мой падший ангел

— Антон! Антон! Вставай! Нам пора в универ! Парень лениво потянулся, зевнул и перевернулся на другой бок, накрывшись одеялом с головой. — Я сейчас без тебя уйду! — грозно проговорил Арсений, пытаясь стянуть мягкую "защиту". Шастун также не поддавался, лишь продолжая бурчать и недовольно хмыкать. — Как скажешь, я пошел, — молодой преподаватель ушел в коридор , вскоре закрыв за собой дверь. *** Из окна били лучи солнца, скача и веселясь на лице ангела. Самому же парню это нравилось не очень сильно, из-за чего тот жмурился и пытался скрыться от надоедливых гостей с улицы. Но тот все же сдался. Встав с кровати, тот задернул шторы, тяжело вздохнул и сел на кровать. — Блять, Арсений... Почему я продолжаю о нем думать? Мне это вовсе не нужно, тем более, я скоро отправлюсь обратно, в свой персональный ад, сделанный моим отцом. То, что я ослушался пару раз этих идиотских уставов в святом месте, то меня сразу выперли из Рая. А отец был только рад, ведь ему якобы надоело за меня краснеть! Ну пиздец какой-то. Я не хочу обратно, я хочу жить здесь, на Земле... Это даже скорее не наказание, а поощрение... Арсений... Арсений! — парень ужасно раскраснелся, представляя самые грязные дела, которые они могли бы делать вместе. Член того буквально "вырос" на глазах. Не сдерживая возгласов и стонов, Шастун начал мастурбировать. Да, неопытный парень не знал, что нужно это делать с какой-либо смазкой, поэтому делал все на сухую. Было больно, но видимо это именно та боль, та, скорее, даже приятная боль, которая нужна была в тот момент. Тот старался плавно водить рукой по члену, нежно трогая головку. Коленки тряслись, ладошки краснели, а член парня уже был готов "выстрелить". — Арс... Ты самый настоящий ангел... — на такой драматичной ноте он и кончил. (да я романтик (~￣³￣)~ ) Вскоре он опомнился от своих мыслей. Шастун находился в том же положении, в котором и был, завершив мастурбацию. Вскочив, тот буквально побежал в душ. Ловкими движениями стянул шорты, трусы, а также футболку, после чего заскочил в душ. Антон безумно боялся того, что преподаватель застанет его в таком неловком положении. Ему хватило одной ссоры, другие ему были ни к чему. Принимая душ, он успел, так сказать, вспомнить Арсения ещё несколько раз. Через полчаса лягушка-Антон выползла из ванной, завернувшись в полотенце. Ему резко захотелось покурить. За такое короткое время использования табака, успела выработаться какая-никакая, но привычка. Стоя с махровым полотенцем на поясе, тот элегантно покуривал какие-то дешёвые сигареты, которые он, понятное дело, скоммуниздил у Арсения. Они были жутко вонючие, а Шастун, как школьница после перекура с подружками после школы, пшикался одеколоном и духами. Арсений уже давно все знал, но не подавал виду. Какой смысл ругать паренька? По сути, Антошка-то старше его в несколько раз... Звук поворота ключа в замочной скважине. Шастун быстро выкидывает бычок в окно, забегает в спальню и с грохотом захлопывает дверь. — Антош, я дома, — парень проходит в квартиру. — Антон? — Да, да, я сейчас! Я одеваюсь! Подожди! — Пф, и что я там не видел? — Арсений усмехается, разуваясь. Шастун экстренно застилает постель, ищет первые попавшиеся вещи, а также брызгается духами. Буквально спустя пару минут, все было готово. Он выходит в гостиную, где уже с чашкой чая на диване сидит Арсений. По его лицу можно увидеть, что он жутко уставший. Как-то недолго раздумывая, ангел плюхнулся рядом. — Тох, у тебя футболка навыворот надета. И... — парень начал принюхиваться. — Ты продолжаешь скрывать то, что ты пиздишь мои сижки? — Арсений приподнял уголки губ и притянул того к себе за шиворот. Антон растерялся, его манера и самоуверенность пропала. Тот отвёл взгляд и закусил губу. — Ну же... Признайся, Антоша, — Арсений притянул того к себе настолько близко, что их губы были буквально в паре сантиметрах друг от друга. Внезапно Шастун заметил, что от Арсения несёт спиртягой. Тот отстранился. — Ты чё, бухой? Попов опешил от такого вопроса, на миг изменив выражение лица, но быстро поменяв на ту же в каком-то смысле коварную улыбку. Антон, все же, решил не терять времени и поддавшись вперёд впился в губы парня. Он и не был против. Ангел, пересаживаясь на колени к преподавателю сразу же начал тереться членом о них, запуская руки в волосы того. Момент и Шастун уже лежит на диване, а обнаженное тело ласкают лучи закатного солнца. Арсений уже стянул с себя брюки и расстегнул рубашку. — Подожди минуту, — Попов срывается с места, забегает в спальню, таким же быстрым темпом открывает ящик тумбочки, после чего быстрым шагом, захватив лубрикант, направился обратно. Антон, в свою очередь, плюнув на свои пальцы, уже во всю старался растягивать себя. В ход пошли уже два пальца, тот сладостно постанывал. Преподавателя лишь сильнее возбуждали эти тихие завывания. Он нанес лубрикант на уже вставший член и растер смазку. Ангел же одной рукой продолжал растягивать себя, а второй ритмичными движениями тер член. Попов вставил также два своих пальца, от чего Шаст поднял ноги и прижал их к себе. Аккуратно вынув пальцы парня, старший вошёл в того. Сначала движения были медленными, но вскоре превратились в более ритмичные и быстрые. Арсений прижимал того к себе, а Антон двигался в темп тому и продолжал работать ручкой. Хоть Попов и не был преподавателем физики, но закон силы трения на практике своему студенту он все же показал. — Я... Я скоро кончу... — простонал пассив и откинул голову назад. Арсений и сам уже был на пределе. Наклонившись, тот начал покусывать и облизывать набухшие соски, от чего движения рукой нижнего участились. — Арс... Арс... — Кончи со мной, сладкий, давай,— те закончили одновременно, кто в руку, кто внутрь. Арсений выходит из взмокшего тела и устало садится рядом на диван. Антон и вовсе до сих пор не осознал то, что вообще сейчас произошло. Он смущённо встаёт с дивана и уходит в ванную, чтобы "вспомнить" и "обдумать" все эти моменты ещё разок. Он закрывает за собой дверь и садится в ванную, задернув шторку. Тот включает воду и слабо улыбается, вновь опуская руки на член.