Синева океана

      Уроки русского языка для Антона Шастуна были самыми мучительными — всё это тупое заучивание правил, почти никакой логики, да ещё и училка отстойная. Эта старая тётка рассказывает темы так, что единственное, что хочется делать — лечь головой на парту и спать, потому что слушать эту тягомотину просто невозможно.       Но, как назло, именно сейчас Антон совсем не хочет спать, и единственное, что остаётся — это рассматривать вид из окна.       — Шастун! — Галина Ивановна выкрикнула фамилию так громко и резко, что Антон вздрогнул от неожиданности.       — Вы мне?..       — Кому ж ещё, у вас много Шастунов в классе?! Быстро к доске, а то, я смотрю, тебе скучно.       Шаст лениво поднялся с места и поплёлся к доске.       Ответив на слабенькую троечку, парень сел на место и снова принялся рассматривать двор школы и размышлять.       «Почему эти дурацкие уроки русского ведёт эта карга? Ей со своим маразмом и прочей хуйней уже на пенсию пора. Или даже в гроб…»

***

      Русский был последним уроком, поэтому сразу же после звонка Антон ринулся в коридор: ему срочно надо домой, чтобы поесть, кинуть вещи и побежать на встречу с его лучшим другом Димой Позовым, который на две недели уезжал в Воронеж к бабушке и дедушке, но немного задержался и не успел к самому началу учебного года, а сегодня вернулся. Парни сразу же договорились о встрече, потому что очень скучали друг по другу.       Антон так был увлечен мыслями о предстоящей прогулке с другом, что не замечал ничего вокруг и сшиб с ног мужчину. По асфальту разлетелась куча бумаг и папочек, которые выпали из кожаного портфеля.       — Ой, простите, пожалуйста!!! — начал извиняться Шаст, судорожно собирая разбросанные бумаги.       — Да ничего, парень, не волнуйся, — дружелюбно ответил мужчина.       Кстати, очень красивый мужчина. Он был одет в клетчатый костюм цвета кофе с молоком, в очках. Взгляд Шастуна остановился на глазах мужчины — бесконечная синева океана, засасывающая вглубь. Антон замер секунд на десять, смотря в два синих глаза.       — Мальчик? Мальчик! Что с тобой такое? — мужчина машет рукой перед глазами Антона, и тот наконец отмирает.       — А?.. Господи, простите, пожалуйста, — щеки парня слегка розовеют, и он торопливо собирает оставшиеся бумаги и, протягивая их незнакомцу, прощается.       — Ещё раз извините, до свидания!       — Спасибо, мальчик, и тебе до свидания.       «Забавный же мальчишка…» — пронеслась мысль в голове у мужчины. Он ухмыляется и идёт дальше по своим делам.

***

      Следующие двадцать минут, за которые Антон доходит до дома, он думает о том мужчине. Он не понимает, что в нём так его зацепило. Хотя нет, понимает. Его глаза. Таких красивых глаз он ещё никогда не видел. Антону хочется узнать — как зовут этого мужчину, кто он такой. Но он понимает, что, скорее всего, они больше никогда в жизни не встретятся. Хотя, ему очень хотелось бы.       Из этих мыслей Шаста вытягивает уведомление — Дима пишет.       Димка, 16:04       Тох, я на 10 минут опоздаю, извини       Шаст, 16:04       Ничего, сам задержусь немного       Парни договаривались встретиться в 16:30, но из-за того столкновения Антон пришел домой немного позже, чем рассчитывал. На пороге его встретила мама.       — Тош, еда уже на столе, иди скорее, а то остынет.       — Спасибо большое, мам! Я поем и пойду с Димкой погуляю, он из Воронежа приехал.       С мамой у Антона отношения прекрасные. Нельзя сказать, что она для него лучшая подруга, но всё же он ей доверяет и может поговорить на многие темы. Он очень ценит это, потому что знает, что сейчас доверительные отношения с родителями — редкость.       Спустя двадцать минут Антон уже выходит из дома и бежит на их с Димой место. Это уютная полянка в ближайшем парке. Они нашли её лет пять назад, когда им было по двенадцать лет. Сейчас им обоим семнадцать, а эта полянка до сих пор является «их» местом.       Дима уже ждёт Шаста там, и когда видит его уже у самого, скажем так, порога, подходит и обнимает. Ребята дружат с пятого класса, когда Антон перешёл в школу Димы, в его класс, и с тех пор являются друг для друга лучшими друзьями.       — Ну чего, рассказывай, чего за две недели случилось, — интересуется Дима, садясь на бревно, лежащее на краю поляны.       Антон усаживается рядом.       — Да ничего особо… Всё так же, как и было, только ещё более уныло без тебя, — У Антона в голове всё так же те глаза… те два синих океана, чуть не затянувших его в свою пучину…       — Тох, ты себя как чувствуешь, голова не кружится? Выглядишь не очень, — Дима задал этот вопрос и стал внимательно всматриваться в Антона — уж слишком странным ему показался его тон разговора, как будто он вовсе не здесь, на поляне, а где-то в потустороннем мире.       — А? Да-да, всё хорошо, — Шаст мотнул головой, пытаясь выгнать из головы этим движением мысли о том мужчине.       — А ты как съездил в Воронеж? Бабушка с дедушкой нормально?       — На самом деле, было очень уныло, и друзей нет, и заняться почти нечем, так что хотелось поскорее домой. Слушай, Тох, точно всё хорошо? Голова не кружится?       — Да, да, просто задумался       «Господи, эти дурацкие глаза всё не выходят из головы…»

***

      Ребята просидели на поляне часа два, а потом решили зайти к Шасту домой.       Мама Антона сделала мальчикам чай, и те отправились в комнату. Ребята говорили про компьютерные игры, про школу, вообще про всё-всё. Но образ мужчины так и не вышел из головы Шастуна. Эти глаза всё так же периодически пролетают в потоке мыслей…       Выпив чая и поболтав, Дима берёт у друга домашку и решает пойти домой. Время уже не раннее, а завтра в школу, а ещё и уроки. Антон провожает друга и садится за стол, часов до одиннадцати мучаясь над заданиями по физике и химии, — русский не делает, так как дико хочет спать, да и плевать на русский, на самом деле.       Антон закрывает учебники, идёт в душ и ложится спать, ведь за день устал жутко, и крепко засыпает, как только кладет голову на подушку.

***

      Утром перед школой Дима с Антоном, живущие рядом, встречаются и идут на уроки вместе, параллельно обсуждая различные насущные темы. Первым уроком, как назло, блядский русский.       Конечно же парни выбирают соседние парты подальше от учительского стола.       Минут через пять звенит звонок, но Галины Ивановны всё нет.       Прошло ещё три минуты. Никто не пришёл.       Ещё две. Никого. Весь класс шумно переговаривается, а у Шаста в голове проносится «Неужели после моей мысли, что ей пора бы в гроб, она реально умерла?.. Нет, бред какой-то…»       И вдруг дверь открывается, и в класс плавной, красивой походкой входит мужчина в клетчатом костюме цвета кофе с молоком и в очках.