Галерея

      В пятницу в 10:00 Чон Чонгук и ещё несколько молодых ребят, среди которых было четыре девушки и два парня, стояли на четвёртом этаже в департаменте современной моды. Семья у Гуки была не из бедных, но в Galleria не закупались, предпочитая премиальные бренды хорошего качества, а не тяжелый люкс за баснословные деньги. Но находясь здесь Чон понял, что даже воздух слышится по-другому. Возможно это самовнушение, но лишний раз трогать что-то было очень боязно.       Впрочем, у остальных кандидатов был такой же потерянный вид, так что они находились в одинаковом положении. Вся эта великолепная семерка ждала Ким Тэхёна — менеджера, который пригласил их на встречу. Кто-то уже успел познакомиться между собой, две девушки изначально пришли вместе и то и дело перешёптывались, глядя на Чонгука.       А наш герой как обычно держался особняком и смотрел по сторонам, изучая ассортимент и интерьер. Как человек искусства, он не мог не отметить что пространство выглядит не единым, а визуально поделённым на тематические зоны, хотя перегородок нигде не было.Можно было беспрепятственности перемещаться по залу, оказываясь в разных по настроению и содержимому локациях. Вот у большого зеркала, в золотой багетной раме, располагается рейл с роскошными вечерними платьями, рядом манекен в таком же элегантном выходном наряде. А через несколько метров, уже бетонная инсталляция с неоновыми лентами, на которые подвешены более концептуальные образы, выглядящие так, будто они совершенно не предназначены для повседневной жизни. Но взгляд абсолютно точно притягивают. Парень поймал себя на мысли, что ему здесь очень интересно находиться, рассматривая все это многообразие идей.       Он совсем не заметил, как менеджер управляющий всем этим великолепием, подошёл к группе людей и поздоровался. Повернувшись, Гук не сразу понял что перед ним живой человек, а не манекен в идеально сидящем черном костюме, с ремнём поверх пиджака и мелькающей под ним белой рубашкой, с якобы небрежно расстёгнутым воротом.       Дополняли образ высокие чёрные конверсы, которые придавали луку в целом расслабленный и неформальный вид, и пара ниток плетёных браслетов на запястье. В одной руке мужчина держал чёрную папку, усиленно в неё вглядываясь. Из-за этого лицо было полностью закрыто, только спадающую на брови чёрную челку и было видно. Вторая рука крутила карандаш в длинных изящных пальцах. Тот самый бархатный голос, начал перечислять имена кандидатов. Чонгук смотрел на чёрную папку не отрываясь, с широко раскрытыми глазам. — Ким Югём? — Я, — ответил парень рядом с Чоном, подняв руку вверх. На вид они ровесники, да и в стиле одежды есть что-то общее. — Чон Юно? — Это я, — отозвался парень в самом начале. — Ли Мина? — Здесь! — сообщил женский голос, где-то сзади Чонгука. — Чон Чонгук?       Тишина… — Здесь есть Чон Чонгук? — повторил менеджер и опустил папку, для того, чтобы обвести взглядом всех присутствующих.       На глаза сразу попался парнишка, стоявший напротив и смотревший на Кима такими широкими глазами, в которых читалась глупая улыбка. Эти два огромных чёрных зрачка было отчетливо видно между нависающей на самые брови панамой и закрывающей пол-лица медицинской маской. — Чон Чонгук? Это вы? — уточняющей интонацией поинтересовался Тэхён.       Перекати поле… — Молодой человек? — уже немного раздраженно произнёс Ким.       Его глаза с прищуром смотрели на парня. Как и на всех здесь, на нем была маска, закрывающая нос и рот. Такие правила нынче, все уже привыкли к этому аксессуару. Глаза в такой ситуации выражают гораздо больше, чем обычно, это единственный способ невербальной коммуникации.       А Чон все смотрит и молчит.Смотрит и молчит. Пока его в бок не пихает тот самый Югём, которому парень успел уже назвать своё имя. — А! — отвисает парень, — Да, это я! Прошу прощения! Я немного отвлёкся, засмотрелся на… на коллекцию. — О-о, Вы интересуетесь модой, господин Чон? — Видимо, с этого момента интересуюсь, — очень тихо, не отрывая взгляда от глаз напротив, произнёс младший.       Секундная пауза, Ким моргнул первым и опустил глаза обратно на чёрную папку, скрываясь за ней. — Тогда с Вашего позволения, Чонгук-щи, я продолжу перекличку. Ким Черин? — Я здесь, — хихикая ответила девушка, ростом метр с кепкой, от которой под стать ее имени, разило вишней, как от Доктора Пеппера.       Но Чон опять отключился от внешнего мира и уже не слышал имён, своих потенциальных коллег. Единственное, зачем он следил — это та же чёрная папка.       Через несколько минут после того, как менеджер Ким представился ещё раз и немного рассказал о территории, он раздал всем свои визитки для связи по работе и повёл всю группу по этажу, чтобы показать аварийные выходы, огнетушители и рассказать о пожарной безопасности. Попутно он говорил о встречающихся по пути брендах, которые были развешены на отдельные рейлах, про соседние территории и про нынешние тенденции в моде. Несмотря на то, что речь была несколько сумбурна, так как подготовки не было, все, что говорил господин Ким, было настолько интересно, лаконично и в то же время восторженно-вдохновлённо. Невооружённым глазом было видно, как ему нравится здесь каждый бренд и насколько он находится в своей тарелке среди этих роскошных дорогих вещей. Чонгук слушал его с открытым ртом, впитывая каждое слово, сказанное этим сказочным баритоном. Хорошо, что под маской не видно, какое восхищенное у парня лицо. Взгляд оторвать было невозможно. И тут Чон осознал — менеджер Ким был тем человеком, которым он сам хотел бы быть. Именно такой образ он примерял на себя, — спокойного и коммуникабельного мужчину, который выглядит с иголочки, с головы до пят и излучает уверенность всем своим видом. Вот он личный пример, ментор, вдохновитель…       Студент решил, что выбрал себе наставника. Теперь только нужно уговорить этого блестящего мужчину взять под своё крыло одного неуверенного в себе социофоба.       После мини-лекции по устройству этажа, менеджер показал новобранцам их рабочие места и отправил на оформление всех, кто решил, что ему подходят условия и функционал — то есть всех семерых. «100-процентная конверсия», — подумал про себя Тэхён и начал добавлять номера всех новичков в общую группу отдела в Kakao-talk.       Добавив всех, он написал информацию по расписанию и форме одежды. Чонгук и Черин были готовы работать уже с сегодняшнего дня, поэтому он сообщил, что ждёт их двоих после оформления у себя в кабинете. Тут же от них пришло короткое «ок, менеджер Ким». Тэхён обратил внимание на аватар Чона. Там было не его фото, а любимая картина старшего «Звездная ночь» Винсента ван Гога. Этот мальчик с огромными оленьими глазами становится все интереснее.       Рекомендации по внешнему виду для ассистентов зала были следующие — они не должны быть одеты в деловом стиле, как продавцы, чтобы клиенты могли их легко отличить. Одежда должна быть также чёрного цвета, но скорее с элементами спортивного или концептуального стиля, без надписей и вычурных аксессуаров. На бейджах у них не было имён, только надпись «стажёр». Впрочем весь гардероб Чонгука подходил под описание, поэтому он и остался работать сегодня — уже в форме. Черин тоже соответствовала требованиям своим внешним видом. Вот только она как юла искрутилась на стуле, не сводя глаз с менеджера, пока он давал им вводные по работе. Чону было даже немного неловко за неё из-за такого явного проявления интереса к своему руководителю.       Да, Ким покорил не только Чонгука, но и весь слабый пол. На вид он не на много старше ребят, пришедших сегодня на встречу, но вот только его умение держать себя, элегантность в одежде и движениях, и, конечно, должность, наводят на мысль, что ему должно быть около тридцати. Ведь не мог же их ровесник достичь таких высот в таком возрасте.       На самом деле ответ прост. Киму реально двадцать четыре, а достиг он многого, потому что пашет на этой работе с девятнадцати лет, из которых уже почти три года является менеджером одной из самых сложных и перспективных территорий. Уверенность он приобрёл с помощью постоянного повышения уровня компетенции и коммуникации с различными людьми. Он знал, как найти подход даже к самым сложным клиентам. Безупречный внешний вид «с иголочки» характерен большинству работников фэшн-индустрии благодаря насмотренности и неподдельному интересу к моде. В общем рецепт идеального Ким Тэхёна к вашим услугам, вот только попробуй приготовь.

***

             Первый рабочий день Гука проходит весьма спокойно с точки зрения активности. При этом, у него очень много сил отнимает знакомство с большим количеством людей: продавцы, мерчандайзеры, работники склада. На первый взгляд все очень дружелюбно настроены, помогают в изучении ассортимента, что не может не радовать. Девушки наперебой предлагают ему показать столовую, приглашают на кофе или выкурить сигаретку, но парень отказывается, так как не курит, а кофе пьет только утром за завтраком.       Такое внимание прекрасного пола Гуку льстит. У него толком не было серьезных отношений, но общение с девушками все-же не редкость. Начиная еще со средней школы, он не был обделен женским вниманием, регулярно получал подарки и признания, но дальше флирта и нескольких постельных сцен это не уходило. А сейчас Чон вообще ни о чем кроме живописи особо не думает. Секс с симпатичными студентками принимает за обоюдную услугу, удовлетворяющую потребности с обеих сторон.       Обеденный перерыв он проводит в компании Черин. Та, к слову, им не особо заинтересовалась. Она уже во всю пытается найти менеджера Кима в социальных сетях по его номеру телефона. — Ах, Чонгук, я даже не догадывалась, что в первый день работы встречу здесь отца своих будущих детей, — мечтательно глядя в даль, произносит девушка.       Чон чуть было не подавился компотом после такого радикального признания. — Насколько я знаю религиозную литературу, второе непорочное зачатие подарит нам Антихриста и конец Света, — ехидничает Чон.       Взгляд девушки огрубел и устремился на собеседника. В этих стенах Черин первая, кто видит Чонгука без маски, и она похоже, только что это поняла. Ее взгляд изучающе прошелся по густым черным бровям, длинным ресницам и розовым аккуратным губам. Да пацанчик-то хорош. Он выглядит одновременно и мило и мужественно. Большое количество пирсинга в ушах добавляет брутальности, а панамка делает его образ мягче и уютнее.       Но все-же поразмыслив, Черин сделала выбор в пользу менеджера Кима. По ее логике, нужно сосредоточиться на чем-то одном, иначе упустишь и то и другое. И это вполне правильная политика. — Вот увидишь, я своего добьюсь, Чонгук-а. Когда вернусь домой, попрощаюсь с айдолами на стенах и сосредоточусь на плане по покорению сердца господина Кима. — А я думал, ты работать сюда пришла, — продолжает парень, так и не вспомнив момент, когда они перешли на неформальное общение. — Одно другому не мешает. — Ты серьезно думаешь, что у такого мужика, как он, никого нет и он всю жизнь только тебя и ждал? — Я не думаю, я знаю Гука-а. «Уже Гука-а», — думает Чонгук. — Пока ты там отбивался от девчонок, я прощупывала почву. Менеджер Ким одинок как перст, все свое время проводит на работе, редко с кем-то сходится, а если и говорит, то только на рабочие темы. Мне сказали, что у него тут есть только один друг. Многие уже пытались отхватить себе этого красавчика, причем не только девушки. Но менеджер Ким — стена. Поэтому да, я вполне могу думать, что он ждал именно меня. — Да уж, твоя логика непоколебима.       Черин была симпатичной девушкой. Миниатюрная, каких любят большинство парней, при этом с выдающимися бедрами, которые она подчеркивала узкими джинсами. Длинные черные волосы, блестели как шёлк. Лицо ее было округлым, с милыми пухлыми щеками, которых касался здоровый румянец. Лисьи хитрые глаза вытянутые по углам черными стрелками, блестящие вишнёвым губы очень миловидно гармонировали со светлой кожей. Одним словом «да», она действительно симпатичная.       Но Чон думал не о своей собеседнице, а то том, что она ему рассказала. Почему-то парню было действительно интересно слушать эти сплетни о менеджере Киме. Он хоть ничего и не спрашивал, но запоминал все сказанное. Вообще он поймал себя на том, что впервые участвует в подобном разговоре. Но ничего, все бывает впервые.

***

      Вечер пятницы братья проводят в баре. Сокджин и Тэхён делятся последними новостями по работе, в ожидании своего друга Намджуна, который задерживается в пробке. — Ну как? Пригодились цыплятки, которых я тебе подогнал? — интересуется старший, отправляя в рот картошку фри. — Еще как! Семь из семи. Спасибо за подгон. Надеюсь, что они долго продержатся, чтобы хотя бы на время эта проблема пропала с горизонта, — потягивая ипу отвечает Тэ. — Обращайся, — пережёвывая пищу, еле-внятно произносит Сокджин. — Давай лучше не про работу, а то у меня скоро уже мозги закипят. — Да у меня как-то небогато на события. Звучит жалко, но факт. Из последнего — купил себе новую игровую консоль. Вот только времени на игры не купил. Надо нам как-нибудь втроем собраться в Фифу погонять, а то что стоит без дела. Пиво, пицца, Намджун захватит Рису, Чимина позовем. Там и в Guitar Hero можно, только захвати барабаны. — Так-то звучит неплохо, надо будет сверится с расписанием. Самый большой минус взрослой жизни то, что даже для того, чтобы поиграть в приставку, нужно распланировать свой график. Почему в детстве мне об этом не говорили? — Ага, говорили «вырастешь, будешь делать, что хочешь». Так что либо я еще не вырос, либо это самый большой обман, потому что я точно знаю, что хотел не этого. Сейчас мое самое грандиозное желание, это целый день пролежать в кровати с ведром KFC на пузе и смотреть аниме. Но даже в выходные образовывается куча дел и встреч. — Ну никакой личной жизни! — громко заявляя, за их стол присел Намджун. — Сорри за опоздание, пятничные дороги захвачены дачниками с прицепами. Прости Тэтэ, я прервал твой страдальческий монолог. Полностью поддерживаю. Жареная курица, сериалы и кровать — это то, чего не хватает всем нам. — Тебе вообще грех жаловаться, у тебя под боком всегда Риса, которая мало того, что кормит тебя, как на убой, так еще и полностью разделяет твои интересы. Так что не влезай в наши холостяцкие мечты, — парирует Джин. — То, что у вас нет кого-то особенного, это ваша проблема, парни, я вам уже давно об этом говорю. Старший разве что не спит на работе и все еще живет с родителями, а младший утратил веру в любовь еще с молоком матери. Вот где твой лазурный друг? — обращается уже к Тэхёну Джун. — Давно бы уже сошлись, и так почти все время вместе. — Сколько раз говорить о том, что я и Чимин — друзья. Раз мы оба геи, это не значит, что мы обязаны встречаться, тем более у него уже есть один особенный задрот, который, я ума не приложу как, но захомутал нашу фифу. А мне и так неплохо, я сейчас не расположен к отношениям. — Вопрос только, когда ты расположен. Ни разу не слышал от тебя хоть намека на влюбленность, — подхватывает старший брат. — Плохо слушал, значит, — огрызается младший. — Ну все, брейк, — подняв руки над головой, говорит Намджун. — Не будем лезть ни к кому в кровать, мы же тут не на девичнике собрались. Начинаем усиленно обсуждать мужицкие вопросы!       Остаток вечера троица провела за обсуждением «мужицких вопросов»: стрим известного геймера, последние новости из мира техники, новый твит Илона Маска и т.д. Братья с детства были очень открыты друг другу, именно Джин первый из всех узнал об ориентации Тэ, когда тот испуганный и не знающий что делать, пришёл к нему с этим откровением еще в средней школе. Джин тогда был уже в выпускном классе, чувствовал себя взрослым человеком и никак не мог понять, как его младший братишка уже в 14 лет решил для себя вопрос ориентации. Как он с очевидным стыдом говорил ему о том, что ничего не может с этим поделать, что он еще ребенок и вообще не хочет думать о таких вещах. Но при этом признался, что ему нравится лучший друг и одноклассник брата — Намджун. После того заявления Джин не ограничил их общение, ведь не ему решать сердечные вопросы. Намджуну он о симпатии брата не рассказывал, оставив это Тэхёну. А Тэ после того, как почувствовал что брат его принял и не оттолкнул, стал проводить с ним гораздо больше времени. Теперь везде они были втроем, не только как братья, но и как друзья. Разница в 5 лет не была такой разительной при общении парней, ведь Тэхён был очень смышлёным ребенком и мыслил уже далеко не на свой возраст. Спустя полгода такой дружбы младший понял, что романтические чувства к Джуну прошли и остались крепкие дружеские узы, которым вот уже десять лет. Во все самые тяжелые моменты в жизни парни поддерживали друг друга. Ориентация Тэ никак не выделяла его в этом кругу. Все вспоминали о ней только тогда, когда к компании присоединялся Чимин — самый гейский гей к югу от реки Хан. Но и тот чувствовал себя уютно в компании корешей своего лучшего друга.

***

      Чон Чонгук успешно отработал целую неделю на позиции ассистента торгового зала. Он поймал себя на мысли, что у него неплохо получается выполнять доверенные ему обязательства. Стало интересно развиваться дальше. Скажи ему месяц назад, что он захочет устроится на серьезную позицию в фешн-индустрии, так тот бы и не понял, о чем вообще речь. Но теперь, будучи поглощённым в мир тяжёлого люкса осознал, что он чувствует себя здесь очень гармонично. Были вещи, которые парень считал произведениями искусства. У них была своя концепция. Они не просто выполняли защитную и эстетическую функцию, они несли идею, даже навязывали философию. Вдохновившись новой затеей изучить все это, молодой человек стремительно зашагал в кабинет к менеджеру, чтобы попросить его лично рассказать о понравившихся брендах, ведь все, что говорил господин Ким очень хорошо запоминалось.       Чуть-ли не с разгона Чон на автомате постучал в дверь начальника, и, не дождавшись ответа, практически вломился. Уверенность несколько притупилась, когда на влетевшего парня устремились две пары глаз. В узком кабинете менеджера Кима находились сам менеджер Ким, как обычно за свои рабочим столом, и Пак Чимин - тот самый единственный друг. Своей филейной частью он сидел на столе и болтал ногами в лакированных туфлях. — Теряешь хватку, друже, к тебе уже стажеры в кабинет без разрешения врываются, — произнес Чимин без какого-то было одобрения в голосе, не отрывая взгляда от вошедшего и демонстративно изучая его. Чимин, при всей своей лучезарности, мог иногда такое лицо состроить, что под тяжестью его взгляда физически могло стать плохо.       Не выдержав бомбардировки взором, Гук перевел собственный на босса и, о боже-единороже, пропустил удар. Он только сейчас понял, что впервые видит лицо Ким Тэхёна полностью, без маски. Глаза сразу опустились на приоткрыты рот. Нежно розовые губы застыли в вопросительном гримасе. — Чонгук-щи? Ты что-то хотел?       Опять у парня проблемы со связью. Тишина.       Ким помахал перед своим лицом ладонью, чтобы сбить фокусировку чужого взгляда. Но тот так и стоял с открытым ртом, вспоминая, как правильно дышать. — Воды? — немного с издевкой произносит блондин, протягивая Гуку бутылку.       Тот только кивает в ответ, забирает тару, кланяется и начинает пить, чуть ли не через маску. Заметив этот момент, Чон так резко дернул ее, что порвал резинку на одном ухе.       Чимин с гаденькой улыбочкой наблюдал за всем происходящим действом. Ему нравилось смущать людей. Но в данной ситуации он знал, что такую реакцию в мальчишке вызвал не он. Но подхихикивал он ровно до того момента, пока не увидел этого парнишку без маски, жадно пьющего воду большими глотками, из-за чего пара капель покатилась вниз по подбородку, широкой шее и осела на вороте толстовки. Проводив капли взглядом, Пак повернулся к своему другу и увидел еще одну интересную картину. Ким неотрывно следил за младшим, обнимая подбородок рукой и водя указательным пальцем по нижней губе. Этот жест Чим хорошо знал. Так Тэ реагировал, когда его что-то очень сильно заинтересовало. Но он никогда еще не применял его в отношении людей.       Разговор так и не начинался. — Чонгук, ты так беспардонно влетел в мой кабинет, чтобы стоять и молчать? Можем, конечно, так и смотреть друг на друга до конца смены, — Ким демонстративно посмотрел на свое запястье, на котором никогда не было часов, — мне вот осталось минут двадцать. Или все-таки скажешь, за чем пришел?       Чона как по щелчку включили. Вот уже второй раз он оказался в таком положении перед руководителем, тот наверняка думает, что с ним не все в порядке. Парень поклонился аж на девяносто градусов и резко поднялся, из-за чего его челка откинулась назад, открывая огромные блестящие глаза. — Прошу прощения, менеджер Ким, я так спешил, чтобы не забыть, о чем хотел спросить и, кажется… забыл, — этот растерянный взгляд надо было видеть. — А, нет! Вспомнил! Менеджер Ким, дайте мне пожалуйста материал по тем трем брендам, которые стоят в углу у черной стены. На меня произвела впечатление эта коллекция, хотелось бы узнать о ней больше. — Вот оно как? Интересно. Любишь авангард и черный цвет? — Практически весь мой гардероб состоит из черных вещей, для себя я выбрал именно этот цвет. Но мне также нравятся и бренды в другом конце зала, те, что отличаются буйством красок и интересными цветовыми решениями. Я таких сочетаний даже на круге Иттена не видел. — Ого, знаешь о круге Иттена, интересуешься дизайном? — Живописью. Я учусь на художника, остался год. Специализация — портретная живопись. В моих картинах много цвета. А во мне мало.       Техён тянет бровь вверх в удивлении, но его голос звучит все так же ровно, как обычно: — Так далеко в твое резюме я не заглядывал, а надо было. Мне нравится искусство. Особенно изобразительное. — У меня, кстати, просмотр на следующей неделе, — непонятно зачем, сказал Чон. Но уже сказал. — Тебе нужен выходной в какой-то определенный день? Или ты меня приглашаешь, — улыбаясь одним уголком губ произнес старший. Он решил немного разрядить обстановку безобидной шуткой. — Да. И да. — Чонгук решил, что лучше предложить, чем не предложить.       В этот момент Пак Чимин благодарил всех богов, что они позволили ему быть свидетелем этого комичного диалога. Он как будто наблюдал за игрой в пинг-понг, при этом двигались только глаза, лишь бы получше слиться с обстановкой и не привлекать к себе внимание. Выражение лица его друга было настолько обескураженным, что хотелось сфоткать, иначе никто ему не поверит. — Что ж, по поводу выходного вопрос решим, а вот на счет приглашения я не могу быть так уверен. У меня на следующей неделе выходной только в четверг. — Это как раз в четверг. — И в полдень у меня назначен визит к доктору, не могу перенести. «К какому еще доктору, Ким Тэхён?» — думает про себя старший и винит за то, что не придумал отмазку получше. — Просмотр в пять. — Если успею. — Очень надеюсь. — Хорошо, можешь идти. Или что-то еще? — Да. Материал по брендам, — напоминает Чон о цели своего визита. — Да, да, я помню. Скину тебе в какао, — делает вид, что не забыл Тэхён. — Я бы хотел, чтобы Вы сами объяснили мне его. Я очень хорошо запоминаю все, что Вы говорите. — В другой раз, мой рабочий день подходит к концу, а тема обширная. Я расскажу тебе все в понедельник, ок? — Конечно, не смею Вас задерживать. Хорошего вечера, менеджер Ким. Хорошего вечера, господин Пак, — Гук почти вышел, когда услышал «Чонгук-щи» в спину. — Да? — Маску новую возьми, — менеджер протягивает парню пачку с черными медицинскими масками. — И не выходи без нее в зал, а то накажу.       После того, как младший скрылся за дверью, последовало молчание секунд в пять. — О. МОЙ. БОГ! — спародировал Чимин Дженис из «Друзей». — И когда ты собирался мне рассказать о нем? — О ком? — О твоем новом секси сотруднике, который только что пригласил тебя на свидание. — Это не свидание. — То есть с тем, что он секси возражений нет. — Я не буду отрицать очевидного, он хорош. — О. МОЙ. БОГ. ДВА! — не унимается Пак. — Когда ты его завалишь? — Чимин! Не говор чепухи! Я не имею никаких отношений на работе и с малолетками. К тому же я не уверен, что он гей. Он очень натурально выглядит. — Да он года на два тебя младше, давно ли это считается малолетством? Да и то, что он не гей — это лишь вопрос времени, если учитывать то, как парнишка словил на тебя краш только что. — Но он все еще мой сотрудник. И, как ты сам видишь, очень заинтересованный в своей работе, так что это не обсуждается. — Тогда зачем ты соврал ему про доктора? Почему просто не отшил, как всех до этого. — Я не хотел, чтобы мой подчиненный знал, что его босс на своем выходном хочет целый день пробездельничать. Я все-таки должен держать авторитет делового человека. — А вдруг он подумал, что ты болен. И судя по тому, что внешне у тебя никаких симптомов, то на ум сразу приходят болезни ниже пояса, — совсем уже угорая добавляет Пак. — Чимин, угомони уже свою фантазию.       Посмеявшись, блондин уселся ровно и, наблюдая, как его друг собирается домой, доставая из шкафа свою повседневную одежду, сказал: — Даю месяц. — Какой месяц, на что? — Через месяц он окажется в твоей койке. И такой длинный срок нужен только для того, чтобы ты потравил своих внутренних тараканов. Так-то парнишка готов прыгнуть в нее хоть завтра, я уверен.       Закатив глаза и ничего не ответив на комментарий Пака, Тэ продолжил свои сборы.       Кстати, во сколько нужно будет выйти из дома в четверг, чтобы успеть на этот Чоновский просмотр?

***

      В воскресенье в квартире семьи Чон, мини-вечеринка. Присутствуют на ней только дети семейства, пока родители выбрались на вечернюю постановку в театр на другом конце города. На кухне на круглом столе расположились закуски, заказанные из ближайшего ресторана, так как готовкой тут никто не увлекался. В холодильнике различный алкоголь ждал своего часа. Белое вино для Давон, джин для Хосока, он просто обожает коктейль из джина, спрайта и дольки свежего огурца, и пиво для Чона. Не очень празднично, но именно пиво младший предпочитает любому другому напитку. Да и накрывает его быстро, поэтому с алкоголем покрепче время вечеринки сокращается вдвое.       Из колонок играет «Another one bites the dust» группы Queen, а Хосок, выходящий из душа, дает всем отмашку на начало пьянки. У каждого свой повод. У Давон закончились занятия в университете, теперь она не увидит ни одного студента аж до сентября, с репетиторством она решила немного повременить. Устроила себе отдых от учеников, чтобы углубиться в научную работу. У Хосока с завтрашнего дня отпуск аж на четыре недели, так как накопилось очень много неотгулянных дней, так что клиника чуть ли не пинками отправляла его на заслуженный отдых, пока не сезон для всяких обострений. А у Гука наоборот — он отработал уже целых 10 дней на своей первой работе. Повод так себе, но для поддержки общего торжественного настроения пойдет.       Брат и сестра очень рады за младшего, ведь они не предполагали, что тот продержится больше трех дней. Его раньше кроме живописи вообще ничего не интересовало, а тут работа, да и не самая лёгкая, связанная с общение с людьми. Да и возвращался домой он не уставший, а довольный продуктивным днем. — Поделись впечатлениями о своей первой работе, братишка. Как там в этой роскоши? — начал Хосок. — Там действительно круто. Не ожидал, что этот мир настолько меня затянет. Пока мне все нравится. Хочется знать больше про моду. Да и клиенты интересные приходят, со стороны вижу, как с ними работают. Хочу в дальнейшем попробовать себя в этом, — совершенно искренне ответил Гук. — Ого, хочешь попробовать быть продавцом? — удивилась Давон, пока готовила брату коктейль. — А что на твою инициативу говорит руководство? Не будет против? — Руководство, — замялся младший, — я еще не говорил об этом менеджеру. Но думаю, он будет не против. Он очень классный, — немного засмущался парень. Никто этого не заметил, поэтому допрос продолжился. — Классный руководитель? Повезло. Вот мой главный — та еще заноза в заднице. Ему уже миллион лет и он со скрипом пропускает мои проекты. Приходится каждый раз вступать в спор, а иногда даже собирать комиссию, — жалуется Давон. — Ну менеджер Ким достаточно молод, младше вас, наверное. А еще видно, что ему нравится то, что он делает. Работает в свое удовольствие. Когда он рассказывает нам о брендах, или даже о цифрах и показателях, у него такое лицо… Не знаю. Мне хочется нарисовать это лицо. — Ну прям идеальный начальник. Предложишь ему попозировать? Ты никогда до этого не рисовал никого, вне стен универа. Прям так впечатлил? — Если ему понравятся мои работы, то предложу. Я пригласил его на просмотр.       Младший сделал глоток пива, наслаждаясь прохладой и хмелем, пока члены его семьи одновременно чуть не повыплевывали свои напитки и вперили удивленные взгляды на брата. — Его? — На просмотр? — Да ты свои рисунки даже бабушке нашей не показываешь, а тут парень, которого ты неделю знаешь. С чего бы? — затараторила сестра. — Он сказал, что ему нравится искусство. И я склонен ему верить. А значит, ему это может быть интересно, — спокойно отвечает Чонгук.       Художник никому из гостей семьи или маминых подруг не показывал свои работы, так как не видел в этом необходимости. По факту - им это не интересно, они не разбираются в искусстве, не могут правильно интерпретировать его живопись, а слушать заезженное «красиво» за то, что просто нос нарисовал на том месте, где он и должен быть, Чону совсем не хотелось. Из его окружение поистине его творчество могли оценить только мама и сестра, которой мать привила тягу к прекрасному еще в раннем детстве. Их мнение для парня было действительно авторитетным. — Ну что ж, предлагаю выпить за такое идеальное развитие событий на твоей работе, братишка. Надеюсь, ты не превратишься в ноющего и уставшего старикана в ближайшее время, — старший брат поднял свой рокс с джином и чокнулся с остальными.       Остаток вечера, молодые люди рассказывали друг другу забавные истории с работы и делились планами на предстоящий отдых. Изрядно так накидавшись, компания не нашла лучшего решения, чем продолжить вечеринку в каком-нибудь баре или клубе. Ведь скоро вернуться родители, которым нужно ложиться спать, а спокойный сон в намерения этой троицы никак не входил.

***

      Лёжа на плече у Юнги, Чимин пытается собраться с мыслями и найти слова для начала разговора, который он запланировал еще тогда в баре с Тэхёном, обсуждая проблему их взаимоотношений. Стоило, наверное, порепетировать, потому что фразы никак не шли. Да и те драгоценные минуты, которые они так гармонично проводят в постели после сладкого и нежного, а потом горячего и резкого секса — бесценны.       Вот только у брюнета похоже были другие планы. Он начал аккуратно вытягивать свою руку из-под головы младшего. — Малыш, полежи пока полчасика, у меня через три минуты катка, мы уже давно собирались на нее пойти с ребятами. Это быстро, закажи пока еды какой, потом кино посмотрим.       Парень поцеловал блондина в висок и кинул на кровать телефон с открытым приложением для доставки еды. Он направился в строну стола, на котором располагалась мощная PC система с двумя мониторами. Рядом удобное игровое кресло оранжевого цвета, в которое старший почти уже успел сесть, если бы не подушка, прилетевшая прямо в его спину. — Ты сейчас серьезно?! — Чимин стоял на кровати на коленях и дышал как разъяренный бык, глядя на своего парня. — Я ехал к тебе через весь город после того как намылся, набрился, уложился, напрыскался твоими любимыми духами для того, чтобы мы за полчаса трахнулись, а потом ты отправил меня кино смотреть? Я что, дома это сделать не могу? Мы виделись последний раз три недели назад, а ты не можешь перенести эту дурацкую игру? — Чимин не ждет ответа, он встает с кровати и начинает собирать свою одежду с пола, даже не смотря в сторону старшего. — Я не знал, что ты приедешь сегодня, поэтому мы запланировали эту игру заранее. Просто подожди полчаса и я снова весь твой, малыш, — отвечает Юнги, наблюдая за быстрыми сборами. — Ни через полчаса, ни через час, ни через день. Можешь не отвлекаться от своих важных дел с дружками — задротами, у которых секса в жизни никогда не было. Теперь и у тебя не будет! — Тут на кровати вибрирует телефон старшего и всплывает оповещение из чата «Гильдия»: «Ребята, сори, я сегодня не могу, планы поменялись».Чимин не специально успел это прочитать, но тут гнев его вспых с новой силой. — Оказывается, у кого-то в этой толпе школьников все-таки есть личная жизнь и он умеет расставлять приоритеты правильно, — шипит Чим и бросает телефон Юнги в руки.       Развернувшись, блондин направляется в сторону двери, но тут ощущает, что его тянут за запястье назад. Парень прижал его спиной к себе и прошептал на ухо совсем тихо: — Малыш, останься. Прости меня, я правда скучал по тебе. — Если бы ты скучал, Юнги, ты бы знал, когда я к тебе приеду, — оставаясь в той же позе, отвечает Пак глядя на дверь перед собой. — Ты бы звонил мне и спрашивал об этом. Ты бы сам приглашал меня. Ты бы не ждал, когда у меня у самого зачешется и я не приползу к тебе, лишний раз не отвлекая от важных дел. Ты бы спросил, где я был эти три недели и почему не приезжал. Это бы ты сделал, Мин Юнги, если бы действительно скучал по мне! — произносит совершенно спокойным голосом Чим, и лишь в конце слышится дрожь, от подступающего к горлу кома. — А я бы ответил тебе, что безумно скучал, что сначала не мог вырваться из-за работы, а прошлые выходные провел в похмелье, потому что напился до чёртиков из-за того, что ты мне уже две недели не звонил и даже не интересовался, как дела. Потому что даже не знаю, кто я для тебя, — Чимин развернулся в руках Мина и уже смотрел тому прямо в лицо. Глаза всё-таки предательски заблестели.       Юнги продолжал обнимать младшего, поджав губы и смотря в печальные глаза напротив. Но сказать он так ничего и не смог. — Кто я для тебя? — продолжил Пак. — Комфортный секс? Единственный гей из твоего окружения? Или что-то большее?       Юнги все продолжает молчать, а у Чимина все-же срывается несколько капель, из уголков глаз, сбегая быстрой дорожкой по щекам. — Знаешь, кто ты для меня, Мин Юнги? — решил до конца быть откровенным блондин. — Ты тот, кто больше года назад, в марте, спустился на наш этаж, чтобы починить комп на кассе и не найдя менеджера, обратился ко мне. Ты был в этом своем очередном капюшоне, что почти закрывал твое лицо. Кожа из-за этого казалась еще бледнее, чем на самом деле. Я подумал тогда, что ты как с показа Ямамото. Еще я помню твой тихий хриплый голос, который пытался выяснить, что же за проблема у нас такая с этим компом. А я ведь даже понятия не имел, — дыхание стало более прерывистым из-за сдерживаемых слез. Глаза Юнги тоже заблестели. — Я понятия не имел, но так хотел помочь, крутился все вокруг. А потом попросил посмотреть мой телефон, потому что не знал, как поставить блокировку на некоторую рассылку, и ты объяснил мне. Следом я пришел в ваш офис на шестом этаже, чтобы отблагодарить за услугу, принес пирожные. А это оказался как раз твой день рождения — 9 марта. Я тут же побежал в столовку, чтобы найти свечки или что-то типо того. По итогу притащил бенгальские огни и большие каминные спички. Мы их подожгли и ты задул эти три палки. — Чим немного улыбнулся уголком губ, вспоминая тот момент. — А потом мы обедали вместе, почти все лето на лавке через дорогу от работы. А осенью, в октябре, когда было уже холодно есть на улице, я все-равно вытащил тебя туда. Это был уже мой день рождения. Я купил те же пирожные, захватил горячий кофе, захотел отметить это событие на работе с тобой. Ты не знал, конечно, поэтому и свечей не нашлось. Но ты взял зажигалку, чиркнул ей, и велел загадывать желание.       Из глаз старшего потекли первые слезы, а нос покраснел. Но он продолжал смотреть в лицо напротив. Чимин уже не сдерживал водопада, он облизывал и поджимал губы, готовясь говорить дальше: — Я задул огонёк и сразу поцеловал тебя. Просто прислонился своими губами к твоим. Я так сильно боялся, но я так хотел. Я загадал тебя. И ты не оттолкнул, не разозлился. Ты ответил на поцелуй, — голос у младшего уже превратился в тихий скулёж. — У меня тогда внутри все перевернулось. Я почувствовал себя таким счастливым. Ни один подарок в тот день не обрадовал меня больше, чем твой ответ на поцелуй. И с тех самых пор именно я являюсь инициатором наших встреч. Именно я приезжаю в твой дом, не задерживаясь больше, чем на выходные. Именно я делаю заказы твоей любимой еды, потому что запомнил, что ты любишь и на что у тебя аллергия, пока мы обедали вместе каждый рабочий день. Именно я просмотрел с тобой все фильмы про супергероев, хотя даже лучшему другу отказал в походе в кино на один из них. И это именно я шепчу тебе слова любви на ухо, под твои хриплые стоны, пока ты получаешь удовольствие, — Чимин высвободился из чужих рук и вытер заплаканное лицо рукавами рубашки. Сейчас он такой нереально красивый, такой беззащитный. Хочется сгрести его в объятья, укрыть одеялом и никогда не выпускать, чтобы ничего больше не смогло причинить ему боли.       Но Пак не дает этого сделать. Он вытягивает руки перед собой, отойдя на небольшое расстояние. — Скажи мне, Юнги, нужен ли я тебе? Желанный ли я гость в твоей жизни и в твоем доме? Скажи, чтобы я не мучился и не страдал, а смог идти дальше, пережив эту боль. — Малыш, я… — губы Мина накрывает пальчик Чимина. — Только сначала подумай, хорошо? Не говори мне сейчас, взвесь все. Может, это действительно лучшая возможность избавиться от меня. А может ты поймёшь, что реально что-то ко мне чувствуешь. Позвони мне потом, — парень облокотился на дверь и опустил ручку вниз, готовый уйти.       Юнги делает шаг вперед и хватает блондина в охапку, утыкаясь носом в шею. Тот чувствует, что она стала мокрой от слез. — Котёнок, отпусти меня сейчас. Я обещаю, что вернусь, если ты меня позовёшь. Но сейчас тебе нужно подумать.       Чимин напоследок целует парня в висок с такой силой жмуря глаза, что становится больно, быстро отстраняется и покидает квартиру.       Мин так и остался стоять в коридоре перед дверью, за которой только что скрылось его самое большое сокровище. Он так и не смог его остановить, а ведь хватило бы всего трёх слов.

***

— Алло, Тэ! Собирайся, мы идем напиваться в клуб, — выпаливает в трубку Чимин, очень быстрым шагом отдаляясь от дома своего парня. — Чимин, твои любовные драмы доведут меня до цирроза печени. — Это не обсуждается, ты мне нужен. Встречаемся в одиннадцать у входа. — Подожди, а какой клуб-то? — По воскресеньям работает только гейский, дорогуша. Сильно не выряжайся — сегодня я звезда. — Ты всегда звезда! Ок, я буду вовремя.