***
Я как робот сделала утренние дела. Ванна, кофе из кофемашины, брюки и рубашка, на любимую машину и вперед на работу. — Блэйкфокс Рэйлин Джена. Приятно познакомиться. Я работаю финансовым аналитиком в одной из крупных компаний моего города и даю иногда консультации. Никогда бы не подумала об этом в прошлом. Особенно учитывая, что во время брака работала бухгалтером. Как и училась на него. На данный момент я познакомилась с мужчиной и просматриваю его документы. Его проблема вполне обычна. Недавно в разводе, алименты, хочет накопить на жилье и тому подобному. Меня всегда удивляло, как меня это затягивало и оплаченные три часы прошли как секунды. Работа в какой-то момент стала спасением. Я боялась снова упасть в пучину самокопания и самонакручивания, поэтому с головой окунулась в работу. Деньги так таковые мне не нужны были, но сейчас, когда у меня есть вклады и капают проценты, ещё и несколько акций, чувствую себя в безопасности, которой в моей жизни было как-то маловато. Раньше это волновало, а теперь безразличие ко всему. Но, наверное, это к лучшему. — Джена. — Я сдержалась, чтобы не начать выдавать на мать пламенную речь. После всего, что было в моей жизни, я стала использовать свое второе имя, а точнее первое, Рэйлин. — Дорогая, свадьба Максима и Джеки в конце июля, ты помнишь? — Да, я помню. Спасибо за напоминание. — Конечно, львенок. Я улыбнулась своей детской кличке. Я родилась под знаком зодиака льва и часто напоминала своим поведением кошачью породу. Джеки частенько говорит, что во мне живет кошка. Своевольная, независимая, но, которой нужна ласка и внимание… Она абсолютно права. — Так в чем проблема? Я успеваю и возможно проведу у вас день рождение. У меня ещё… — Я посмотрела в календарь. — Чуть больше полугода. — Ты же знаешь, я все понимаю… И то, что ты прекратила называть меня не то, что мамой… Даже матерью… Просто, может приедешь насовсем к нам? Постучав пальцами, я перевела тему и закончила разговор. Ничего не хочется, кроме горячего душа. Проблема в воспоминаниях. Я серьезно поругалась с родной после депрессии и попытки самоубийства. О которой они не знают. А Макс. Он не сказал. Он был занят Джеки и узнав, что я в надежных руках, привозил лекарства и продукты, уходил. Моя первая любовь неправильно логична. Лучший друг, первый опыт, подростковый возраст. Все сходилось. Однако, мы не были влюблены. Нас влекло, была симпатия, но на этом все. Привычка. Новые эмоции, ощущения. А потом Джеки сказала, что влюблена в моего парня. Нам было едва по семнадцать. Она долго скрывала, но решила со мной поговорить. Отец на тот момент был в командировке, и на меня, в отличии от Джеки, было плевать, не родная доченька, фу. Она в любом случае не стала с ним это обговаривать. Её не смущали отношения между нами уже третий год или даже четвертый. У меня с ним все было впервой. Поцелуй, с которого начали встречаться и пошло поехало. Я уехала на следующий день в колледж, пожелав им удачи. Десять лет… Нет. Кажется. Одиннадцать. Двенадцать будет, когда в августе исполниться двадцать восемь. В моей жизни я рискованно спешу. Распустив пучок, я расслабилась. Я еду в родной город по работе. Чертово повышение и на мое замечание о том, что я в жизни больше не хочу возвращаться в этот город успех не взял. Отец Максима постарался. Он волновался, что единственный друг, так и скорая родня, не хочет жить бок о бок со своими близкими. Но куда уж. Единственная радость в том, что полет будет с пересадкой и между ними я задержусь там на неопределенное время.***
Третий день, а мозги сварились. Это не то, что проблема, но я не ожидала такого… Подходящего слова не нахожу. Зато есть передышка. Помощница и секретарь Николя, отца Макса, тут и будет работать со мной. — Простите, меня зовут Кармен Алайя. Перед мной села брюнетка крашенная в то ли в серый, то ли в белый. Но такие редкие темно-изумрудные глаза знакомы. — Привет Алайя. — Привет Дже… Черная лиса. Я улыбнулась. Поменяв фамилию с Мунлайт на Блэйкфокс два раза, я рада тому, что кто-то это хотя бы ценит. Пусть и это болезненный для меня человек. После депрессии и после развода. Хотя, вру. Я не меняла тогда фамилию. — Давно не виделись. — Угу. Ты исчезла, я жива. Ее лицо исказилась виной и болью. Она исчезла, когда мне стало лучше. Но была жива, а вот внутри. Вопрос большой. Не знаю как, но она нашла меня, когда я собиралась покончить со всем. Отвезла в больницу. Кормила, ухаживала. До сих пор помню запах ванильной гигиенички на ее губах и на моем веске. Долгие недели. Я не помню сколько прошло как начала жить с ней. А чуть позже с ее родителями, что заботились обо мне. А потом… Она исчезла, а я так не смогла признаться в чувствах. Я ушла от ее родителей, прекратив называть свою маму мамой. А после развода даже матерью. Больно. Снова… Не хочу. Я тряхнула головой и отпила чай. Алайя тихо посмеялась с моей реакции. Прекрасно знает и помнит, что я всегда пью слегка горячий или теплый. — Прости… Прошлое не вернуть… Давай сосредоточимся на настоящем. Я хочу домой, к своим родителям, к своему питомцу. А ты обратно, но полетишь со мной. Я не ответила, лишь смотрела в документы. Не хочу. Нет сил. Желания. Гнетущая пустота, грусть и тоска. — Я отговаривала мистера Вуда. Но… Сама знаешь. Упертость. — Спасибо. Она встала и обняла меня. Через пару секунд резко отстранилась и мы начали работать. — Кстати, тебе шел подбритый затылок и каре. А теперь у тебя длинные волосы сверху и ничего. Не обратив на это внимание, я погрузилась в работу. Мне не нравится то, что происходит. Особенно то, что Алайя обращает на меня внимание, делает комплименты, иногда неуклюжие и полные стеснения, а также ходит с моей прошлой прической. В точь-в-точь.