. Света нет, комната озаряется лишь лунными лучами, за окном идет дождь. Что-то есть там, в углу. Оно смотрит на нее. Оно зовет ее. Старые стены скрипят, пол покрыт пылью. Коленки дрожат так сильно, удивительно, что девочка все еще стоит на ногах. Маленькими ручками она впивается в собственные плечики до крови. Зрачки ее сужены, ротик открывается. Она пытается что-то сказать, но голос не желает слушаться. Черный силуэт стоит перед ней. Джунко хочет убежать, но не может. Ноги как будто вросли в пол. Что-то держит ее. Оно держит. Ребенок судорожно мотает головой, на глазах выступают слезы. Силуэт тянет к малышке руку - темную, костлявую. От нее пахнет сыростью и гнилью. Иди ко мне, Джунко. - Мам! – она выдавливает из себя эти слова, приложив все оставшиеся силы. Она боится. Пусть кто-нибудь придет и спасет ее. Прямо сейчас. Пусть кто-нибудь придет. Придет и прогонит этот силуэт, как страшный сон. Это ведь именно он, да? Сейчас мама потеребит ее за щечку, и она проснется, чтобы позавтракать, а потом пойти с папой в садик, где воспитательница опять придумает ее группе какую-нибудь занимательную игру. И все будет как обычно. Как всегда было. ДЖУНКО!!! - Джунко! Девушка резко раскрывает глаза. Капелька пота скатывается у нее по щеке и падает на пол. В глазах застыл ужас, а рука, которой она прикрывала лицо, сейчас тряслась в мелкой судороге, иногда сжимая и разжимая пальцы. - Ты в порядке? – перед глазами у нее стоит шатенка. В ее зеленых глазах застыло волнение. - Д-да, - пробормотала голубоглазая, поднимаясь в сидячее положение и касаясь ладонью своих белых волос, взъерошивая их, - просто заснула. Скажи: я что-нибудь кричала во сне? - Как ни странно, ничего, - зеленоглазая скрестила руки на груди, - такого давно не было. - Тогда какого черта ты меня разбудила, Риэ? – беловолосая поморщилась. - Поэтому и разбудила! Обычно ты всегда что-нибудь кричишь во сне, а сейчас такая тихая лежала, я уже подумала, что ты померла. - Ну конечно, - девушка встала с дивана и потянулась, - такие, как я, не умирают. Мучаются, но не умирают. - Великомученица ты наша, - вздохнула шатенка, прикрывая глаза, - кстати. У тебя зрачки покраснели. - Опять? Вот черт, я линзы вчера потеряла. Нужно будет новые купить, но пока мне лучше посидеть дома. - Не хочу тебя расстраивать, но дома посидеть не получится. Тебе с работы звонили пару минут назад. Кажется, снова вызывают.

* * *

Ночной Токио очень шумный. Сугимото Джунко поняла это, как только вышла из высотки, в которой снимала квартиру на пару со своей подругой – Накагавой Риэ. Не зря девушка надела свой слуховой аппарат. Голоса и крики было слышно уже в лифте на первом этаже. Улицы кишели разной нечистью, а в ночное время их количество только прибавлялось. Что за нечисть, спросите вы? Думаю, нужно начать сначала. Сугимото Джунко – даже на вид не самая обычная девушка. Ее внешность всегда выдавала ее с потрохами. Джунко – альбиноска. Волосы девушка не режет, поэтому сейчас они кончаются где-то у поясницы. Голубые глаза, как всегда не выражающие ничего, кроме усталости, хрупкие черты лица, острые скулы, осунувшиеся щеки. Тело настолько худое, что казалось, его обладательница сейчас упадет в обморок от нехватки сил. Колени при ходьбе прогибаются внутрь, слегка пружиня. Черные мешки под глазами контрастируют с белой прядью волос, падающей на лицо, прикрывая нос. Казалось бы, почему двадцатилетняя девушка выглядит так, как будто бы столько повидала в жизни, что успела устать от нее, как может устать человек, сорок лет проработавший менеджером в какой-нибудь среднестатистической компании, каждый раз приходя домой в 21:00 и уходя в 7:30. Дело в том, что Джунко с ранних лет имеет близкую связь с различными существами из потустороннего мира, что заметно сказалось как на внешности, так и на психике девушки. И сейчас, из-за своих способностей, ей пришлось взять с собой специальный аппарат, который заглушает звуки паранормальной активности, которые Сугимото несомненно слышит, при чем очень отчетливо. Красные зрачки, ставшие таковыми после кошмара, который альбиноска успела увидеть дома, пришлось прятать за солнцезащитными очками. С приборами в ушах и в темных очках девушка была похожа на какого-то тайного агента из ФБР, черный плащ и зауженные брюки к этому тоже располагали. Джунко уже призналась самой себе, что была удивлена, когда Риэ сказала ей о вызове. Давно такого не было. Полиция последнее время прекрасно справлялась и без ее помощи, поэтому ей было интересно, что же могло ввести следователей в такой ступор, что они обратились за помощью к ней. Пусть и редко, но девушку все-таки вызывали, и она получала с этого неплохие деньги. Потому что нанимая ее, полицейские находятся в полнейшем отчаянии и готовы заплатить любую сумму за разгадку, а Сугимото это только на руку. Проходя мимо одного темного закоулка, девушка остановилась и сняла очки, чтобы протереть глаза. Ночью в таких очках ни черта не было видно, и от этого у беловолосой начинала болеть голова. Парень, сидевший около мусорного бака, весь грязный, обросший, в рваной жилетке, дрожащей рукой показал на незнакомку, чтобы та обратила на него внимание. - Эй, красавица, - прохрипел он, - закинуться не хочешь? Первая доза бесплатная. Хотя не думаю, что ты начинающий игрок. Альбиноска произвела секундный мозговой процесс, чтобы понять, что этот наркоман имеет в виду. Ее глаза. Сейчас ее зрачки были красными, а вокруг голубой радужки наверняка образовались красноватые разводы, поэтому выглядела она сейчас либо как человек, страдающий бессонницей, либо как любитель шприцов и колес. Джунко сделала отрицательный жест рукой, надела очки и продолжила свой путь по оживленному Токио, маневрируя между потоками людей. Тот парень был не единственным отбросом общества, который Сугимото встретила по пути на работу. Город набит ими под завязку, а ночь для них – идеальное время. Как и для нечисти. Вот только какой-нибудь пьяный извращенец, только что вышедший из мужского бара, в сто раз безопасней, нежели дух, проходящий в это время за его спиной и высасывающий из него жизненную энергию, которую этот идиот растрачивает, заливая в себя спирт. От таких зрелищ сразу хочется сжаться от ужаса, но голубоглазая успела привыкнуть к такого рода представлениям, поэтому даже не повернула голову в сторону офисного работника, распевающего песни про цветы жизни около городского фонтана. Только поморщила нос. Обоняние у Джунко тоже было острым, что также дает лишнюю возможность почувствовать паранормальную активность. Вот только к запаху можно привыкнуть, а к звуку – нет. Точнее можно, но займет это больше времени, тем более, если звуки – это крики и голоса, раздающиеся просто на каждом шагу. Беловолосая вздохнула, покрутив что-то в своем слуховом аппарате и остановилась у светофора, в ожидании зеленого света.

* * *

Хибари Кёя нервно стучал ногой по асфальту, стоя в месте, огражденном желтой лентой. Вокруг мигали огни скорой и полицейских патрульных машин, что вместе с фонарями делало ночь похожей на день. Кёя это не любил. Ночь для него – самое спокойное время суток, когда он хочет почувствовать себя дома, в тишине и темноте. Сейчас же ночь была полным противопоставлением всех его ожиданий. Ноги бы его здесь не было, если бы не работа. Это был уже третий труп за две недели. По счету это убийство было уже восьмым, а убийца до сих пор не был найден, что раздражало парня еще больше. - Мавабу, когда, черт побери, они закончат? Здесь шумно, как на фондовой бирже. - Кёя, прояви уважение хотя бы к чему-нибудь, кроме собственного благополучия, - мужчина, стоявший рядом с брюнетом, закинул руки за голову, - хотя бы к нашей жертве. Я уже не говорю о работе наших следователей. - Эта их «работа» - пустая трата сил и времени. - Дай угадаю, твоих сил и времени? – Мавабу усмехнулся. Кёя ничего не ответил, раздраженно сдвинув брови. Между собеседниками повисло молчание, однако длилось оно недолго. Собеседник Хибари, взъерошив свои темно-каштановые волосы, кивнул в сторону дороги. – А вот и они. - «Они?» - переспросил парень, всматриваясь в машину, которая в этот момент появилась на горизонте. Однако ответ ему не понадобился. Увидев значок на полицейском патруле, который подъехал к месту преступления, брюнет резко нахмурился. – Нет. - О да, - поддакнул шатен, засовывая большие пальцы в карманы. Кажется, он немного нервничал, и Кёя это заметил. Его руки все никак не находили себе место. – Полицейское управление округа Осаки. - Ради Бога, зачем нам Осака? Как будто бы их присутствие тут что-то изменит. - Ну, кто знает, может они сотворят чудо, - Мавабу снова рассмеялся. - Они сотворят чудо, если уедут отсюда, - рыкнул Хибари, косясь на выходящих из машины людей. Не прошло и минуты, как к разговаривающей паре подбежал парень. Совсем еще молоденький, лет девятнадцать от силы. Скорее всего, совсем недавно получивший свою нынешнюю должность. Жаль, что его сразу же втянули в такое непростое дело. Ему бы котов пропавших искать, да фотографии потерянных детей на пакеты молока наклеивать. - Добрый вечер, - издалека поздоровался он, подбегая, - Танигути Рю, полиция Округа Осаки, рад знакомству! – с последними словами он поклонился, стараясь не уронить документы, которые в этот момент сжимал в руках. - Ну-ну, - Мавабу поднял руки вверх, слегка осаживая нового подчиненного, - брось ты эту официальность, тут этим все равно никто не пользуется, кроме патрульных. В любом случае, - теперь он скрестил свои руки на груди, - Я – Одзаки Мавабу, а вот этот злой дядя – Хибари Кёя. - Очень приятно, Хибари-сан! – Танигути снова отвесил поклон, на этот раз лично для Кёи, - я слышал о вас. Надеюсь, мы сработаемся! Брюнет не обратил на парнишку ровным счетом никакого внимания. Он лишь демонстративно оглядел место происшествия, а затем повернулся к Одзаке. – Мавабу, я иду домой. - Постой, Кёя. Мы ждем кое-кого еще. - Кто на этот раз? Морская полиция Хоккайдо? - Нет. Хотя я бы не удивился, если бы их тоже сюда приплели. Мы ждем… тоже в своем роде специалиста. В области, так скажем… - …паранормальной активности. – Раздался голос у них за спиной. Оба мужчин, не медля, повернулись. Человек, который стоял перед ними, заставил Хибари, мягко говоря, опешить. Потому что хрупкое существо, находящееся перед ними и чуть не падающее на землю от анемии, не тянуло не то, что бы на специалиста, вообще на человека, способного работать. - Одзаки, это шутка такая? – обычно парень обращался к своему приятелю по имени, что означало, что Кёя медленно начинает закипать. - Не думаю, - хмыкнул Мавабу. – Хотя я тоже слегка удивлен. Я думал, что специалист будет хотя бы на пару лет старше. - Мне двадцать лет, я имею все права и полномочия здесь находиться, а ваш комментарий по поводу, я полагаю, моей внешности, оскорбляет меня, - холодным тоном отчеканила беловолосая девушка. – Сугимото Джунко, рада знакомству. Кажется, шатен хотел что-то ответить, но Хибари его опередил. - Скажи мне, ты вообще представляешь, чем мы тут занимаемся? – спросил он, глядя на «специалиста.» - Насколько мне может быть известно, сейчас вы просто созерцали суету, происходящую перед вами. Если в этом и состоит моя работа, думаю, я с могу с ней справиться. - Не слишком ли дерзко для человека с вымышленной работой? – хмыкнул Кёя, слегка оскалившись. - Боюсь, вы не понимаете, о чем говорите, Хибари-сан. – альбиноска пролезла под желтой лентой, оказавшись рядом со своими собеседниками. – Я не сама сюда пришла. Меня пригласили ваши сослуживцы. Была бы моя воля, я бы сидела дома и не размахивала бы перед вами своей «вымышленной работой.» - Я не знаю, о чем думает наше управление, Кёя, - подал голос Мавабу, - но если они сочли нужным пригласить медиума, значит, того требует ситуация. - Медиума, да? Так это не просто женщина-специалист, так еще и гадалка? Вы ее на фестивале Культуры подобрали? - Прошу прекратить оскорблять меня по профессии и половому признаку, весьма сложно работать, когда негативная энергия блокирует все мозговые процессы. – произнесла Джунко не изменившимся тоном. Далее она обратилась к Одзаке, поняв, что от нынешнего сотрудника ответов она не добьется. – Одзака-сан, я могу приступить? - Конечно, - шатен пожал плечами. Затем он повернулся к группе следователей и врачей. – Эй, ищейки! Отойдите-ка на секунду. Вы не единственные здесь, труп сейчас общий! Толпа расступилась, давая Сугимото пройти к жертве. В нос тут же ударил запах гнили. Девушка поморщилась, но не остановилась. Подойдя вплотную к телу, она опустилась на одно колено и дотронулась до его руки. - Погоди-ка, - пробормотал Одзаки, глядя на Джунко, - а откуда она знает наши имена? Однако ответа он не услышал, да и вряд ли он вообще прозвучал. Потому что в этот момент альбиноску начало трясти, она закинула голову назад, беззвучно шевеля губами. На лбу у нее выступила испарина. Красные разводы в глазах стали увеличиваться и поглотили бы их полностью, но девушка резко вернула голову на прежнее место и произнесла, выделяя каждое слово: - После числа тринадцать игра закончится. После этого веки беловолосой опустились и она, пошатнувшись, замертво упала на асфальт.

* * *

Пробуждение далось девушке очень тяжело. Сон был странным, более того, он чего-то требовал от нее. Кажется, он гнался за ней, заставляя бежать. Джунко бежала, но почему-то очень медленно. Нечто за ее спиной нагоняло ее, протягивало к ней свои руки. Рук было больше, чем две. Все они тянулись к Сугимото, желая дотронуться до нее, забрать ее. Снова кто-то назвал ее по имени. Сначала это был бас, но с каждым повтором голос становился все выше. И вот глаза девушки медленно открылись. Над ней нависал Танигути Рю, начинающий следователь из Осаки. Где-то позади него стоял Одзаки Мавабу, оба смотрели на альбиноску. Хибари Кёи нигде не наблюдалось. - Сугимото-сан, слава Богу, вы проснулись! – облегченно выдохнул Рю, улыбаясь, - мы уже начали беспокоиться за вас. Вы вели себя немного странно. - Странно? – голубоглазая поморщилась, чувствуя, как ее пробирает холодок пробуждения. – Что я делала во сне? Говорила? - После того, как мы притащили тебя сюда, ты некоторое время спокойно спала на диване, а потом внезапно встала и пошла куда-то. Танигути поймал тебя на попытке открыть окно. Хорошо, что он вовремя остановил тебя, иначе бы пришлось объяснять начальству, почему наш новоиспеченный медиум выбросился с двадцать первого этажа. - Спасибо, Танигути-сан, - Джунко улыбнулась, что заставило Рю слегка смутиться. - Ну что вы, любой бы остановил вас. Скажите, - он тут же переменился в лице. Оно приняло заинтересованное выражение, - это правда, что лунатиков нельзя будить? Беловолосая кивнула, свешивая ноги с довольно высокого дивана. Это ее родителям втолковывали, еще когда Сугимото была маленькой. Многие вокруг говорили, что всего лишь заблуждение, и что ничего плохого с девочкой не случится, да и разбудить ее будет непросто, легче просто вернуть ребенка обратно в кровать. Но персональный врач Джун убеждал их в обратном, и семья слушала его. Но они допустили ошибку. Это случилось случайно, никто не хотел нарушать рекомендации доктора, однако все произошло само собой. Никто не учел, какого рода сны снятся маленькой Джунко. В очередной раз встав с кровати ночью, малышка пошла по коридору в комнату родителей и стала включать и выключать лампу с папиной стороны. Глава семейства проснулся первым, за ним и его жена. Отец встал с кровати и подошел к девочке сзади, чтобы медленно отвести ее в свою комнату. Но как только он дотронулся до ее плеча, назвав по имени, голубые глаза дочки широко раскрылись. Сначала она открыла рот, пытаясь извлечь из горла хоть какой-то звук. Затем ее зрачки резко сузились, и она закричала. По щекам ее полились слезы, Джун стала вырываться из рук папы, который крепко схватил ее за плечи. Тогда она схватила ручку с прикроватной тумбочки и со всей силы воткнула ее мужчине в руку. Вреда эта атака не принесла, агрессивное поведение девчушки списали на шоковое состояние, испытанное при насильственном пробуждении. Но Сугимото до сих пор плохо помнит, что она тогда испытывала. Танигути что-то говорил, но Джунко уже его не слушала. Она коснулась ногами пола, пытаясь понять, где она находится. Помещение было пропитано атмосферой умиротворения и спокойствия. Значит, это чей-то дом. Но чей? - Простите, - прервав разговор Рю и Мавабу, беловолосая взглянула на них, - а где мы? - После того как ты потеряла сознание, - начал Одзаки, - встал вопрос о том, куда тебя лучше нести. Офис в то время был уже закрыт, да добираться до него было довольно долго. Дом Танигути находится в Осаке, а из двух оставшихся домов – моего и Кёи, мы решили, что мой находится дальше. Так что… - …я дома у Хибари-сана, - девушка закончила за своего собеседника. – Но где он? - Ушел спать, как только мы тебя занесли внутрь. И я бы на твоем месте притворился спящей. Мы чуть ли не с боем принесли тебя сюда. Мы хотели выбить тебе более удобное место для сна, но тут Кёя был непреклонен. Уж прости, - Мавабу почесал свой затылок и протяжно зевнул. В это время девушка оглянулась и посмотрела в окно. Между офисных высоток брезжили первые лучики рассвета. - Сейчас же раннее утро, вы что, провели тут всю ночь?! - Мы боялись оставлять тебя одну. Кёя, знаешь ли, разные штуки выкидывать умеет. Он мог тебя и за дверь выставить, а это было бы уже чересчур. - В любом случае спасибо, дальше я справлюсь сама. А вы идите домой, вам обоим нужно поспать! – Джунко обеспокоенно посмотрела на двух следователей. Одзаки усмехнулся. - Кем бы ни была по профессии и характеру, женщина всегда остается женщиной. Но ты уверена, что справишься? У Кёи матерый характер. - Все будет хорошо, уверяю вас. После того, как двое мужчин распрощались с Сугимото, она усталым взглядом оглядела пустующую квартиру. Было несколько дверей, которые были закрыты, за одной из них находилась ванная, за другими какие-нибудь кладовые и прочие комнаты, а за последней – спальня Хибари. Девушка чувствовала себя неприятно, ей хотелось хотя бы умыться, не говоря уже о душе. Вся суть задания состояла в том, чтобы добраться до ванной, не открыв наугад комнату хозяина. Джунко нахмурилась, проводя в голове мыслительные процессы. Сейчас она стояла посередине комнаты, и направлений у нее было несколько: две двери напротив нее, и два коридора сзади, в одном две двери, в другом три. Но прежде чем она успела сделать шаг, внутрь прокралось странное предчувствие, и голубоглазая лишь обреченно вздохнула. - Ванная комната слева, вторая дверь по коридору. – послышалось у нее за спиной. - Как долго вы не спите, Хибари-сан? - А ты не знаешь? - Знаю, мне просто было интересно: скажете вы правду или соврете, - лукаво улыбнувшись, Джунко скрылась в коридоре.

* * *

- А теперь напомни, - раздраженно заговорил Хибари, протискиваясь через людей, - что мы делаем в центре города в утренний час пик? - Мы работаем, Хибари-сан, - ответила Джунко, так же лавируя между людьми, - но здесь мы ради кофе. Я знаю одно отличное место. - Мы утопаем в толпе травоядных ради чертового кофе? Женщина, у меня дома была кофеварка! – голос Кёи стал похож на рык, когда очередной прохожий наступил ему на ногу. - Оу, - голос девушки прозвучал не слишком удивленным, скорее слегка озадаченным, - я не знала. Да и вы не предложили. - Ты не могла узнать, что в моей квартире есть кофе при помощи своих экстрасенсорных способностей? - Я медиум, а не сканер. Мы пришли, - Сугимото остановилась и взглянула на вывеску здания, находящегося перед ними. «Терновый венец» - гласило название. – Заходим? Внутри кофейни было уютно. Помещение было небольшим, людей, как ни странно, было не слишком много, однако большая их часть стояла у кассы. Все это были офисные рабочие, зашедшие по дороге за бодрящим кофе. В колонках, висевших на стенах, играла какая-то тихая успокаивающая мелодия. Посетители, сидевшие за столами, о чем-то переговаривались. Кёя почувствовал себя гораздо спокойней здесь, нежели там, в куче людей. Однако сам факт того, что вокруг в принципе присутствовали травоядные, ему не нравился, но почему-то ему не хотелось спорить. Указав пальцем в сторону пустого столика у окна, Джун направилась туда, зовя Хибари пойти за собой. Сначала между собеседниками повисла тишина. Беловолосая что-то разглядывала в окне, а брюнет в это время разглядывал свою попутчицу. Даже после сна и душа ее лицо не изменилось. Те же синяки, те же осунувшиеся щеки, тот же усталый взгляд. Что не так с этой гадалкой? - Ты хочешь о чем-то поговорить? – спросил Кёя, увидев на лице голубоглазой тень беспокойства. - Тут здорово, правда? – как будто проигнорировав вопрос следователя, девушка посмотрела в сторону бара, - какой кофе ты любишь? - Если ты действительно привела меня сюда только ради кофеина, то я иду домой, - Хибари поднялся со стула. Однако не успел он сделать и шага, как Джунко схватила его за рукав. Посмотрев на нее, он увидел, как Сугимото тяжело вздохнула и посмотрела на него. - Мне есть что вам сказать, - весьма тихо произнесла она, отпуская пиджак Кёи, - но я боюсь. - Чего ты боишься? – парень сел обратно и вгляделся в лицо собеседницы, которая старательно пыталась отвести взгляд. - Хибари-сан, вы слышали, что я сказала вчера перед тем, как упасть в обморок? – Хибари необходимо было привыкнуть к тому, что девушка говорила то, что было у нее на уме сразу, игнорируя любые вопросы, которые могли быть заданы в тот момент. Следователя это раздражало, но он был человеком дела, поэтому тоже проигнорировал такое поведение. - «После числа тринадцать игра закончится,» - процитировал он, - это что-то значит? - Я полагаю, - Джун передернула плечами и сложила руки на столе. - Я кое-что увидела тогда. Много крови. Крови и трупов. Затем лицо улыбающейся женщины. А потом… потом вас, Хибари-сан. Вы стоите посреди темноты, и вы… совсем один, - она судорожно вдохнула воздух, - я пока не знаю, что это значит, но это не к добру. Хибари Кёя некоторое время молча смотрел в лицо Джунко, переваривая информацию. Потом он поднял руку, обращая на себя внимание официантки. - Два кофе пожалуйста, - произнес он. Затем снова повернулся к Сугимото, сложив руки замочком у рта. Брюнет долго разглядывал лицо беловолосой, которая, в свою очередь, молча ждала ответа. Такая странная. Иногда зависает неизвестно где, потом снова возвращается в реальность, тут же озвучивая то, что пришло ей на ум, пока ее не было на месте. А сейчас молчит. Ей интересно, что он ответит на это видение? Она хочет узнать мнение или услышать что-то в утешение? Постойте, она что, беспокоится за него? Это же бред, они вчера встретились. Почему ее так это волнует? - Кто ты, Сугимото Джунко? – спросил Кёя, глядя девушке в ее голубые глаза. - А кто вы, Хибари-сан? Хибари Кёя-сан, - Джун слегка улыбнулась, откинувшись на спинку стула, - вас не волнует то, что я сказала? - Нет. - Почему? Потому что то, что она сказала, является для него обычным делом, хотел сказать Хибари, но не сказал. Он ни чуть не удивился, когда услышал эти слова. Он и сейчас один. Он почти всю свою жизнь один. Начиная с родителей, постоянно уезжающих по работе и заканчивая сегодняшним днем. Одиночество его не пугало. Он научился сживаться с ним. Научился получать от одиночества пользу. Для этого понадобилось время, но брюнет научился не замечать одиночество вокруг него и презирать любое окружение. К двадцати шести годам круг его общения сузился почти до линии. Мало кто хотел водить знакомство с таким человеком, как Кёя. А кто и водил, тот все равно не понимал его. Разве что Одзаки чувствовал настроения брюнета, да и то либо не хотел, либо не мог прочувствовать жизненную ситуацию друга. Хотя парень и сам не особо хотел, чтобы кто-то ее чувствовал, правда? Благодарно кивнув, когда официантка принесла кофе, следователь отпил из чашки. Джунко тоже взяла емкость в руки, слегка вздрогнув при прикосновении. Хибари вопросительно посмотрел на нее. Сугимото улыбнулась. - После того, как эта чашка разобьется, официантке, уронившей ее, урежут зарплату. Знаешь, что самое плохое? В большинстве случаев своих видений я не могу изменить их ход. Не могу избежать того или иного события. - Поэтому ты так волнуешься о том, что увидела вчера? Беловолосая кивнула. - Одиночество убивает, Хибари-сан. - Не каждый человек нуждается в компании. - А вы? – спросила она. - Что я? - Вы нуждаетесь в компании? - Нет, - без раздумий ответил брюнет. Затем его серые глаза сощурились. – А ты? Ты живешь под гнетом одиночества? Джунко молчала. Этот разговор был странным. Каждый из них мог внезапно замолчать или сменить тему. Наверное, Джун задумалась. Так же, как задумался Хибари. Этот диалог, а точнее его тема. Она заставляла погружаться в размышления. Казалось, они оба сейчас пришли на свои фамильные кладбища воспоминаний с лопатами, с целью раскопать то, что было зарыто тут еще давно. - Видишь вон того человека? – спросила Сугимото, указав пальцем в окно. Кёя посмотрел на улицу. Посреди толпы стоял мужчина. Он убирал свой телефон в открытый чемодан. Парень озадаченно приподнял брови, пытаясь понять, почему девушка обратила на него свое внимание. – Несколько минут назад он понял, что забыл дома очень важные документы. Но затем он позвонил своей жене и попросил ее принести их ему на работу. - Это пример в защиту жизни без одиночества? - Не знаю, - Джун пожала плечами, - просто это мило. О, - ее лицо резко переменилось, она широко раскрыла глаза и посмотрела на своего собеседника, - кстати. Я вспомнила, что не ночевала дома. Кажется, мне пора возвращаться. Моя соседка наверняка с ума сходит, учитывая, что мой телефон разрядился еще вчера. А насчет вчера… давайте встретимся у вас в офисе сегодня вечером, - она вытащила из железной подставки салфетку, а затем написала что-то на ней ручкой, которую в свою очередь вытащила из кармана куртки. – Вот мой номер, если что-то случится – пишите. Спасибо за кофе, Хибари-сан, - Сугимото улыбнулась и направилась к выходу. Кёя несколько секунд задумчиво разглядывал номер на салфетке, которую он теперь держал в руке. Сугимото Джунко. Девушка-медиум, странная, непонятная, загадочная. Возможно, ей даже удастся что-то узнать. Брюнет взглянул на ее чашку, а затем на дверь кафе. - Черт.