Алая кровь

Я надела одно из своих лучших платьев, ведь выезд с ним это всегда крайне важно, значит нужно выглядеть подобающе. Аккуратно уложила волосы, накрасилась и оставалось только обуться. Платье было не особо пышным, но чёрным как ночь. Птица уже стоял и ждал меня, протянул руку и помог выйти из здания. В машине стоял приятный аромат его духов. Я не хотела отвлекать его от дороги, поэтому старалась молчать всю дорогу. Он изредка поглядывал на меня и будто о чем то думал. Когда машина подъехала, передо мной красовалось огромное здание, походу это был отель. —Где мы?— поинтересовалась я —Надо забрать одну девушку,— я вопросительно посмотрела на него, но он молчал. К машине подошла черноволосая и сразу же заулыбалась. —Сереженька! Как ваши дела?— она уселась сзади и тут заметила меня,— А кто это? Ваша сестра? Чего и следовало ожидать. Только мне хотелось начать возмущаться, как Птица положил руку на мою и аккуратно сжал, будто говоря этим молчать. —Нет, Мария, это моя жена,— я непонимающе уставилась на него, на что тот слегка ухмыльнулся. —Неужели? Он ничего не ответил и нажал на газ, все ещё придерживая мою руку. Когда мы подъехали ко второй точке, Птица помог мне выйти, а затем наклонился и слегка чмокнул в губы. —Только без сцен ревности,— прошептал он и заправил прядь моих волос за ухо. Мы зашли в какой-то дорогой ресторан. Птица придерживал меня за талию, направляя в нужную сторону. Когда мы подошли к столу, Мария села рядом с каким то мужчиной. —Дамы, господа. Приветствую вас всех и хотел бы вам представить мою жену. Елизавета Разумовская,— Птица помог мне сесть, а после этого сделал тоже самое,— Я считаю время обсудить все условия контракта. Что вы предлагаете? —У нас для вас выгодное предложение,— заговорил один из мужчин и на этом моменте я отключила слух. Они ещё долго все обсуждали и когда дело дошло до бумаг, Птица начал внимательно все проверять. Поставил свою подпись и посмотрел на меня. —Поехали, я закончил,— Птица помог мне встать и вывел из заведения. На улице было темно и я выдохнула свежий запах улицы. —Не хочешь прогуляться? —Нет, мы едем домой,— с какой-то непонятной мне нервозностью он посадил меня в машину. —Что-то случилось? —Не твоего ума дело, все в порядке. Когда мы доехали до дома, я находилась в каком-то непонятном, полу расстроенном состоянии. Он это почти сразу заметил и прижал меня к стене, схватив при этом за шею. —Ну что не так? Что ты вечно пристаешь ко мне?!— я не понимала что уже сделала, страх сковал все тело. Не знаю как я вообще решилась на это, но сразу же запустила руку в его мягкие крылья, хватка слегка ослабла и он закусил губу,— Убрала руку Но он даже не пытался меня остановить, а затем и вовсе убрал руки с шеи. Птица, опустив голову, позволяя гладить крылья, слегка рыча при этом. Он резко прижал меня к стене и впился губами в губы, заставляя меня выплюнуть весь оставшийся кислород. Его руки начинают цепляться за каждый кусочек тела, а затем он просто разрывает ткань на платье. Он мнёт мою грудь, кусает шею, но руки из крыльев убрать не позволяет, лишь просить продолжать гладить. От разницы температур тела кружится голова – я прислоняюсь грудью к ледяной стене, чтобы ему было удобнее, а он сдвигает трусики в сторону, лаская промежность, теребя клитор и проникая пальцами в щелку. Дыхание перехватывает, а я стону так покорённо, так тихо и на выдохе, с такой мольбой. Он, лаская меня двумя пальцами, средним и указательным, освобождает возбуждённый орган из тесного плена ткани. Он явно боролся с желанием войти сразу или же подразнить меня, но вместо этого подхватывает на руки и несёт в спальню. Птица оставляет горящие поцелуи на висках, подбородке, шее и даже ключице, но губы явно избегает. Он берет член в руки, направляет, водит головкой по промежности, то несильно прогревы в неё, то просто водил по нежной коже. Моя голова начинала кружиться от огромного потока ощущений. Мне и холодно и жарко. Он входит, а это ещё более возбуждающе, горячее. Глубже. Сначала он делает это медленно, позволяя мне вспомнить на сколько он огромный, а затем начинает ускорять темп. Его губы наконец-то накрыли мои в жадном поцелуе. Крыша едет. Экстаз захлёстывает, лишает рассудка и оставляет только сбившееся дыхание, рваное, тяжёлое. Этот оргазм ничем не похож на предыдущие. Птица выливает горячую жидкость внутрь меня и заваливается рядом, жёлтые глаза закрываются, а он продолжает тяжело дышать. Я пытаюсь отдышаться, ноги все ещё слегка потрясает от оргазма и по телу словно проходит электрический ток. —Теперь ты понимаешь почему я просил не трогать крылья?— глаза раскрылись и он посмотрел на меня каким-то совершенно новым взглядом. —Если после каждого прикосновения будет такое, то надо трогать их почаще.