Среди вселенской паутины. (Рабочее название)

I can't escape this hell So many times i've tried But i'm still caged inside Somebody get me through this nightmare I can't control myself

Three Days Grace - Animal I Have Become

- Акари-сан, вы записались ко мне сверх нормы, - женщина с темными волосами, сидящая в бордовом кожаном кресле и держащая в руках блокнот и ручку, изучающе взглянула на свою посетительницу, расположившуюся на диване напротив, - вы хотите о чем-то поговорить? - Да, - дрожащим голосом тихо ответила девушка, - я думала, что это пройдет, как и раньше, но ошиблась. - В чем ошиблись? - Моя болезнь. Она прогрессирует.

* * *

Акари Чиэ была хорошей всю свою жизнь. При чем хорошей во всех отношениях - поведение, учеба, отношения, девушка всюду успевала и лезла вон из кожи, чтобы угодить каждому, кто возлагает на нее большие надежды. За это ее любили. За это ею пользовались. Друзья знали, что Чи-чан ни за что не предаст их, ни за что не пойдет против них, не откажет им в помощи, поэтому использовали ее добродетель, как, сколько и когда хотели. Кажется, подобную фальшь с их стороны замечали все, кроме самой Акари. Она слепо верила, что творит добро, объятое греющим словом "дружба". Ведь плохих людей не бывает. Все это всеобщие заблуждения и глупость. Так прошла вся ее средняя школа. Она покупала своим "друзьям" ланчи, носила за них сумки, давала им списать, брала на себя вину в мелких шалостях, в общем, была девочкой на побегушках. Но когда средняя школа сменилась на старшую, все стало куда серьезнее. И хуже. Теперь это были не ланчи. Во время обеденных перерывов Чиэ бегала ближайшим магазинам за сигаретами, а в случае неудачи выгораживала всех, кто хотя бы на секунду втягивал в легкие табачный дым. Она караулила дверь учительской, во время подделок оценок за тесты и списывания ответов с пособий, продолжала делать за всех всю домашнюю работу и вечно носила на лице милую, полную добра улыбку, говорящую: "Я все сделаю. Не волнуйтесь об этом". А потом, когда начался последний год обучения, подростковая испорченность и мерзость полностью вступили в свои права. Однажды, одна из девушек - одноклассница Акари - подошла к ней на перемене с пачкой денег в руках. Все было просто: брюнетке сказали время и место встречи, где где ее будет ждать некий "курьер", который даст ей посылку, за которую она должна будет отдать всученные ей деньги. Чиэ - невинная, бесценная малышка Чиэ - согласилась на это без зазрения совести и в тот же вечер пошла в указанное место. Курьером оказалась девушка довольно странного вида: у нее были синие волосы, перекинутые на один бок, тело покрывали бесчисленные татуировки, а на лице блестел метал различных пирсингов. Что было самым шокирующим: эта девушка выглядела ровесницей брюнетки, пусть и кардинально отличалась от нее. Увидев Акари, синеволосая скептически выгнула бровь и, оценивающе взглянув на девушку, спросила: "За доставкой?" Чиэ оживленно закивала, подходя ближе. Незнакомка еле слышно фыркнула и, нагнувшись, достала из-за близ лежащих коробок небольшой сверток. - Деньги вперед, - отрезала она. В ее голосе звучал металл и... акцент? Школьница неуверенно протянула деньги, после чего убрала полученный товар в свою сумку. - Иди обходным путем, - произнесла девушка-курьер, надевая солнце-защитные очки, - и сильно не вертись по сторонам. Не хватало еще, чтобы из-за такой малолетки меня накрыли. Девушка недоуменно захлопала глазами, не понимая о чем речь. Потом, решив, что незнакомку, видимо, могут уволить за какую-нибудь задержку - поступила так, как просили и быстрым шагом направилась домой. Акари понятия не имела, что эта "посылка", которую она на следующий же день отдала той девушке - был кокаин, которым местные наркодилеры торговали в каждом переулке, гоняя его по городу, как кровь по венам. В один момент на Чиэ даже обратил внимание парень. Симпатичный, клевый, один из самых популярных парней во всей школе. Брюнетка не могла поверить, что внимание такого рокового парня, как он, может быть приковано к ней, но время шло, а он продолжал ухаживать за ней и выпрашивать номер ее телефона. И Акари сломалась, поддавшись юношеской влюбленности. Все это тогда выглядело так прекрасно, что глаза ее не переставали сиять от счастья. Она считала, что проживает идеальную подростковую жизнь со всеми ее привилегиями. Пока кое-что не случилось. Тогда все говорили, что собираются устроить вечеринку, а бойфренд Чиэ предложил ей пойти вместе с ним. Местом встречи был заброшенный дом, давно заделанный подростками под дом для развлечений. Повсюду были граффити, битые стекла, пустые банки и бутылки и битые шприцы. Это была обитель греха, в которую девушка вступила, совсем ничего не осознавая. Но когда ее парень резко подмял ее под собой на диване, а все остальные застыли с камерами в руках, мерзко ухмыляясь, она увидела в их лицах то, чего не видела до сегодняшнего дня. Корыстность. Надменность. Остервенение и безжалостность. И именно в тот момент, когда ее белую блузку разрывали на части, а вокруг сверкали вспышки делающихся фотографий, появилась она. Ее другая сторона, ее альтер-эго, полное гнева, ненависти и злобы. Полное желания убивать. Ей хватило лишь осколка и доли секунды, чтобы вонзить первое своим острым концом прямиком в глотку того, кого она еще вчера называла своим парнем. Кровь алым фонтаном хлынула ей на лицо, контрастируя с нездоровым блеском зеленых глаз. Глупые, обдолбанные школьники в ужасе попадали на свои задницы, писаясь от страха, вызывая у Чиэ ухмылку, полную удовлетворения и жажды. Двоим она одним резким движением вспорола животы все теми же осколками, которых вокруг нее, к счастью, была целая туча. Последняя девчонка, подскочившая на трясущиеся ноги, ринулась было бежать, но была свалена иглой шприца, метко вонзившегося ей в ногу. Медленными, размеренными шагами Чиэ преодолела расстояние между собой и последней своей жертвой, сжимая в руках последний осколок. Притянув визжащую девушку ближе к себе, Акари развернула ее лицом вверх и уселась сверху. - Твое лицо так уродливо искажено, - произнесла она звенящим, пугающим голосом, - но не бойся. Чи-чан тебе поможет. С этими словами она начала наносить по лицу школьницы удары, один за другим, разрывая в клочья ее кожу и плоть и пуская потоки крови. Крики длились минут десять, после чего руки и ноги девушки перестали двигаться, а сама она не легла неподвижно. Кое-что прояснилось тогда, в тот день. Раньше Чиэ думала, что плохих людей не бывает, однако теперь убеждала себя в обратном. Люди не просо бывают плохими. Они отвратительны. Все до единого. Лишь кровь скрасит их мерзкую сущность. Прошло время, брюнетка записалась к психологу, который оказался умной, знающей своей дело женщиной, всегда попадающей в цель своими догадками. Со временем Акари забыла о своей второй личности, думая, что все уже позади, пока в один момент в новостях не объявили о "Токийском Потрошителе" - опасном маньяке-убийце, орудующем в городе. Девушка сначала не придала этому значения, однако вскоре обнаружила у себя в тумбочке окровавленный нож. Этого было больше чем достаточно, чтобы понять, что с ней происходит. Чиэ не знала, что делать. Она никак не могла связаться со своей второй личностью, однако люди продолжали умирать. Она даже не помнила, как совершаются эти убийства, однако сомнений в том, что это была именно она у нее не было. Она подрывалась кому-нибудь это рассказать, но проблема была в том, что о таком говорить нельзя, если хочется жить. И именно тогда ее психолог сказала то, чего Акари совершенно от нее не ждала. - Акари-сан, вы можете рассказать мне абсолютно все, - произнесла она холодным, вкрадчивым голосом, - что бы это ни было, мы докопаемся до сути проблемы и решим ее. В моем кабинете законы и моральные принципы не действует. Здесь действует лишь мой ум и ничто больше. - Вы заявите в полицию, если я расскажу, - произнесла брюнетка тихо, боясь поднять глаза, - я не могу. - Если бы я натравляла полицию на каждого из своих пациентов, то токийская тюрьма сейчас бы уже ломилась от количества заключенных. Сделав огромный вдох, Чиэ еще пару минут посидела молча, после чего наконец решилась сказать то, что не давало ей покоя все это время: - Моя вторая личность - Токийский Потрошитель. - Вот как, - как ни в чем не бывало ответила психолог, даже не поведя взглядом. - Это все, что вы скажете? "Вот как"? - Честно говоря, я догадывалась, - шатенка опустила свои вишневые глаза в блокнот, - но у меня было недостаточно улик, а спросить вас напрямую мне не позволяет квалификация. Психологи должны заставлять людей самих рассказывать свои проблемы, а не выжимать их из них насильно. Теперь, когда я знаю полный спектр проблемы, мы попробуем ее решить. Магическим образом этой девушке удалось как-то совместить части характера обеих личностей, подавив во второй жажду убийства. В Акари появилась скептичность и надменность, она стала выглядеть опытней и старше. Чтобы хоть как-то удовлетворять "потребность" второй личности, психолог посоветовала ей пойти работать в морг - идеальное для подобных вещей место, что Чиэ и сделала в ближайшее время. А через два года она встретила Тсунаеши. Имея горький опыт в одних единственных отношениях, брюнетка сначала бежала от этого, как от огня, боясь за себя и за него, однако прошел целый год после их знакомства, а отношение Савады к ней не изменилось. И девушка решилась ступить в бездну второй раз. Она доверилась ему. Тсуна оказался тем человеком, о котором она мечтала. Он вселял ей чувство надежности и защиты, которого ей так не хватало всю ее жизнь. Акари не была уверена, любит ли его, но она испытывала к нему такое чувство доверия и нежности, что это было уже неважно. Он заботился о ней. Он доверял ей. Он такой добрый и искренний. Именно поэтому Чиэ не сказала ему о раздвоении личности. Она решила, что не выживет, если Тсунаеши узнает об этом. Поэтому похоронила эту тайну глубоко в себе, постаравшись навсегда забыть об этом, как о страшном сне, позволив себе наслаждаться той жизнью, которую она лелеяла еще в средней школе. - Чиэ, что ты хочешь на день рождения? - спросил ее Савада, однажды вернувшись с работы. - Хочу, чтобы все оставалось так, как оно есть сейчас, - улыбнулась она, переводя взгляд на пришедшего. - Глупая, это же все равно, что не попросить ничего, - усмехнулся он, обвивая свои руки вокруг ее хрупкой шеи. - Ах, Тсунаеши, - вздохнула она, прильнув к нему, - никогда не бросай меня, - внутри у Акари на долю секунду что-то мерзко встрепенулось, - будь со мной всегда. - Хорошо, - улыбнулся он, слегка отстраняясь и целуя ее, - я люблю тебя, Чиэ. - И я люблю тебя, Тсунаеши. И я люблю тебя.