Задержанный Чон

Страшно немного, но всё равно волнительно. Время уже не детское, а Джиа стоит в каком-то неизвестном для неё районе недалеко от парка, в свете фонаря и нервно перебирает пальцами подол толстовки, что была накинута поверх тоненького лёгкого платья. Людей на улице уже вообще нет, а потому ситуация напоминает сюжет плохо прописанного ужастика, но лейтенант старается не думать об этом. Чонгук действительно заявился к ней домой на следующий день, правда, не лично. Перед дверью квартиры стояла небольшая плетёная корзинка с глоксиниями. Знал ли младший о значении этих цветов, нет – не имело смысла, потому что стук сердца оглушал собственными чувствами и некой иронией, ведь всё и правда началось с первого взгляда. Среди колокольчиков цветов нежного кораллового цвета была небольшая бежевая записка, на которой старательно было выведено: «В пятницу в восемь у парка Борамэ. Буду с нетерпением ждать, нуна <3». Закусив губу и пытаясь подавить улыбку, Джиа разместила подарок у кровати. Несколько погрузившись в свои мысли, девушка не замечает, как Чонгук подкрадывается со спины и пугает до чёртиков. Вскрикнув, лейтенант сжимает плотную ткань в районе сердца и гневно восклицает, легко ударяя свободной рукой по мужской груди: — Йа! Да как ты обращаешься со старшими! — Прости, нуна, – смеётся молодой человек, костяшкой стирая выступившую слезинку. – Не сдержался. Какое-то время уходит на то, чтобы молодые люди успокоились, а затем Чонгук осторожно берет девушку за руку и ведёт в сторону от парка. На его лице играет улыбка, что сочетает в себе радость вперемешку со смущением. Джиа чувствует, что собственные щёки выдают ее истинные чувства, а потому решается спросить: — Что же ты придумал для нашего свидания? — Уверен, что тебе понравится, – горделиво выдаёт младший, пока они заходят в незнакомое здание и направляются прямиком к лифту. – Я подумал, что тебе стоит расслабиться и абстрагироваться от окружающей обстановки и рутины. Попробовать что-то новое, в конце концов. Кан вопросительно-удивленно вскидывает бровь, но решает не задавать вопросы. Слова Чона её искренне заинтересовали, а потому девушка решает сдержать своё любопытство и подождать. В конце концов, кто любит, когда сюрпризы раскрываются раньше времени? Она ведь все равно всё сейчас узнает, а пока можно и помариноваться в соусе из интриги, предвкушения и ожидания. Они выходят на крышу. Здание не слишком высокое, всего десять этажей, поэтому шум машин хоть и слышно, но он мягкий, не режет по ушам. Звёзд на глубокой синеве не видно, но яркие огни ночного города играют на небе, создавая причудливые островки света вместо них. Открытое пространство освещается не полностью, за счёт прикрепленного походного светильника у выхода. Около него же стоят две картонные коробки средних размеров, одну из которых Чонгук берет в руки и подходит к ограждению, игриво маня пальцем за собой и заговорщицки подмигивая. Когда шарик с водой встречается с лобовым стеклом какой-то легковушки, она чудом не разряжается сигнализацией, только брызги разлетаются во все стороны, как и смех младшего. Джиа в шоке прикрывает рот ладошкой и смотрит вниз, ожидая, что хозяин выскочит в любую секунду и начнётся суматоха, но этого не происходит. Чонгука подобная реакция лишь больше раззадоривает. — Да ладно тебе, нуна, – он вытаскивает очередной снаряд и протягивает его. – Не будь такой скучной, ну же. — Чонгук, ты с ума сошёл. Это же хулиганство! А я, вообще-то, сотрудник полиции! — И что? – фраза ставит в ступор, и Кан откровенно теряется, не подбирая слов. Она возмущённо сопит на то, что Чонгук уже всучил ей шарик и собирался бросать второй. – Никто не узнает. Повеселись со мной, а? Смелее. И улыбка такая хитрая, дерзкая, что аж раздражающая и бесячая, пока на фоне слышится очередной взрыв. Молодой человек разрывает зрительный контакт и хихикает, рассматривая предполагаемое место катастрофы. Джиа – взрослая состоявшаяся девушка, на секунду – почему-то ведётся, сразу проигрывает в так и не начавшейся войне, и, с поджатыми губами и закрытыми глазами, тоже отпускает шарик в свободный полёт. Если бы кто-то спросил о мотивации ее поступка, она вряд ли бы ответила. Просто что-то внутри подтолкнуло к этому. Шарик, тем временем, приземляется рядом с машиной, брызги образуют некое подобие цветка, и внутри бьется щенячий восторг и детская радость. Чонгук полностью разделяет эти эмоции, смеётся и хлопает в ладоши, не отрывая взгляда от девушки. А потом берет сразу несколько бомбочек. Когда раздаётся сигнализация и жильцы выбегают на улицу, парочка резко убегает к другому краю, чуть не попавшись. Адреналин постепенно отпускает, поэтому они садятся на ограждение, перекинув ноги, и любуются открывающимся видом. Чонгук копошится в своём рюкзаке, а затем достаёт две упаковки бананового молока. Джиа начинает смеяться пуще прежнего. — Эй, – игриво тянет юноша, слегка толкая под бок. – Оно, вообще-то, очень вкусное! — Ты мне так нравишься. Изо всех сил стараешься казаться старше и круче, но на самом деле сидишь сейчас на свидании и пьёшь банановое молоко. Слова вылетают быстрее их осознания, и оба неловко замолкают, давясь напитком. Чонгук бурчит что-то вроде «Я его украл», и Джиа некрасиво давится, снова озаряя округу своим смехом. Мальчишка смущённо улыбается, немного робко произнося и теребя молнию на куртке: — Ты тоже мне очень нравишься, нуна. Я надеюсь, тебе со мной комфортно. — Очень, – так же неловко в ответ, но не менее искренне. Лицо Чонгука светлеет, оно словно сияет изнутри, он пододвигается и чмокает быстро в губы, стесняясь чего-то большего, ведомый эмоциями. Вдогонку слышится игривое «Как насчёт следующего свидания в бассейне?».