Огранка

– Бертииии! – Нет.       Эту прием-передачу Сентябрь слушал уже двадцать минут. Не то, чтобы он не понимал Альберто, Декабрь действительно может быть утомительным! Но правда, включить бы хоть немного ветерка... – Сент, поработай над поведением своего брата! – Братик... – Нет! Вы оба глухие в жопу?! Нет значит нет!       Отдалённо Альберто можно было понять. В Кабардино-Балкарии сейчас ослепительными красками сверкал июль и на макушку, по на самом деле не слишком известным причинам, припекало солнце и все сорок градусов жары вместе с ним. – Ну посмотри на ситуацию объективно!       Дес развёл руками, очерчивая этим всю небольшую горную тропу, сухую траву и песок на ней, отвесные синеватые утёсы внизу, куда от такого широкого жеста чуть не полетел Сентябрь. – Я не могу устроить это приключение - слишком большая разница температур, – он вновь махнул руками, заставляя Сента присесть и молча выкатить глаза, – мелкий не может, потому что слишком боится Июль!       Сентябрь только молча кивнул. Его рыжий хохолок подпрыгнул и повис под тяжестью пота. В целом, идти в Грузию через горы, потому что там меньше охраны, была идея Деса. В целом, внезапно влетать на деньги и не отрицать никаких обвинений была идея Альберто... Идеей Сента было только навестить братика в тяжёлое время... Ну, кто ещё ему передачи бы в тюрьму носил... – А я думаешь её не боюсь?! Всмысле, э, я что лекцию тоже хочу слушать?       Если держать в голове счёт, оборона Альберто стремительно проседала. Его тёмно-синие штаны из изолятора были подвернуты у колен, но всё равно бесконечно сползали и угрожали вновь раскататься. Белая футболка превратилась в майку и была залита потом. Лапки Моли послушно покачивались из приоткрытого рюкзака – насекомое всем своим видом не желало учавствовать в споре. – Ну Берти, я всего лишь прошу нагнать ветерка!       Дес демонстративно закатал свою футболку до состояния топа. Лицо кота Гарфилда сплющилось, а надпись "ты не защищен от пропаганды" скосилась. Вообще это была одежда Мая, которую Дес благополучно одолжил, когда они съезжали с Эльбруса на лыжах. – И потом, никто не может жить в такой жаре! – ЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯ...       Это Сентября таки столкнули со скалы.       Какое-то время Альберто и Дес молча переглядывались, стоя посреди тропинки. Коричневые скалы на фоне тоже молчали, и только удаляющийся вопль Сентября возвращал в чувство.       Они молча подняли кулаки. – Су-е-фа.... Су-е-фа...       Альберто выкидывает камень и ножницы Деса ломаются в третий раз. – Ну и супер. Держи Моль!       С вершины горы доносится гул и Альберто вбирает в нос воздух. Декабрьский шквал сметает их с ног и он летит головой вперёд, а перед лицом мелькают чужие красные шорты с надписью "пропаганда". – Вот это жизнь!       Дес расправил руки как крылья и почти насвистывает. Его едва слышно из-за гула ветра, но глаза горят и видно как сильно у него чесались руки сделать что-то такое. Они подхватывают Сента почти моментально. Тот вертится в потоке всеми руками и ногами сразу, и Дес берёт вверх, огибая гору.       Снежная вершина красива и Альберто кажется, что он может коснуться руками снега, если бы не абсолютно предельное понимание - он высунет руку за поток и её оторвёт напрочь. – Юху! А теперь снова вниз! – Дес, в чем смысл всех этих падений, давай ровно-... – Падай, братишка, падай!       Ледяной воздух режет тёплый и на всех перефериях мелькает радуга. Орущий Сентябрь, ликующий Дес и Альберто.       "В целом, не худший из походов", - думает последний, влетая вниз головой в солнечную Грузию.