Чёрное и белое

      В дверь постучали.       — Игорь, открой пожалуйста, — Наташа выпрямилась над тазом, в котором мыла Захара.       — Иду! — Игорь нехотя оторвался от футбольного матча. — Кому ещё приспичило прийти в это время?       — Здравствуйте. Игорь? — на пороге стоял мужчина лет сорока, в чёрном костюме и с элегантной чёрной бородкой.       — Да, — удивлённо ответил он. — А вы кто?       — Это не важно. Вам письмо. Распишитесь в получении, — мужчина, улыбнувшись, протянул конверт и бумагу.       Игорь быстро, почти не глядя, расписался, где показал мужчина, с удивлением посмотрев на красивый конверт с изображёнными на нём удочками и моторной лодкой на реке, недалеко от красивого, небольшого коттеджа.       — Спасибо, — мужчин всё также улыбаясь, слегка поклонился. — До свидания. Удачи вам.       — До свидания, — посмотрев вслед уходящему мужчине ответил Игорь.       Закрыв дверь, он повертел в руках письмо.       — Странно всё-таки, — Игорь пожал плечами.       — Кто приходил? — Наташа вышла из комнаты, вытирая руки о фартук.       — Да это так, по работе, — положив письмо на тумбочку, стоявшую за шкафом, так чтобы Наташа не видела, ответил он. — Ничего интересного.       — Ну, ладно, — посмотрев ещё раз на мужа ответила она. — А ты куда? Ну-ка одеваться!       Двухлетний Захар со смехом, прямо голышом, выбежал из кухни, где только что мылся.       — Ах ты хулиган малолетний! Ну-ка быстро к маме, — Игорь с улыбкой шлёпнул слегка малыша по попе, так что тот, подпрыгнув и снова залившись смехом, побежал обратно.       Когда они ушли, он прошёл в комнату и с интересом прочитал надпись: «Игорю Максименко», там, где должна была стоять надпись от кого, было слегка размыто, как будто водой, так что адрес отправителя, как Игорь не старался, разобрать так и не смог. Несмотря на это, он вскрыл конверт и стал читать: «Уважаемый Игорь! Я знаю, о чём вы мечтаете. У вас есть шанс всё это получить, от вас нужно лишь одно… Отказаться от самого дорогого. Не от жизни, не вспоминайте сказки. Просто от самого ценного, что есть у вас в жизни. Взамен вы получите всё! Вспомните свои мечты и решайтесь. Можете не спешить, у вас ещё есть время до завтра, а завтра, ровно в полдень, к вам подойдёт человек, вы сразу его узнаете — душа сама вам подскажет, и протянет документ, вам останется только поставить галочку — согласны вы или нет, и свою подпись… если, согласитесь. Ну, а если нет… Будете жить, как жили. Вам решать и только вам. … И получишь ты сполна.»       — Странно, — Игорь ещё раз повертел письмо в руках.

***

      Девушка подошла к двери подъезда. Достав ключ, она уже собиралась открыть дверь, когда её кто-то окликнул.       — Юля, если не ошибаюсь?       Девушка резко обернулась, перед ней стоял мужчина лет пятидесяти, в белом костюме.       — Вообще-то Юлиана. А вы ко мне? — она с удивлением посмотрела на него, окинув взглядом с ног до головы. Её удивило то, что несмотря на дождливую погоду и большую лужу у самого подъезда, он был в абсолютно белых ботинках.       — Извините, Юлиана — это вам, — он, улыбнувшись, протянул ей конверт.       — А что здесь? — она нерешительно взяла конверт.       — Письмо, — пожав плечами ответил мужчина. — Это вам предназначено, я всего лишь посыльный. И ещё распишитесь пожалуйста в получении, — он протянул ей бумагу.       Юлиана, расписавшись, опустила голову, посмотрев на конверт в своих руках. Вспомнив про мужчину, она хотела ещё спросить его, но, подняв голову, никого не обнаружила. Выбежав на дорогу, она посмотрела вокруг, но никого не было, только в нескольких метрах от неё на шоссе выезжала большая белая машина. Юля ещё раз посмотрела на конверт.       — Странный какой-то, — пожав плечами она положила его в сумку и направилась домой.        Открыв дверь, она прошла в комнату, где лежала больная мать.       — Пришла, — Люба с улыбкой посмотрела на дочь. — Ну, как там?       — Всё хорошо, мам. Я с врачом договорилась, завтра приедет посмотрит, если что — заберёт тебя. Всё будет хорошо, не переживай, — Юля улыбнулась матери. — А ты как? Всё хорошо? Как себя чувствуешь?       — Всё хорошо, дочка, мне уже лучше. Отец не звонил?       — Мам, ну, не начинай снова. Ты же знаешь, ему теперь не до нас. Надо уже забыть его, хотя и сложно, понимаю.       — Устала ты со мной, целыми днями возишься, свою жизнь тебе надо строить. Галя сказала, можно в больницу, полежу там, там уход, тебе легче станет.       — Мам, ну не надо. Я справляюсь, да и ты не лежачая же совсем. Ничего, преодолеем и это. Отдыхай, я пойду.       — Я тебе там поесть приготовила.       — Ну, зачем, мам? Я бы сама, тебе надо больше отдыхать, сил набираться.       — Да мне не сложно, дочка, я же устаю так даже больше, целый день лежать, да телевизор смотреть? Сил так не наберёшь.       — Ну, ладно, спасибо. Я пойду, — Юля, поцеловав мать, вышла из комнаты.       Вспомнив странного человека, принёсшего письмо, она взяла сумку и, раскрыв её, достала конверт. На нём была нарисована женщина в дорогом деловом костюме, склонившаяся над бумагами в своём кабинете, откуда открывался красивый вид на реку.       — Прямо как я мечтала, — Юля вздохнула, посмотрев на картинку.       Грустно посмотрев на закрытую дверь в комнату, где лежала мать, Юля вскрыла конверт и стала читать:       «Уважаемая Юлиана! Я знаю о чём вы мечтаете. Не всё так плохо, ваши мечты вполне осуществимы, но, чтобы они сбылись, вам нужно сделать сущую малость… отказаться от самого ценного, что есть в вашей жизни. Вашу жизнь мы даже не рассматриваем, она вам и самой пригодится, а вот ценное, то, чего вы таковым считаете, мы готовы принять от вас. Взамен вы получите то, чего так сильно желаете. Вспомните свои мечты. Можете не спешить, у вас ещё есть время до завтра, а завтра, ровно в полдень, к вам подойдёт человек, вы сразу его узнаете, душа сама вам подскажет, и протянет документ, вам останется только поставить галочку — согласны вы или нет, и свою подпись… если согласитесь. Ну, а если нет… Будете жить как жили. Вам решать и только вам. … И получишь ты сполна.»       — Странно всё это, — Юля в задумчивости подошла к окну. — Мечта, — тихо произнесла она. — А у кого их нет, вот только не у всех они осуществимы. А может рискнуть? — она ещё раз прочитала письмо. — А вдруг? Может это последний шанс? — разговаривая сама собой сказала Юля. — А ценное? Что у меня есть самое ценное?

***

      — Господи, только и пьёт, и пьёт! Когда уж напьётся-то совсем. Детей кучу наделал, а мне тяни их!       — Да ладно тебе, Валь. Ну, выпьет вечером, какой мужик у нас не пьёт? Ну, посидит с мужиками после работы. Чего ты разошлась? — Анна сочувственно посмотрела на подругу. — Когда он напивался-то у тебя? Да кого хочешь спроси. Мужик-то хороший. Ну, а кому сейчас легко? Вкалывает, как бык, где только можно, дай хоть немного расслабиться-то ему. Да и тебе самой думать-то надо было, когда рожала, куда столько наплодили? Трое родилось и ладно, больше и не надо. А ты давай одного за другим, вон сколько теперь бегает. А он, между прочим, каждому внимание уделяет, как не послушаешь его, через каждое слово: «Вот Ванька мой», «Вот Машка у меня», и улыбается. Ну, выпьет, чего такого? У других гуляют, лупят, что есть мочи, — вздохнула она. — Или вон как мой — нашёл себе новую, а мне теперь одной тащи их — мал мала меньше.       — Хоть в этом повезло, — вытерев глаза, Валя посмотрела на подругу. — Что правда, то правда. Ладно, пойду я. Что-то на душе тоскливо как-то.       — Да ты его, вместо того, чтобы пилить постоянно, ужином накорми, сама причешись, что ли, как-то, он и пить перестанет. Он же чего пьёт-то? Домой придёт, а ты как бешеная, это не так, то не так. Какому мужику это не в тягость будет? Вот ты и подумай. Лёшка-то твой — мужик работящий, держаться за такого надо, а не пилить каждый божий день.

***

      — Ну, чего, Лёха, домой? — Сергей подошёл к другу, курившему возле дерева.       — А куда же? Сейчас придёшь и начнёт, — Алексей, вздохнув, бросил окурок. — То ей не так, это не так. Тёща, зараза, науськивает, а эта слушает, выполняет, а та и довольна. Как же ей не хотелось, чтобы Валька за меня пошла, а она поперёк матери пошла, ещё и перед фактом поставила — беременна, мол, куда ж ей было деваться, согласилась, скрепя сердцем. И мстит всю жизнь. Одна радость — дети.       — Уйти бы тебе и живи спокойно.       — А их куда? Она же мне видится с ними не даст, тёща тогда мне совсем житья не даст. Нет, куда я от них. Да и куда уйти? Я ж родился где? Разве наездишься к ним, да и денег сколько истратишь? А на них, на алименты где тогда возьму? Нет уж, — Алексей махнул рукой. — Ничего, проживу. Лишь бы они счастливы были. Ну, ладно, пойду.       Он не спеша, закинув ветровку на плечо, пошёл в сторону деревни.       — Алексей! Здравствуйте! — мужчина, окликнувший его, слегка поклонился.       — Здравствуйте. А вы кто? — Алексей, обернулся, и с удивлением разглядел человека. — «Судя по всему заезжий какой: костюм, бородка — явно не наш, деревенский», — подумал он, внимательно посмотрев на мужчину в чёрном костюме с аккуратной чёрной бородкой.       — Я посыльный. Вам письмо, — он протянул ему конверт. — Распишитесь в получении. Алексей быстро расписался.       — А кто передал-то? — подняв голову, крикнул он, но никого вокруг не было. Алексей удивлённо покрутил головой. — Ни души, странно.       Он открыл письмо, быстро пробежав по нему глазами, и, оторвавшись, посмотрев ещё раз вокруг.       — Интересно. От кого хоть? — он посмотрел конверт. На нём красовался новенький трактор, стоявший у красивого большого двухэтажного дома. — Вот красота-то, — Алексей даже улыбнулся, рассматривая рисунок, но, вспомнив для чего достал конверт, пробежал глазами по адресату. — Чего-то размыто всё, странно. От кого хоть?

***

      Валентина не спеша шла по дороге, вспоминая слова Анны. Задумавшись, она даже не заметила поравнявшегося с ней мужчину лет сорока с аккуратной бородкой в чёрном строгом костюме.       — Валентина, здравствуйте! Я вам не помешаю? У меня для вас письмо, — мужчина улыбнулся, посмотрев на удивлённую Валентину.       — Какое письмо? От кого? — Валентина пристально посмотрела на мужчину.       — Я всего лишь посыльный, — мужчина пожал плечами. — Так что получите и распишитесь, — он протянул ей конверт и бумагу.       — Странно, откуда письмо? — Валентина покрутила конверт в руках, прежде чем расписаться.       — Спасибо, удачи вам, — мужчина, сверкнул глазами так, что у Валентины мурашки пробежали по коже.       Валя ещё раз посмотрела на конверт. Красивый голубой конверт с изображением новенькой многоэтажки у подъезда которой стояла шикарная, новенькая машина. Она даже улыбнулась, и, аккуратно разорвав конверт, так, чтобы не повредить рисунок, начала читать.       «Интересно. Ценное? А что у меня ценного в жизни? Старый деревянный дом? Или неработающий, ржавеющий мотороллер Лёшки? Какая ценность?» — Валентина даже усмехнулась, вспомнив свой дом. И задумчиво пошла дальше, в сторону деревни.

***

      — Мать, блин, достала совсем, — Никита, разговаривая с другом по телефону, ходил туда-сюда по площадке. — Запилила, блин!       — Слушай, а может уйти куда? — нерешительно спросил Ярослав.       — Куда?! Пока я несовершеннолетний, да ещё и учусь, буду жить с ними, — Никита скрипучим голосом повторил слова матери. — Как хорошо было бы остаться одному, пожить спокойно, делай что хочешь, иди куда хочешь. Никто не пилит, не требует. Не жизнь, а кайф просто, — он мечтательно посмотрел вверх.       — Извините, Никита, что прерываю ваш разговор, но можно вас на минуту?       Никита обернулся. Перед ним стоял седовласый мужчина с такой же седой небольшой и аккуратной бородкой, в белоснежном костюме.       — Вы мне? — он прикрыл рукой смартфон.       — Вам, — мужчина улыбнулся. — У меня к вам серьёзное дело.       — Да? Подождите минутку, — он отошёл чуть в сторону. — Слушай, Ярик, ты извини, у меня тут дело нарисовалось. Мужик какой-то говорит — дело ко мне есть. Давай потом поговорим.       — Чего за мужик? — удивился Ярослав.       — А я откуда знаю, но говорит что-то важное и по имени меня назвал. Давай потом поговорим.       — Ну, и чего же вы от меня от меня хотели? — выключив смартфон, Никита подошёл к мужчине.       — У меня для вас письмо, — мужчина вытащил из белой папки конверт.       — И что в нём?       — Я не знаю, оно для вас. Я всего лишь посыльный.       Никита в нерешительности взял конверт, повертев его в руках. Подняв его к свету, он посмотрел, что внутри.       — Там письмо, не сомневайтесь.       — Откуда вы знаете, если все лишь посыльный, — он усмехнулся, посмотрев на мужчину.       — Я разношу только письма, во всяком случае сегодня. Так что распишитесь в получении, у меня ещё дела есть, — мужчина протянул ему бумагу.       — И что в нём, вы не знаете? — всё с той же усмешкой спросил Никита.       Мужчина, пожав плечами, убрал бумагу в папку. Никита снова посмотрел на конверт. На зелёном фоне был нарисован подросток, стоявший у окна квартиры с кружкой в руках.       — Интересно, только что подумал об этом и — на тебе, странно всё-таки. А это точно мне? — Никита поднял голову, но рядом никого не было. — Ушёл. Ну, что же, почитаем, что там.       Разорвав конверт, он ещё раз удивлённо посмотрел на картинку. Быстро пробежав глазами текст письма, Никита снова огляделся вокруг.       — Интересно. Ценное. И что же это значит? Если не жизнь, тогда что? Что может быть у меня ценного, если я не работаю, своего счёта нет, живу с родителями? Какие ценности?       Так, в задумчивости, он пошёл к подъезду.

***

      — Мам, а мы домой? Мам, я гулять хочу, — Владик капризничал, дёргая Яну за руку.       — Владик, ты понимаешь, что мне надо домой? Видишь, у меня сумка тяжёлая? Отнесём продукты и пойдём погуляем.       — Да? А потом не выйдем! Ты мне вчера обещала, а гулять так и не пошли!       — Влад, успокойся! — строго сказал она. — Вчера дождь пошёл. Ты заболеть хочешь? Тогда вообще гулять не пойдёшь!       — Извините, Яна, можно вас отвлечь на минуту?       Яна обернулась. Перед ней стоял элегантный мужчина лет сорока в чёрном костюме и аккуратно подстриженной бородкой.       — А мы с вами знакомы?       — Конечно нет. Я должен вам кое-что передать, — он улыбнулся, посмотрев на мальчика с любопытством смотревшего на него. — Ваш сын?       — Да, сын. А что передать вы мне должны?       — Вот это, — мужчина протянул ей письмо. — И распишитесь, пожалуйста, в получении.       — Это, наверное, от Сергея? — она вопросительно посмотрела на него.       — Не имею понятия, я все лишь посыльный.       — Ну, хорошо, давайте.       Яна расписалась и с интересом посмотрела на письмо.       — Мам, мам! — дёргая её за рукав начал Владик. — Ну, мам! Дяденька исчез!       — Не говори глупости, Владик! — Яна недовольно посмотрела на сына.       — Мам, ну правда же, — обиженно сказал он.       — Всё хватит, пошли домой, — беря его за руку, ответила Яна.       — Мам, а чего там?       — Дома прочитаю.       Войдя в квартиру и поставив сумку на пол, она посмотрела на конверт. На всём конверте красовался рисунок: красивый богатый дом с бассейном, в котором плавала девушка, позади бассейна виднелось море, и пальмы на песчаном берегу.       — Вот это настоящая сказка, — вздохнула Яна. — Рай во всей красе. Мне бы туда.       Она аккуратно, чтобы не повредить рисунок, разорвала конверт. Пробежав глазами текст, пожала плечами.       — И что это значит? Ценность?       — Мам, мам, а папа когда приедет? — Владик выбежал из кухни.       — Владик, мне сейчас не до этого!       — Мам, я к папе хочу! — не унимался он.       — Папа тебя заберёт завтра. Успокойся уже! У меня и так голова болит!

***

      — Мать, отвали. По-хорошему тебя прошу, — Вадим повернулся на кресле, посмотрев на мать. — Мне и так сейчас плохо, а ты ещё со своими нравоучениями.       — Да ты хотя бы раз меня выслушал по-человечески. Только о себе думаешь! Эгоист! — Ольга, подперев бока, со злобой смотрела на сына. — Лене надо куртку купить, а ты все деньги не пойми куда истратил. Последние деньги были, специально отложила!       — Мать, ну зачем она ей? Она всё равно в интернате живёт, когда ещё приедет?       — А они там гулять не ходят? Паразит ты! Все нервы мои истрепал! Ни о сестре, ни о мне, вообще не думаешь! Лучше бы сестре помог!       — Чем ей поможешь? С её ДЦП? Это пожизненный приговор! Слава Богу, ей там помогают, ходит хотя бы. Другие вон и этого не могут, и живут! Я не помогаю?! Что я могу сделать?! Деньги, деньги! Как будто у нас с работой всё нормально. Куда я пойду?!       — Надо было раньше башкой думать! Сейчас бы и профессия нормальная была, и деньги! А вместо этого?.. Отсидел пять лет. Конечно, куда теперь с такой биографией.       — И что тогда ты от меня хочешь? Я работаю, вкалывая, где только можно, а тебе и этого мало! Что ты меня всё время прошлым попрекаешь! Ну, ошибся по малолетству, сколько лет уже прошло, а ты всё пилишь! А что же сама-то? Получала бы профессию, и работала бы.       — Когда её получать-то было, — уже более спокойно ответила Ольга. — Мать пьёт, сестра на мне маленькая, её кормить кто будет? Да и ты вскоре появился, а отцу ты очень нужен был?       — Мать, да пойми ты! Я машину купить хочу. Слава богу, на завод взяли, хотя бы там платят нормально, отложу денег немного, кредит возьмём. Сама пойми, Ленке так будет проще. Ей же всё равно тяжело, а так всё-таки машина, перевозить проще будет!       — Ладно, забудем уже. Устала я чего-то. На работе не всё гладко, — уже примирительно ответила она. — Ладно, машина конечно не помешала бы.       В дверь позвонили.       — Вадим, открой. Я отдохну хоть пойду.       — Здравствуйте, Вадим. Вам письмо, — мужчина в чёрном костюме протянул ему письмо. — Распишитесь в получении.       Вадим расписался, взяв конверт.       — А от кого письмо-то? — покрутив конверт в руках спросил он, подняв глаза. — Никого, — пожав плечами, Вадим закрыл дверь.       — Вадик, кто там?       — Да так, ошиблись! Это не к нам, к соседям!       Вадим ещё раз посмотрел конверт. На картинке красовался мужчина в костюме рядом с дорогой машиной, у большого коттеджа. Усмехнувшись, он разорвал конверт, вытащив оттуда письмо. Быстро пробежав глазами по строчкам, он задумался, посмотрев в сторону комнаты, где отдыхала мать.

***

      — А этого зачем сюда? Боишься, проиграешь? Боишься, моя чаша весов перевесит? — старец в белом усмехнулся, посмотрев на оппонента.       — Да просто так, для разнообразия. А ты уверен, что твоя чаша перевесит? Думаешь, матери не смогут отказаться от детей? — черноволосый старец вопросительно посмотрел на него. — Или дочь от матери не откажется?       — Мать есть мать. Она никогда не откажется от своего ребёнка, себя в жертву отдаст ради детей. Как и любящая дочь.       — В наше время всё поменялось. Родители отказываются от детей ради выгоды, дети от родителей. Всё покупается и продаётся. Люди стали корыстными, ради золотого тельца ничего и никого не пожалеют.       — Тебе положено так рассуждать и соблазнять людей, а я не верю, что всё так плохо. Добро всё равно победит.       — Сильного человека никакие льстивые речи с пути не сдвинут, любовь человека делает сильнее… Вот только любовь бывает разная. Кто-то любит семью и близких, а кто-то блеск золота и деньги. Завтра всё решится. Завтра увидим, кто из нас прав.