сегодня конец света

Год назад.

— Блять. — Стайлз, я… — парень хотел подойти, но одернул себя. — Просто будь здесь. Я не знаю, как тебе объяснить. Я подойду, ладно? Слой ваты? Нет. Слой бетона. Я находился в невидимой коробке, отлитой из него, и сквозь неё ничего не могло пробраться. Все звуки разбивались о стенки и превращались в неразборчивый гул, даже изображение было размытое. Ничто не достигало моего мозга. Ни-че-го. Кроме пары красных точек, которые, казалось, сожрали весь свет в комнате. Друг все же встал. — Нет. — таким хриплым я свой голос еще не слышал. — Нет. Сейчас я встану, уйду, и ты не остановишь меня. — Ты не можешь. Стайлз, уходить нельзя. — Нельзя? Я не твоя собака, чтобы… — в секунду он оказался напротив, его глаза сверкнули красным. — Стилински, ты никуда не уйдешь.

***

Слишком светло, слишком чисто и идеально. Хочется что-нибудь разбить. Бросить о стену. Перевернуть все цветочные горшки и раскидать землю по всему белоснежному полу. Черт, даже они бежевые. Глазу не за что зацепиться, все настолько однотонное, что хочется выть. Белый, бежевый, очень белый, не очень бежевый. Нужен акцент. Что-то яркое, маленькая деталь, которая поменяла бы настроение этой комнаты. Что-то… красное.

***

— Блять, Скотти, что происходит? Что ты несёшь? Почему они, блять, красные? — Стайлз, пожалуйста, сядь. Я все объясню, тебе просто нужно успокоиться. Я понимаю. Стайлз, все будет нормально. — Нормально? — все мое нутро обернулось против этого слова, внутри образовался шар энергии, готовый взорваться в любую секунду. Скотт посмотрел на меня. — Ты не истеричная девка, Стилински, соберись. Я дал тебе достаточно времени на крики.

***

Почему небо блеклое? Почему все, что я вижу, потеряло краски? Чего не хватает? Столько вопросов и ни одного ответа. Таблетки? И они тоже белые. Такие белые. Где же-е мой рецепт? Доктор, до-октор, ну послушай меня-я, Я совсе-ем схожу с ума. Ты можешь быть Алисой, Я стану Безумным Шляпником.

***

Слова Маккола хлестнули по щеками и успокоили сгусток внутри меня. Наверное, я никогда не чувствовал себя таким спокойным. Я сделал то, что казалось правильным. — Серьезно? Виски? — несмотря ни на что, привычная ухмылка Скотта никуда не исчезла. Я устало опустился обратно на диван. — Рассказывай. — парень вздохнул так, как будто на его плечах была тяжесть всего мира. — Айзек был неплохим парнем, просто… оказался разменной монетой. Нам троим было по шестнадцать, когда все произошло. Тебе нельзя было знать ни о чем. Вы с отцом не были местными, а Дерек не мог доверять никому… он почти сошел с ума. — я не ослышался? — Дерек, мать его, Хейл? Тот, который практически разрушил наши компании до основания? Ты издеваешься? — Стайлз, просто слушай. Ты помнишь тот особняк, который сгорел в Бейкон Хиллс? — я помнил ужас, охвативший город тогда. — Его подожгла тетя Эллисон. — что, блять? — Но никого же в итоге так и не обвинили. Блять, там же сгорела заживо семья. Как она…они? При чем здесь это? — Стайлз. — Я понял. — иногда мне следовало заткнуться. — В том доме сгорела не семья. Стая Хейлов. Они были связаны так сильно, как ни один человек не мог представить. Эта сучка сожгла все дотла. Заперла в доме всех, не оставила ни одной щели для выхода. В живых остался только Дерек. Его дядя каким-то образом умудрился вынести его из дома, а, вернувшись за другими, погиб в огне. Парень остался совсем один. Представь, что все твои близкие мертвы, Стайлз, что ты будешь делать? — Мстить. — Конечно. — улыбка Скотта была безумной. — Знаешь, когда охотникам больнее всего? Когда добычей становится один из них. Тьма сгущалась около стоящего у окна парня, он него волнами исходила опасность, и я не мог понять, почему. Кто был здесь вместо друга? Я мог поставить все, что у меня было на то, что стоял передо мной не Скотт. — Дерек сколотил странную стаю — больной астмой футболист, паренек, которого, как по расписанию, пиздил отец и дочка охотника. Сначала я думал, что мы не больше, чем просто случайный выбор. Но Хейл пытался отобрать тех, кто был бы ему благодарен. Кто бы мог подумать, что мы станем во главе Нью-Йорка, а? — Где он сейчас? — голос звучал так, как будто я несколько часов истошно орал. Я прокашлялся. — Почему Лейхи мертв? — О, убил Айзека не Дерек. Он его нашел. — опять эта улыбка. И… клыки? Блять.

***

— Мистер Стилински, Вы меня слышите? — моргнув пару раз, я обнаружил, что мужчина, сидящий напротив, пристально вглядывался в мои глаза. Слишком пристально. — Что произошло, когда Вы приехали к своему другу? Скотт, верно? — Алан, тебя внезапно ударил приступ глухоты и ты не слышал ни слова из того, что я сказал? — шипению, которое вырвалось изо рта, позавидовала бы самая гадкая змея. — Мистер Стилински, Вы не сказали ни слова о том, что произошло после. — удивительно, как этому человеку удавалось сохранять самообладание. Надо брать с него пример. Мои губы расплылись в улыбке. — Тогда перейду к сути, Док. Он меня убил.